Психология допроса подозреваемого и обвиняемого

Контрольная работа

По юридической психологии

Тема

«Психология допроса подозреваемого и обвиняемого»

Уфа — 2010 г.

Содержание

1. Психология допроса

. Психология допроса подозреваемого

. Психология допроса обвиняемого

. Оценка показаний подозреваемых и обвиняемых

. Критерии правомерности тактик допроса

Список использованной литературы и источников

1. Психология допроса

Допрос — способ получения личных доказательств. Полнота и достоверность получаемой на допросе информации зависят не только от соблюдения установленных процессуальным законом правил, но и от осведомленности следователя в психологических механизмах формирования представлений памяти и их реконструкции.

Предварительное следствие по психологической сущности — процесс реконструкции прошедших событий по следам, сохранившимся в материальной среде и в психике людей, причастных к этим событиям. Многие существенные для расследования обстоятельства могут быть установлены только на основе личных доказательств. Такие стороны механизма совершения преступления, как формирование преступного умысла, мотивы и цели преступления и многое другое можно установить лишь в результате квалифицированного допроса.

Следователь при допросе сталкивается с обилием разрозненной информации. Его задача — систематизировать эту информацию, найти ее ключевые, системообразующие элементы, выдвинуть систему вопросов, восстанавливающих каркас расследуемого события, по части события восстановить событие в целом, дать отдельным фрагментам события адекватную интерпретацию.

Допрос — наиболее психологизированное следственное действие, связанное с личностными особенностями допрашиваемого и допрашивающего, психическим взаимодействием между ними.

Отражение действительности в сознании человека обусловлено различными моделирующими механизмами личности: ее социальным статусом, социальной ролью, профессиональными, национально-культурными и возрастными факторами, жизненным опытом и общекультурным уровнем. В этом и состоит субъективность психического отражения.

14 стр., 6805 слов

Пенитенциарная (исправительная) психология

... неожиданных доказательств, заключений экспертизы, организация перекрестного допроса, очной ставки и т.п. Оказывается также и мнемическая помощь допрашиваемым: напоминание об отправных событиях, их ... что является следствием близости этих понятий. Под характером в отечественной психологии понимается "индивидуальное сочетание устойчивых психологических особенностей человека, обусловливающих типичный для ...

Однако поскольку исходной базой психического отражения является объективная действительность, эта база может быть проанализирована, если будут нейтрализованы соответствующие «личностные экраны» лиц, дающих показания.

Так, воспоминания человека всегда связаны с определенными переживаниями тех или иных событий. Одни из них выдвигаются на передний план и подавляют образы других событий. Это вносит субъективные искажения в процесс воспроизведения. Учет возможных причин подобных искажений, их фильтрация, выявление подлинной чувственной основы воспроизводимого материала — важнейшая задача следователя при допросе.

В своей практике следователь неизбежно встречается с явлениями реконструкции и деформации воспроизводимого материала.

Личностная реконструкция материала при его сохранении и воспроизведении может проявляться в:

искажении смыслового содержания исходного материала;

иллюзорной конкретизации, детализации;

замене одного содержания другим сходным содержанием;

объединении разрозненных элементов и в разъединении связанных элементов;

смещении или перемещении отдельных сторон исходного события.

Отдельные стороны события могут утрироваться в зависимости от устойчивых и ситуативных интересов допрашиваемого лица.

Выявление возможной подсознательной реконструкции материала в значительной мере зависит от психологической подготовленности следователя.

Основным психическим процессом во время допроса является воспроизведение — умственное (когнитивное) действие по восстановлению, актуализации ранее воспринятого содержания. В основном это произвольное, преднамеренное восстановление образов, нередко сопровождающееся и непроизвольными, ассоциативными воспоминаниями.

Воспроизведение на допросе тесно связано с репродуктивной задачей — специально поставленной целью. При этом материал в основном извлекается из долговременной памяти. Решающим условием сохранения фактов, событий и т. д. в долговременной памяти является их осмысленная интерпретация. Она зависит от опыта, ориентации, интеллектуального развития личности, от степени активного взаимодействия индивида с материалом запоминания, охвата его системой имеющихся знаний и представлений, включения в семантическое (понятийное) поле данной личности.

28 стр., 13817 слов

Изучение влияния уровня развития памяти на учебную деятельность младших школьников

... формирования. Без систематического повторения материала развитие долговременной памяти будет проходить медленно, что в свою очередь будет влиять на учебную деятельность. Особенностью долговременной памяти является то, что ... ребенка к выполняемой им деятельности и мотивации этой деятельности зависит развитие у него процессов памяти. Переход от непроизвольной к произвольной памяти включает в себя два ...

При сохранении материала в долговременной памяти происходят его определенная личностная реконструкция, обобщение, фрагментаризация. Прочность же и своеобразие такого сохранения зависят от значения и личностного смысла материала.

Наибольшее значение при допросе имеет такой вид воспроизведения, как вспоминание — извлечение из долговременной памяти образов прошлого, мысленно локализуемых во времени и в пространстве. При вспоминании актуализируется не только соответствующий образ, но и вся система отношений (в том числе и эмоциональных), связанных с соответствующим объектом.

Репродукция, восстановление прошлого никогда не может быть его полностью адекватным отпечатком. Мера расхождения образа восприятия, представления и реального события у различных людей различна. Она зависит от типа высшей нервной деятельности, особенностей сенсорно-перцептивной системы индивида, от личностных ориентаций, установок, мотивов и целей деятельности.

Продуктивность вспоминания в значительной мере зависит и от мнемонических средств — системы различных индивидуальных приемов, облегчающих запоминание.

Среди них наибольшее значение имеет установление связей между запоминаемыми объектами и их мысленным размещением в хорошо знакомом пространстве, в знакомых схемах, включение материала в систему осмысленных связей. При допросе должна включаться как произвольная, так и непроизвольная память, связанная с естественной повышенной восприимчивостью индивида к внезапно возникающим событиям, их необычности (яркой выраженности).

20 стр., 9926 слов

Организация учебной деятельности с учетом особенностей различных типов темперамента подростков

... выбор темы исследования «Организация учебной деятельности с учетом особенностей различных типов темперамента подростков» Объект - организация учебной деятельности подростков. Предмет - взаимосвязь типа ... В ней представлены особенности учебной деятельности в подростковом возрасте, раскрыто понятие «темперамента» и дана характеристика различных типов темперамента, описаны особенности влияния ...

Произвольное, специально организованное запоминание связано с выделением «вех» запоминания, опорных пунктов, с выделением в объекте структурных элементов, смысловых образований, их группировкой, систематизацией. Существенна также частота обращения к объекту запоминания.

Произвольная форма вспоминания, связанная с поиском, поэтапным восстановлением необходимой информации, называется припоминанием. В большинстве случаев следователь апеллирует к этой стороне мнемонической деятельности допрашиваемых лиц, возбуждая ассоциации, подсказывая последовательность рассказа, организуя выезд на место происшествия, с учетом типа памяти допрашиваемого, личностной устойчивости и направленности его памяти.

В зависимости от типа высшей нервной деятельности могут возникать различные временные затруднения в припоминании. Они бывают связаны со стойкими очагами возбуждения в других зонах мозга, с возникшим индуктивным торможением.

Задача следователя на допросе — избегать каких-либо сильных возбуждающих воздействий, не связанных с предметом допроса. Если же лицо находится в состоянии перевозбуждения, допрос следует прервать или отложить. Более полное и точное воспроизведение возможно после снятия перевозбуждения, утомления или интерференции (противодействия) какой-либо другой текущей деятельности (так называемое явление реминисценции от лат. remmiscentia — припоминание).

Во многих случаях трудности припоминания связаны и с индивидуальными трудностями вербализации чувственно воспринимаемого материала. Словарный запас, речевая культура отдельных допрашиваемых очень ограничены. Отдельные свойства явлений они затрудняются описать в словах, часто используют речевые штампы, не отражающие специфики описываемого объекта. Очевидно, в таких случаях следователь должен оказывать лексическую помощь, не сводя ее, конечно, к подсказкам, избегая внушающего воздействия. Иногда полезно напомнить допрашиваемому лицу набор слов, понятий, из которых он может выбрать наиболее, с его точки зрения, подходящие.

3 стр., 1202 слов

Психические процессы как форма человеческой деятельности. Воображение, мышление, память, речь и их проявление в деятельности человека

... на функционирование психической познавательной деятельности (восприятие, память, мышление). Пример, конечно, гротескный. Что же такое психические процессы? Это такие психические явления, которые протекают в ... подкрепляются эмоциями. Без внимания невозможна работа памяти, а память - это хранилище опыта, который преобразуется в ходе мыслительной деятельности. Но всегда можно выделить случаи ...

Все количественные оценки, характеристики пространственных качеств объектов крайне субъективны — в процессе допроса они должны специально уточняться.

При допросе следует учитывать и ведущие анализаторные системы данного индивида — развитость или слабость зрительной, слуховой, осязательной, двигательной, обонятельной и вкусовой памяти, а также преимущественное запоминание отдельными людьми различных классов явлений (даты, имена, цифры, цветовые особенности объектов и т. п.).

Одни люди лучше запоминают наглядно-образный материал, другие — вербальный, словесно-описательный.

При допросе лиц, находившихся в момент расследуемых событий в напряженном состоянии, следует учитывать, что восприятие ими происходящего отличалось пониженной категоризацией, искажением сущности событий, иллюзорностью и т. д.

Особой категорией допрашиваемых являются лица с повышенной внушаемостью, конформностью, а также лица с повышенным уровнем притязаний, истероидные типы, склонные к разыгрыванию ролей, к личностной самоцентрации. В силу гипертрофии псевдоличностного самоутверждения возможны проявления непроизвольной лжи, категорические утверждения об обстоятельствах, в действительности не имевших места.

В процессе допроса важно учитывать психодинамические особенности допрашиваемого лица, обусловленные типом его высшей нервной деятельности, — здесь существенны и темп допроса, и мера возрастания сложности выдвигаемых интеллектуально-перцептивных задач.

Объектом анализа при допросе является сообщение — словесное описание образов, представлений, сформировавшихся на основе восприятия уголовно-релевантных явлений. Словесное описание явлений и само явление не могут полностью совпадать, быть изоморфными. Одни и те же слова, фразы в устах различных людей могут иметь различный смысл. Второсигнальное отражение действительности качественно отличается от первосигнального отражения.

5 стр., 2175 слов

Личность и деятельность музыканта

... форме музыкальных образов. Цель данной работы: Проанализировать личность и деятельность музыканта. Задачи: Рассмотреть особенности личности музыканта. Изучить общие черты в игре ребенка и ... процесс формирование навыка. Рассмотреть значение в музыкальной деятельности согласованности действий. 1. Особенности личности музыканта Изучая особенности личности мастеров искусства будь то музыкант, актер ...

В процессе изучения вещественных доказательств информация черпается из факта материальной взаимосвязи признаков объектов. Здесь один признак свидетельствует о ряде других признаков на основе их естественного взаимодействия.

При допросе информация извлекается не из материального объекта, а из сферы его вербально-обобщенного отражения.

Личные доказательства — сообщения — имеют знаковую сущность. В знаке должна быть исследована смысловая сторона. Содержание выражаемого знаком образа подлежит специальному выявлению.

Выяснение того, что реально лежит за сообщением, субъективно трактуемым понятием, термином, и составляет основное содержание познавательной деятельности следователя при допросе.

Допрос — исследование специфического второсигнального источника информации. Последний имеет свою генетическую структуру — образуется путем получения, сохранения и передачи информации человеком. При его исследовании существенно и четвертое звено познавательной деятельности — прием информации (сообщения) следователем. На стыке этих четырех звеньев (восприятие, сохранение, воспроизведение информации допрашиваемым и ее прием следователем) возможна значительная трансформация информации — ее реконструкция, деформация и значительная утрата.

Итак, достоверность получаемой следователем информации из знакового (словесного) источника зависит от степени снятия с нее субъективных наслоений. Результативность, полнота и объективность исследования этого специфического источника информации зависят от рефлексивности интеллекта следователя — от уяснения особенностей сенсорно-перцептивной сферы лица, дающего показания, его концептуально-ориентировочной модели.

1 стр., 448 слов

Понятие личности в психологии. Человек, индивид, личность, индивидуальность

... сущность человека. Личность в психологии —- системное социальное качество, приобретаемое индивидом в предметной деятельности и общении и ... знаний, отношений и господствующих мотивов поведения и действий личности. Это свойство проявляется в мировоззрении, ... социально значимого способность сознательно управлять собственным поведением способность оценивать последствия принятого решения и ...

Фактическую осведомленность допрашиваемого нельзя установить путем пассивного слушания, о ней можно получить информацию, используя систему приемов, основанных на знании психики человека.

В юридической литературе распространены термины «формирование показаний» и «стадии формирования показаний». Эти термины не бесспорны, поскольку только в момент допроса воспроизводимые человеком образы памяти осознаются им как показания. Несостоятельно и сведение стадий формирования показаний к трем психическим процессам — восприятию, сохранению и воспроизведению.

Материал, извлекаемый человеком из фондов памяти, избирательно актуализируется и реконструируется в зависимости от той задачи, которая возникает перед индивидом в данный момент.

Однако и то, что входило в поле сознания, и то, что вошло в фонд памяти человека, также зависят от задач деятельности индивида, его установок и личностной направленности. Восприятие явлений, процессы переработки информации и ее сохранения — это не отдельные стадии, а единый процесс психической деятельности.

Восприятие обусловлено опытом человека и целью его деятельности. Цель текущей деятельности организует поле восприятия: одни объекты приобретают при этом существенное значение, другие отходят на задний план, становятся фоном.

Допрашиваемое лицо — не робот, механически действующий по схеме: видел — запомнил — воспроизвел. Все, что человек видит и слышит, он оценивает, интерпретирует, а видит и слышит он прежде всего то, что значимо в его текущей деятельности и в его концептуальной личностной модели мира.

Человек воспринимает информацию по двум каналам — осознанно и малоосознанно, подсознательно. При этом передать он может только осознаваемую информацию. Последняя постоянно находится под сильным влиянием подсознательно циркулирующих латентных информационных процессов, связанных с установочно-личностными позициями индивида, определяющими его избирательную чувствительность к отдельным сторонам действительности. Отсюда возникает необходимость учитывать индивидуально-психические особенности допрашиваемых лиц.

Индивидуальный подход к допрашиваемому — одно из основных требований следственной тактики.

Реализация этого требования связана с диагностикой личностных психических свойств допрашиваемого. Задача эта сложна и многообразна.

Методы экспресс-диагностики личностных качеств еще мало разработаны. В большинстве случаев следователь ориентируется на свои интуитивные предположения. Для научно обоснованного анализа свойств личности допрашиваемого необходимо знание психологии личности.

В самом общем виде личностные качества определяются следующими взаимосвязанными психическими особенностями:

) направленностью личности — ее иерархически организованной ценностной системой;

) природнообусловленными особенностями психической регуляции — темпераментом;

) устойчивыми, приобретенными в социальных условиях способами регуляции поведения — характером;

) социально-статусными психическими проявлениями.

Диагностика ценностно-мотивационной сферы личности позволяет в определенной мере предположить возможную стратегию поведения индивида на допросе (раскаяние, признание, полупризнание, глобальное противодействие, частичное противодействие, сокрытие фактов определенного содержания), а также выявить наиболее чувствительные зоны.

По качествам темперамента можно судить о возможной динамике поведения лица — уравновешенности, эмоциональной устойчивости (неустойчивости), замкнутости, общительности, ориентированности поведения на внешние (экстраверт) или внутренние (интроверт) факторы, о толерантности. По темпераменту человека можно даже предположить, в каких направлениях он будет строить свое повествование о том или ином событии.

Трамвай наехал на переходящую рельсы женщину и причинил ей тяжкие повреждения или, быть может, самую смерть вследствие того, что она не обратила внимания на предупредительный звонок или что таковой раздался слишком поздно.

Меланхолик скажет: «При мне вагон трамвая раздавил несчастную женщину; и вот людская судьба: быть может, она спешила к любящему мужу, к любимым детям, под семейный кров — и все разбито, уничтожено, остались слезы и скорбь о невозвратной потере; и картина осиротелой семьи с болью возникает в моей душе».

Холерик, негодуя, скажет: «Раздавили женщину! Я давно говорил, что городское управление небрежно в исполнении своих обязанностей. Можно ли поручать управление трамваем таким вагоновожатым, которые не умеют своевременно начать звонить и предупредить тем рассеянного или тугого на ухо прохожего! И вот результат. Судить надо за эти упущения, и строго судить».

А флегматик расскажет: «Ехал я на извозчике и вижу: стоит трамвай, около него толпа народа, что-то смотрят; я привстал в пролетке и вижу — лежит какая-то женщина поперек рельсов, — вероятно, наехали и раздавили. Я сел на свое место и сказал извозчику: пошел скорее!»

Сангвиник, холерик, флегматик более устойчивы к различным сверхсильным воздействиям, меланхолик особенно чувствителен к эмоционально-этическим воздействиям, более сензитивен, чувствителен к отдельным сторонам событий.

При анализе особенностей темперамента индивида по параметру уравновешенность — неуравновешенность нервных (возбудительных и тормозных) процессов следует иметь в виду, что холерики, меланхолики более вспыльчивы, менее переключаемы, более категоричны в своих суждениях, импульсивны. Флегматик более спокоен, вынослив, но и более ригиден, стандартен в своих суждениях, оценках, в выборе тактической линии поведения. Наиболее оптимальным типом является сангвиник, отличающийся нервной выносливостью, устойчивостью настроения.

Особенности темперамента, обусловленные подвижностью — малоподвижностью нервных процессов (к малоподвижным в нейрофизиологическом плане относятся холерики, меланхолики, флегматики), проявляются в трудности приспособления индивида к новым условиям, в отрицательных эмоциональных переживаниях в связи с ломкой сложившихся стереотипов. При допросе лиц этого типа необходимо больше внимания уделять уточнению отдельных обстоятельств, деталей события, вести диалог в неторопливом темпе, проявлять большее терпение на стадии свободного рассказа, повышенную чуткость, обходительность, снижающие уровень тревожности, угнетенности. К сангвинику же в ряде случаев следует предъявлять большую требовательность, строгость.

Темперамент взаимосвязан с характером личности. При анализе характериологических свойств личности допрашиваемых необходимо выявлять особенности принятия индивидом решений, особенности его поведения в конфликтных ситуациях, качества интеллекта, а также возможные акцентуации характера.

Акцентуация характера (от лат. accentus — ударение) — это гипертрофия отдельных особенностей характера, проявляющихся в избирательной уязвимости личности относительно отдельных психических воздействий: склонности к резкой смене настроений при определенных обстоятельствах (циклоидность), тревожности, раздражительности, склонности к депрессии, подавленности (астенизм), робости, стеснительности, пониженного уровня притязаний, конформности (сензитивизма), эмоциональной холодности, а иногда и тупости, неспособности к состраданию (эмпатизма), болезненной обидчивости, стойкости отрицательных аффектов, повышенной честолюбивости (параноидности), импульсивности, конфликтности, вязкости мышления, педантичности (эпилепхоидности), притворства, эгоцентризма, авантюризма, отсутствия самокритичности (истероидности), разбросанности, эйфоричности настроения, словоохотливости, «скачка мыслей» (гипертимности).

У лиц с акцентуированным характером проявляются аномалии не постоянно (в отличие от психопатов), а лишь в трудных психогенных ситуациях (каковыми могут быть различные обстоятельства при допросе).

В таких случаях могут возникать острые аффективные реакции, патологические нарушения поведения. Обострение акцентуации характера, аффективные вспышки возможны в условиях когнитивного диссонанса (от англ. cognition — знание и dissonans — несоответствие), когда оценки и представления личности вступают в конфликтное противоречие.

Учет особенностей поведения лиц с акцентуированным характером, избежание острых аффективных реакций — одна из задач следователя при допросе. Поэтому ему необходимо владеть элементарными приемами психотерапии и релаксации (снятия психического напряжения).

В процессе допроса следователь сталкивается и с различными индивидуальными проявлениями психологической защиты и психического отчуждения.

Психологическая защита индивида — способ стабилизации личности в критических условиях конфликта, связанный с устранением или ослаблением чувства тревожности путем обесценивания предмета конфликта. При этом сфера сознания индивида ограждается от травмирующих воздействий либо путем конверсии (от лат. conversio — превращение), т. е. превращения ранее значимого явления в незначимое, либо регрессии, т. е. замены сложных задач более простыми, либо проекции — наделения другого человека недостойными, обесценивающими его качествами.

Возникновение психологической защиты может быть значительным препятствием во взаимодействии следователя с допрашиваемым. Еще более сложные ситуации разрыва коммуникативного контакта могут возникнуть при психологическом отчуждении личности.

Однако и при добровольной даче показаний необходима мобилизация мнемонической деятельности допрашиваемого лица.

Мобилизации памяти допрашиваемого содействуют: предоставление возможности свободного рассказа, повторение рассказа с различных стадий повествования (с середины, конца событий, с изложения отдельных эпизодов); допрос о фактах, сопутствующих преступлению (ассоциации по смежности, сходству, контрасту, причинно-следственные ассоциации); предъявление вещественных доказательств, находящихся в прямой или косвенной связи с забытым фактом; допрос на месте происшествия; ознакомление допрашиваемого с показаниями других лиц; применение на допросе планов, схем, рисунков, фотоснимков, моделей, макетов.

События воспроизводятся более точно при их привязке к значительным эпизодам жизнедеятельности допрашиваемого лица.

Для уточнения пространственных представлений возможен выезд на место происшествия с целью реконструкции реального поведения лица в соответствующих пространственных условиях.

Вспоминая отдельные события, люди обычно выделяют прежде всего те стороны, которые соответствуют их эмоциональным состояниям и личностной направленности. Например, при испуге преувеличивается степень угрожающих обстоятельств, чувство ненависти содействует воспроизведению прежде всего негативных качеств другого человека и т. д.

Следует учитывать, что в зависимости от типа высшей нервной деятельности у допрашиваемого лица могут возникать различные временные затруднения в припоминании. Если допрашиваемое лицо находится в состоянии перевозбуждения, допрос следует прервать или отложить, учитывая возможность возникновения в последующем явления реминисценции — более полного и точного воспроизведения после снятия возбуждения, утомления или интерференции (противодействия) какой-либо другой текущей деятельности. В памяти человека всегда хранится неизмеримо больше информации, чем он может воспроизвести в данный момент.

Сообщения допрашиваемых лиц становятся показаниями, доказательствами лишь после их объективной оценки.

Центральная проблема допроса — оценка показаний, определение их истинности. При этом особое внимание обращается на: 1) логическую связь сообщаемых сведений, их непротиворечивость или противоречивость; 2) соответствие или несоответствие сообщаемых сведений другим доказательствам; 3) общие психофизиологические возможности данного индивида.

Практика допроса изобилует так называемыми добросовестными заблуждениями.

В речевом общении человек обычно не только решает конкретные задачи общения, но и реализует личностную сверхзадачу — стремится создать хорошее впечатление о себе, продемонстрировать лояльность, правдолюбие, информированность, независимость и т. п. Одни люди придерживаются четкой речевой программы, другие — рабы всплывающих ассоциаций. Одни коммуникативны, личностно открыты, другие — ригидны, непластичны, несклонны к диалогу, с трудом вступают в беседу, не позволяют прерывать свою речь, не терпят критических замечаний, чопорны, подвержены социально-ролевой стереотипизации. Люди по-разному реагируют на попытки активизировать их речь — одни легко откликаются на эмоционально-содержательные вопросы, другие больше реагируют на вопросы, побуждающие к определенной деятельности. Для одних существенно выговориться, высказаться по личностно доминирующим проблемам, проявить соответствующую осведомленность. Другие склонны к абстрактно-интеллектуальным проблемам, многочисленным репликам, продолжению любой предложенной темы.

Речевая активность допрашиваемых лиц зависит от их взаимоотношений с данным следователем, от его искусства задавать активизирующие вопросы. Система вопросов следователя — тактическое средство правомерного психического воздействия на противодействующее лицо. Психически воздействует не только на содержание, но и на последовательность вопросов.

Эффективность вопроса следователя зависит от его определенности, значимости в стратегии и тактике расследования. Основные требования, предъявляемые к вопросу следователя: смысловая однозначность, простота конструкции, лаконичность, отнесенность к предмету допроса, системность, — вопросы следователя должны быть выстроены в соответствии с логическими этапами разрешения следственно-познавательной задачи; отсутствие воздействия.

По степени возрастания воздействия вопросы следователя можно разделить на следующие группы:

) нейтральные вопросы — формулировка ответов на них полностью зависит от инициативы допрашиваемого лица;

) разделительные вопросы («или — или»);

) альтернативные вопросы, требующие положительного или отрицательного ответа;

) вопросы, предоставляющие право выбора между двумя ответами, но положительный ответ на один из них соответствует ожиданию спрашивающего («Не в кепке ли был человек, нанесший потерпевшему удар ножом?»).

Это так называемые вопросы косвенного внушения;

) вопросы прямого внушения («Находился ли Сидоров на месте происшествия?» вместо вопроса «Кто находился на месте происшествия?»);

) вопросы ложного содержания, рассчитанные на эффект так называемой ловушки и являющиеся приемом психического насилия («Был ли Сидоров трезв во время совершения преступления?», хотя еще неизвестна причастность Сидорова к преступлению).

Наводящие, внушающие вопросы уводят от истины. Они категорически запрещены Уголовно-процессуальным кодексом и психологически неадекватны задачам следственной деятельности.

Сложные вопросы целесообразно подразделять на ряд более простых, однозначных. Общие, многозначные ответы нужно уточнять и конкретизировать. Задавая вопрос, целесообразно предвидеть возможные ответы на него и планировать соответствующие детализирующие вопросы по ответам.

Поведение допрашивающего активизирует дружелюбный тон следователя. Особенно важно с самого начала допроса создавать и накапливать у допрашиваемого лица опыт, стереотип утвердительных ответов.

Беседуя с каким-либо человеком, не начинайте разговор с обсуждения тех вопросов, по которым расходитесь с ним во мнениях. Сразу же подчеркните и продолжайте подчеркивать те аспекты, в отношении которых вы единодушны. Все время упирайте — если только возможно — на то, что вы оба стремитесь к одной и той же цели, что разница между вами только в методах, а не в сути.

Добейтесь того, чтобы ваш собеседник с самого начала говорил «да, да». Старайтесь не давать ему возможности отвечать «нет».

Чрезвычайно важно, чтобы мы сразу же побудили человека отвечать нам утвердительно.

Стоит человеку сказать «нет», как его самолюбие начинает требовать, чтобы он оставался последовательным в своих суждениях. Позднее он может понять, что его «нет» было неуместно; тем не менее он должен считаться со своим драгоценным самолюбием! Однажды высказав какое-то мнение, он обязан его придерживаться.

Если человек уверенно говорит «нет», то он не просто произносит слово из трех букв, а делает нечто гораздо большее. Весь его организм — железы внутренней секреции, нервная система, мышцы — настраивается на активное противодействие. Создается впечатление, что человек как бы физически отшатывается или вот-вот отшатнется от вас: вся его нервно-мышечная система настораживается, готовясь дать вам отпор. Когда же он говорит «да», никакой реакции противодействия в нем не происходит. Его организм открыто проявляет решимость пойти вам навстречу, согласиться с вами. Поэтому, чем большее количество «да» мы сумеем получить от собеседника с самого начала, тем более вероятно, что нам удастся склонить его к дальнейшему продуктивному общению.

Все возможные психологические аспекты допроса тщательно продумываются уже при подготовке следователя к допросу.

. Психология допроса подозреваемого

Привлечение лица в качестве подозреваемого или обвиняемого связано с резким изменением в его жизни, в социальном статусе, со значительным сужением социально-ролевых функций, со сдвигами в психике, усугубляющимися в условиях изоляции. Арест вызывает у одних людей повышенный уровень тревожности, чувство обреченности, отчаяния, безысходности, полной зависимости от лиц, осуществляющих правосудие, у других — чувство озлобленности, агрессивности, активное противодействие правосудию.

Особенно драматично психическое состояние привлеченного к уголовной ответственности невиновного лица. Внезапно свалившееся на него несчастье резко дезорганизует его психику, порождает неадекватные поведенческие поступки, которые могут быть интерпретированы малоопытным следователем как улики поведения. Резкое снижение защитных возможностей значительно повышает неадекватность действий обвиняемого по самозащите. Стремясь положить конец этому мучительному состоянию, невиновный может прибегнуть даже к самооговору.

Допрос подозреваемого и обвиняемого имеет много общих сторон и существенных различий, которые обусловлены прежде всего различным процессуальным положением этих лиц.

Допрос подозреваемого. При допросе подозреваемого, который производится на ограниченной исходной информационной базе и в условиях острого дефицита времени на его подготовку, следователь еще не располагает достаточными изобличающими доказательствами. Это обязывает его применять многовариантную тактику допроса.

Однако допрос подозреваемого сразу после его задержания или ареста имеет и некоторое преимущество: противодействующий правосудию подозреваемый не в состоянии детально обдумать, всесторонне обосновать ложную версию, его ложные показания содержат обычно явные противоречия.

Допрос подозреваемого может предваряться беседой с целью выявления его личностных особенностей. При этом следователь может использовать известные ему факты, создавая у допрашиваемого впечатление о хорошей своей информированности. В ряде случаев следователь раскрывает перед подозреваемым эвристические возможности отдельных следственных действий.

В процессе допроса перед подозреваемым ставятся, прежде всего, те вопросы, ответы на которые уже известны следователю. При этом выявляется позиция подозреваемого в отношении правосудия.

Существенную роль при допросе имеет адекватная интерпретация динамики текущих эмоционально-волевых состояний подозреваемого. Известно, что внешние проявления эмоционального состояния человека не имеют никакого доказательственного значения. Однако проявление эмоциональных состояний может дать оперативно-ориентирующую информацию. Так, волнение при определенных вопросах, уход от тех или иных тем, застревание на определенных обстоятельствах должны побудить следователя к более тщательному анализу причин такого поведения.

Следователь должен проявлять большую осторожность в использовании фактического материала, ибо малейшие ошибки резко ослабляют его позиции. Следует помнить, что подозрения в отношении конкретного лица могут возникнуть в силу неблагоприятного стечения обстоятельств, ошибки, заблуждения, оговора.

Основная задача следователя — получить сведения, позволяющие проверить причастность подозреваемого к расследуемому событию. При этом необходимо выделять такие обстоятельства, которые могут быть известны только лицу, совершившему преступление. Особенно чутко следователь должен реагировать на умолчание о фактах, уже выявленных следствием.

Большое значение в допросе подозреваемого имеет метод косвенных вопросов. Он состоит в том, что вопросы, существенные для расследования, маскируются среди внешне безопасных, как бы далеких от интересующего следователя событий. При этом анализируется осведомленность подозреваемого об участниках преступления, о времени, месте и способах его совершения, применявшихся орудиях и других обстоятельствах.

Необходимо своевременно блокировать возможные ложные утверждения подозреваемого с целью ослабления значения имеющихся доказательств. Так, по поводу найденной при обыске у подозреваемого ценной вещи, принадлежавшей убитому, он может сказать, что купил ее у неизвестных лиц. Если же вначале подозреваемому будут заданы вопросы о покупках, сделанных им в последнее время, и в перечне этих покупок данная вещь не будет указана, то такой косвенный вопрос предупредит возможное ложное утверждение допрашиваемого.

Как уже говорилось, при допросе подозреваемого следователь еще не располагает необходимой совокупностью доказательств; в системе доказательств обычно имеются пробелы. По повышенному одностороннему интересу следователя к отдельным эпизодам события подозреваемый может догадаться о дефиците доказательственной информации. Поэтому косвенные, второстепенные вопросы уместны и как средство маскировки подлинных устремлений следователя.

Исходя из своей гиперзащитной позиции, подозреваемый ориентируется на информацию о возможностях получения следователем изобличающих доказательств. В связи с этим избирательно-психологическое воздействие на допрашиваемого оказывает демонстрация следователем возможностей следствия. При этом он как бы опережает те вопросы, которые возникают в сознании подозреваемого. Но отдельные факты, которые могут укрепить подозреваемого в нежелании признаться в преступлении, предпочтительно скрывать (например, гибель жертвы).

Поспешное и неумелое предъявление доказательств снижает их изобличительную направленность, позволяет противодействующему лицу выдвинуть ложные объяснения. Следователь должен предвидеть все то, что может снизить изобличающую силу доказательств, предварительно нейтрализовать все возможные контраргументы допрашиваемого лица.

Доказательства следует предъявлять с учетом их взаимосвязи. Логика раскрытия доказательств должна способствовать тому, чтобы психологическое воздействие на допрашиваемого по мере их предъявления нарастало.

При допросе нескольких подозреваемых по делам о групповых преступлениях целесообразно использовать психологические феномены межличностного взаимодействия — разнонаправленные интересы членов группы, соперничество, антагонизм, нарушая тем самым согласованность групповых позиций, а также стремление отдельных членов группы приуменьшить свою роль в совершенном преступлении.

В случае отказа подозреваемого от дачи показаний (психологически это наиболее сложная ситуация допроса) следователь разъясняет, что тем самым допрашиваемый лишается возможности самозащиты, а следствие — возможности выяснить смягчающие его ответственность обстоятельства.

Предъявляя доказательства, изобличающие подозреваемого во лжи, следователь максимально активизирует его эмоциональные переживания, формирует у него чувство неизбежности установления истины.

Подозреваемые нередко прибегают к ложному алиби. В таких случаях детальный допрос помогает выявить незнание подозреваемым тех подробностей, которые связаны с его утверждениями о месте пребывания (например, «сидел дома, смотрел телевизор», «был в театре», но на вопросы о названии и содержании увиденного ответа не дается).

Детальная проработка «легенды» также демонстрирует ложность алиби, поскольку детали второстепенных обстоятельств люди обычно не запоминают. Однако не следует спешить с изобличением всех противоречий и ложных утверждений подозреваемого. Это может насторожить допрашиваемого, повысить его самоконтроль или привести к отказу от дачи показаний.

Необходимо помнить, что коммуникативный контакт может быть нарушен из-за проявления со стороны следователя крайнего недоверия к показаниям подозреваемого, злорадства при первых незначительных противоречиях в его показаниях. Кроме того, это косвенно свидетельствует об отсутствии у следователя других веских доказательств виновности подозреваемого.

При допросе подозреваемого по обстоятельствам, хорошо известным следствию, целесообразно подправлять, детализировать показания, расходящиеся с истиной, — это создает впечатление хорошей осведомленности следователя.

Иногда следователь сталкивается с трудной тактической ситуацией — самооговором подозреваемого. Это может быть связано с психическим перенапряжением в результате длительных допросов, с грубыми нарушениями прав личности, с тактическими просчетами следователя, с желанием скрыть другое, более тяжкое, преступление.

О самооговоре могут свидетельствовать навязчивые уверения в честности признания, схематичность, заученность показаний, неспособность сообщить факты, которые обязательно должны быть известны лицу, совершившему преступление.

Методика разоблачения самооговора та же, что и разоблачения других ложных показаний, — детальный повторный допрос, проверка показаний на месте, очная ставка, следственный эксперимент, анализ соответствия показаний совокупности имеющихся доказательств.

. Допрос обвиняемого

Прежде всего следует сказать, что ответ обвиняемого на вопрос, признает ли он себя виновным, не должен ни в коей мере влиять на полноту, всесторонность и объективность расследования уголовного дела.

Обычно считается, что допрос приобретает бесконфликтный характер, если обвиняемый признает себя виновным. Однако признание может быть обусловлено желанием обвиняемого уйти от ответственности за другие, более тяжкие, преступления или другими мотивами и бесконфликтность окажется лишь иллюзией.

Признание обвиняемым своей вины не является исключительным, наиболее сильным доказательством, оно не имеет никакого преимущественного значения и, как все другие доказательства, подлежит проверке и оценке. Признание может быть положено в основу обвинения лишь в случае его подтверждения совокупностью доказательств.

Обвиняемый — наиболее информированный и наиболее психологически сложный источник доказательств. Поэтому при его допросе необходимо учитывать ряд психических особенностей этой категории лиц, в частности:

состояние подавленности, психической депрессии, вызванное страхом перед наказанием;

большая заинтересованность в исходе дела, преобладание защитной доминанты, активно-оборонительная позиция;

отсутствие в ряде случаев намерения к добровольному признанию, убежденность, что правдивые показания могут причинить только вред; недоверие к лицам, ведущим следствие;

негативное отношение к свидетелям обвинения;

повышенная психическая напряженность, аффективное состояние в критических моментах расследования;

повышенный самоконтроль, обостренное внимание к наиболее опасным обстоятельствам.

Добровольного признания от опытного преступника можно добиться, как правило, лишь при изобличении его с помощью неопровержимых улик при задержании с поличным.

Правдивость показаний обвиняемого в определенной мере стимулируется разъяснением значения чистосердечного раскаяния как обстоятельства, смягчающего ответственность. При этом акцент должен делаться не на признании вины, а именно на раскаянии и всемерном содействии следствию в полном и всестороннем расследовании преступления.

В самом начале допроса необходимо принять меры, облегчающие обвиняемому выбор правдивой линии поведения. Первые ложные утверждения создают установку на дальнейшее отпирательство. Сознаться в преднамеренной лжи бывает очень трудно. В ряде случаев прямой вопрос: совершил ли обвиняемый данное преступление, можно заменить психологически более гибким: что вынудило его совершить такой поступок. Обвиняемые обычно стремятся избегать утвердительных ответов.

Обвиняемому следует разъяснить, чем ложная позиция может повредить ему (так, невозвращение похищенных материальных ценностей может привести к конфискации имущества, предъявлению гражданского иска).

Если от правдивости показаний обвиняемого зависит судьба невиновных людей, на которых может пасть ложное подозрение, на это необходимо обратить его внимание.

В случае признания обвиняемого система вопросов следователя должна обеспечивать полноту показаний, по всем существенным для дела обстоятельствам должны быть получены исчерпывающие показания. При этом должны быть выявлены те обстоятельства, достоверность которых может быть проверена, причины, приведшие обвиняемого к преступлению, данные о его личности, сведения о соучастниках.

Допрашивая обвиняемых, следователь обязательно учитывает возможную последующую динамику их показаний и фиксирует все существенные детали. Как отмечал А.Ф. Кони, обвиняемый после дачи правдивых показаний через некоторое время «начинает обдумывать все сказанное им, видит, что дело не так страшно, каким показалось сначала, что против некоторых улик можно придумать опровержение… Опыт, даваемый уголовною практикою, приводит к тому, что в большей части преступлений, в которых виновность преступника строится на косвенных доказательствах, на совокупности улик и лишь отчасти подкрепляется его собственным сознанием, это сознание несколько раз меняет свой объем и свою окраску». Следует учитывать также и возможность возникновения у обвиняемого непроизвольной защитной доминанты — стремления уменьшить свою вину, облагородить собственную роль в совершенном деянии, скрыть постыдные стороны своего поведения, акцентировать внимание следствия на неблагоприятном стечении обстоятельств, оградить от ответственности близких лиц.

В сложных ситуациях противодействия, когда допрашиваемый скрывает существенные для дела обстоятельства, дает ложные, дезориентирующие показания, допрос приобретает черты противоборства.

Распознание ложных показаний. Центральную проблему допроса и расследования в целом составляет распознание ложных показаний и преодоление установки на них допрашиваемого лица. Однако особых методов экспресс-диагностики лжи не существует.

Не являются надежными индикаторами лжи и психосоматические реакции — тремор (дрожание) конечностей, частота дыхания, пересыхание слизистой полости рта, сужение или расширение сосудов, выражающиеся в побледнении или покраснении кожи лица. Не удается диагностировать ложь и по признакам речи — паузам, интонациям, лексическим особенностям.

Но ложь не явление в себе, она распознаваема. В сознании лжеца конкурируют два очага возбуждения — сфера чувственно бедных ложных конструкций и тормозимый субъектом, но непроизвольно функционирующий интенсивный очаг живых образных представлений подлинного события.

Ложь — средство управления поведением людей путем их дезинформации. Лицо, противодействующее следствию и дающее заведомо ложные показания, вступает со следователем в позиционное противоборство, прогнозирует возможные действия следователя, пытается рефлексивно управлять его деятельностью. Лжец оценивает, как его ложные показания будут приниматься, расцениваться и использоваться следователем. При активной, творческой лжи лжец стремится создать псевдомодель события, состыковать его элементы, выдумать причинно-следственные связи, привязать их к определенным месту и времени.

Ряд повторных детализирующих вопросов неизбежно приводит к вариациям вымысла, расстыкованности отдельных узлов этой псевдомодели. Чем меньше правды в показаниях, тем успешнее они изобличаются.

Сложнее те случаи, когда подследственное лицо, хорошо знающее обстоятельства дела, вводит в подлинную модель события лишь отдельные ложные детали. Однако даже единственная вымышленная деталь события не может быть охвачена сознанием лгущего во всем многообразии ее проявлений. При повторных допросах эта деталь будет обрастать наспех придуманными особенностями, вызывать усиленную охранительную реакцию, психосоматические реакции.

Процесс лжи связан со столкновением тормозных и возбудительных процессов, психологическим раздвоением личности (что в просторечии называется нечистой совестью), формированием в сознании лгущего лица системы охранительных барьеров и т. д. Однако позиции лгущего всегда уязвимы. (Так, заявив о том, что ему ничего не известно о расследуемом событии, человек как минимум должен указать, где он находился во время совершенного преступления. И здесь неизбежно последует новое утверждение, ложность которого в конце концов может быть обнаружена.)

. Оценка показаний подозреваемых и обвиняемых

Показания подозреваемых и обвиняемых могут быть истинными или ложными, полными или частичными. Наряду с правдивыми показаниями иногда сообщаются искаженные сведения по отдельным обстоятельствам (например, могут быть неточно указаны объем похищенного имущества и ценностей, места их хранения, искажены обстоятельства нанесения телесных повреждений и т. п.).

Нередко большая часть вины переносится на соучастников.

Критерием полноты и достоверности показаний подозреваемого или обвиняемого является сообщение ими фактов, которые могут быть проверены. Истинное признание в отличие от ложного имеет больший объем доказательств и большие возможности проверки. Ложное показание, ложное признание, самооговор схематичны, бедны по своей фактологической структуре. Ложное признание часто дается под психическим воздействием других заинтересованных лиц. Следы такого воздействия можно обнаружить по нехарактерным для конкретного лица выражениям, речевым оборотам и т. д.

. Критерии правомерности тактик допроса

Применение пыток к допрашиваемым запрещается законом (ч. 2 ст. 9, ч. 4 ст. 164 УПК РФ, ст. 302 УК РФ), поэтому в легальной следственной практике все настоятельнее ставится, а в криминалистической литературе все активнее обсуждается вопрос о допустимых и недопустимых тактических приемах, простительных «хитростях» при допросе. Научные рекомендации по психологическому воздействию на обвиняемого и свидетеля оказываются все более изощренными; они направлены на получение желательного результата средствами, которые не будут квалифицированы как насилие, угрозы, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение. Ранее принадлежавший сфере криминалистики термин «тактика» в 2001 г. зафиксирован в УПК России: «Задавать наводящие вопросы запрещается. В остальном следователь свободен при выборе тактики допроса» (ч. 2 ст. 189 УПК РФ).

С давних времен в центре внимания ученых и практиков находятся также приемы допроса подсудимых и свидетелей в суде. Выдающийся судебный деятель царской России П.С. Пороховщиков посвящал целые разделы своих книг тактике допроса свидетелей сторонами защиты и обвинения. Среди его рекомендаций есть и такие: «Чем значительнее известное обстоятельство, тем старательнее следует избегать прямого вопроса о нем. Это важнейшее, коренное правило… Старайтесь получать ответы как бы нечаянно: спрашивая об одном, узнавайте другое: ответ, кажущийся для вас неожиданным, несравненно убедительнее для присяжных, чем ответ, вами подсказанный. Искусство заключается в том, чтобы свидетелю казалось, что вы ждете от него как раз противоположное тому, что вам на самом деле нужно. Если он дает показания добросовестно, он скажет правду по долгу присяги. Если он лжец — солжет в расчете повредить вам. В обоих случаях вы достигли цели».

Ныне действующий процессуальный закон стремится присущими ему методами оградить человека не только от пыток, но и от недобросовестных методов воздействия на него при допросе, хотя бы они по своей интенсивности не достигали уровня пытки. Правомерность тактических приемов допроса определяется, помимо запрета угроз, шантажа, грубого обмана и физического насилия, также, в частности, требованиями не прибегать к методам, которые:

нарушают способность свидетеля (обвиняемого, подозреваемого) «принимать решения или выносить суждения»;

причиняют человеку глубокие психические страдания, т. е. являются бесчеловечными;

вызывают у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

Находящемуся под стражей лицу «не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания».

Представляется также, что подозреваемый и обвиняемый не должны подвергаться допросу сразу же после законного применения к нему физической силы, спецсредств.

Вокруг допрашиваемого необходимо создавать обстановку, в максимальной степени обеспечивающую проявление его доброй воли. Допрашиваемый должен быть информирован о своих правах и способен трезво оценить свое положение, ориентироваться в сложившейся ситуации. Сказанное не означает, что от допрашиваемого нужно утаивать предусмотренные законом неблагоприятные последствия выбора им определенной позиции (например, положения об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и дачу заведомо ложных показаний; о возможности использования его показаний против него самого и близких ему лиц).

Но допрашиваемый должен понимать, что непосредственно в ситуации общения со следователем, дознавателем, судьей, обвинителем, защитником ему ничто не угрожает; последствия выбора им определенной позиции отсрочены, причем возможная ответственность не возлагается должностным лицом, ведущим допрос.

Надлежащее физическое и психическое состояние допрашиваемого служит гарантией его способности давать соответствующие его позиции показания, а также, если он настроен говорить правду, позволяет следователю получить неискаженные болезненным состоянием сведения.

Считается недопустимым применение в ходе допроса гипноза и медикаментозных (наркотических, сильнодействующих) средств, ослабляющих самоконтроль человека. Верховный Суд Российской Федерации не считает допустимыми показания лиц, находившихся в момент допроса в состоянии алкогольного опьянения.

Допрос не должен быть изнурительным. Поэтому закон предусматривает, что допрос не может длиться непрерывно более четырех часов; затем необходим перерыв не менее чем на один час для отдыха и принятия пищи, причем общая продолжительность допроса в течение дня не должна превышать восьми часов (ст. 187 УПК РФ).

Показания допрашиваемого лица записываются от первого лица и по возможности дословно. Вопросы и ответы на них записываются в той последовательности, которая имела место. По окончании допроса протокол предъявляется допрашиваемому лицу для прочтения, причем его требование об уточнении записей подлежит обязательному удовлетворению. Правильность записи участники допроса удостоверяют подписями, причем могут тут же изложить свои замечания и дополнения (ч. ч. 2, 6, 8 ст. 190 УПК РФ).

Хотя УПК РФ в отличие от УПК РСФСР более не предусматривает права допрашиваемого лица собственноручно изложить свои показания, такой возможности нельзя исключать. По инициативе следователя или по ходатайству допрашиваемого лица в ходе допроса могут быть проведены фотографирование, аудио- и (или) видеозапись, киносъемка, материалы которых считаются органической частью протокола допроса (ч. 4 ст. 189 УПК РФ).

Разумеется, гуманистическая направленность норм уголовно-процессуального законодательства не исчерпывается бережным отношением к упомянутым благам. В регламентации допроса важную роль как с точки зрения права, так и с точки зрения прикладной психологии играет обеспечение осведомленности обвиняемого, подозреваемого, потерпевшего, свидетеля — юридической и фактической, что подразумевает разъяснение им прав, оказание им квалифицированной юридической помощи, ознакомление с обвинением и, выборочно, с подтверждающими либо опровергающими его доказательствами.

подозреваемый обвиняемый допрос показание

Список использованной литературы и источников

Нормативно-правовые акты

  1. Свод принципов защиты всех лиц, подвергающихся задержанию или заключению в какой бы то ни было форме (утв. Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН от 9 декабря 1988 г.).

    // СПС КонсультантПлюс.

  2. Конституция Российской Федерации 1993 г. — М., Юридическая литература. 2010.
  3. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации. — М., Проспект. 2010.

Материалы практики

  1. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации». // СПС КонсультантПлюс.
  2. Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 11 мая 2006 г. по делу П. // СПС КонсультантПлюс.

Литература

  1. Еникеев М.И. Психология допроса // Юридическая психология. 2007. № 3. С. 2−11.
  2. Еникеев М.И., Образцов В.А., Эминов В.Е. Следственные действия: психология, тактика, технология: учеб. Пособие. — М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2008. 216 с.
  3. Пашин С.А. Психологические основания правового регулирования допроса в уголовном судопроизводстве // Юридическая психология. 2007. № 4. С. 334−37.
  4. Романов В.В. Юридическая психология: Учебник. — М.: Юристъ, 1998. С. 407−416.
  5. Сергеич П. Искусство речи на суде. 3-е изд. Тула: Автограф, 2000. С. 151 — 190; Сергеич П. Уголовная защита. М.: Изд-во «Юрайт», 2008. С. 100 — 117.

Если вы автор этого текста и считаете, что нарушаются ваши авторские права или не желаете чтобы текст публиковался на сайте ForPsy.ru, отправьте ссылку на статью и запрос на удаление:

Отправить запрос

Adblock
detector