35. Групповая социальная работа: общая характеристика, сферы применения, основные модели

Групповая работа традиционно широко используется в со­циаль­ной работе и наиболее часто применяется в сфере работы с детьми и подростками, а также с людьми всех возрастов, имеющими схожие социальные и индивидуальные про­блемы или находящимися в похо­жей социальной ситуации. Интенсивно групповые фор­мы деятельности используются для работы с малолетни­ми правонарушителями, подростками из неблагополучных семей, с престарелыми и людьми с физическими и умственными не­достатками. Обыч­но групповая работа заключается в том, что небольшая группа людей со схожими целями, интересами или пробле­мами по инициативе или при участии социального работника регуляр­но собирается и включается в совместную деятель­ность для достижения общих целей. В отличие, скажем, от психотера­певтичес­ких групп цели совместной деятельности в этом слу­чае не обяза­тельно связаны с решением эмоциональ­ных и внутриличностных конф­ликтов и проблем. Это может быть обмен информацией, совместные социальные действия, разви­тие практических, социальных и межлич­ностных уме­ний, пе­рестройка асоциального поведения. Многообразие групп мо­жет быть классифицировано относительно их целе­вой нап­рав­ленности.

1. Группы организации досуга: часто существуют без внешнего руко­во­дства; если такая группа действует под эгидой какого-либо муниципаль­ного цент­ра, то его работники могут предложить организа­тора, кото­рый поможет собрать заинтересованных людей и вовлечь их в целена­прав­ленную деятельность (нап­ример, по организации спортив­ной ко­манды или творческого или развлекательного мероприятия).

Такие группы мо­гут допол­ни­тельно развивать те или иные навыки. Социальные агентства помо­гают организовать и структурировать подобные группы.

2. Группы обучения: группы, в которых происходит обу­чение тем или иным навыкам деятельности, часто обычными дидакти­ческими ме­тодами, например, родительские группы, группы по ведению дома и т. п., различные дискуссионные группы.

3. Группы «самопомощи»: это группы, объединяющие лю­дей со сходными проблемами (в рамках программ реабилита­ции, использующих групповые формы работы, например, та­кие как «Анонимные алкоголики» или «Синанон»), которые собираются вместе для моральной, эмоцио­нальной и инфор­мационной поддержки; хотя эти группы принципиально отка­зываются от услуг профессионалов, социальный работник мо­жет быть инициатором создания подобных групп.

4 стр., 1582 слов

Сфера деятельности субъектов социальной работы в реабилитационном процессе.

... терапевтическое сообщество или община наркологических больных. Здесь деятельность социального работника несколько отличается от его работы с группой больных в наркологическом реабилитационном центре или в ... специфическими факторами физической, психической (когнитивной, эмоциональной) и духовной жизни человека, в котором биологическое и духовное причудливо сочетаются. Отсюда его таинственная ...

4. Группы социализации: многие рассматривают их как ос­новной центр групповой социальной работы, так как цели этих групп — поведенческие изменения и развитие социальных на­выков. Социальный работник, действуя в подобных группах как агент социа­лизации, активно обучает, задает модели соци­ального поведения, помогает ускорить научение новым соци­альным ролям и развивать ро­левую компетентность, органи­зует дискуссии, обеспечивает благоп­риятную среду и, таким образом, создает возможности для изменения ролевого пове­дения и взаимодействия. Такие группы организуются обычно в системе исправительных учреждений, в больницах, детских учреждениях, различных клубах и т. п. с целью адаптации и реадаптации оп­ределенных категорий людей к тем или иным ситуационным условиям. Группы социализации могут иметь и более широкие цели содействия вхождению в общество и об­щего развития.

5. Психокоррекционные группы: создаются для клиентов, которые хотят решить свои эмоциональные проблемы или не могут принимать участие в деятельности обычных групп. В отличие от психотерапевтических групп здесь не лечат нев­розы, реактивные состояния и другие клинически выраженные психопатологические состояния. Целями таких групп могут быть развитие самосоз­нания и самопринятия, поведенческая коррекция и т. п. Обычно такие группы существуют в рамках организаций, работающих в области психичес­кого здоровья, меди­цинской социальной работы и т. д.

Отдельно необходимо отметить групповую работу с моло­дежью. Традиционно она была и остается одним из основных направлений групповой социальной работы и ей отводится значительное место в групповой практике, но, правда, как от­мечают некоторые авторы [275, 282], большей частью в сфере организации досуга. Цели различных прог­рамм социальной работы с молодежью в определяют следующие направ­ления деятельности [233, p. 274]:

1) рекреационные виды деятельности и неформальное обу­чение, предназначенное для развития таких духовных и этиче­ских ценнос­тей, как любовь к дому, семье, друзьям, интерес к общине и стра­не, формирование опыта гражданской ответст­венности;

11 стр., 5180 слов

Глава I. Теоретические основы пенитенциарной социальной работы

... Групповая терапия – форма воздействия, направленная на помощь клиентам в преодолении их чувствительных нарушений либо социального неблагополучия, в составе групп под присмотром специалиста по социальной работе ... направлена на преодоление этих проблем и позитивное личностное развитие.2 Пенитенциарная социальная работа самим названием определяет теснейшие взаимосвязи как с общегосударственной ...

2) развитие социальных навыков и опыта межличностных отношений через участие в работе клубов дружбы, групп по интересам, через расширение внесемейного и внеш­кольного жизненного опыта, занятие спортом и т. д.;

3) услуги для молодежи с особыми проблемами (трудности при обуче­нии в школе, конфликты с полицией, социальная изоляция) в целях содействия адаптации к семье, сверстникам, социальным сообществам;

4) развитие местного управления и самоуправления через соз­дание специальных программ обучения граждан и советов общественных предс­тавителей.

Таким образом, групповая работа в ее самых разнообраз­ных видах и организационных формах составляет огромный пласт дея­тельности работников в США. Очевидно, подобная широта професси­ональных интересов и разнообразие направ­лений деятельности созда­ют значительные трудности при соз­дании дефиниций групповой социальной работы.

В современной англоязычной литературе по социальной работе можно найти большое число определений групповой работы. Мы приведем здесь лишь некоторые из наиболее час­то цитируемых. Итак, групповая социальная работа может рассматриваться как:

«метод социальной работы, который помогает индиви­дам улуч­шить их социальное функционирование через целе­направленную орга­низацию группового опыта и дает возмож­ность более эффективно справляться с индивидуальными, групповыми или общинными проблема­ми» [322, p. 118];

«целенаправленная деятельность в контексте малых групп, нацеленная на удовлетворение социоэмоциональных потребностей и решение групповых задач. Эта деятельность может быть направлена как на индиви­да в качестве члена группы или на группу в целом» [440, c. 12];

«работа с малой группой, направленная на оказание по­мощи членам группы с целью использования возможностей совместной дея­тельности для решения существующих про­блем в психосоциальном функционировании, превенции воз­можных проблем, развития групповой и организационной структуры, ликвидации препятствий для нормальной жизне­деятельности и социальной среде» [362, p. 4].

2 стр., 878 слов

Особенности работы социального педагога с трудными подростками

Содержание ВВЕДЕНИЕ 2 ГЛАВА I. ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ДЕТЕЙ С ПРИЗНАКАМИ ДЕЗАДАПТАЦИИ 5 1. ПОНЯТИЕ О ШКОЛЬНОЙ ДЕЗАДАПТАЦИИ, ЕЕ ПРИЧИНЫ 5 2. ХАРАКТЕРИСТИКА ТРУДНЫХ ПОДРОСТКОВ 10 ГЛАВА II. СОЦИАЛЬНО-ПЕДАГОГИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ СОЦИАЛЬНОГО ПЕДАГОГА С ТРУДНЫМИ ПОДРОСТКАМИ 14 1. ОСНОВНЫЕ ВИДЫ И ФОРМЫ РАБОТЫ СОЦИАЛЬНОГО ПЕДАГОГА С ТРУДНЫМИ ПОДРОСТКАМИ 15 1.1. ПРОФИЛАКТИКА ОТКЛОНЕНИЙ В ПОВЕДЕНИИ ...

При имеющихся различиях в определениях в них присут­ствуют два центральных для американской традиции социаль­ной работы с группой момента. Во-первых, эти определения репрезентируют магистральное направление социальной ра­боты — улучшение и развитие способности к социальному функционированию. В данной парадигме отправной точкой социальной работы является актуальная или потенциальная проблема — макро- или микросоциальная, личностная или межличностная — в ее конкретной представленности инди­виду. Такая прагматическая ориен­тация «от проблемы» весьма характерна для американских моделей социальной работы, ко­торые не актуализируют, по крайней мере на уровне теорети­ческих построений, общеразвивающих и воспитательных за­дач. Но, видимо, не следует полагать, что решение проблемы в социальном функционировании индивида при этом сводится к оказанию утилитарной помощи. Проблема в этом смысле есть не просто нехватка че­го-либо для нормальной жизнедеятель­ности, но реальное противоре­чие между потребностями инди­видуального развития и внутренними и внешними возможно­стями личности или общности людей. Снятие этого проти­во­речия актуализирует потенциал развития личности и тем са­мым со­относится с целями воспитания в широком смысле как «планомерного создания условий для относительно целена­правленного развития че­ловека в процессе его социализации» [81, c.

153]. Кстати, европейс­кая модель социальной работы в большей степени, связана с традициями социально-педагоги­ческой мысли, поэтому цели социального воспита­ния в ней представлены в более явном виде. В частности, Т. Яркина приводит одно из европейских определений групповой соци­аль­ной работы как «формы и метода, который используется с целью ока­зания человеку помощи через передачу группового опыта для разви­тия его физических и духовных сил, формиро­вания социального пове­дения» [201]. Это определение прямо эксплицирует, на наш взгляд, воспи­тательные цели социаль­ной работы, хотя и несколько затеняет спе­цифику именно со­циальной работы с группой.

Второй центральный момент социальной работы с груп­пой, от­четливо просматривающийся в приведенных выше оп­ределениях, — это целесообразная организация группового опыта, дающая возможность членам группы искать эффектив­ные решения общей проблемы и тем са­мым развивать, видо­изменять и обогащать индивидуальный опыт участников. В этом плане групповая работа предназначена для обре­тения конструктивных жизненных целей и содействия изменениям в оценке реальности, в структуре самосознания, коммуникатив­ных и социальных навыков участников группы через органи­зацию позитивно­го группового опыта и взаимодействия. Это своего рода инструмент содействия самоопределению лично­сти, способ развития личностной автономии, социальной от­ветственности и достоинства [233, p. 98].

3 стр., 1493 слов

Технология работы социального педагога по преодолению агрессивности старшеклассников

... психологического исследования 24 Глава 3. Технология работы социального педагога по преодолению агрессивности старшеклассников 26 ... исследований этого возрастного периода вследствие чего «групповой портрет» современного юноши «…выглядит расплывчатым, ... Выявление наличия агрессивного поведения у детей данной возрастной группы; - Выявление степени выраженности агрессивности у старшеклассников ...

Эти два аспекта являются ключевыми и при определении общих целей социальной работы с группой. Обычно в каче­стве таковых на­зывают [410, c. 78]:

1) помощь группе в достижении совместно определенных целей;

2) содействие желаемым изменениям в структуре индиви­ду­ального опыта, в понимании личностных, семейных, про­фессиональных проблем и проблем взаимоприспособления;

3) оказание помощи группе в более полном использовании возможностей совместной деятельности для саморазвития и взаимного обогащения ее членов.

Если теперь обратиться к теоретическим концепциям групповой социальной работы, которые в идеале должны пе­ревести общие цели работы с группой на язык конкретных за­дач и операциональных прин­ципов деятельности социального работника, то приходится признать, что современное состоя­ние теории в США в области групповой соци­альной работы характеризуется эклектичностью, непоследователь­ностью, фрагментарностью концепций, противоречивостью общих ме­тодологических оснований и принципов. Большинство кон­цепций рет­ранслируют без адекватного переосмысления дос­таточно произвольно выбранный набор понятий, феноменов и механизмов групповой и соци­альной динамики, заимствован­ный из различных областей научного знания (социальная пси­хология, социология, теория систем и управ­ления и т. д.) и адаптируют его в наборах методических рекомендаций, сове­тов и функциональных долженствований для социального ра­ботника. Р. Ро­бертс и Х. Нозерн издали коллективную науч­ную работу [435], в ко­торой свои позиции изложили наибо­лее авторитетные представители различных концепций социаль­ной работы с группой. Цель этого издания заключалась в том, чтобы провести теоретическую систематизацию и выявить принципиальные различия между различными подходами, по­добно тому, как это происходит в теории индивидуальной со­циальной работы.

4 стр., 1683 слов

4972 содержание работы по развитию социальной активности детей 3 4 лет в условиях ДОУ

Содержание Введение 5 1 Социальная активность личности 8 2 Направления деятельности педагога по организации процесса развития социальной активности детей 3 – 4 лет 22 3 Содержание работы педагога по развитию социальной активности детей 3 – 4 лет 35 Заключение 41 Список литературы 44 Введение Развитие человека во взаимодействии и под влиянием окружающей среды в самом общем виде можно определить как ...

Но как отмечают Робертс и Нозерн, это предпри­ятие оказалось малоуспешным. С одной стороны, в теоретическом плане авторы говорят о столь разных вещах, что не возникает даже предмета спора. С другой стороны, на уровне содержательного опи­сания групповой работы воспро­изводят в разных терминах фактичес­ки идентичный набор практических рекомендаций. В послесловии, пы­таясь все же высветить основные точки противоречий, редакторы ис­поль­зовали даже процедуры контент-анализа. Но и эти меры по­зволи­ли сделать лишь поверхностный анализ по типу «больше или меньше уделяют внимания», и «упоминают или не упоми­нают». Редакторы пришли к выводу, что представленные под­ходы являются скорее не теориями социальной работы, а тео­риями для социальной работы с группой.

Поэтому мы, обращаясь к анализу содержательных аспек­тов ор­ганизации взаимодействия в процессе групповой соци­альной работы, сочли целесообразным идти не от теоретиче­ских постулатов и конс­трукций отдельных авторов, а от ре­ально существующих в практике моделей организации груп­повой работы. За основу мы взяли идею американских иссле­дователей К. Пэйпелл и Б. Ротман. Они обозначили три мо­дели работы с группой, в разной степени выраженности, пред­ставленные в практике социальной работы.

Модель «социальных целей» в групповой социальной работе

Она возникла на ранних стадиях развития социальной ра­боты, когда своей основной задачей социальные работники видели создание системы социальной помощи в рамках об­щины и государства. В этой модели группа рассматривается прежде всего как ассоциация граждан, существующая в кон­тексте сложноструктурированного и инс­титуализированного общества. Именно внешние социальные и культур­ные инсти­туты определяют наличие и доступность ресурсов, необхо­ди­мых для удовлетворения базовых индивидуальных, групповых и со­циальных потребностей. Личное и общественное благо­состояние взаи­мосвязаны в той мере, в какой люди опти­мально функционируют и вы­полняют свои гражданские обя­занности и задачи через участие в жизнедеятельности соци­альных институтов, таких как семья, эконо­мика, политическая система. Люди сталкиваются с трудностями, ког­да социальные структуры и институты действуют неэффективно или неадек­ватно и не обеспечивают оптимальных стандартов существо­ва­ния [409; 303]. И в этом случае они имеют право на органи­зованные действия с целью изменения существующих соци­альных структур.

14 стр., 6989 слов

Психолого-педагогические условия эффективности работы социального педагога с детьми в учреждениях интернатного типа

... и др. [6]. Социальная групповая работа - это метод интерперсональной помощи при работе в малых группах, где используется групповой контекст для достижения индивидуальных групповых целей. В социальной групповой работе используют развивающие, реабилитационные ...

Эта модель, таким образом, ориентируется на оказание помощи группам в достижении социально значимых в контек­сте общины целей и решении организационно-правовых про­блем на местном уровне. Стратегия деятельности группы здесь определяется социально-детерминированными интере­сами. Социальный работник выступает в качест­ве координа­тора деятельности группы или ее представителя, кон­сультанта или даже в качестве лидера-активиста. Подобные формы групповой работы используется главным образом в рамках деятель­ности общественных советов, общинных центров и сеттльмент-центрах (то есть специальных центров, цель кото­рых — организация взаимопомощи и установление конструк­тивных и кооперативных отно­шений между жителями об­щины).

Групповая работа на основе модели социальных целей осуществляется преимущественно социальными ра­ботниками, специализирующимися в области организации общины и со­циального планирования. Эту сферу социальной работы мы рассмотрим далее, где и остановимся подробнее на подобных формах работы с группой.

Коррекционная модель (Remedial Model).

Основная цель групповой работы при данной модели за­клю­чается в том, чтобы посредством специально организован­ного внутригруппового взаимодействия и общения внести коррективы в структуру самосознания и/или поведения участ­ников группы. Речь идет о спе­циально создаваемых малых группах, участники которых при содейс­твии ведущего (в дан­ном случае — социального работника) включают­ся в своеоб­разный опыт интенсивного общения, во время которого они учатся пониманию других и самопониманию, делятся своими переживаниями, постигают принципы неформального и меж­личностного контакта. Иными словами, приобрета­ют особый психологический опыт рефлексивного общения. Совершенс­твование внутреннего и внешнего опыта включает процесс пе­рест­ройки, коррекции уже сложившегося, наличного потен­циала участни­ков. Группа в этом случае выступает как особая реальность, условие индивидуальных изменений ее членов.

Подобные группы широко распространены в практике психологи­ческой помощи и реабилитации и представлены ог­ромным разнообразием теоретических школ и направлений: от групп тренинга сензитивности до групп танцевальной тера­пии, от групп встреч до групп тренинга умений, от групп те­рапии искусством до гештальтгрупп и психодра­мы. Каждое направление формирует свою систему понятий, теорети­ческих постулатов и принципов, создает свое представление о целях и методах организации группового процесса. Так, например, це­ли групповой деятельности в зависимости от теоретической ориен­тации могут определяться как достижение участниками групп индиви­дуальной адаптации в социуме (поведенческие подходы), осознание внутриличностных конфликтов (психо­анализ, гештальттерапия), осу­ществление жизненных смыслов (экзистенциализм), самоактуализация (гуманистическая пси­хология).

Соответственно, различаются и спо­собы и проце­дуры достижения этих целей. Подробный анализ подходов к групповой психокоррекции и терапии выходят за рамки на­шего исс­ледования, тем более, что многие из них детально описаны и проа­нализированы в отечественной литературе [118]. Кроме того, групповая психокоррекция не является ос­новным направлением для социальной работы, применяемые здесь методики лишены профессио­нальной специфичности, к тому же репертуар их достаточно ограни­чен. Поэтому мы ко­ротко остановимся на некоторых из них, имеющих наиболее широкую сферу применения в социальной работе.

Из всего разнообразия терапевтических групп, по замеча­нию Э. Троппа, наиболее релевантны целям социальной ра­боты группы встреч (иначе Т-групп, группы сензитивности) и группы тре­нинга умений [442, c. 1326].

В основе концепции Т-групп лежит идея К. Левина о том, что эффективная коррекция неадаптивных индивидуальных установок и вы­работка новых форм поведения возможна толь­ко в групповом контекс­те, где люди учатся видеть себя таки­ми, как их видят другие. Цель всех Т-групп — личност­ный рост посредством расширения осознания себя и других, а так­же процессов, происходящих в группе. Т-группы исполь­зу­ются как обучающая лаборатория для развития и отработки умений межличностного общения в процессе принятия реше­ния. Груп­повая работа здесь предполагает сознательное и це­ленаправленное использование всей совокупности взаимоот­ношений, возникающих внутри группы (то есть групповой ди­нами) в коррекционных целях. Основной механизм группо­вого процесса — предоставление обратной связи. Обратная связь осуществляется, например, когда одни участники груп­пы сообщают другим о своих реакциях на поведение дру­гих с целью по­мочь им откорректировать «курс» в направле­нии достижения целей. Те участники, которые хотят лучше понять себя и других, расширить самосознание, могут полу­чить об­ратную связь об особенностях своего поведения и при­вычках. На практике цели Т-групп определяются в основном ее участ­никами. Это могут быть повышение коммуникативной или ролевой компетентности, исследование и решение специ­фиче­ских организаци­онных проблем и т. д. Основная форма работы — групповая дискуссия.

Группы тренинга умений развиваются в контексте бихе­виористской парадигмы в психологии и педагогике. Их целью является обуче­ние адаптивным умениям, необходимым при решении сложных жизненных ситуаций. Группы тренинга умений стараются соединить дидактичес­кое и практическое обучение. Как отмечает К. Рудестам, группа тре­нинга умений — это скорее запрограммированный курс обучения, чем серия психологических занятий [118, c. 139]. Задача данного обуче­ния в том, чтобы отрепетировать такое поведение, которое рассматривает­ся как желательное либо членом группы, либо обществом в целом. Основные процедуры связаны с ролевым проигрыванием сложных для члена группы ситуаций. Руково­дитель здесь выступает в качестве тренера, который активно участвует в моделировании поведения участников. Поведен­ческие методы применяются руководителями груп­пы, обу­чающими таким жизненным умениям, как родительские уме­ния, принятие решений и планирование карьеры, установле­ние меж­личностных контактов, поддержка уверенности в себе.

Таким образом, коррекционная модель групповой соци­альной ра­боты направлена главным образом на достижение индивидуальных целей и удовлетворение индивидуальных по­требностей участников группы. Группа рассматривается в ка­честве социально организован­ной среды, особой реальности, отделенной от внешнего мира рамками обусловленного обще­ния. Такие группы ориентированы прежде всего на решение психологических проблем. Но специфика использования кор­рекционных групп в социальной работе связана с тем, что они обычно применяются в рамках общеразвивающих и учебных задач в русле нормативного развития. Группа в этом случае является инс­трументом неформального обучения. Любые дру­гие проблемы, связан­ные с психологическими расстройствами и заболеваниями, остаются в компетенции специально подго­товленных психологов, психотерапевтов и психиатров.

Взаимодополнительная модель (Reciprocal Model)

В этой модели группа рассматривается не просто как ассо­циа­ция граждан или лаборатория индивидуального развития, но как реальный способ включения индивида в значимые от­ношения со сверстниками, коллегами, соседями и вообще лю­быми людьми, имеющими схожие интересы и стремления. Группа — прежде всего средство обогащения и развития жиз­недеятельности участников через включение их в совместную групповую деятельность, направ­ленную на достижение опре­деленных целей. Программы работы таких групп не имеют ни коррекционных, на политических или правовых це­лей в каче­стве основных (хотя они и могут спонтанно возникать в про­цессе групповой жизнедеятельности).

Цели и направления дея­тельности группы определяются самими участниками ис­ходя из прин­ципов взаимного интереса и взаимопомощи. Со­циальный работник участвует в определении целей групповой работы в той мере, в ка­кой он может предоставить возможно­сти для совместной деятельнос­ти. Его усилия в большей сте­пени концентрируются на вовлечении участников группы в совместную деятельность, межличностное взаи­модействие и межличностные отношения [410]. Социальный работник здесь выступает в роли посредника во взаимодействии между чле­нами группы и во взаимодействии группы с внешними соци­альными институ­тами. Иными словами, он ничего не делает для группы, но все дела­ет совместно с группой.

Как отмечает А. Браун, выделенные Пэйпел и Ротман типы групп не достаточно адекватно отражают содержание и специфику групповой социальной работы и, свою очередь, предлагает более конкретизированную классификацию групповых видов деятельности, основанную на целевых ориентациях участников и общегрупповых целях [236]. Группы в системе профессиональных координат социальной работы, с его точки зрения, могут создаваться и существовать в следующих целях:

1. Индивидуальная диагностика и оценка. Эти группы преимущественно ориентированы на диагностику и оценку индивидуальных потребностей, способностей или поведения участников. Диагностические данные, получаемые в ходе работы такой группы – это комбинация самодиагностики в групповом процессе, и оценок индивидуальных действий и поведения, предлагаемых друг другу другими участниками. Последние представляют самую ценную информацию, поскольку суждения партнеров помогают осознанию многих аспектов собственного индивидуального опыта участников. Такие группы используются, например, для работы с кандидатами в приемные родители или семейный патронат, правонарушителями, впервые столкнувшихся с законом или претендующих на смягчение условий наказания.

2. Индивидуальная поддержка и помощь. Такие группы создаются для целей психологической и иной поддержки людей оказавшихся в трудной жизненной ситуации. Они, например, могут создаваться для поддержки инвалидов или их родителей или опекунов. Иногда деятельность подобных групп может предполагать и внешние по отношению к внутригрупповой реальности цели. (Например, активное участие в социально значимых инициативах).

3. Индивидуальные изменения и развитие. Это большая часть групповой работы, в которой в качестве ведущей цели групповой деятельности рассматривается стимулирование широкого диапазона индивидуальных изменений. Такие группы могут фокусироваться на целях:

  • социального контроля (например, при работе с людьми, демонстрирующими склонность к насилию);
  • социализации (группы для клиентов, длительное время находящихся в институализированной социальной изоляции, например, в стационаре, интернате и т.п.); цели группы предполагают обучение социальным навыкам и способам самоорганизации и самообеспечения, необходимых для самостоятельной жизнедеятельности в обществе;
  • развития навыков межличностного общения (например, группы тренинга уверенности);
  • формирования личных целей и установок (например, группы поддержки для наркозависимых);
  • преодоления негативных жизненных ситуаций и обстоятельств (например, группы помощи людям, ищущих работу, или борющихся за свои социальные права);
  • повышения самооценки и самоуважения (например, для представителей депривированных социальных меньшинств);
  • личностного роста и саморазвития (Т-группы и т.п.).

4. Образовательные и обучающие группы (например, группы обучения здоровому образу жизни, волонтерские группы и т.д.)

5. Досуговые и рекреационные группы. Обычно создаются для целей компенсации отсутствия возможностей для полноценной досуговой деятельности каких-либо уязвимых социальных групп.

6. Посредничество между индивидом и социальной средой. Такие группы предполагают интенсивное взаимодействие между их членами и социальным агентством, взаимную адаптацию целей, ожиданий и действий с обеих сторон. Примером является группа пациентов психиатрического стационара, готовящаяся к выписке, в которой социальный работник выступает в качестве посредника между участниками группы, социальными учреждениями, администрацией стационара и пытается помочь пациентам вернуться к независимой полноценной жизнедеятельности в локальном социуме.

7. Групповое взаимодействие и поддержка. Это в большинстве своем естественно сложившиеся группы, чьи цели сложно дифференцировать. Можно сказать их цель – это сама групповая деятельность. Например, семья, стремящаяся улучшить отношения между супругами и детьми, или уличная кампания, с которой пытается найти контакт социальный работник, чтобы направить ее активность в социально приемлемое русло.

8. Изменение социальной среды. Данный тип групп создаются для целей целенаправленного воздействия на непосредственное социальное окружение ее членов. Например, это может быть группа местных жителей, объединившихся вместе для организации досуга своих детей или защиты своих прав.

9. Социальные изменения. Эти группы преследуют цели социальных или политических реформ, развитие гражданского самосознания и перераспределения властных полномочий внутри институциональных систем. Очевидно, такая постановка целей группы может входить в противоречие с законодательно определенными целями деятельности социальных агентств (по крайней мере, тех из них, которые финансируются за счет федерального бюджета), поэтому некоторые авторы исключают данные цели из сферы социальной работы с группой. Тем не менее, политические цели и ценности могут преследоваться различными негосударственными организациями и общественными фондами, в рамках которых социальные работники могут реализовывать свои профессиональные функции в контексте групповой работы.

В целом данная классификация пресекается и дополняет ставшую уже классической трехуровневую модель Пэйпел и Ротман. Первый и третий тип групп в широком смысле соотносятся с коррекционными целями групповой работы. Второй, шестой и седьмой тип хорошо вписываются в рамки взаимодополнительной модели, а восьмой и девятый — в модель социальных целей.

Наш анализ показал, что основной массив групповой практики в социальной работе представляет взаимододолнительная модель работы с группой, соединяющая в себе цели индивидуального развития и адптации с целями социальной активности. Работа в клубах, добровольных ассоциациях, школах, медицинских и исправи­тельных учреж­дениях ориентируется, прежде всего, на эту модель ра­боты с группой. Поэтому, с нашей точки зрения, целесообразно под­робнее остановиться именно на этой модели.

В современной англоязычной литературе данная модель наиболее полное развитие получила в рамках так называемого организационно­го подхода. Этот подход рассматривает воз­можности использования группы как социальной среды для стимулирования личностных измене­ний, индивидуального роста и развития.

Цель групповой социальной работы, с точки зрения пред­стави­телей этого подхода, — это помочь индивиду достичь оптимального со­циального функционирования через включе­ние его в организованную групповую деятельность [282]. Со­циальное функционирование понима­ется как совокупность способов реализации социальных ролей. Одна из основных за­дач социального работника — помочь индивиду эффектив­но выполнять какую-либо социальную роль или роли (например, паци­ент стационара, родителя, супруга, ученика) или же сме­нить социаль­но-ролевую позицию (например, участника дели­квентной группы, под­ростка, бросившего школу, и т. п.) на бо­лее социально и личностно приемлемую. Изменения в ролевом функциони­ровании индивида можно достичь через целена­правленную организацию среды жизнедеятельности индивида (точнее, того сегмента среды, который непосредственно свя­зан с выполнением определенной соци­альной роли) или же через изменение индивидуальных реакций на требования и ожидания, исходящие из среды. Часто эти процессы взаимо­обусловлены и идут параллельно.

Социальная среда здесь понимается как [282]:

1) жизненное пространство, где индивид реализует свои соци­альные роли;

2) организационный контекст, в котором осуществляется целе­направленная групповая работа;

3) малая группа, в которой осуществляется социальное вмеша­тельство с целью изменения и коррекции социальных установок, чувств и эмоций клиента и расширения его сферы познания.

Физическое и социальное окружение личности может быть однов­ременно и источником личностных проблем, и мощным инструментом индивидуального развития. Человек часто стал­кивается с проблемами или находится в зоне риска социаль­ной дезадаптации вследствие неблагоприятных внешних об­стоятельств. Вмешательства социального работника или ак­тивных действий самого клиента, нап­равленных на изменение внешних условий или ситуации, бывает дос­таточно для вос­становления адекватного социального функционирова­ния. Та­кие действия могут предшествовать началу собственно груп­повой работы: создание условий для нормального питания, меди­цинского обслуживания и материальной помощи при ра­боте с опреде­ленными категориями населения является необ­ходимой предпосылкой успешного решения психолого-педа­гогических задач.

Но даже если удовлетворены базовые потребности, слож­ная структура современной социальной реальности, противо­речивость требований, предъявляемых человеку социумом, может стать причиной социально-ролевых конфликтов, невоз­можности одновременно эффективно выполнять хотя бы клю­чевые социальные предписания.

Организационный контекст, в котором осуществляется со­циаль­ная работа с индивидом или группой, может благоприят­ствовать дос­тижению индивидуальных целей клиента. Но он может и препятствовать этому — в том случае, если он слабо коррелирует с потребностями и стремлениями индивида.

Наконец, малая группа в контексте данного подхода явля­ется одновременно и средством и средой индивидуального це­ледостижения ее участников. Создавая определенный тип группового давления, групповые правила и нормы, имитаци­онные образцы, группа становит­ся инструментом индивиду­ального изменения ее членов и средством изменения той или иной ситуации.

Отличительной чертой организационного подхода явля­ется то, что индивид с его знаниями, чувствами, социальными установками, поведением рассматривается не только в контек­сте группы, но и в контексте более широкого социального ок­ружения. Именно социальная среда продуцирует стрессоген­ные ситуации или неблагоприятные ус­ловия развития, из-за которых появляется необходимость в превен­тивном или реа­билитационном вмешательстве социального работника. Это требует от социального работника ясного понимания внешних по отношению к группе факторов, конституирующих (акту­ально или по­тенциально) проблемы ее участников. Социаль­ный работник становит­ся посредником (mediator) одновре­менно и во внутригрупповых взаи­модействиях индивидов, и во взаимодействиях группы в целом с внешней социальной средой.

То, каким образом организуется посредническая деятель­ность при работе социального работника с группой, соотно­сится с функци­ями, которые агентство, организация или учре­ждение, в рамках ко­торого осуществляется социальная по­мощь, реализует в общине, а также с типом социальных про­блем и категорий клиентов, на которых организация ориенти­рована.

Тактика и стратегия в групповой социальной работе

Общие задачи, по мнению ряда авторов [275; 407; 442], решае­мые социальным работником вне зависимости от орга­низационного контекста работы, связаны с необходимостью первоначальной диагнос­тики, управлением процессом груп­пообразования и осуществлением спланированного вмеша­тельства.

Как мы уже отмечали, для организационного подхода к группо­вой социальной работе первичными являются цели ин­дивидуального развития. И поскольку социальный работник здесь выступает в ка­честве посредника между индивидуаль­ными потребностями и запросами клиента, групповыми усло­виями и внешней социальной средой, то ди­агностическая ак­тивность социального работника направляется на определение и спецификацию актуальной или потенциальной проблемы клиента, изучение причинно-следственных отношений. Диаг­ностичес­кие цели достигаются через изучение истории разви­тия клиента, его поведенческого репертуара личностных осо­бенностей вместе с проб­лемной ситуацией, в которой он ока­зался. В таком подходе к диагностике вполне очевидно про­слеживаются традиции описанной нами выше психосоциаль­ной парадигмы.

Когда проблема идентифицирована и диагностически опи­сана, клиент и работник совместно принимают решение о том, необходимо ли вмешательство соци­ального работника, и если необходимо — определяют модальность вмеша­тельства: ин­дивидуальная работа с клиентом, работа в группе или измене­ние внешних ситуационных условий. При этом клиент должен быть информирован о имеющемся выборе видов помощи.

После этого, как сделано решение о групповом контексте рабо­ты, социальный работник ищет способы организации группового про­цесса. В некоторых агентствах (разнообразные детские учреждения, клубы) группы уже целенаправленно сформированы. В других случаях, например при реализации программ работы с уличными группировка­ми, социальный ра­ботник ищет подходы к стихийно сложившимся груп­пам. Здесь социальному работнику важно определить для себя и для группы, какую помощь и каким образом он может пред­ложить. В тех случаях, когда социальный работник сам фор­мирует группу, он преж­де всего учитывает функцию агент­ства, возможные цели группы, тип проблемы, ради решения которой создается группа.

На первых встречах группы усилия социального работника сос­редоточиваются на прояснении групповых целей, установ­лении основ­ных правил, касающихся времени, места и проце­дур взаимодействия, установления сферы взаимной ответст­венности участников группы и социального работника. Эта стадия заканчивается, таким образом, достижением согласия относительно целей и условий работы.

Далее, уже непосредственно в процессе работы перед со­циаль­ным работником возникает уже ряд собственно «техно­логических» за­дач. Он принимает решение относительно: 1) «мишени для групповой работы; 2) стратегии своей деятель­ности в группе; 3) техники и тактики стимулирования группо­вой жизнедеятельности.

Отбор объекта («мишени») работы предполагает опреде­ление совместно с участниками группы тех аспектов струк­туры их личност­ного опыта (эмоции, установки, когнитивные процессы, социаль­но-ролевое поведение) и/или средовых ус­ловий, которые требуют оп­ределенных изменений для дости­жения взаимосогласованных целей. Когда объектом высту­пают средовые условия, то требует прояснения вопрос о том, кто станет катализатором изменений в социальной среде — социальный работник от имени группы или сама группа.

Гарвин и Глассер определили, что работа группы мо­жет концентрироваться в трех направлениях [281, p. 95]. Усилия могут быть нап­равлены: 1) на стимулирование индивидуаль­ных изменений в каждом из участников (например, молодые родители стремятся повысить свою педагогическую компе­тентность через курс лекций или консультаций со специали­стом); 2) на изменение существующих в социальной среде структур и возможностей для того, чтобы привести их в соот­ветс­твие с потребностями членов группы (например, студен­ческое объ­единение просит о встрече с руководством кол­леджа с целью убедить его в необходимости изменить часы работы библиотеки); 3) на соз­дание новых структур (напри­мер, молодые люди пытаются создать в своей общине моло­дежный клуб или спортивную команду).

В зависимости от выбора объекта работы определяется и стра­тегия работника. Стратегия может включать инициирова­ние и под­держку групповой дискуссии, стимулирование вза­имного обучения, элементы поведенческого тренинга и разыг­рывание ролей, создание системы подкреплений в группе, из­менение содержания и моделей коммуникации в группе, орга­низацию групповой активности.

Техника и тактика действий в свою очередь зависят от вы­бран­ной стратегии и персонального стиля социального работ­ника. Сово­купность действий, входящих в «технику», может быть весьма боль­шой (например, обучение какому-либо уме­нию), но может ограничи­ваться только одним действием или даже намеренным бездействием. Примером такой техники яв­ляется «использование молчания» [372].

Если теперь обратиться к специфике групповой работы в рамках организаций с различными целевыми функциями, то она определяется прежде всего типическими проблемами и особенностями контингента, с которыми приходится иметь дело социальным работникам в этих ор­ганизациях. К сожале­нию, мы не смогли найти у авторов, разрабаты­вающих данный подход, каких-либо статистических ссылок относи­тельно ти­пов проблем, состава участников групп. Впрочем, возмож­но, такие данные существуют, но оказались вне поля нашего зре­ния. Так что это не дает нам права усомниться в верности опи­сываемых тенденций.

Так, групповая работа в организациях с функциями умень­шения аномии, по мнению Глассера и Гарвина [281] как пра­вило включает различные дискуссии и обсуждения и по стилю напоминает описанные нами выше Т-группы. Участ­ники группы обычно высоко мотивированы к работе и не имеют серьезных нарушений в социальном функционирова­нии. По­этому им нужна главным образом организационная по­мощь и краткосрочные программы работы. Групповой процесс вскры­ва­ет нормы, отсутствующие в структуре индивидуаль­ного и соци­ального опыта участников. Например, нормы и ценности родной семьи мо­гут отличаться от ценностей об­щины, в кото­рой живет клиент-участ­ник группы. В групповой дискуссии эта проблема может стать пред­метом обсуждения с другими участниками испытывающими, возможно, те же трудности. Таким образом, группа дает возмож­ность узнать и сравнить точки зрения других людей, уточнить собс­твенную позицию, прояснить жизненные альтернативы и расширить собственный кругозор. Объектом работы здесь является сис­тема ин­дивиду­альных установок и знаний участников. По­этому в этом слу­чае используются стратегии и техники, по­зволяющие осоз­нать свои внут­ренние и внешние конфликты — проигрывание жиз­ненных ситуаций, словесная автобиогра­фия, техники «двух стульев» (когда один участник проигры­вает диалог ме­жду двумя основными действующими лицами конфликта или лю­бой другой воображаемой или реальной си­туации, подроб­нее см.: 118, c. 157—165).

Группы, создаваемые в рамках организаций с функциями социа­лизации, достаточно разнородны. В тех случаях, когда они состоят из взрослых (например, молодых родителей или людей, готовящихся к выходу на пенсию), то в ней сильны добровольные мотивы. В детских группах, создаваемых, на­пример, в школе, мотивация может быть ам­бивалентна, и по­этому здесь возникает необходимость в особом вов­лечении в групповую работу.

Деятельность социального работника с группой в контек­сте по­добных организаций направляется на то, чтобы создать условия для индивидуализированного процесса обучения [300]. Предметом обуче­ния здесь выступают специфические жизненные знания, навыки и уме­ния. Способы организации обучения включают как обычные дидакти­ческие методы (лек­ция, дискуссия), так и различные поведенческие тренинги (ро­левая игра).

Внешне групповой план активности социального работника и группы направлены на создание во внешней среде организационных условий для работы группы.

Основная цель организаций с функциями социального кон­троля — видоизменение определенных типов поведения, кото­рые определяются обществом как девиантные и неприем­лемые. Природа таких организа­ций часто авторитарная и при­нудитель­ная. Особенно это касается закрытых учреждений, со­ставляю­щих в основном данный тип. Предлагаемые здесь виды помощи и коррекции часто связаны с момен­том офици­альной предпи­санности и соответственно могут вызывать от­торжение и со­противление клиентов. К тому же это сопротив­ление может стимулироваться субкультурой учреждения и воспроизводиться в процессе групповой работы. Группа мо­жет стать как источни­ком нового опыта и ценностей, так и, наоборот, способом за­крепления антисо­циальных установок. Поэтому социальный работник при формировании группы должен рассмотреть воз­можность создания гетерогенного по социальным ориентациям участников объединения, стараясь «просеи­вать» его индивида­ми, демонстрирующими стремле­ние к просоциальным целям. Стратегия работы с группой под­разумевает в этом случае ге­не­рирование особого позитивного группового давления и де­мон­стра­цию позитивных способов организации жизнедеятель­ности в сочета­нии с эмоциональной поддержкой, принятием индивида и рефлексивным рассмот­рением причин и следствий девиант­ного поведения. При рабо­те с группой социальному ра­ботнику необходимо достичь со­глашения о совместной дея­тельности хотя бы по некоторым пунктам, опреде­лить хотя бы одну об­щую цель (например, об­судить альтернативы, откры­вающиеся в дальнейшем жизнен­ном пути).

Там, где соглашения достигнуть не удается, соци­альный работник может сосредото­чить усилия либо на инди­видуальной работе, либо на структур­ных измене­ниях в рамках организации, в которой осуществля­ется деятель­ность. Приме­ром работы со структурными измене­ниями явля­ется, в частно­с­ти, создание программы профессио­нальной под­готовки для подрост­ков, осужденных условно за различные правонаруше­ния.

Таким образом, деятельность социального работника в ор­гани­зациях, связанных с функциями социального контроля, так или иначе преследует цели ресоциализации. Но по отно­шению к основным функ­циям учреждения — социальному контролю — эти цели остаются вто­ричными. В то же время в США существует масса программ, главное направление дея­тельности которых — непосредственная ресоциали­зация раз­личных депривированных групп населения. В их число вхо­дят программы реабилитации и консультирования инвалидов, наркома­нов и т. п. и членов их семей, профессиональной пере­подготовки для хронически безработных и др. Подобные про­граммы ориентированы на развитие и изменение системы пер­сональных ценностей, знаний и умений тех людей, кто в силу неблагоприятных обстоятельств ока­зался перед необходимо­стью изменить сложившиеся образцы жизнедея­тельности. Особенности групповой социальной работы в контексте этих программ заключаются в том, что здесь как бы соединяются черты, присущие вышеописанным моделям работы с группой. Во-пер­вых, здесь широко используются, по данным М. Хат­форд [300], дис­куссионные и тренинговые методы, позволяю­щие через общение с дру­гими участниками группы переоце­нить индивидуальную систему социальных установок и жиз­ненных перспектив. И во-вторых, программы реабилитации предполагают активное применение методов прямого обуче­ния новым профессиональным и социальным знаниям, уме­ниям и навыкам.

Таким образом, взаимодополнительная модель социальной работы с группой, представляемая организационным подхо­дом, нацелена на то, чтобы, во-первых, помочь каждому члену группы полнее реализо­вать свой потенциал через организацию совместного группового опы­та и, во-вторых, помочь группе более эффективно достичь взаимооп­ределенных коллектив­ных целей. Подразумевается, что социальный работник ини­циирует создание группы (или входит в уже сложившуюся), члены которой нуждаются друг в друге для решения общих проблем и удовлетворения индивидуальных потребностей, и помогает согласо­вать цели, задачи и условия совместной дея­тельности, а также ха­рактер и содержание действий группы и социального работника в рамках сферы компетенции и функ­циональной ответственности конк­ретного социального агент­ства, учреждения или института. Основная задача социального работника — стать посредником во взаимодейс­твии между членами группы и группы с внешними структурами. Внутри­групповой план работы подразумевает структури­рование от­ношений между членами группы, дифференциацию и закреп­ление групповых ролей. Усилия здесь направляются на дос­тижение групповой сплоченности, на создание климата дове­рия и делового сотрудничества с тем, чтобы группа стала эф­фективной средой для индивидуального развития и личност­ного роста. Область внешних взаимодействий группы органи­зуется социальным работником через налаживание контактов и «переговорного процесса» с внешними сис­темами (кто, чем и на каких условиях может помочь).

Формы организации групповой жизнедеятельности включают групповые дискус­сии, групповой тренинг, формальное коллективное обучение (лекция, се­минар, консультация), предметную социальную ак­тивность (то есть организованные действия группы в социаль­ной среде) и т. д.

Подводя некоторые итоги, можно утверждать, что груп­по­вая со­циальная работа понимается в США как целена­правлен­ное и упорядо­ченное взаимодействие социального работника с группой объединен­ных общими интересами людей в рамках общих задач социальной рабо­ты и целей участников группы. Групповая ра­бота может инициировать­ся с целью психологи­ческой и педагогической реаби­лита­ции или коррекции участ­ников группы, их обучения или со­циали­зации и тем ограничи­ваться рамками внутри­группо­вой деятельности. Но во многих случаях социальный работ­ник решает задачи, связанные с ор­ганизацией внешней ак­тивности группы в со­циальной среде, помогает членам группы контролировать и изменять сущест­вующие в их со­циальном окружении структуры, социальный ра­ботник тем самым стимулирует у членов группы процесс самоосозна­ния самих себя как равноправных субъектов соци­альной жизнедеятель­ности и общественного прогресса.

Приоритетными для групповой работы являются задачи улучшения социального функционирования индивида через включение его в зна­чимые отношения с другими людьми за счет:

1) организации опыта групповой деятельности и социаль­ной ак­тивности;

2) расширения сферы индивидуального опыта в интенсив­ном и рефлексивном общении;

3) включения в продуктивную, творческую и развиваю­щую деятельность.

Соответственно группа в социальной работе может вы­сту­пать, как ассоциация единомышленников, и в этом каче­стве служить средс­твом достижения социальных и правовых целей. Группа может быть «лабораторией общения», услови­ем рас­ширения самосознания и кон­текстом достижения ин­дивиду­ально-психологических целей. И нако­нец, группа мо­жет стать средством обогащения и развития индивиду­альной жизнедея­тельности и социального опыта личности, являясь одновре­менно инструментом социально значимого целедо­стижения и стимулом для индивидуального самоизменения и саморазви­тия.

39. Социальная работа с локальными сообществами: понятие сообщества, уровни общности в социальных науках, проблемы локальных сообществ и способы их решения

В современной литературе социальная работа в общине маркиру­ется самыми различными терминами: «об­щинная работа» (community work), «развитие общины» (community development), «планирование общины» (community planning), «развитие местной общины» (locality development), «организация общины» (community organization).

На наш взгляд, здесь необходимо отметить два момента.

Во-первых, некоторые термины у разных авторов употреб­ляются в разном контексте и на разных уровнях абстракции. Но, видимо, можно согласиться с мнением Дж. Брагера и Х. Спекта, которые отме­чают, что наиболее общим является тер­мин «организация общины», раскрывающий содержание по­нятия «общинная работа», и который они определяют как «ме­тод вмешательства, посредством которого ин­дивиды, группы и организации вовлекаются в целенаправленные спла­нирован­ные действия для решения социальных проблем [226]. Это подразу­мевает расширение, развитие и/или изменение со­ци­альных институтов и организаций и включает два взаимо­свя­занных процесса: планирова­ние (то есть определение про­блемных областей, диагностику причин и формулирование возможных путей решения) и организацию (то есть создание и/или поддержку различных групп граждан и разработку стра­тегий их деятельности по решению общезначимых проблем)» [226, p. 27—28].

Таким образом, согласно этой точке зрения, дру­гие термины под рубрикой «социальная работа в общине» представляют собой лишь различные направления практиче­ской деятельности социальных работ­ников по организацию общины. Это может быть развитие внутренних социальных ресурсов общины через организацию взаимодействия раз­лич­ных групп и организаций («общинное развитие», «развитие мест­ной общины») или же планирование и реализация про­грамм социально­го развития различных территориальных общностей («социальное пла­нирование», «планирование об­щины»).

Поэтому часто данную область практики называют «социальное планирование и организация местных общин».

Во-вторых, требует пояснения и ключевое для этой об­ласти со­циальной работы понятие «община». Английскому community (общест­во, сообщество, община) достаточно труд­но подобрать адекватное соответствие в русском языке. Лек­сема «общество» гораздо шире по значению и обозначает «обособившуюся часть материального мира» [176, с. 436]. «Община» же имеет некоторую патриархальную семантичес­кую окраску, но все же оно ближе по смыслу к английскому communi­ty, и поэтому именно его мы предлагаем использовать в качестве эквивалента, имея в виду при этом, что община — «это относительно небольшая часть людей, проживающих на одной географически ограни­ченной территории и имеющих общие интересы и сложившуюся культу­ру» [246, p. 43].

Но, строго говоря, такое понимание общины не совсем точно соответствует той реальности, с которой приходится иметь дело со­циальным работникам. Хотя методы организа­ции общины и социального планирования часто используются в работе с коллективами, предс­тавляющими небольшую окре­стность, микрорайон или многоквартирный дом, но значи­тельную часть в социальной работе в общине, по заме­чаниям Н. Гилберта и Х. Спекта, занимает взаимодействие с раз­лич­ными группами и организациями вне зависимости от их гео­графи­ческой локализации [279]. Эти группы и организации могут представлять не столько территориальные, сколько со­циально-классовые интересы (например, безработных), инте­ресы различных статусных групп (нап­ример, клиентов сис­темы социального обеспечения), организационных структур (например, координационный совет больницы или межправи­тельственный планирующий орган), этнических и расовых по­пуляций населения, возрастных или половых общностей (например, объединения бойскаутов или Нацио­нальная организация за права женщин) и т. д.

Такое разнообразие объединений и отсутствие ограничи­вающих факторов места и размера не дает возможности одно­значно опреде­лить качественные и количественные параметры общностей, для кото­рых организуют свою деятельность об­щинные социальные работники. Видимо, понятие «община» применительно к социальной работе подра­зумевает все груп­пы, отличающиеся по качественным и количествен­ным пара­метрам от первичных, но чья деятельность напрямую свя­зана с институциональными интересами первичных групп. Напри­мер, систе­ма школы не является первичной группой, она со­стоит из относи­тельно больших, сложных организаций, объе­диняющих родителей, учителей, учащихся, администра­цию и т. д. Но ее деятельность напрямую связана с интересами ос­новной первичной группы — семьи. И в этом качестве школа может стать объектом общинной социальной работы.

В основе социальной работы в общине лежит традиция создания ассоциаций, характерных, в частности, для американского образа жизни. Например в США, по замечанию Р. Наан, следствием стремления амери­канцев сократить вмешательства правительства в частную жизнь и экономику, стало небольшое количество государст­венных служб [86, с. 47—48]. Почти всегда, когда америка­нец считает необходимым решить какой-либо общезначимый вопрос, единственным способом для него становится поиск единомышленников или группы заинтересованных лиц. Эти разнообразные ассоциации охватывают практически все сто­роны социальной жизни США. Дж. Приcтби и О. Вондерсман установили, что на самых разных по размерам территори­ях и на таких маленьких, как квартал, и на таких больших, как микрорайон, люди организуют неформальные, а порой фор­маль­ные ассоциации, представляющие интересы жителей в городских ведомствах, транспортной администрации, высту­пающие против планов перемещения опасных материалов или коммунальных пред­приятий (газ и электричество) близко к жилью, против преступ­ности. Почти в каждой американской школе существует ассоциа­ция преподавателей-родителей, ко­торая, несмотря на свое название, по существу является орга­низацией родителей, согласных представ­лять интересы других родителей в их школе и способных, как от них того ждут, ока­зывать влияние на учебный план, а также включаться в работу по повседневному управлению делами школы [86, с. 47—48].

Наиболее естественный способ для лю­дей оказать воздей­ствие на их социальную среду и приобрести над ней боль­ший контроль заключается в добровольном объединении усилий и созда­нии некоммерческих ассоциаций. Решение сформировать группу, которая в итоге может стать добровольческой ассо­циацией, гаран­тировано американской конституцией и явля­ется общепринятой нормой. Кроме того, добровольческие ор­ганизации имеют в струк­туре американской налоговой сис­темы особый статус; требования налоговой службы к ним весьма просты и выполнять их несложно. Общественные ор­ганизации всех видов, чтобы заявить о своем су­ществовании, посылают по почте бланк запроса, который почти никогда не отклоняется, и с этого момента платят более низкий налог [86, с. 50].

Каждый человек сам должен определить область своих ин­тере­сов, оценить, какая группа могла бы представлять его ин­тересы, вступить в нее и стать ее активным членом. Такой об­раз действий позволяет американцам почувствовать уверен­ность в себе и спо­собность самим контролировать свое окру­жение, в то время как непосредственная работа для многих создает гнетущую атмосферу. Многочисленные исследования показывают, что люди, зани­мающие более высокое социально-экономическое положение в обществе, больше пользуются возможностью оказывать содейст­вие добровольческим ассо­циациям, чем люди из более низких со­циальных слоев. Д. Смит высказал идею, что в общем доля учас­тия в доброволь­ческих организациях выше среди лиц, характери­зующихся ря­дом ключевых позиций и ролей (как прирожденных, так и бла­гоприобретенных): это главным образом мужчины, имею­щие высшее образование, женатые, принадлежащие к среднему или высшему классу, средних лет, физически здоровые, дли­тель­ное время проживающие в стране, работающие на полную ставку и занимающие высокое профессиональное положение.

Организация общины как профессиональная деятельность со­ци­ального работника может иметь множество разных целей и из­менять их по мере изменения ситуации, в которой она осуществ­ляет­ся. Однако цели деятельности по организации общин в наибо­лее об­щем виде можно объединить в несколько групп [226].

1. Развитие социальных связей. В число организаций, ко­торые развивают, укрепляют социальные связи между своими участниками, входят советы микрорайонов, объединяющие своих жителей на основе чувства общности, а также этниче­ские, религиозные и расовые орга­низации, пытающиеся укре­пить способность своих членов к сотруд­ничеству на основе их общей истории, верований, культуры и судьбы.

2. Социальное планирование. Главными целями организа­ций по социальному планированию являются развитие про­грамм и укрепление степени сотрудничества и согласованно­сти в работе агентств, кото­рые составляют сеть социального обслуживания. Примерами служат городские показательные агентства из Программы образцовых горо­дов, районные агентства по проблемам престарелых и Советы по воп­росам здравоохранения и обеспечения.

3. Непосредственное обеспечение услугами. Агентства, основ­ной целью которых является предоставление социаль­ных услуг, та­ких, как помощь в решении конкретных проблем, консультации и по­мощь в ведении домашнего хозяйства и др., зависят от внешних ре­сурсов и санкций. Хотя работа по соци­альному планированию и орга­низации общин является вто­ричной функцией таких агентств, она становится все более не­обходимой.

4. Социальное действие. Организации, которые пытаются выз­вать социальные изменения, обычно не занимаются соци­альным и культурным развитием какой-то определенной кате­гории своих членов (хотя могут пополнять свои ряды за счет определенных групп насе­ления), но не согласуют деятель­ность отдельных агентств, не обес­печивают прямых услуг. Они считают, что важно изменение как тако­вое. Например, Национальная организация за права женщин, «Общий путь» имеют весьма неконкретные цели. Деятельность организации направлена на улучшение социального и экономического по­ложения женщин, а «Общего пути» — на повышение ответст­венности правитель­ства перед избирателями. Исторически ор­ганизации социального действия складывались как социаль­ные движения, когда большое чис­ло лиц собирается вместе, чтобы действовать на основе глубокого прочувствованного убеждения в социальной несправедливости окружа­ющей дей­ствительности.

Социальное действие может включать политическую дея­тель­ность, например лоббирование, демонстрации, обращение к общест­венному мнению. Оно может касаться небольшого числа людей, напри­мер жителей одного района, которые про­сят полицию о более эффек­тивной работе, или носить широ­комасштабный характер (лоббирование за принятие законода­тельства, защищающего права потребителей).

С точки зрения методологии социальные работники, зани­мающие­ся планированием и организацией общин, имеют больше общего с представителями других отраслей, скажем, профсоюзными лидерами, политическими деятелями и спе­циалистами по городскому и сельскому планированию, чем с социальными работниками, предоставляющими прямые ус­луги отдельным лицам, семьям и небольшим группам. Это расхождение в методах работы в течение десятилетий было причиной напряженности в профессиональной среде, ибо если методы столь различны, то что же объединяет социальных ра­ботников под крышей одной профессии?

До 60-х годов основная масса авторов по социальной ра­боте не дифференцировала практику социального планирова­ния и орга­низации общин среди традиционных методов соци­альной работы — инди­видуальной (casework) и групповой. Если рас­сматривать социальную работу как практику посред­ничества между различными социальными группами, то это означает с основным направлением практичес­кой социальной работы ста­новиться координация частных и общественных инициатив. Та­кая практика, сложившаяся после окончания второй мировой войны, долгое время доминировала в соци­альной работе в рам­ках территориальных сообществ. Сообще­ство в этом контексте предстает как ассоциация взаи­модейст­вующих групп граждан. Цель работников — установление обоюдных каналов коммуни­кации и связей между взаимодей­ствующими группами и их представителями. Модель профес­сиональных действий стано­вилась продолжением социальной работы с группой, соответст­венной была и профессиональная идентичность специалистов, занимавшихся этой практикой [279].

Альтернативная точка зрения состояла в том, что практи­чес­кая социальная работа должна не исключать из своего профессионального поля многочисленные функции, присущие социальному агентству, в том числе планирова­ние, управле­ние и координация мер по оказанию социальной помощи, ана­литическое сопровождение принятия управленческих и зако­нодательных решений, так же как и непосредственное обслу­жи­вание клиентов. Такой взгляд на профессиональную терри­торию позволял одновременно более точно и содержательно представить реальную действительность в области участия социальных работников в социальном планировании и органи­зации общин и в то же время осложнял и без того затянувший процесс профессионального самоопределения и требовал при­мирения с господс­твовавшими в то время точками зрения на социальную работу [279]. Помимо полемики о формальных компонентах деятельности существовали расхождения во мнениях отно­сительно и главной цели практической работы по социальному планиро­ванию и организации общин. Суть различий в позициях заключалась в следующем: цель соци­альной работы в территориальном сообществе — развитие внутрен­него потенциала и интеграции в общине или разра­ботка программ, нацеленных на стимулирование социальных реформ и изменений, совершенствование управления соци­альными институтами в интересах людей.

Цели первого рода вполне согласуются с практической ори­ентацией социальной работы как таковой. Эта ориентация основыва­ется главным образом на методологии межгрупповой работы с сильным акцентом на посреднические, организатор­ские функции социального работника и развитие связей между партнерами по взаимодействию. Цели второй группы соответ­ствуют технической (управленческой) ориентации, которая опирается на концепции эффективного менеджмента и широко использует инструменты анализа и оценки программ и управ­ленческих и политических решений организаций. При такой ориентации ос­новной акцент делается на процедурах планиро­вания, разработке предложений по социальному развитию, подготовке отчета по итогам исследований и оценке различ­ных социальных тенденций, действенности мер социальной профилактики и т. д.

В реальной практике социальные работники действуют в рамках множества муниципальных, государственных и обще­ственных организаций и объединений, в чьи задачи, хотя бы косвенно, входит развитие социальных ресурсов. Профессио­нальные функции социальных работников чрезвычайно разно­образны и зависят от направления деятельности организации. Возможно, лучше всех это разнообразие систематизировали К. Пэйпелл и Б. Ротман [цит. по 265]. Они предложили выде­лить три основных направления практики в общине: развитие мест­ной общности (locality development), социальное плани­рование (social planning), социальные действия (social action).

40. Основные модели социальной работы в локальных сообществах

1.Развитие местной общности.

Эта модель работы в общине придает особое значение раз­витию внутреннего потенциала общины, социальных связей и способности к самостроительству. Обычно она используется в проектах об­щинного развития и программах организации вза­имной помощи для лиц, проживающих на небольшой терри­тории и объединенных соседски­ми связями.

С точки зрения социальной работы развитие общины мо­жет быть понято как целенаправленное вмешательство в су­ществующую сеть со­циальных связей или структуру местных отношений с целями измене­ния или улучшения сложившихся моделей поддержания социального благосостояния и соци­ально-политического функционирования. Про­цесс социальной работы сфокусирован на взаимодействии людей в об­щине ме­жду собой и с организациями. В отличие от социального пла­нирования, он характеризуется подходом «снизу», из «гущи народной инициативы» и реальностей повседневной жизни людей и потребности во взаимопомощи.

В основе этой модели лежит принцип собственно органи­за­ции, т. е. стимулирования и агрегации индивидуаль­ных и групповых отношений и интересов относительно неко­торых общезначимых проблем ограниченной «естественной» общ­но­сти людей. Другой важнейший принцип — это развитие со­причастности (participation).

Его идея заключается в том, что многие проблемы общины — бед­ность, девиантное пове­дение отдельных групп, неблагополучие шко­лы, ограничен­ные воз­можности в области профессиональной подготов­ки и перепод­готовки, общественная апатия и равнодушие — мо­гут быть решены через привлечение людей к различным ви­дам совме­стной деятельности на местном уровне и их актив­ное участие в определе­нии политики местной общины [265]. Термин «по­литика» обычно отно­сится к деятельности про­фессиональных политиков и правительств. В этом контексте он используется в несколько ином значении, близком к пер­воначальному: это всякая деятельность, направленная на под­держание полиса или сообщества. Соседская община органи­зовала де­журство на улице — это политика. Гражданская ас­социация работает над улучшением системы образования — и это политика. Ин­тересы лю­дей, которые хотят улучшить жизнь своей общины или образование детей, являются поли­тическими. Политика подразумевает все совмест­ные попыт­ки решить общие про­блемы.

Реализация этих принципов подразумевает вовлечение со­циаль­ного работника в организацию взаимодействия различ­ных групп и ор­ганизаций в рамках общины. Задачи организа­ции такого взаимодейс­твия включают создание структур для обширного планирования и при­нятия решений (например, «форум жителей»), выдвижение лидеров, формирование груп­повой сплоченности, мобилизацию энергии и облег­чение свя­зей, оговаривание условий и обмен мнениями между сторо­нами, вовлеченными в деятельность по решению проблемы.

Очевидно, развитие местной общности как модель (или направ­ление) практик в настоящее время понимается как пре­жде всего ра­бота с группами и организациями в общине и их развитие. Социаль­ный работник может иметь дело со сло­жившимися группами (например, какая-то общественная ор­ганизация имеет возможность нанять специалиста для ра­боты с различными группами добровольцев в этой организации или же стимулировать создание новых групп и организаций.

Формироваться эти группы и организации могут с инстру­ментальными или экспрессивными целями [279]. Экспрессив­ные цели будут ведущими, если группа создается для удовле­творения конкретных потребностей и личного развития членов общины (например, ассоциа­ция соседей, которые хотят улуч­шить взаимоотношения жителей райо­на) или для обучения участников группы, обогащения их эмоциональ­ным опытом. Инструментальные цели предполагаются тогда, когда де­я­тельность группы или организации направлена на изменение ка­ких-либо социальных условий, внешних по отношению к непосредс­твенным интересам участников группы (к примеру, инициативная группа для организации семейного кризисного центра).

В любом случае социальный работник должен помочь ус­тановить контакт и организовать взаимодействие подходящих людей (или групп), которые: 1) обеспечат финансовую и иную поддержку, необхо­димую для начала организованной деятель­ности; 2) определят проб­лему, для решения которой привлека­ется социальный работник; 3) согласятся работать над уже по­ставленной проблемой. Затем выбира­ются цели, разрабатыва­ется план, чтобы объединить ресурсы общины (жителей как потенциальных избирателей, организационную поддержку и деньги) для решения этих целей. Социальный работник может по­мочь группе определить природу проблемы, сформулиро­вать реальные цели, определить логические шаги и стратегию действий, найти ис­точники финансирования, организовать кампанию, привлекающую вни­мание к проблеме.

Социальный работник выступает в качестве координатора дейс­твий инициативной группы (или групп) жителей и помо­гает наладить диалог между по меньшей мере четырьмя субъ­ектами взаимодействия, вступающих в контакт по поводу ха­рактера и путей преодоления проблемных жизненных и соци­альных ситуаций: местных жителей, инвесторов (или спонсо­ров), должностных лиц и специалистов-экспер­тов (в случае необходимости обеспечивающих информационную и юри­ди­ческую поддержку общественных усилий).

2. Социальное планирование

Это направление практики социальной работы в общине связано главным образом с созданием и внедрением программ социальной по­мощи и развития, координацией политики и стратегии действий раз­личных организаций образования и здравоохранения, социального благосостояния, социальной оценкой управленческих решений. Зани­маются этим в основ­ном социальные работники, участвующие в работе различных территориальных советов (например, Совет по со­циальному благосостоянию или Совет социальных агентств) или власт­ных органов. Деятельность социальных работников в сфере со­циального планирования концентрируется на решении оп­ределенного типа аналитических задач в контексте самых раз­нообразных вопро­сов, касающихся жизнедеятельности и со­циального благополучия дос­таточно больших общностей: здравоохранение, образование, досуг, отчуждение молодежи и подростковая преступность, экономическое положение, тру­довые отношения, проблемы различных меньшинств, за­щита детей и т. д. Аналитические задачи включают в себя сбор дан­ных, определение количества проблем, оценку срочности каж­дой из них, выбор стратегических альтернатив и оценку ре­зультатов поли­тики. База данных заимствуется из прикладных социальных исследо­ваний, статистических данных, результа­тов опросов и из анализа политики социального обеспечения. В последние годы растет число разработанных и усовершенст­вованных специфических приемов для ис­пользования в анали­тических задачах, например, социальное обсле­дование, номи­нальное группирование для формулирования проблем, управ­ление посредством целеналожения системы планирования, расп­ределения и составления бюджета [37].

Современные зарубежные авторы, обращаясь к технологии соци­ального планирования, обычно рассматривают два ас­пекта, необходи­мо присутствующих в деятельности социаль­ных работников в этой об­ласти. Во-первых, это анализ и изу­чение общины и ее проблемных областей. И во-вторых, анализ и оценка влияния и последствий различных социальных про­грамм и управленческих решений.

Анализ и изучение общины позволяет создать информаци­онную базу для разработки различных программ. Подобный анализ может включать самые разнообразные переменные, но, по данным Д. Брилэнд и Л. Костин [233], обычно основные рубрики для изучения общины специфируют: 1) особенности исторического и географического поло­жения общины; 2) де­мографию; 3) способы коммуникации в общине; 4) экономи­ческий статус и однородность жителей и экономическую жизнь в пределах общины; 5) особенности юридического ре­гулирования и политики местных властей; 6) жилой фонд; 7) систему образования; 8) организацию досуга и рекреацион­ные возможности общины; 9) сис­тему помощи семье; 10) ре­лиги­озную жизнь; 11) наличие различных ассоциаций и про­фес­сиональных союзов; 12) особенности системы здравоохра­не­ния; 13) экологические факторы.

Анализ исходных данных относительно общины и ее про­блемных областей позволяет «запустить» механизмы собст­венно социального планирования. Разработка социальной про­граммы или управленческого решения, становясь предме­том деятельности социального работника, предполагает не столько составление плана конкретных мероприятий, сколь­ко анализ социального воздействия этих программ или реше­ний. Под социальным воздействием понимается влияние на занятость, образование и обучение, самообразование, на здо­ровье, каче­ство жизни, на общение в социальных группах, их социальную сплоченность в рамках локальной территориаль­ной общ­ности.

Процедура такого анализа предполагает соблюдение опре­делен­ной последовательности шагов, на каждом их которых выполняется ряд аналитических операций [128]:

1) определение масштаба проблемы, требующей решения (на ка­ком уровне будут оцениваться социальные последствия — общегосу­дарственном, региональном, локальном);

2) идентификация проблемы (формулировка целей, кото­рые прес­ледуются при ее решении; определение «клиентных групп» — катего­рий населения, для которых предназначена программа);

3) формулировка альтернатив решения проблемы (опреде­ление разумных альтернатив, соответствующих интересам во­влеченных сто­рон; определение способов, агентов, ресурсов управленческого вме­шательства);

4) построение профиля воздействий и определение количе­ствен­ных параметров изменений (отбор, типологизация и ко­личественное измерение социальных индикаторов изменений, например количество имеющихся мест в различных стацио­нарных или детских клубах);

5) оценка (аssessment), сравнение альтернатив, определе­ние разницы между воздействиями, которые повлекут за собой различные альтернативы решений;

6) определение (evaluation) отношения различных групп в об­щине к возможным воздействиям;

7) минимизация нежелательных последствий (анализ неиз­бежных отрицательных воздействий);

8) мониторинг (отслеживание эффективности и последст­вий программы).

Таким образом, социальное планирование — это прежде всего инструмент формирования социальной политики об­щины и ее институ­тов на основе объективного изучения обще­значимых потребностей жи­телей, трансформирования этой политики в конкретные социальные программы и шаги дея­тельности различных организаций, учреждений или инициа­тивных групп и их экспертную оценку с точки зрения со­ци­альной эффективности.

3. Социальные действия

Социальные действия как одно из направлений социальной ра­боты в общине подразумевает организацию индивидуаль­ных или груп­повых действий, направленных на изменение и корректировку офици­альной социальной политики или сло­жившейся практики различных со­циальных институтов в пользу клиентов из депривированных слоев общины [270, p. 171]. В отличие от модели «организация местной общ­но­сти», где акцент ставится на вовлечение всех категорий мест­ного населения в процесс формулирования и достижения це­лей, важных для улучшения условий жизни в общине, на ор­ганизацию самопомощи и кооперации, модель «социальные действия» сфокусирована на депри­вированных и виктимизи­рованных группах населения, нуждающихся в организации для того, чтобы добиться изменений в организационной поли­тике и практике. Официальные лица рассматриваются здесь ско­рее не как потенциальные или реальные партнеры в ре­форматорской деятельности, но как часть истеблишмента, за­интересованная в сох­ранении статус-кво и поэтому требующая активного общественного нажима. Безусловно, реальная прак­тика, связанная с организацией местной общности, предпола­гает не только сотрудничество с представителями официаль­ных организаций, но и элементы конфликтных стра­тегий и конфронтаций с официальным мнением (преобладающих в моде­ли «социальные действия»).

И довольно часто социаль­ные действия рассматривают как часть практики под рубрикой «организация мест­ной общности». Но мы в целях концепту­альной ясности, вслед за Дж. Ротманом, посчитали целесооб­разным разделить эти две модели.

С самого начала социальная работа, изначально ориенти­рован­ная на помощь обездоленным, развивалась под влиянием идей соци­ального протеста. Право протеста — одно из базо­вых в американской культуре. Американцы как нация сфор­мировались из протеста против условий правления британской короны. Конституция США наполнена фразами, делающими право протеста и право подачи петиций прави­тельству значи­тельной частью законодательства. В качестве аксиомы полага­ется, по словам Ф. Дугласа, что «там, где нет борьбы, нет про­гресса. Эта борьба может быть моральной, может быть физи­чес­кой, может быть и той и другой, но это должна быть борь­ба. Власть ничего не уступит без требования» [цит. по 233, c. 123]. По традиции, идущей еще от первых поселенцев, аме­риканцы протестуют своими публичными действиями, го­ло­сами на выборах и своими день­гами. В этой логике и опре­де­ляются два основных способа организации социальных ак­ций: публичные акции (демонстрации, пикеты) и обществен­ные кампании, создающие определенный настрой обществен­ного мнения среди потенциальных избирателей (информаци­онные кам­пании в печати, на телевидении и радио, лоббиро­вание в законода­тельных органах и т. д.).

Социальные акции, начинаясь с небольшой группы акти­вистов, которые создают ядро протестующих, могут перерасти в национальные движения, например, в защиту гражданских прав, экологические или антивоенные движения. Под давле­нием организованной общественности граждане приобретают новые медицинские, социальные и образова­тельные возмож­ности и выгоды. Социальное страхование, помощь семьям с несовершеннолетними детьми, программы реабилитации ин­ва­лидов и безработных, возможности для равного жизнен­ного старта, отмена дискриминационных требований при приеме на работу и в учебные заведения — все это вырастает из органи­зованных действий протеста [233, p. 126].

Социальные работники всегда принимали активное уча­стие в ор­ганизации социальных акций от имени различных де­привированных групп в силу того, что в моральные установки профессии изначально была заложена идея борьбы с неспра­ведливостью и неравенством. Не претендуя на юрисдикцию над всей областью гражданских движений, социальные работ­ники тем не менее могут выступать в роли органи­заторов или координаторов различных инициативных групп, включаю­щихся в борьбу за свои гражданские права на местном уровне. На общенациональном уровне в лице Национальной организа­ции социаль­ных работников или в качестве экспертов в других общественных ор­ганизациях они участвуют в деятельности законодательных органов страны по вопросам социального благосостояния, образования и здравоохранения.

Как и любой другой вид практики социальных работников, соци­альные акции как целенаправленно организуемая профес­сиональная деятельность включает такие компоненты, как сбор и анализ данных, диагностику ситуации и разработку плана деятельности, итоговую оценку результативности дей­ствий. С этой точки зрения социальные акции — это серия действий, направленных на достижение заранее определенной цели. Причем, в отличие от других моделей работы, главный критерий эффективности здесь не степень удовлетворенности участников процесса, не расширение сферы социального опы­та и улучшение персонального социального функциониро­ва­ния, но прежде всего степень приближения к предопреде­лен­ной вне рамок процесса социальной работы цели [437].

Таким образом, социальная работа в общине представляет собой целенаправленный процесс взаимодействия социаль­ного работника с представителями различных общественных групп и организаций на местном, региональном или общена­циональном уровнях с одной или несколькими целями:

— развитие социальных связей в местной общине и орга­низация взаимопомощи;

— разработка, внедрение и оценка эффективности различ­ных со­циальных программ и планов деятельности основных институтов общи­ны, связанных с вопросами социального бла­гополучия населения;

— защита гражданских прав депривированных групп насе­ления и оказание информационной и организационной под­держки различным инициативам в области социального бла­гополучия населения.

Общинная социальная работа осуществляется через уча­стие со­циальных работников в деятельности по:

1) развитию местной, географически ограниченной общно­сти че­рез стимулирование, аггрегацию и координацию инди­видуальных и групповых отношений и интересов относи­тельно некоторых общезначи­мых проблем;

2) социальному планированию, выработке политики и стратегии действий различных организаций по вопросам со­циальной защиты, об­разования и здравоохранения;

3) организации публичных социальных акций и общест­венных кампаний, направленных на изменение существующей законодательной и организационной практики, препятствую­щей осуществлению основных гражданских прав депривиро­ванных групп населения.