Введение 5

Эпоха Просвещения принесла человечеству множество новых идей, о которых даже помыслить не могли люди средневековья. Общественное мнение не ограничивалось больше учением церкви, стали более распространены различные науки, образование приобрело повсеместное распространение. Стало «модно» рассуждать о жизни, смерти, политическом положении страны и о простом народе, о человеческом естестве и проч.; философия приобрела большое значение в жизни людей, начали появляться новые теории создания мира в целом и человечества в частном. Так, например, теория Ч. Дарвина основана на том, что человека создал не Бог, как учит церковное учение, а человек произошел от обезьяны; или же утверждение Фрейда, что в потаенных уголках человеческой души находятся лишь примитивные страсти, вновь напоминающие о родстве человека с животным миром. У людей появилось, пусть пока и неуверенное, право на собственное мнение. Итак, человечество, скинув с глаз пелену старых убеждений, навязанных церковью, посмотрело на мир новыми глазами. Ярче всего это отразилось в художественной культуре. История западной литературы за период времени с конца xviii века до начала XX века, таких стран, как Англия, Франция, Германия и Италия очень обширна. Писатели этих стран лучше всего передали атмосферу своего времени, идею Просвещения, политические волнения своих стран, волнения народа — все то, что тревожило души людей.

Так же, немало отразилось на художественной культуре тех веков, революции и воины, государственные перевороты, которые знаменовали приход новой эпохи и новой власти. Поменялись взгляды на жизнь, появились новые клубы и течения. Каждой души каснулся дух, чего-то нового, дух перемен. И чуткие души поэтов и художников, музыкантов и простых романтиков не могли не передать то новое, что познали сами, в своих работах.

Особенно это не могло не отразиться на литературе, которая была и всегда будет тесно связана с жизнью людей и самими людьми, с происходящими вокруг событиями. Литература каждого века имеет свою собственную атмосферу, отпечаток времен, который не повторяется в истории. В этой неповторимости кроется настоящая красота и привлекательность.

12 стр., 5802 слов

Башляр научное призвание и душа человека

НАУЧНОЕ ПРИЗВАНИЕ И ДУША ЧЕЛОВЕКА1. I Еще в начале нашего века стали появляться филосо­фы, которые, похоже, хотели бы обвинить науку во всех смертных грехах, сравнивая ее с пресловутым джин­ном, выпущенным из бутылки. Мне представляется, ког­да мы судим об ответственности науки, опираясь на этот привычный (и я добавил бы – фальшивый) образ неких разбуженных и неуправляемых сил, то это ...

Книги — вот то, что соединяет поколения сквозь время, не дает забыть свои корни и повторить ошибки прошлого. Наше наследие, мудрость наших отцов — та мудрость, которую не стыдно передать потомкам.

Итак, как было сказано выше, литература имеет и имело колоссальное значение в жизни людей. К сожалению, многие имена и произведения авторов, которыми зачитывались люди XVIII—XIX вв.еков, не сохранились до наших времен в своей популярности, многие и вовсе забылись, потерялись в течение времен. Но есть и такие, которыми зачитываются и в нашем веке, восхищаются философией и слогом, глубокой мыслью или сюжетом. Они для нас стали классикой, их проходят в школах, на них следует ровняться современным писателям. Это были не пустые книги. Для того чтобы подтвердить эту мысль, следует лишь зайти в книжный магазин и посмотреть на корешки книг — у современных книг большими буквами написаны названия, а у классики — имена авторов. Такое творчество истинно нетленно…

XIX век внес поистине неоценимый вклад в сокровищницу всей мировой культуры. Это был век величайших гуманистических и эстетических завоеваний в Европе, Америке и в особенности в России. Столь яркий и широкий расцвет литературы и искусства в эту пору во многом определяется теми глубокими и нередко бурными социальными и политическими сдвигами, которыми был так богат XIX век.

Германия

Развитие немецкой литературы XIX в. проходит в соответствии с закономерностями европейского литературного процесса.

Основными факторами, определявшими характер литературного процесса конца XVIII- первых трех десятилетий XIX в., были влияние Французской революции, политическая раздробленность и экономическая отсталость страны, антинаполеоновское освободительное движение и атмосфера общей политической реакции периода Реставрации без предшествовавшей революции.

10 стр., 4737 слов

Во второй половине XVIII — начале XIX века

ДОНБАССКАЯ ЮРИДИЧЕСКАЯ АКАДЕМИЯ КАФЕДРА ТЕОРИИ И ИСТОРИИ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА   Дисциплина: ИСТОРИЯ ПОЛИТИЧЕСКИХ И ПРАВОВЫХ УЧЕНИЙ   ЛЕКЦИЯ № 8   «ПОЛИТИКО-ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ РОССИИ (КОНЕЦ XVIII – НАЧАЛА XX В.)»   направления подготовки 40.03.01 «юриспруденция» квалификация «бакалавр»   Утверждено на заседании кафедры ТИГП от 07.09.2015 протокол № 1 Донецк – 2015 План ...

Чертами переходного периода от Просвещения к романтизму отмечено творчество двух ярких писателей той поры.

Выдающийся немецкий поэт Фридрих Гёльдерлин (1770−1843) — от романтиков и от многих других своих соотечественников-современников он отличался тем, что, однажды с восторгом восприняв идеи Французской революции, навсегда остался им верен, хотя поворот революционных событий во Франции в сторону термидора не мог не внести в творчество поэта некоторого разочарования. Его произведения начала 30-х годов — торжественно-патетические гимны, вдохновленные идеями Французской революции. Устремленность в сферу философии воплотилась у Гёльдерлина в его индивидуально-своеобразной романтической утопии — эллинистическом идеале гармонии и красоты с отчетливым гражданским гуманистическим акцентом. Он широко использует возможности свободного стиха, применяя нормы, как античной просодии, так и современной немецкой.

В русле широко утверждавшегося в немецкой литературе жанра «романа воспитания» значительное место принадлежало роману Гёльдерлина «Гиперион», который позволяет говорить о Гёльдерлине как о поэте и прозаике, с творчеством которого связано появление активного романтического героя. В этом же ряду стоит и его драматический фрагмент «Смерть Эмпедокла».

Другим значительным немецким писателем конца XVIII — начала XIX в., типологически связанным с романтизмом, был романист Жан Поль (наст, имя — Иоганн Пауль Фридрих Рихтер; 1763−1825).

Осуждая якобинскую диктатуру, он, подобно Гёльдерлину, все же сохранил верность идеям Французской революции. Ряду романов Жан Поля присущи романтические черты фантастической утопии (роман «Титан»), сочетающиеся с сентименталистской линией немецкого и английского Просвещения (Л. Стерн).

Тип героя многих его романов — чудаковатого персонажа, над которым иронизирует сам автор, — близок чудакам-энтузиастам Гофмана. Не разрабатывая теоретических основ романтической иронии, Жан Поль широко использовал ее в некоторых своих произведениях, предваряя обращение к ней романтиков.

2 стр., 520 слов

Развитие ребенка 2−3 лет

Физическое развитие ребенка 2 - 3 лет Главное отличие в физическом развитии ребенка в данный возрастной период состоит в том, что он совершает основные действия самостоятельно, без поддержки и помощи, а так же может действовать по показу или по словесному указанию взрослого. В период от 2 до 3 лет: ребенок ходит, бегает, прыгает на двух ножках, приседает, перешагивает через препятствие, лежащее на ...

В столь же значительной мере, как и на литературных движениях, влияние Французской революции сказалось и на развитии философской мысли Германии того времени. Примечательно, что почти все известные философские системы Германии конца XVIII — начала XIX в. своим важнейшим компонентом имели вопросы эстетики. И Кант, и Шеллинг, и Гегель в своем истолковании системы мироздания важное место отводили искусству.

Известия о революционном взрыве в июле 1830 г. в Париже как освежающий живительный вихрь пронеслись по Германии, захолустной и раздробленной, обманутой в своих радужных надеждах, порожденных патриотическим энтузиазмом освободительной войны против Наполеона. Июльская революция во Франции была толчком, который вызвал революционные вспышки в Германии, подготовленные внутренним развитием классовых противоречий в стране.

Сдвиги в экономической и общественно-политической жизни страны не замедлили сказаться и на различных формах общественного сознания, в частности философии и литературе. Философские движения 30-х годов в Германии отразились на формировании немецкого реализма.

Характер немецкой литературы этого десятилетия резко изменяется по сравнению с литературой 10−20-х годов. В своей знаменитой работе «Романтическая школа» Гейне подчеркивал: «Со смертью Гёте в Германии начинается новая литературная эпоха; с ним ушла в могилу старая Германия, век аристократической литературы пришел к концу, начинается демократический век».

Процесс формирования реализма в немецкой литературе 30-х годов отчетливо проявился в творчестве Георга Бюхнера (1813−1837), и прежде всего в его драме «Смерть Дантона» (1835).

Социально-политическая проблематика под влиянием Июльской революции и внутригерманских противоречий, активно насыщавшая немецкую литературу 30-х годов, наиболее радикально осмыслялась Бюхнером, который руководил деятельностью одной из тайных революционных организаций — «Обществом прав человека» в Гессене.

26 стр., 12728 слов

Конфликтность в семье в первые годы совместной жизни

План. Введение Глава 1.Характеристики семьи как социального института. 1. Понятие семьи сущность, структура, функции 2. Типология семейных структур и семейных отношений. 3. Социальные проблемы семей. 4.Жизненный цикл семьи. Конкретизация понятия семья в первые годы совместного проживания . Глава 2.Особенности конфликтов в семье в первые годы совместной жизни. 1.Понятие готовности к семейной жизни ...

Близко к Иммерману по эстетическим позициям стоял драматург Кристиан Дитрих Граббе (1801 -1836), творчество которого сыграло значительную роль в немецкой литературе 30-х годов. Центральное произведение Граббе, наиболее полно воплотившее его социально-эстетические принципы, — драма «Наполеон, или Сто дней» (1831).

События пьесы, в особенности батальные сцены, напоминали немцам о недавней борьбе за национальное освобождение, будили оппозиционные настроения. Не случайно эту пьесу одобрительно приняли младогерманцы.

Ведущее место в немецкой литературе 30-х годов наряду с Гейне занял последовательный в своих убеждениях и активный участник общественно-политической борьбы Людвиг Берне (1786−1837) — представитель радикального крыла немецкой мелкой буржуазии, талантливый публицист. Деятельность Берне, имевшая широкий резонанс в Германии, явилась отражением определенного этапа в развитии немецкой буржуазной демократии. Из произведений Берне особенно большое влияние на литературную и общественную жизнь Германии 30-х годов оказали «Парижские письма» (1830−1833), в которых была нарисована яркая и широкая картина жизни Франции первых лет Июльской монархии.

Значительная часть статей Берне была посвящена театральной жизни. «Драматургические листы», составившие впоследствии отдельный сборник, были написаны пером воинствующего революционного публициста. Форму театральной рецензии Берне использует для резкой критики общественной жизни тогдашней Германии.

Молодой Энгельс назвал его «знаменосцем немецкой свободы, единственным мужем в Германии своего времени».

Перелом в развитии немецкой литературы нашел яркое выражение в творчестве литературной группы, которую уже в 30-х годах прошлого столетия называли «Молодой Германией». Ядром этой группы были писатели Карл Гуцков (1811 — 1878), Людольф Винбарг (1802 — 1872), Генрих Лаубё (1806 — 1884), Теодор Мундт (1808 — 1861), Густав Кюне (1806 — 1888).

8 стр., 3737 слов

Тесты психического развития ребенка второго года жизни. От года до пятнадцати месяцев

Тесты психического развития ребенка второго года жизни. От года до пятнадцати месяцев. Тест с кубиками. Предложите ребенку кубики размером 8 кубических см. Покажите ему, как поставить один кубик на другой, чтобы сложить башню. Дайте ему возможность построить башню самостоятельно. Ребенок в пятнадцать месяцев жизни не тащит кубики в рот, не бросает кубики на пол, а выполняет в точности задание. ...

Младогерманцы выступали против традиции романтизма, стремились приблизить литературу к действительности, к общественно-политической жизни.

Как единая литературная группа или школа «Молодая Германия» существовала очень недолго. Если в начале 30-х годов было некоторое идейно-эстетическое единство в литературных выступлениях ряда молодых писателей, то после постановления Союзного сейма и развернувшихся цензурно-политических преследований младогерманцы, за исключением Винбарга и в какой-то мере Гуцкова, оказались, по существу, ренегатами по отношению к своим прежним идеалам, поспешив засвидетельствовать свою преданность прусской монархии. В целом, однако, воздействие «Молодой Германии» как общего направления на немецкую литературу продолжается примерно до рубежа 30−40-х годов XIX в. И, конечно, прусский король Фридрих-Вильгельм IV прекрасно понимал полнейшую безопасность бывших младогерманцев для прусского правительства, когда в 1842 г. отменил цензурные ограничения, направленные против этих писателей.

Поражение революции 1848−1849 гг. резко изменило характер национальной литературы в Германии. Немецкая литература быстро утрачивает тот широкий международный авторитет, который она завоевала с конца XVIII и в первой половине XIX в., в особенности в эпоху Гёте и романтиков. В связи с этим примечательна та огромная популярность, которую получает в среде немецкой интеллигенции второй половины XIX в. пессимистическое сочинение А. Шопенгауэра (1788 — 1860) «Мир как воля и представление» (1819−1844).

Немецкая литература оказывается в узких рамках провинциализма, так называемого областничества, разрабатывая круг тем, связанный лишь с условиями жизни той или иной провинции. Термин «критический реализм» (при всей своей неадекватности), которым мы обозначаем определяющее направление в литературах Франции и Англии после 1830 г., совершенно не применим к литературе этих десятилетий в Германии (и особенно после 1848 г.), где о подлинном реализме можно говорить лишь в связи с творчеством Т. Фонтане — романиста 70-х годов. И хотя ведущие немецкие прозаики 40−60-х годов считали себя (и с достаточным основанием) реалистами, но опять-таки с не меньшим основанием они и в теории, и в своем творчестве утверждали свое понимание реализма, обозначив его как «поэтический реализм» (термин О. Людвига), который ставил перед собой задачу не беспощадного анализа действительности, а ее идеализации, смягчения ее противоречий. Именно в таком русле определяются многие черты творчества Т. Шторма, В. Раабе, О. Людвига.

16 стр., 7626 слов

Развитие мышления детей 4−6 лет

27 Введение Развитие, прежде всего, характеризуется качественными изменениями, появлением новообразований, новых механизмов, новых процессов, новых структур. Наиболее важные признаки развития это – дифференциация, расчленение раннее бывшего единым элемента; появление новых сторон, новых элементов в самом развитии; перестройка связей между сторонами объекта. Существует много типов развития, ...

Англия

Романтизм в Англии оформился раньше, чем в других странах Западной Европы. Романтические тенденции долгое время существовали подспудно, не вырываясь на поверхность, чему в немалой степени способствовало раннее возникновение сентиментализма. Само слово «романтический» как синоним «живописный», «оригинальный» появилось в 1654 г. Оно было впервые употреблено художником Джоном Эвелином при описании окрестностей Бата. Позднее, в начале XVIII в. это слово использовалось уже многими писателями и поэтами, в том числе и теми, которые обычно ассоциируются в нашем сознании с понятием «классицизм». Например, Александр Поуп (1688 — 1744) называет свое состояние романтическим, связывая его с неопределенностью, зыбкостью чувств.

Эти незримо существовавшие романтические мироощущения проявились в целой системе свойственных только Англии явлений, что дает право нашим исследователям, пишущим о специфике английского романтизма, говорить о предромантизме, хронологически предшествующем собственно романтизму.

Предромантизм складывался в единую идейно-художественную систему в течение 30 лет (1750−1780), когда четко обозначились составляющие эту систему компоненты — готический роман, сентиментальная поэзия, эстетика периода кризиса Просвещения, а также якобинский роман.

Начало английского романтизма принято связывать с появлением сборника Уильяма Вордсворта (William Wordsworth, 1770 — 1850) и Сэмюэля Колриджа (1772 — 1834) «Лирические баллады» (1798), с опубликованием предисловия, содержащего основные задачи нового искусства. Но благодаря уже существовавшему предромантизму, появление романтизма не было похоже на взрыв, отказ от старых образцов. Компромиссное существование различных стилей в эпоху Просвещения, довольно спокойное противостояние их друг другу привели романтика Джорджа Байрона (1788 — 1824) к верности классицизму на протяжении всего творчества и отказу от частого употребления слова «романтизм», «романтический» в его финальном произведении «Дон Жуан». У английских романтиков не было последовательно серьезного отношения к романтизму, как, скажем, у романтиков немецких. Отличительной чертой духовной деятельности англичан, отразившейся, кстати, и в художественном литературном творчестве, было осмеяние, пародирование того, что только становилось литературной нормой. Примером того является роман Лоренса Стерна (1713 — 1768) «Тристрам Шенди», который одновременно и утверждает, и разрушает структуру романа. «Дон Жуан» Байрона в начальных песнях также представляет собой пародию на путешествующего романтического героя, весьма напоминающего Чайльд Гарольда. А «Видение суда» и «Поездка дьявола», заимствовавшие свои названия у Саути и Колриджа, по сути своей остро сатиричны и пародийны. Светлые и радостные утопические пророчества Перси Шелли (1792 — 1822) с мифологической образностью и необычной человечностью и естественностью чувств, свойственным духам, богам и титанам, прямо противостоят мрачным эсхатологическим предсказаниям Томаса Грея (1716 — 1771).

Предромантизм возник в период кризиса просветительства, романтизм явился продолжением размышлений о возможностях человеческого разума. Основное внимание романтиками было уделено особому свойству романтизма — воображению. Теоретическое осмысление воображения у Колриджа связано с важнейшей страницей в истории английской культуры — проникновением немецкой философии и эстетики в английскую духовную жизнь. Первые переводы немецких поэтов делаются Скоттом и Колриджем.

Первый этап английского романтизма, совпадающий с творчеством поэтов Озерной школы, проходил на фоне готического и якобинского романов. Роман как жанр еще не ощущал своей полноценности, поэтому представлял собой обширное поле для эксперимента. На первый план выдвинулась английская лирика, представленная С. Роджерсом и Уильямом Блейком (1757 — 1827), Томасом Чаттертоном (1752 — 1770), Джоном Китсом (1795 — 1821) и Томасом Муром (1779 — 1852), поэтами-лейкистами. Поэзия была более радикальна в отношении формы. Возродив жанры национальной лирики (баллада, эпитафия, элегия, ода) и существенно переработав их в духе времени с акцентом на внутренне раскованный мир личности, она уверенно шла от подражательности к оригинальности. Меланхоличность и чувствительность английской поэзии соседствовала с эллинистическим языческим любованием жизнью и ее радостями. Эллинистические мотивы у Китса и Мура подчеркивали оптимистический характер изменений, происходивших в поэзии, освобождение ее от условностей классицизма, смягчение дидактики, обогащение повествовательных линий, наполнение их субъективностью и лиризмом. Восточные мотивы в лирике Шелли, Байрона, Мура возникают уже в первый период английского романтизма. Они диктовались жизнью — Англия расширяла свои колониальные владения, и восточная культура и философия влияли на образ жизни, садово-парковое строительство, архитектуру. Английская пейзажная лирика Вордсворта, Колриджа, Роджерса, Кэмпбелла, Мура живописна в самом прямом и строгом смысле этого слова. Как и живопись Великобритании, становящаяся самым популярным и почитаемым видом искусства, она грустна, наполнена меланхолией, так как тесно соприкасается с предромантическим периодом, с кладбищенской лирикой Т. Грея, Т. Перси, Джеймса Макферсона (1736 — 1796) и сентименталистов, но она и в высшей степени философична («Ода Осени» Китса, сонеты Вордсворта и Колриджа).

Второй этап в развитии английского романтизма связан с творчеством Байрона, Шелли, Вальтера Скотта (1771 — 1832), открывших новые жанры и виды литературы. Символами этого периода стали лиро-эпическая поэма и исторический роман. Появляются «Литературная биография» Колриджа, «Английские барды и шотландские обозреватели» Байрона, великолепные предисловия к поэмам Шелли, трактат самого Шелли «Защита поэзии», литературно-критические выступления В. Скотта (сто статей в «Эдинбургском обозрении»), его исследования по современной литературе. Роман занимает достойное место наряду с поэзией. Бытописательные и нравоописательные романы Марии Эджуорт (1767 — 1849), Фанни Бёрни (1752 — 1840), Джейн Остин (1775 — 1817) подвергаются значительной структурной реорганизации, создаются национальные варианты романов — шотландский цикл В. Скотта, «ирландские романы» М. Эджуорт. Обозначается новый тип романа — романа-памфлета, романа идей, сатирического бурлеска, высмеивающего крайности романтического искусства: исключительность героя, его пресыщенность жизнью, меланхолию, высокомерие, пристрастие к изображению готических руин и уединенных таинственных замков.

-реализм

В 20−30-е годы XIX в. ушли из жизни Байрон и Шелли, Китс и Скотт. Романтизм растрачивал себя и не пополнялся новыми именами. Правда, он не прекратил своего существования и был еще значительным явлением в литературе, но в рядах его сторонников наметилась полемика, направленная против крайностей романтизма и исключительности романтического героя.

30-е годы XIX в. в истории развития английской литературы ознаменованы появлением новых черт в жанровой структуре романа, что было обусловлено историко-политическим и социально-экономическим развитием Англии в период формирования чартистского движения, обострения противоречий в стране, вступившей в викторианскую эпоху (1837--1901).

40−30-е годы- это годы крупнейших достижений в истории английского социального романа.

Понятие викторианства, связанное с викторианской эпохой, означает определенную идеологию, образ мыслей и жизни, духовную атмосферу, комплекс нравственных и этических установлений, свидетельствующих о благополучном поступательном развитии общества в целом.

Дидактизм и нравственные категории, формирующиеся в викторианскую эпоху в общем русле развития наук, особенно политэкономии, социологии, философии, накладывают определенный отпечаток на произведения Диккенса и Ш. Бронте, Теккерея и Д. Элиот (настоящее имя Мэри Энн Эванс, 1819 — 1880), однако их место в романе в разные периоды эволюции этого жанра определяется общим развитием структуры художественного произведения, чему в немалой степени способствовало увеличение читательской аудитории и публикация романа отдельными выпусками в журналах, а также формирование массовой культуры.

Развивая традиции просветительского реалистического романа, литература XIX в. не только расширила и углубила их, но и обогатила новыми тенденциями, наметившимися в духовной жизни общества. Развитие английской литературы сопровождалось острой идейной борьбой — христианских и феодальных социалистов, чартистов и младоторийцев. В этом особенность английской литературы, обогащавшейся опытом общественных потрясений, связанных с развитием революционных событий на континенте.

30-е годы характеризуются ускоренным развитием английского общества по пути буржуазного прогресса и сложного изменения его социальной структуры, развитием рабочего движения, приходом буржуа с помощью народных масс к политической власти в результате избирательной реформы 1832 г. Требование свободы торговли, благополучия и процветания для всех слоев населения оказались актуальными проблемами и для науки, и для литературы, и для искусства. Наиболее значительным идеологом буржуазного либерализма был Д. Бентам (1748−1832), положивший начало теории утилитаризма, нашедшей выражение в проповеди практицизма, личной инициативы и предпринимательства. Его лозунг «наибольшего счастья для наибольшего количества людей» должен был привлечь массы своим откровенным утопизмом и иллюзорностью, успокоив общественное мнение, напуганное размахом рабочего движения.

Гуманистические принципы, лежавшие в основе требований прогрессивно мыслящих писателей того времени, например Диккенса, резко расходились с бентамовским практицизмом и утилитаризмом. Но наибольшее осуждение вызвали взгляды другого теоретика викторианской поры — Т. Р. Мальтуса (1766−1834).

Труд Мальтуса «Опыт о законе народонаселения» (1798) был прямым выпадом против революционных и радикальных идей его времени. Но особую популярность его система взглядов приобрела у буржуазии, боровшейся с чартистским движением в 30-е годы. Уже в это время в английской буржуазной идеологии идея усовершенствования политической системы мирными парламентскими методами, законными средствами всячески пропагандировалась и обретала своих сторонников. Немалую роль в этом сыграл и компромиссный характер развития Англии после «Славной революции» 1688 г. и постепенное, медленное, но поступательное движение в сторону развития «демократии для всех». Не случайно именно в 30-е годы возродились старые традиции выражения идей и суждений в эссеистике и очерке, стали обновляться уже известные концепции историзма в свете буржуазно-либерального умеренного плана обновления общества и его институтов. В романах Диккенса все эти идеи найдут отражение позднее, в 40−50-е годы, наряду с остронегативным отношением писателя к теории разумного эгоизма, себялюбия и практицизма. Наиболее значительными историками этого периода были Т. Б. Маколей (1800−1859), автор «Истории Англии» (1849−1855), а также рецензий и статей о Байроне, Аддисоне, Свифте.

Подлинным выразителем сложностей и противоречий викторианского века суждено было стать Томасу Карлайлу (1795−1881), сочинения которого отразили духовную жизнь нации на протяжении целого столетия. Блестящий мыслитель и оратор, памфлетист и историк, он оказал влияние на творчество Диккенса и Герцена, Толстого и Уитмена. Он был связан с итальянскими карбонариями и с английским утопическим социалистом Р. Оуэном, вторым после Колриджа познакомил английского читателя с немецкой литературой и философией (он состоял в переписке с Гете, написал книгу о Шиллере).

Карлайлу принадлежат памфлеты: «Чартизм», «Прошлое и настоящее», свидетельствующие о том, что их автор был далек от апологетического восхваления буржуазных порядков и осуждения подъема рабочего движения.

Основными вопросами, дискутируемыми в конце 20−30-х годов, были вопросы, связанные с романтизмом, с судьбой романтического героя. Писатели и философы — Э. Булвер-Литтон (1803 — 1873), Б. Дизраэли (1804 — 1881), Ф. Мэрриат выдвигали на первый план сильную энергичную личность, поэтизируя ее и рассматривая вне общественных связей, а также героизируя преступление («Вивиан Грей», «Молодой герцог», «Кантарини Флеминг» Дизраэли).

Наибольшую известность, однако, принесли Дизраэли его программные романы 40-х годов («Сибилла, или Две нации», 1845; «Танкред», 1847; «Конингсби», 1844), в которых он дает реалистическую картину труда и быта английских рабочих в период нарастания чартистского движения («Сибилла»), а также рисует жизнь молодого поколения, энергичного и эгоистичного в осуществлении своих честолюбивых замыслов. Все три романа Дизраэли должны были помочь его политической карьере, которую он блистательно сделал, получив пост премьер-министра.

В 30-е годы вступают в литературу молодые Диккенс и Теккерей. Романы «Оливер Твист» и «Кэтрин» были ответами этих писателей на их отношение к ньюгейтскому роману.

40-е годы открывают второй этап в развитии английской литературы. Это период общественного подъема, размаха чартистского движения. Основные вехи данного исторического периода — съезд чартистов, состоявшийся в Манчестере в 1840 г., всеобщая забастовка и экономический кризис 1842 г., новый взлет чартистского движения в 1846 г. и, наконец, революция 1848 г. на континенте. Известный философ и экономист этого времени Д. С. Милль (1806−1873) в своем произведении «Основы политической экономии» наряду с экономическими вопросами решает и нравственные, что было свойственно английской классической политэкономии.

Изменения идеологического климата в условиях нараставшего общественного подъема отразились на литературном процессе, и, прежде всего, на романе как наиболее принципиальном жанре, имеющем огромное воспитательное значение. В социальных романах «голодных сороковых» — Дизраэли, Кингсли, Булвер-Литтона, Диккенса и Теккерея, сестер Бронте — получили отражение и идеи века, и состояние общественного движения, и нравственные принципы эпохи. Растерянность и страх правящих классов перед размахом чартистского движения все чаще сказывались в апелляции к религии, способствующей нравственному совершенствованию человека и рождающей в обществе терпимость, стремление к «гармоничному» сочетанию интересов предпринимателя и труженика.

Блестящая плеяда английских романистов с наибольшей полнотой и убедительностью не только показала в своих произведениях реальное положение вещей, вскрыв крупнейшие противоречия и открыв болезни современного общества (снобизм, чрезмерный эгоизм, тщеславие), но и выдвинула благородные гуманистические идеалы — идеалы людей, нравственно здоровых и чистых, способных на самопожертвование.

Однако, связи с предшествующей эпохой были еще очень ощутимы в этот период, о чем свидетельствует и проблематика исторического романа Теккерея, Булвера, опирающихся на события XVIII в. Они выражались в прямом следовании традиции просветительского эссе и памфлета, в развитии предромантических элементов (в частности, готического романа).

Просветительские традиции сказались в постановке проблем воспитания, образования человека, формирования его идейных, нравственных и эстетических принципов.

Третий этап в развитии литературы и культуры Великобритании приходится на 50−60-е годы. Это было время утраченных иллюзий, пришедших на смену «большим ожиданиям». Характер романа существенно менялся вместе с изменениями общественной и духовной атмосферы. Анализируя недавние уроки прошлого, английская буржуазия пыталась использовать преимущества своей победы, обосновать закономерность «демократического развития» общества, прибегнув к созданию различных культурных объединений, филантропических обществ и институтов. Характер духовной жизни общества определяется идеями позитивизма.

Ведущим идеологом Позитивизма был Г. Спенсер (1820−1903), который построил свое учение на эклектичной системе концепций Конта, Юма, Милля, Шеллинга и шотландских философов XVIII в. Главные идеи Спенсера были связаны с определением автономии функций различных частей общественного организма. Он механически перенес законы живой природы на общество, считая, что между органами живого организма существует разделение функций, которое должно быть сохранено и в социальной сфере. Проповедуя утилитаризм, Спенсер выводил нравственность из пользы, связывая последнее с наслаждением. Философия позитивизма была чрезвычайно полезной в условиях, когда нужно было напомнить трудящимся не только о их правах, но и об обязанностях. Позитивизм оказал огромное воздействие на английский роман, особенно на произведения Троллопа и Элиот.

Современный английский историк литературы У. Аллен в своем замечательном труде «Английский роман» (1954) прямо противопоставил творчество писателей «блестящей плеяды» творчеству писателей, которых он назвал поздними викторианцами (Д. Элиот, Д. Мередит, Т. Гарди).

Если первых, по его мнению, отличали аналитическое критическое отношение к действительности, неспособность человека адаптироваться в чуждом ему мире, то в творчестве поздних викторианцев заметно игнорирование кричащих противоречий в общественной жизни и стремление сосредоточиться на человеке, способном абстрагироваться от окружающего и погруженном в мир, имеющий свои нравственные и этические ценности.

Меняются и литературные традиции, которым служат художники слова. Если раньше их привлекали Филдинг и Смоллетт, то теперь они чаще опираются на традиции сентиментального бытового романа с преимущественным акцентом на обыденном, прозаическом. Усиливается внимание к роману эпическому, но сама эпичность снижается, повествовательная линия обогащается за счет ее психологизации, создания атмосферы действия. Д. Элиот и Э. Троллоп знают о своих героях, их происхождении, болезнях, одежде, привычках, профессии, духовном мире больше, чем знали Диккенс и Теккерей, но степень типичности у поздних викторианцев уменьшается, поскольку в соответствии с позитивистской доктриной явления описывались, но не вскрывалась их суть. Аналогичный процесс происходит в поэзии (Браунинг, Теннисон, прерафаэлиты).

Изменение характера романа диктовалось требованиями времени, условиями социального и духовного развития Англии. Викторианская культура вступала в новую фазу развития, приближающую ее к культуре рубежа веков.

Франция

Судьбы французской культуры, и в частности литературы, складываются под знаком приятия или отрицания великого социально-политического переворота — Французской революции 1789−1794 гг. Эта проблема остается важнейшей и в XIX в., усиливая остроту восприятия писателями последующих революций — 1830 г., 1848 г. и Парижской Коммуны. Даже недруги говорили о ее исторической закономерности. Находившийся в эмиграции после поражения коалиции феодальных государств Франсуа Рене де Шатобриан (1768- 1848), озаглавив свое первое произведение «Опыт исторический, политический, моральный о прошлых и нынешних революциях, рассмотренных в связи с французской революцией» (1797), показывал неизбежность краха старого режима и тщетность надежд на его восстановление. Многозначительно рассуждение о революции, вложенное Шарлем Нодье (1780−1844) в уста героя повести «Изгнанники» (1802): «Нет, это всеобщее потрясение основ вовсе не следствие злодейского замысла, который вынашивала под покровом нескольких ночей кучка фанатиков и мятежников, это дело всех предшествующих столетий»… Нодье утверждал, что благодаря революции «история становится школой для потомства». Таким образом, он зафиксировал существенную сторону мировосприятия своих соотечественников, развившегося в условиях общественных потрясений. Прямо или косвенно это выразилось в литературе Франции XIX столетия, ее философии, искусстве.

Менялось восприятие исторического процесса и роли человека в истории. Шатобриан, например, отрицал прогрессивность общественного развития и трактовал историю как бессмысленный круговорот событий. Противоположной точки зрения придерживался Беранже. «Слава Франции, — писал он, — в том, что она совершила большую политическую, но и гигантскую социальную революцию. 89-й год породил новые элементы цивилизации». Беранже несомненно причислял к элементам новой цивилизации прогрессивные социально-политические системы, распространенные в радикально настроенных кругах французского общества, в том числе и в среде пролетариев, приверженность которых учениям утопического социализма в «Манифесте Коммунистической партии» были обоснованы Карл Генрих Марксом (1818 — 1883) и Фридрих Энгельсом (1820 — 1895) тем, что они, эти учения, «защищают главным образом интересы рабочего класса как наиболее страдающего класса».

Обнажение утопическими учениями социальных противоречий безусловно повлияло на формирование прославленной французской исторической школы, выдвинувшей в качестве решающего фактора общественного прогресса борьбу классов. Заметим, что литературоведение как наука, представленное Сент-Бевом, Сен-Марк Жирарденом и рядом других теоретиков литературы, развилось под влиянием новой исторической школы. Она бесспорно оказала влияние и на художественную литературу.

Все французские писатели начала века независимо от своих политических привязанностей и симпатий почувствовали необратимость перемен, историческую связь частной судьбы с историей, неизменную потребность человека заглянуть в глубь собственной души, объяснив ее противоречия и сложности. Рождение в 20-х годах исторического романа на французской почве было инспирировано историографической наукой, выработкой научной концепции историзма XIX в., утверждавшего не только нравственный смысл всего происходящего в истории, но и активную роль личности в прогрессивном движении человечества.

Франсуа Лагарпу (1740 — 1803) и Бате (1713 — 1780), авторитетным в начале века, была чужда гибкость определений, присущих «Поэтическому искусству» Буало, хотя ссылки на знаменитый трактат служили основой для их рассуждений. Таким образом, как в области эстетики, так и в художественном творчестве образовался достаточно крепкий барьер на пути к обновлению искусства.

А между тем еще в пору Великой французской революции наряду с классицизмом возникали предпосылки для возникновения тех тенденций, которые дали о себе знать в конце 20-х — начале 30-х годов.

Конечно, надо принять во внимание и силу традиции — двухвековой приоритет классицизма в области теории и практики поэзии. Французским писателям трудно было перешагнуть через авторитет привычного и признанного, утверждая новый метод. И все же переворот в мироотношении французов давал о себе знать в изменении концепции мира и человека, а с нею и художественного видения. Наиболее остро стоял вопрос о романтизме, широко развивавшемся в странах Европы. Противники нового направления объявляли романтизм явлением иноземным, имеющим во Франции право существовать разве только в виде жанровой разновидности. Однако уже в 1796 г. появляется книга Жермены де Сталь (1766 — 1817) «О влиянии страстей на счастье людей и народов», в которой писательница размышляет о духовном мире, о вынужденной свободе человека, утверждая, что изучение человека в отдельности может подготовить «рассмотрение последствий их объединения в общество». И в этой связи она превозносит любовь — «страсть, где меньше всего эгоизма». В этой ранней работе Жермены де Сталь очевидно внимание к индивиду, столь характерное для романтизма. Писательница развивает и усложняет свои идеи в следующей книге «О литературе в ее связи с общественными установлениями» (1800), где отчетливо просматривается стремление писательницы связать рассуждения о свободной личности с нравственными устоями общества в целом. Однако, размышляя о добродетели, де Сталь по-новому характеризует средневековье как период, когда были сделаны «гигантские шаги и в распространении просвещения, и в развитии нашего интеллекта». В этой связи она придает первостепенное значение христианству как стимулу для «усовершенствования человеческого духа». Близкую этому идею развивает Рене де Шатобриан, хотя в отличие от Жермены де Сталь его отношение к Французской революции и связанному с ней Просвещению была иным.

-реализм

Французский реализм XIX столетия проходит в своем развитии два этапа. Первый этап — становление и утверждение реализма как ведущего направления в литературе (конец 20-х — 40-е годы) — представлен творчеством Пьера Беранже (1780 — 1857), Проспера Мериме (1803 — 1870), Стендаля (наст. имя Анри-Мари Бейль, 1783 — 1842), Оноре де Бальзака (1799 — 1850).

Второй (50−70-е годы) связан с именем Гюстава Флобера (1821 — 1880) — наследника реализма бальзаковско-стендалевского типа и предшественника «натуралистического реализма» школы Золя.

История реализма во Франции начинается с песенного творчества Беранже, что вполне естественно и закономерно. Песня — малый и потому наиболее мобильный жанр литературы, мгновенно реагирующий на все примечательные явления современности. В период становления реализма песня уступает первенство социальному роману. Именно этот жанр в силу своей специфики открывает писателю богатые возможности для широкого изображения и углубленного анализа действительности, позволяя Бальзаку и Стендалю решить их главную творческую задачу — запечатлеть в своих творениях живой облик современной им Франции во всей его полноте и исторической неповторимости. Более скромное, но тоже весьма значительное место в общей иерархии реалистических жанров занимает новелла, непревзойденным мастером которой в те годы по праву считается Мериме.

Становление реализма как метода происходит во второй половине 20-х годов, т. е, в период, когда ведущую роль в литературном процессе играют романтики. Рядом с ними в русле романтизма начинают свой писательский путь Мериме, Стендаль, Бальзак. Все они близки творческим объединениям романтиков и активно участвуют в их борьбе с классицистами. Именно классицисты первых десятилетий XIX в., опекаемые монархическим правительством Бурбонов, и являются в эти годы главными противниками формирующегося реалистического искусства. Почти одновременно опубликованный манифест французских романтиков — Предисловие к драме «Кромвель» Гюго и эстетический трактат Стендаля «Расин и Шекспир» имеют общую критическую направленность, являясь двумя решающими ударами по уже давно отжившему свой век своду законов классицистского искусства. В этих важнейших историко-литературных документах и Гюго и Стендаль, отвергая эстетику классицизма, ратуют за расширение предмета изображения в искусстве, за отмену запретных сюжетов и тем, за представление жизни во всей ее полноте и противоречивости. При этом для обоих высшим образцом, на который следует ориентироваться при создании нового искусства, является великий мастер эпохи Возрождения Шекспир (воспринимаемый, впрочем, романтиком Гюго и реалистом Стендалем по-разному).

Наконец, первых реалистов Франции с романтиками 20-х годов сближает и общность социально-политической ориентации, выявляющаяся не только в оппозиции монархии Бурбонов, но и в острокритическом восприятии утверждающихся на их глазах буржуазных отношений.

После революции 1830 г., явившейся значительной вехой в истории Франции, пути реалистов и романтиков разойдутся, что, в частности, получит отражение в их полемике начала 30-х годов (см., например, две критические статьи Бальзака о драме Гюго «Эрнани» и его же статью «Романтические акафисты»).

Свое первенство в литературном процессе романтизм будет вынужден уступить реализму как направлению, наиболее полно отвечающему требованиям нового времени. Однако и после 1830 г. контакты вчерашних союзников по борьбе с классицистами сохранятся. Оставаясь верными основополагающим принципа своей эстетики, романтики будут успешно осваивать опыт художественных открытий реалистов (в особенности Бальзака), поддерживая их почти во всех важнейших творческих начинаниях. Реалисты тоже в свою очередь будут заинтересованно следить за творчеством романтиков, с неизменным удовлетворением встречая каждую их победу (именно такими, в частности, станут отношения Бальзака с Гюго и Ж. Санд).

Реалисты второй половины XIX в. будут упрекать своих предшественников в «остаточном романтизме», обнаруживаемом у Мериме, например, в его культе экзотики (так называемые экзотические новеллы типа «Матео Фальконе», «Коломбы» или «Кармен»), у Стендаля — в пристрастии к изображению ярких индивидуальностей и исключительных по своей силе страстей («Пармская обитель», «Итальянские хроники»), у Бальзака — в тяге к авантюрным сюжетам («История тринадцати») и использовании приемов фантастики в философских повестях и романе «Шагреневая кожа». Упреки эти не лишены оснований. Дело в том, что между французским реализмом первого периода и романтизмом существует сложная «родственная» связь, выявляющаяся, в частности, в наследовании характерных для романтического искусства приемов и даже отдельных тем и мотивов (тема утраченных иллюзий, мотив разочарования и т. д.).

Заметим, что в те времена еще не произошло размежевания терминов «романтизм» и «реализм». На протяжении всей первой половины XIX в. реалисты почти неизменно именовались романтиками. Лишь в 50-е годы — уже после смерти Стендаля и Бальзака — французские писатели Шанфлери (наст. имя Жюль Юссон, 1821 — 1889) и Дюранти (1833 — 1880) в специальных декларациях предложили термин «реализм». Однако важно подчеркнуть, что метод, теоретическому обоснованию которого они посвятили многие труды, уже существенно отличался от метода Стендаля, Бальзака, Мериме, несущего на себе отпечаток своего исторического происхождения и обусловленной им диалектической связи с искусством романтизма.

Одно из самых значительных достижений романтиков по праву усматривают в их искусстве психологического анализа, в открытии ими неисчерпаемой глубины и многосложности индивидуальной личности. Этим достижением романтики также сослужили немалую службу реалистам, проложив им дорогу к новым высотам в познании внутреннего мира человека. Особые открытия в этом направлении предстояли Стендалю, который, опираясь на опыт современной ему медицины (в частности, психиатрии), существенно уточнит знания литературы о духовной стороне жизни человека и свяжет психологию индивидуума с его социальным бытием, а внутренний мир человека представит в динамике, в эволюции, обусловленной активным воздействием на личность многосложной среды, в которой эта личность пребывает.

Особое значение в связи с проблемой литературной преемственности приобретает наследуемый реалистами важнейший из принципов романтической эстетики — принцип историзма. Известно, что этот принцип предполагает рассмотрение жизни человечества как непрерывного процесса, в котором диалектически взаимосвязаны все его этапы, каждый из которых имеет свою специфику. Ее-то, поименованную романтиками историческим колоритом, и призваны были раскрыть художники слова в своих произведениях. Однако сформировавшийся в ожесточенной полемике с классицистами принцип историзма у романтиков имел под собой идеалистическую основу. Принципиально иное наполнение обретает он у реалистов. Опираясь на открытия школы современных им историков (Тьерри, Мишле, Гизо), доказавших, что главным двигателем истории является борьба классов, а силой, решающей исход этой борьбы, — народ, реалисты предложили новое, материалистическое прочтение истории. Именно это и стимулировало их особый интерес как к экономическим структурам общества, так и к социальной психологии широких народных масс (не случайно «Человеческая комедия» Бальзака начинается «Шуанами», а одним из последних ее романов являются «Крестьяне»).

Наконец, говоря о сложной трансформации открытого романтиками принципа историзма в реалистическом искусстве, необходимо подчеркнуть, что принцип этот претворяется реалистами в жизнь при изображении не давно прошедших эпох (что характерно для романтиков), а современной буржуазной действительности, показанной в их произведениях как определенный этап в историческом развитии Франции.

Расцвет французского реализма, представленный творчеством Бальзака, Стендаля и Мериме, приходится на 1830−1840-е годы. Свою главную задачу великие реалисты видят в художественном воспроизведении действительности, как она есть, в познании внутренних законов этой действительности, определяющих ее диалектику и разнообразие форм. «Самим историком должно было оказаться французское общество, мне оставалось только быть его секретарем», — заявляет Бальзак в Предисловии к «Человеческой комедии», провозглашая принцип объективности в подходе к изображению действительности важнейшим принципом реалистического искусства. Но объективное отражение мира, как он есть (в понимании реалистов первой половины XIX в.), не пассивно-зеркальное отражение этого мира. Ибо порою, замечает Стендаль, «природа являет необычные зрелища, возвышенные контрасты; они могут оставаться непонятыми для зеркала, которое бессознательно их воспроизводит». И, словно подхватывая мысль Стендаля, Бальзак продолжает: «Задача искусства не в том, чтобы копировать природу, но чтобы ее выражать!» Категорический отказ от плоскостного эмпиризма (которым будут грешить некоторые реалисты второй половины XIX в.) — одна из примечательных особенностей классического реализма 1830−1840-х годов. Вот почему важнейшая из установок — воссоздание жизни в формах самой жизни — отнюдь не исключает для Бальзака, Стендаля, Мериме таких романтических приемов, как фантастика, гротеск, символ, аллегория, подчиненных, однако, реалистической основе их произведений.

Из теоретических работ, посвященных обоснованию принципов реалистического искусства, следует особо выделить созданный в период становления реализма памфлет Стендаля «Расин и Шекспир» и труды Бальзака 1840-х годов «Письма о литературе, театре и искусстве», «Этюд о Бейле» и особенно — Предисловие к «Человеческой комедии». Если первый как бы предваряет собою наступление эпохи реализма во Франции, декларируя основные его постулаты, то последние обобщают богатейший опыт художественных завоеваний реализма, всесторонне и убедительно мотивируя его эстетический кодекс.

Реализм второй половины XIX в., представленный творчеством Флобера, отличается от реализма первого этапа. Происходит окончательный разрыв с романтической традицией, официально декларированный уже в романе «Мадам Бовари» (1856).

И хотя главным объектом изображения в искусстве по-прежнему остается буржуазная действительность, меняются масштабы и принципы ее изображения. На смену ярким индивидуальностям героев реалистического романа 30−40-х годов приходят обыкновенные, мало чем примечательные люди. Многокрасочный мир поистине шекспировских страстей, жестоких поединков, душераздирающих драм, запечатленный в «Человеческой комедии» Бальзака, произведениях Стендаля и Мериме, уступает место «миру цвета плесени», самым примечательным событием в котором становится супружеская измена, пошлый адюльтер.

Принципиальными изменениями отмечены, по сравнению с реализмом первого этапа, и взаимоотношения художника с миром, в котором он живет и который является объектом его изображения. Если Бальзак, Стендаль, Мериме проявили горячую заинтересованность в судьбах этого мира и постоянно, по словам Бальзака, «щупали пульс своей эпохи, чувствовали ее болезни, наблюдали ее физиономию», т. е. чувствовали себя художниками, глубоко вовлеченными в жизнь современности, то Флобер декларирует принципиальную отстраненность от неприемлемой для него буржуазной действительности. Однако одержимый мечтой порвать все нити, связующие его с «миром цвета плесени», и укрывшись в «башне из слоновой кости», посвятить себя служению высокому искусству, Флобер почти фатально прикован к своей современности, всю жизнь оставаясь ее строгим аналитиком и объективным судьей. Сближает его с реалистами первой половины XIX в. и антибуржуазная направленность творчества.

Новые приемы в литературном процессе первой половины ХХ века

Литературный процесс в первой половине ХХ века приобретает новые стили, новые приемы, в нем сочетаются модернизм и реализм. Для литературных произведений становится характерным фантастический абсурд, как новая экспериментальная форма. Если в ХIХ веке в литературных произведениях описывались четкие объективные предметы, к примеру, любовь, зло, семейные и общественные отношения, то в обновленной литературе ХХ века используются в первую очередь абстрактные психологические приемы для описания той или иной вещи.

Литература наполняется особой философией. Главные темы, которые использовались в творчестве — это война, революция, проблемы религиозного восприятия, а главное — трагедия личности, человека, который в силу обстоятельств потерял свою внутреннюю гармонию. Лирические герои становятся более смелыми, решительными, неординарными, непредсказуемыми.

Многие литераторы также отказываются от классической стилистической подачи текста — появляется знаменитая «лесенка» В. Маяковского. Опыт литературных мастеров прошлого не отвергается, но дополняется более смелыми модерными элементами. Например, стиль стихосложения Есенина очень близок к манере Пушкина, но сравнивать и отождествлять их нельзя. В большинстве произведений на первый план выносится интерес к субъекту, к тому, как человек воспринимает общественные события через призму своего сознания.

В начале XX века появляется массовая литература. Произведения, которые не отличались высокой художественной ценностью, однако имели большое распространение среди населения.

Влияние общественной и государственной жизни на литературу

В этот период писатели и поэты находились в ожидании все новых перемен и взрывов в общественной и государственной жизни. Это, однозначно, в огромной степени повлияло на их творчество. Кто-то в своих произведениях вдохновлял людей и вселял веру в новое прекрасное будущее, кто-то с пессимизмом и надрывом убеждал в неизбежности горя и страданий.

Существенную роль в развитии литературного процесса сыграло авторитарное вмешательство новой власти. Некоторые писатели выбрали для себя диссидентский путь, некоторые начали в своих произведениях строить страну социализма, воспевать рабочий класс и коммунистическую партию.

Не смотря на то, что многие литературные деятели вынуждены были из-за политических мотивов покинуть страну, русская литература не умирает в эмиграции. К самым знаменитым русским литературным деятелям в эмиграции относятся Бунин, Цветаева, Куприн, Ходасевич, Шмелев.

Для русской литературы начала ХХ века характерно осознание кризиса старых представлений о ценностях, происходит масштабная их переоценка. Появляются новые литературные течения и школы. Происходит возрождение обновленной поэзии, что ознаменовывает начало Серебряного века русской литературы.

Заключение

Литературный процесс конца XIX — начало XX в.в. обогатился не только художественными направлениями, но и жанрами разновидностями, прежде всего роман: наряду с социальным построили научно-фантастический, социально-утопический и, а также романы исторические, социально-психологические, философские, политические, биографические, романы-памфлеты, романы-эпопеи Вступило разновидностей драма, популярной стала психологическая новелла, жанрово обогатилась лирика.

Список литературы

1. К. А. Субботина Зарубежная литература. Материалы к урокам в 11 классе. — Волгоград: Учитель, 2004. — 64 с.

2. Культурология. История мировой культуры: Учебник для вузов/ Под ред. проф. А.Н. Макаровой. — 2-е изд. — М.:ЮНИТИ, 2003. — 600 с.

3. Лекционный материал для занятий по культурологи // www.studzona.com

4. Большая энциклопедия Кирилла и Мефодия (ЗСD).

— 2006 г.

5. Культурология. XX век. Энциклопедия. В 2-х томах. Гл. ред. Левит С.Я. — СПб.: Университетская книга; 000 «Алетейя», 1998 // www.alleng.ru

6. Грибанов Б.Т. Эрнест Хемингуэй: герой и время. — М.: Худож. лит., 1980 — 255 с.