Гнездилов псих. изменения у онкобольных

УДК 616 006 06:616.89 © А.В. Гнездилов, 2001 г.

Хоспис № 1, Санкт. Петербург

Психические изменения у онкологических больных

Проф. А.В. Гнездилов

Если медработник

О наличии выраженных изменений в психике онкологических больных свидетель

присутствует при

ствует множество фактов:

рождении, то и конец

1) отказы от операций и лечения,

жизни должен быть

2) реактивные состояния в виде тревоги, депрессии, негативных и агрессивных реакций,

обеспечен присутстви

3) суициды, расстройство взаимоотношений в семье и на работе,

ем его, ибо врач, медсес

4) наличие скрытой, а порой и явной канцерофобии среди значительной части

тра, санитарка не населения и в первую очередь среди родственников и знакомых пациентов,

просто работники

5) расстройства на фоне органических, метастатических, интоксикационных из

медслужбы, но и друзья менений в головном мозге и другие.

пациента, сострадаю

Среди основных факторов, влияющих на психику как пациента, так и его родных,

щие ему в его необходимо выделить следующие:

страданиях.

• фатальный характер диагноза, несмотря на успехи онкологии;

• калечащие операции и лечение;

• отсутствие гарантий против возникновения рецидивов и метастазов;

• наличие в 80% случаев выраженного болевого синдрома при отсутствии гаран

тий достаточного обезболивания;

• широко распространенное среди обывателей представление о заразности рако

вого заболевания.

Изменения в психике пациентов, а также близких им людей, проходят несколько стадий.

1. Шоковая стадия, когда негативная информация о наличии заболевания, а порой

и прогноза, обрушивается на больного.

2. Стадия отрицания, вытеснения информации.

3. Стадия агрессии.

4. Стадия депрессии.

5. Стадия примирения, принятия своей судьбы.

Из органических поражений головного мозга наиболее часто встречаются рас

стройства сознания. Они классифицируются обычно следующим образом:

I. Расстройство по типу утраты сознания (оглушение, сопор, кома).

II. Расстройство по типу измененного сознания:

• делирий, наличие измененного сознания с выраженным обилием галлюцина

торных переживаний (вторичного бреда и искаженного восприятия окружающего с

нарушением ориентации в окружающем и сохранением ориентации в себе);

• онейроидное расстройство сознания с двойной ориентировкой в окружающем

— частичная ориентация в реальности с одновременным присутствием сновидных,

галлюцинаторных переживаний и восприятий;

• аментивное расстройство сознания с потерей ориентации, как в себе, так и в ок

ружающем, отсутствие контакта, непонятная речь;

• сумеречные расстройства сознания.

Среди сумеречных расстройств сознания выделяют:

• амбулаторный автоматизм — сознание сужено, переживание иной обстановки и ситуации;

• транс стремление к перемещению при наличии измененного сознания;

• снохождение (лунатизм).

Терапия расстройств психики определяется принципами паллиативной медици

ны, где учитывается стадия заболевания, перспективы для больного и улучшение ка

чества жизни. Сюда входит:

1) терапия средой (природа, дом, окружение родных, пробуждение духовности);

2) терапия присутствием с принципом разделения боли и проблем больного меж

ду ним и врачом;

3) индивидуальная терапия — рациональная терапия, суггестивная терапия, груп

повая терапия;

4) арттерапия с переключением внимания больного на креативные способы регу

ПРАКТИЧЕСКАЯ ОНКОЛОГИЯ l № 1(5) (март) 2001

5

А.В. Гнездилов

Practical oncology

лирования внутреннего мира и т. д.

Терапия психотических вариантов изменений в пси хике с наличием расстройств сознания имеет сомато генную направленность. Это дезинтоксикационная те рапия, это назначение гормонов при явлениях отека мозга и назначение нейролептиков для снятия возбуж дения, тревоги. Чаще всего мы пользуемся галоперидо лом, аминазином, седуксеном. Кстати, следует упомя нуть и амитриптилин, который наряду с его антидепрессивным воздействием применяется при ней ропатических болях, некупирующихся наркотиками. Тут же применяются препараты, купирующие болевые пароксизмы (имеется в виду финлепсин).

В упорных случаях целесообразна консультация психиатра.

В дальнейшем мы хотели бы осветить психологичес кие проблемы в хосписной службе. Паллиативная ме дицина, на принципах которой построен хоспис, при ходит на смену радикальной с того момента, когда все средства использованы, эффекта нет, и перед больным встает перспектива смерти. В основе паллиативной ме дицины лежит:

забота о субъективном состоянии пациента,

уход за ним,

возможность взять под контроль все симптомы его болезни и в первую очередь боли, будь они физические или психические.

Принципы паллиативной медицины нацелены на под держание качества жизни. При этом цель на излечение больногоотсутствует, физиологическиефункциибольно го поддерживаются с целью создания качества его жизни.

Философия хосписной службы включает в себя сле дующие положения:

1) смерть — естественный процесс, который, как и рождение, нельзя ни ускорять, ни также и тормозить;

2) паллиативный подход создает условия не для легкой смерти, но обеспечивает качественную жизнь до конца; 3) качество жизни обеспечивается умелым контро

лем за симптомами.

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ В ХОСПИСНОЙ СЛУЖБЕ

ПРОБЛЕМЫ БОЛЬНЫХ

I. Заболевание

Вероятно, основной проблемой для пациента явля ется его заболевание, которое своей необратимостью и тяжестью порождает массу психологических реакций. Чаще всего они наблюдаются в рамках невротических нарушений, хотя порой и психотического уровня.

Представления о болезни не всегда соответствуют ре альности, тем более, что, в известной степени, сами вра чи не дают полноценной информации. Путаная, щадя щая информация со стороны родственников смешивается с памятными больному случаями из жизни его знакомых с подобным заболеванием. В конечном итоге лишь небольшой процент населения реально по нимает свою ситуацию, течение процесса, близкие и да лекие перспективы. Соответственно, давая ту или иную информацию, необходимо проверить насколько пред ставления больного совпадают с понятиями медработ ника, будь то врач или медсестра. Однако и в данном слу

6

чае нет гарантии объективности. Логика терапевта здесь встречается с аффективной логикой пациента. Оптими стическая или депрессивная установка больного субъек тивизирует оценку ситуаций в сознании пациента и то, что мы получаем, будет результатом «кривой» логики.

Те переживания своей болезни, что мы видим в хос писе, порой не новы для пациента. Часто он уже испы тал многое, впервые столкнувшись с онкологическими учреждениями, пройдя этапы диагностики, лечения и т. д. Мы уже говорили, что среди населения бытует мне ние о фатальности «рака» и сам диагноз является неред ко в ореоле «приговора» смерти без оговоренного сро ка. В результате у больных возникает целая серия психогенных реакций, в которых надежда и отчаяние сменяют друг друга, порождая то депрессию, то апатию, то тревогу, то эйфорию в зависимости от особеннос тей личности пациента, силы и тональности пережива ний. Довольно часто лейтмотивом звучит навязчивая тема обреченности, неизбежного конца «это должно случиться, от этого никуда не уйти, не спрятаться». И когда приходит завершающая стадия болезни, она ак туализирует сроки и запускает целый комплекс чувств

имыслей, которые уже формировались и раньше. Конечно же, встречается и значительный контингент

больных, чьи «прозрения истины» возникают уже в хос писе. Для них проблема осложняется не только узнава нием диагноза, но и прогноза. Тем не менее, психологи ческий механизм восприятия негативной информации примерно одинаков. Шоковая стадия, короткая и силь ная, сменяется стадией отрицания, вытесняя ситуации. Она свидетельствует о неготовности перенести удар и адаптироваться к стрессу. «Врач ошибается, надо пере проверить его информацию». Порой вспыхивает надеж да на «чудо» и пациент спешит к экстрасенсу или в цер ковь. Проходит время и тревога, возникшая в момент шока, переводит пациента в стадию агрессии. Все тот же страх лежит в ее основе, но его легче пережить в актив ном состоянии, ища причину, виновного. Следующая фаза — депрессии. Она включает не только переживания собственного отчаяния, тоски, бесперспективности, но иощущениевиныпередродственниками, чьюжизньони нарушили заботой о себе.

Проходит еще время и часто с помощью психотера певтических воздействий больной переходит в стадию примирения со своей судьбой, фазу принятия. Впрочем, динамика реакций на заболевание и близящийся исход не означает завершения. Вслед за примирением с судь бой, вновь может вспыхнуть жажда жизни, и пациент, с которым вы уже все проговорили до конца вплоть до деталей желаемого погребения, вдруг возвращается к вам и спрашивает: «А, кстати, когда Вы меня лечить нач нете?». И ваша позиция должна согласовываться с пози цией больного. Если ему необходима надежда, не отни майте ее. Нет нужды выдумывать самому и лгать, но достаточно не перечить, оставить пациента в той уста новке, в которой ему в данный момент легче пребывать.

Поскольку мы заговорили об информации о болезни, то следует продолжить эту тему. Итак, принцип правды, как бы горек он не казался, но должен соблюдаться, если пациент реально хочет знать, что с ним. Предвидя возра жения, заметим один факт — мы судим о больном со своих позиций здоровых людей. Эта позиция исходит порой из

ПРАКТИЧЕСКАЯ ОНКОЛОГИЯ l № 1(5) (март) 2001

Practical oncology

А.В. Гнездилов

собственных страхов и представлений. Но «страус, пря чущийголовувпесок, чтобыневидетьопасности», отнюдь не идеальный и не единственный вариант поведения.

Будем исходить из той предпосылки, что человек обладает способностью получать не только вербальную информацию, но и трансситуационную. Столько сло весной лжи вокруг нас, но мы можем ориентироваться

вмире, потому что слышим не только «что нам говорят», но и «как нам говорят». Не к любому человеку мы обра тимся в толпе, чтобы узнать путь или время. Наши ин стинкты, наши чувства на страже реальности… Итак, трудно себе представить, чтобы человек, умирая, оста вался в полном неведении о том, что с ним происходит. Можно вспомнить пример 16 летнего мальчика, кото рый попросил из вполне обеспеченной семьи взять его

вхоспис, объясняя это тем что в глазах родителей ви дит, как они его оплакивают, «заживо отпевают». Таким образом, мы приходим к выводу, что нас можно обма нуть лишь в том случае, если мы это позволяем, т. е. хо тим быть обманутыми. Но и в этой ситуации мы долж ны уважать выбор пациента. Итак, вопрос сводится к тому, как дать больному информацию, чтобы не слы шать его внутреннюю психологическую защиту?

1.Мы уже говорили, что очень часто внутренний мир пациента находится под прессингом родных, которые проецируя свои страхи на пациента, заставляют его иг рать роль оптимиста, упрямо дожидающегося «завтраш него» улучшения и выздоровления. С первых же контак тов с семьей необходимо поставить их перед фактом, что вы должны служить в первую очередь пациенту, который находится в «здравом уме» и, разумеется, имеет свои пра ва на жизнь и на полноценную информацию о ней. Той же позиции служения, а не навязывания своих условий, вы ждете и от семьи. Предупредив родственников, вы можете более свободно общаться с пациентом.

2.Психологически верным будет найти время и спе циальное место для беседы с больным о столь жизнен, но важных для него проблемах. Это специальное время будет определяться не вами, а пациентом, так как вы должны будете вместе с ним переживать следствия не гативной информации. Место необходимо найти там, где никто не мог бы вам помешать. Если мы требуем ти шины в театре, то, понимая значимость не только каж дого слова, но и тона в вашей беседе, необходимо со здать для нее идеальные условия. Речь идет о жизни и мелочами нельзя пренебрегать, ибо можно случайным, непродуманным движением психологически убить его. Не лишним будет привести пример из практики, кото рый свидетельствует об этом. В онкологическом инсти туте молодой врач во время перевязки послеопераци онной раны, непроизвольно поджал губы и слегка закатил глаза. Пациентка очень доверяла врачу и во вре мя перевязки следила за выражением его лица, пытаясь оценить свое состояние по его реакции. Вернувшись в палату, она стала плакать. Соседям объяснила, что врач, открыв рану, изменился в лице, поджал губы и закатил глаза. Из этого она поняла, что ее состояние безнадеж но. К вечеру у нее развился инфаркт, и она скончалась.

3.Разумеется, пациент должен испытывать доверие к тому, кто вступает с ним в диалог, чтобы дать правдивую информацию. В хосписе нет приоритета в этом случае за лечащим врачом. Каждый пациент, обладая своими харак

ПРАКТИЧЕСКАЯ ОНКОЛОГИЯ l № 1(5) (март) 2001

терологическимиособенностями, можетвыбратьдлясебя любого из персонала, к кому испытывает симпатию и до верие. Потому к беседе с больным должен быть готов лю бой человек из персонала. Понимание того, что хочет па циент, и готовность к совместному переживанию «информации на двоих», поможет в успешней беседе.

4.Вступая в диалог, нужно в первую очередь дать сольному активную позицию, а самому занять место слушателя. Иногда пациенту необходимо «выплеснуть ся», но всегда нужно помнить, что он внимательно на блюдает за вашей реакцией. И даже если вы не произ несли ни слова, это может быть истолковано как подтверждение позиции пациента.

5.На вопросы пациента, что с ним происходит, что за болезнь или что его ждет, нельзя спешить с ответом. Первое, что вы должны понять, не провоцирует ли боль ной вас, желая получить ожидаемый ответ, а вовсе не истину. Для этого существует метод контрвопроса.

Например:

— Скажите правду, что у меня и насколько это серьез но? — спрашивает пациент.

— А почему вы задаете этот вопрос? Что вы сами дума ете об этом? Что вы подразумеваете под серьезностью и как вы сами оцениваете свои силы? — следует ответ.

Вопросов можно задать достаточно много, но из от ветов вы должны понять мотив пациента, узнать прав ду. Если пациент высказывается в оптимистическом духе, вы не станете разубеждать его. Можно согласить ся с его точкой зрения, не подтверждая ее. Например: «Возможно, ваше мнение имеет основание. Кто как не вы способны оценивать свои силы». В этом случае вы не прибегаете к обману, вы лишь соглашаетесь с воз можностью существования определенной точки зрения больного. И в дальнейшем он не сможет обвинить вас в обмане. Доверие к вам не пошатнется, так как «свои кар ты вы оставили при себе».

Если же вы видите, что пациент действительно ждет правдивой информации, он же сам и скажет о своем диагнозе и ожидаемом прогнозе. При этом ваша задача проконтролировать, что пациент понимает под слова ми рак, опухоль, злокачественные новообразования, метастазы и т. д.

6.Важным моментом в информировании больного является не давать всю истину сразу. Растяжка во вре мени, с открытием правды по частям, помогает паци енту созреть к полноте истины. Опять же чуткая связь с больным позволит вам заметить, когда для него доста точно информации. Следующий раз беседа будет еще более откровенной и приближенной к истине. Порой, когда пациент находится в полном неведении, начинать надо с понятия новообразования, в следующий раз по является понятие опухоли, затем злокачественной опу холи и, наконец, рак, метастазы и т. д.

Самыми тяжелыми бывают случаи двойной ориента ции пациента — в диагнозе и прогнозе. Неверная инфор мация, полученная от хирургов, порой порождает край не тяжелые недоумения. «Я твой рак вырезал, теперь у тебя нет рака», — заявляет врач, и последующие объяс нения в хосписе не принимаются пациентом. Он твер до верит в то, во что ему хочется верить.

Следует сказать, что информация о болезни и про гнозе зачастую не обсуждается с больными. Мы уже го

7

А.В. Гнездилов

Practical oncology

ворим о способности человека прочесть информацию через ситуацию, а не путем слов. Значительную роль играет и так называемый язык тела, которым пользуют ся сотрудники. Специфика повышенного внимания и готовность откликнуться на любую просьбу приводят больных в недоумение. Дурной стереотип обычных ме дицинских учреждений, где пациент запуган и вынуж ден обо всем просить, если не сказать выпрашивать вни мание персонала, по контрасту с хосписной службой так ярко свидетельствует об особом подходе. И неред ко пациенты сами догадываются о том, чем вызвано это милосердие, что за люди им служат и что за специфика учреждения, в которое они помещены.

7. Вернемся к беседе с пациентом. Контакт с ним дол жен быть максимально тесным. Медработник должен видеть лицо больного, в беседе применять паузы, пред ставляя пациенту проявлять активность. Слушая пациен та, поддерживать его, употребляя междометия или повто ряя его последние слова. Идеальным является существованиефизического контакта. Вмоментдачи ин формации медработник берет за руку пациента или ка сается его плеча. Тогда аффективный негатив разделяет ся на двоих. Фактически происходит следующее. «Да, положение безнадежное, но вы не останетесь одни. На всем пути, который Вас ожидает, мы (хосписная служба вкупе с родственниками) будем с Вами и облегчим лю бые трудности». Психологический момент, что в присут ствии кого-либо, особенно врача, медсестры, родных, боль и страдания переносятся легче, работает неукосни тельно. Заканчивая этот абзац, хочется подчеркнуть, что истинно гуманные отношения с больным как раз и тре буют, чтобы не оставлять его одного. Если медработник присутствует при рождении, то и конец жизни должен быть обеспечен присутствием его, ибо врач, медсестра, санитарка не просто работники медслужбы, но и друзья пациента, сострадающие ему в его страданиях.

II. Проблема пребывания в хосписе

Мы уже говорили о стадиях переживания больными своей ситуации, включающие:

шоковую реакцию в виде страха, тревоги, отчаяния,

стадию отрицания, надежды, вытеснения,

стадию агрессии,

стадию депрессии,

стадию принятия.

И в рамках той или иной стадии строятся или разре шаются связи между самими больными, между пациен тами и их родственниками.

Понятие дома, осуществляемое хосписом, базирует ся на межличностных взаимоотношениях.

1. Наиболее значимыми являются отношения боль ных с персоналом. Взять простейший вариант. Лежачий больной должен в присутствии других сходить на гор шок, или пациент, не контролирующий работу тазовых органов, вдруг оказывается мокрым или грязным. При совокупите к этому ночное время и палату тяжелоболь ных, чей сон и так достаточно проблематичен. И каков должен быть психологический заряд «нянечки», кото рую хочется назвать «нянюшкой», когда ее приход вно сит покой и умиротворение в самые болезненные пе реживающие души. Нет ни грубости, ни осуждения, лишь понимание и сочувствие.

8

Хотелось бы развить эту тему. В конце своей жизни беспомощный, страдающий человек как бы возвраща ется в положение ребенка. Даже физически он смотрит на подходящих к нему людей снизу вверх. Персонал же несет на себе функцию родителей, ухаживающих за сво ими детьми. Мы всегда щедры на ласку ребенку, даже не предполагая, кем он вырастет. Сколь же желательно уви деть в том или ином старике его внутреннего ребенка. Ребенка, которому страшно затеряться среди других, ребенка, испытывающего потребность во внимании, любви, снисходительности к его слабостям. Нередкое обращение к персоналу, как и «мамочке» или «отцу» не всегда свидетельствует о «склерозе»… Проблема возвра щения в детство может прочитываться как эмоциональ ная поддержка памяти, черпающая силу в первых впе чатлениях, приобретенных в семье.

Понимающий и входящий в роль персонал предоп ределяет психологический климат в палате и так же, как дети индуцируются в своем поведении и чувствовани ях взрослыми, так и больные следуют примеру персо нала. И в этом аспекте так важен момент прихода паци ента в хоспис и его первый контакт с персоналом. Если больного встречают у дверей с улыбкой, если его не только спрашивают об имени, но и представляют где, что находится и как вызывать к себе сестру, то это уже то начало, которое есть «половина всего дела».

2.Тем не менее встречаются ситуации межличност ных взаимоотношений среди больных в палате, кото рые не могут корригироваться. Вовремя среагировать на ситуацию и прервать «борьбу характеров» переводом больных в другие палаты — это позволяет регулировать психологический климат в среде хосписа.

Взаимоотношения между пациентами много сложнее, чем может показаться на первый взгляд. Наряду с обще житейскимипроблемами, возникаютглобальныепережи вания. За фасадом обычных передряг по поводу включе ния или выключения радио или телевидения стоит часто страх приближающегося конца и мысли о том, «больно ли умирать?». Проблемы сна возникают достаточно часто и связаны со страхом «умереть во сне», с мыслями о некото рой тождественности сна и смерти. Болезненная чуткость

кситуации чьей нибудь смерти чередуется с тайным ин тересом к самому моменту умирания или «последнего сна». Больные часто просят не только не вывозить умира ющего в другую палату, но и не закрывать его ширмой. В этом прочитывается, помимо сострадания, любопытство. Не имея опыта смерти, пациенты «примеряют на себя чу жую смерть». Возможно, в ситуациях нередких «группо вых» смертей, когда разом умирают за сутки несколько больных, проявляется и тесная взаимосвязь пациентов друг с другом. Во всяком случае, момент психологической индукции нельзя исключить.

3.Взаимоотношения пациентов с родственниками нельзя переоценить, столь значим для них приход близ ких и их внимание. Зависть к тем, кого посещают часто, сочувствие в случаях формальных или отстраненных отношений. Сложность чувств вины и прощения, когда необходимость простить включает в себя и процесс «са мому быть прощенным». Человека держат связи с близ кими и их разрешение может заметно облегчить уход. Динамика чувств с близкими людьми, с которыми пред стоит расставание, носит волнообразный характер. По

ПРАКТИЧЕСКАЯ ОНКОЛОГИЯ l № 1(5) (март) 2001

Practical oncology

А.В. Гнездилов

началу родственники испытывают прилив любви и забо ты о близком. Зачастую возникает попытка огородить родственника от «знания смерти». Этот прессинг любви заставляет пациентов, испытывающих те же чувства, под чиняться. Затем наступает недовольство, усталость и бунт. Негатив болезни присоединяется к негативу отно шения к родным. Близость конца примиряет, возникают партнерские отношения, где страдают и пациенты, и их родственники, они становятся во главу угла. Взаимосо чувствие и понимание возрождают любовь и ценности семьи. Родственник перестает руководствоваться лишь своими чувствами и отдает приоритет пациенту. Послед ний же ощущает свою ответственность за остающегося жить и старается передать ему самое важное, что он вы нес из жизни. Достойно уйти, «не раздавив своей смер тью жизнь семьи», одна из благороднейших задач паци ента, диктуется уже не умом, а самой мудростью, которая открывается в минуты его прощания с близкими.

В рамках этой темы следует отметить, что понятие завещания, выходит за рамки простых распоряжений о наследстве. Само поведение умирающего может яв лять собой своеобразие завещания, так как является примером, моделью для близких. Мужество, позволяю щее преодолеть себя и подарить хотя бы улыбку или привет близким, или слабость и отчаянное цепляние за жизнь остаются в памяти и повторяются в свой черед теми, кто разделял последние минуты уходящего. В этом нет никакой мистики, как и в том, что дети часто повто ряют сюжет своих родителей. Возвращаясь к проблеме завещания, укажем еще на одно чувство — это ложный стыд, присутствующий в отношениях родных и уходя щего. Да, мы согласны, что разговор о завещании несет на себе весть о возможно близкой смерти, но, сталкива ясь со следствиями умолчания, сохранения приличий, хотим открыть «обратную сторону медали».

Вот один из многих примеров. Двое пожилых супру гов рассорились по какому то пустяку и развелись. Про шел месяц и, забыв обиды, они снова соединились. Идти в ЗАГС и регистрироваться вновь они постеснялись, решив, что проживут и так. В скорости жена заболевает раком и попадаетвхоспис. Мужоберегаетженуот"тяжелых"пред чувствий. Советы заговорить на тему о завещании и смер ти отвергаются. Наконец, женщина умирает. Муж, вернув шись домой, не может попасть в квартиру, так как расторопные чиновники, зная, что он выписан с площа ди жены, опечатали квартиру. На счету у покойной боль шая сумма денег, но и она уже прибрана «государством». Мужнеимеетденег, чтобыпохоронитьжену, ионаотправ ляется в анатомический театр, как «невостребованная». В светеэтогоиподобныхслучаевхотелосьбыпересмотреть вопрос о «стыдливости», еще не столь давно пропаганди руемый как образец «приличного» поведения.

Момент позитивности завещания можно проиллюс трировать еще одним примером. Молодая женщина 40 лет заболела раком молочной железы и оказалась в хос писе. Семья запрещала говорить ей правду, и она узна ла истину о своем положении лишь за день до смерти. У нее был 15 летний сын от первого брака и, тревожась за его судьбу, она стала лихорадочно писать ему пись мо. «Дорогой мой сыночек, прости меня, что я умираю. Я не думала, что не сумею тебя вырастить до самостоя тельного возраста, но ты должен знать, что я всегда лю

ПРАКТИЧЕСКАЯ ОНКОЛОГИЯ l № 1(5) (март) 2001

била тебя и гордилась тобой, что ты не куришь, не руга ешься, что у тебя доброе сердце. Как я хочу и верю, что бы ты всегда оставался таким…" Письмо она не успела дописать, но полученное сыном, оно стало для него под линным завещанием, путеводной звездой в его жизни.

Таким образом, последние слова умирающих стано вятся необычайно значимыми для живых, и сам процесс прощания приобретает глубочайший духовный смысл, как для тех, так и для других.

Интересно отметить, что завещания умирающих ча сто составляются с позиций продолжения жизни. Разу меется, трансформированной, но именно жизни. По мня, что в пожеланиях реализуются сокровенные установки людей, нельзя не удивляться их последним распоряжениям. Весь драматизм удавшейся или неудав шейся судьбы бывает вложен в завещание.

«Не хороните меня на кладбище. Сожгите и урну за копайте под березкой на моем садовом участке». Пожи лая женщина перед смертью пригласила всех своих зна комых и друзей. Всем раздала подарки и просила помнить о себе. Сыну оставила распоряжение — урну с прахом бросить в море на дно Коктебельской бухты в Крыму, которая была ее любимым местом.

И, конечно же, стремление быть похороненными ря дом с родителями идет рядом с теми же установками, которые заставляютнасвминутыболи звать"маму".Сама земля обретает особый смысл, родной, если в ней погре бены предки. Неспроста эмигранты готовы платить ог ромные деньги, чтобы их похоронили на Родине.

Как видно, человек в своем завещании обустраивает свою посмертную ситуацию и это облегчает и скраши вает его последние минуты.

III. Проблема умирания

Ориентация только на жизнь оставляет в стороне или в небрежении вопросы смерти. Как часто люди полага ют, что важно прожить подольше, сохраняя здоровье, а умереть поскорее, незаметнее, избежав страдания. И в конечном счете это рассуждение сводиться к тому, что если хорошо прожил, то неважно, как и где ты умрешь. Культ счастья, пропагандируемый в нашей жизни, от страняет положительный смысл страданий. А он есть и не зря народная мудрость ценит то счастье, что выст радано, а не просто «свалилось с неба». Только у посте ли умирающего можно понять, как важно лежать не на земле, а на белой простыне, как важен комфорт для из болевшегося тела, как не безразлично быть окруженным близкими, любящими людьми. «Конец — делу венец», — гласит старая пословица. И действительно, последние мгновения жизни по своему содержанию, по своей цен ности, по переживаемому итогу едва ли не самые важ ные за все существование человека на земле. Процесс ухода очень сложен и нередко реальной смерти пред шествует психологическая. Она складывается из того понятия, которое называется «разрешением на смерть».

Помимо предчувствий, идущих из подсознания и анализа своих сил, больной оценивает реакцию окру жающих. Рядом со сновидениями, когда больные видят умерших родственников, ангелов или знамения, появ ляются уставшие, озабоченные лица родных, серьезные взгляды медперсонала. Больные прочитывают без слов информацию о близящемся конце. Для него необходи

9

А.В. Гнездилов

Practical oncology

мо особое разрешение, согласие родных, персонала, уха

6. В основе психологического климата лежат физи

живающего за ним, часто необходимо участие священ

ческий, эмоциональный, интеллектуальный и духовный

ника. Наконец, больной должен разрешить самому себе

контакты.

умереть. И только тогда, когда актуальным становится

Физический предполагает максимальную совмести

понятие чистой совести, вот когда прощание становит

мость с пациентом от начального знакомства, которое со

ся синонимом прощения. Неоплаченные долги, неотпу

провождается рукопожатием, до последующих соприкос

щенные грехи, непрощенные обиды мешают спокойно

новений. Они проявляются в так называемом языке тела.

мууходу. Прошлоевозвращаетсяи, становясьнастоящим,

Допустим, легкое прикосновение руки может пере

не разрешает случиться будущему. Порой долгая и тяже

дать и чувства, и симпатии, и доверительность, и одоб

лая агония, исполненная психотических переживаний,

рение, но также и остановить больного от напрасного

воплощает эту борьбу за «не так прожитую» жизнь.

выплеска, успокоить тревогу, переключить внимание.

Все фазы, вновь и вновь чередуясь, протекают в со

Важно находиться в едином временном и простран

знании от вытеснения до депрессии, пока фаза прими

ственном поле с пациентом. Тогда отпадает необходи

рения и согласия с судьбой не разрешает борьбу и ста

мость долгих объяснений. Ты начинаешь понимать не то,

вит точку. Конечно же, вышеописанное только схема.

что говорит или делает собеседник, а как он говорит или

Стандартов как в жизни, так и в смерти нет, если чело

делает, идет считывание и обмен трансситуационной

век становится свободен. А он действительно освобож

информации. Для этого не нужно специального образо

дается… Взять хотя бы в качестве примера страх. Всю

вания. Ребенок спокойно засыпает на руках матери. Она

жизнь мы проводим со страхом. Страх родителей, не

думает, что вот теперь можно сходить в магазин. Тут же

одобрения общества, потери работы, социальное поло

дитя ее просыпается, начинает плакать, словно прочло

жение, страх не быть любимым и т. д. В конечном счете

ее мысли. Собака угадывает часто ваш взгляд и бежит к

все это проявление страха смерти. Но, когда она уже за

двери, виляя хвостом и ожидая прогулки. Вот примеры

спиной, когда она уже неотвратима, страх исчезает вме

физического контакта. Прикосновение к умирающему

сте с надеждой на спасение. И неожиданно для многих

особенно важно в онкологической клинике и хосписе.

является опьяняющее чувство свободы. Свобода от стра

Незнание этиологии рака нередко направляет больных

ха может быть сравнима лишь со свободой от страда

к самоизоляции, так как они чувствуют себя «заразными»

ний, свободой от изношенного тела. Тогда человечес

или «смертниками». Жест прикосновения может купиро

кий дух расправляет свои крылья.

вать ложные комплексы самобрезгливости или ожида

5. Мы хотели бы отметить еще, что понятие «дома»

ния подобного чувства у окружающих. Приобщение па

как фактора, стабилизирующего психику, включает в

циента к своему полю может заметно растянуть чувство

себя понятие близости, контакта между людьми, живу

времени и это, порой, самый большой подарок, который

щими «под одной крышей». Можно трактовать стрем

мы можем дать уходящему человеку. Даже во время ко

ление «умереть дома» с психоаналитических позиций.

матозного состояния «держание за руку» помогает боль

Человек зарождается в матке и, завершив жизненный

ному справиться со страхами.

круг, возвращается обратно. Дом как символическая

Эмоциональный контакт зиждется на чувстве сим

матка обеспечивает безопасность и поддержку при де

патии. В этом случае мостик строится не от себя к боль

структивных процессах.

ному, но от него к себе. Настроенность не на «подать

В этом аспекте у многих пациентов нередко возни

себя", а выслушать и принять другого создает почву для

кает проблема одиночества, которую должен решать

общения. Вместе с этим должно быть понимание ситуа

хоспис, будучи эквивалентом дома.

ции больного, сочувствие и доброжелательность.

Само чувство одиночества, оторванности от семьи,

Интеллектуальный контакт подразумевает одина

общества, жизни порождается еще на первых стадиях

ковое с собеседником прочитывание тех или иных по

заболевания. Мы уже упоминали о стрессирующем пси

нятий и слов. Лет десять назад на экране промелькнул

хогенном факторе, каким является диагноз рака. Паци

документальный фильм, в котором режиссер останавли

ент ощущает себя обреченным, подчас заклейменным

вал людей на улице и просил произнести вслух перед

страшным заболеванием, которое делает его изгоем в

объективом одно только слово — «любовь». И вот люди

привычной среде дома или работы. В свою очередь, оди

совершенно по разному проявляли себя. Ключевое сло

ночество способствует депрессивным переживаниям и

во раскрывало их полностью. Одни произносили его

взаимодействие с подобными же больными в хосписе

цинично, другие — с печалью, третьи — мечтательно и т.

не всегда снимает тяжесть с души, хотя судьба отметила

д. Контроль за правильным пониманием друг друга со

не только их одних. В рамках депрессивных чувств па

здает предпосылки для полноценного контакта.

циенты часто видят в заболевании своеобразное нака

Духовный контакт наиболее редкий, включает в

зание за неправильную жизнь, а порой винят судьбу в

себя чувство понимания и любви. Литературным про

несправедливости и жестокости.

образом его могут быть персонажи Толстого и Досто

Альтернативой одиночеству может быть только тес

евского в минуты полного принятия и прозрения друг

ный эмпатический контакт с родными и персоналом.

друга.

Неизвестность в завтрашнем дне, чувство утекающе

Говоря о важности человеческой среды, нельзя не упо

го времени, сомнения в смысле жизни заставляют па

мянуть и о природной. Где, как не на природе, успокаива

циента искать психологическую опору. Такие же пере

ется душа. Что еще, кроме леса, озер, рек, полей или неба,

живания обуревают часто и семью.

способно утешить наши волнения и тревоги. Чьи чувства

И опять главным звеном хосписа является персонал,

так же искренни и без остатка готовы принадлежать нам,

который создает комфортный психологический климат.

как те, что дарят нам наши домашние животные.

10

ПРАКТИЧЕСКАЯ ОНКОЛОГИЯ l № 1(5) (март) 2001

Practical oncology

А.В. Гнездилов

Учет к использованию всех этих факторов в хосписе помогает в создании психологической атмосферы «дома».

7. Важность вышеперечисленных моментов подтвер ждается существованием нередких суицидов среди он кологических пациентов. Казалось бы, парадоксально, будучи на тонущем корабле, искать смерти, но если мы всмотримся вглубь проблемы, то, возможно, согласим ся с фактами. Возможность суицида для человека, нахо дящегося в состоянии отчаяния, всегда довольно высо ка. Не потому ли так ожесточенно ведутся споры о том, говорить ли больному правду о диагнозе. Первая про тестная реакция медика обычно опирается на довод — «а если он совершит суицид»… В самом деле, на диагно стическом периоде онкологические больные, впервые сталкиваясь с диагнозом рака, в состояние шока гото вы к суициду. И если мы прибавим к этому числу паци ентов, отказавшихся от операции и лечения, даже пос ле открытия правды, то не есть ли это люди, чью позицию иначе чем суицидальной не назовешь. Только это пассивный суицид «ожидания» естественного кон ца после отказа от активной борьбы за жизнь.

На этапах лечения в онкологической клинике суици дальные тенденции снижаются, но в момент выписки, когда пациент возвращается домой инвалидом, с теми или иными дефектами, которые нарушают его социаль, но бытовую адаптацию, вновь отмечается подскок суи цидов. И здесь мы отмечаем прямую зависимость, чем более калечащая операция, тем скорее возможность развития суицидных тенденций. Например, резекция прямой кишки с протягиванием и экстирпация с выво дом кишки наружу дают статистику суицидов один к трем (1:3).

Проблемы адаптации порой упираются и в невеже ство, но от этого они не становятся менее острыми. У нас на памяти пример больной с раком молочной же лезы. Больная после удачной операции поспешила до мой. Не имея собственной семьи, она посвятила себя служению семье брата и воспитывала его детей. У по рога ее встретила жена брата: «Ты с ума сошла, если идешь в наш дом. Ты же раковая и тебе не жалко прине сти болезни к моим детям?» Больная ушла и бросилась под электричку. Не менее драматичны суициды боль ных в далеко зашедших стадиях болезни.

Отчаяние по поводу того, что болезнь все-таки их по бедила, страх уже не смерти, а страданий, нежелание своей беспомощности, отнимать силы родных и близ ких, порой заставляет больных просить медиков сде лать им «смертельный укол». Когда они получают кате горический отказ, то сами совершают самоубийство, чаще всего, накопив «нужную дозу лекарств». К нашему стыду, мы редко фиксируем эти суициды. Их можно обо значить как «анонимные». Ни районный врач, ни семья не заинтересованы в чиновничьих разбирательствах. Диагноз рака верифицирован и от вскрытия можно от казаться. В причинах смерти стоит основное заболева ние. К числу подобных случаев мы могли бы отнести и больных, которые отказываются от еды. Подробный опрос часто выявляет, что пациенты желают уйти по скорей, не обременяя себя лишними страданиями, а се мью заботами.

Заканчивая эту тему, подчеркнем тот факт, что наи

ПРАКТИЧЕСКАЯ ОНКОЛОГИЯ l № 1(5) (март) 2001

более тягостным в этой ситуации является отсутствие гарантий обезболивания. Лимиты наркотиков для он кологических больных, существующие в общей поли клинической и больничной практике (хосписы — ис ключение из правил) отнюдь не приносят победу в борьбе с наркоманами, тем более, что процент меди цинских утечек, источников составляет едва ли 1% от общего рынка наркомафии. Зато эта ситуация порож дает в населении абсолютное недоверие медикам и го товность к суицидам, так как, повторяем, боль страшнее смерти. Не так уж страшна смерть при нашей жизни, но к страданиям и боли никому не дано привыкнуть.

ПРОБЛЕМЫ РОДСТВЕННИКОВ

1. Актуальность поставленной проблемы семьи он кологического больного трудно переоценить, если учесть, что по статистике заболеваемость и смертность среди родственников в течение года — двух после поте ри близкого увеличивается на40−60%, а, по некоторым данным, почти вдвое. Механизм психосоматической за висимости нетрудно представить. Потеря оказывается столь значимой, что приводит нередко к депрессии. В депрессии, с одной стороны, снижается иммунитет, с другой, развиваются идеи виновности, самообвинения, которые могут содействовать суицидным тенденциям. Эти случаи чаще фиксируются среди пожилых людей, которые не могут оправиться от них и идут на суицид. С другой стороны, развиваются уже описанные пассив ные суициды, когда сознание не находит больше цен ностей, ради которых стоило бы жить. В этом случае болезнь приходит как подсознательно желаемый фак тор. Ситуация родственников подчас не менее драма тична, чем самих больных. Например, для матери видеть страдание и смерть своего ребенка много страшнее, чем самой пойти по этому пути. Реактивные состояния, раз вивающиеся после потери, зачастую полностью разру шают семью, если ей не оказана психологическая под держка.

2. Понятие идентификации, отождествления челове ка со своей семьей и близкими приводит к тому, что родственник проходит все те же стадии психологичес кого стресса, что и сам больной.

Шоковая фаза у родственника развивается зачас тую раньше, чем у самого пациента, так как знание о ди агнозе он получает первым.

Фаза торговли с судьбой, отрицания, вытеснения ситуации. Надежда найти другого врача, который выя вит «ошибочность диагноза», поиски чудотворцев — все это круг, по которым прошла ни одна семья.

Фаза агрессии, наиболее болезненная. Поиск при чины несчастья, невозможность обвинить самого паци ента и вылить на него нахлынувшие чувства, могут при вести к тому, что агрессия родственника обернется аутоагрессией. И хотя риск суицида не столь велик, но он возможен. Однако самое главное, что эта реакция может возобновиться после смерти близкого. Тогда она становится хроническим негативным комплексом, ко торый влияет и на мотивировку дальнейшей жизни, и на поведение. Как часто мы встречаем людей с идеями самонаказания, которая не всегда искупает их надуман ный грех. И тогда они ищут экстремальных ситуаций, которые могли бы прервать их жизнь.

11

А.В. Гнездилов

Practical oncology

Стадия депрессии, которую фиксируют при прибли жении конца, также имеет тенденцию повторяться уже после погребения близкого человека. Соединение депрес сии и агрессии создает столь крепкий конгломерат, что лечить пациента ПРИХОДИТСЯ порой не один год. Душевные раны заживают намного труднее, чем физические.

Стадия принятия судьбы и согласия часто бывает кратковременной и неглубокой. Вся боль близкого ча сто впитывается его семьей и разрешается нескоро. Воз двигание мраморных надгробий, заботы о могиле, под держание святости памяти об ушедшем, продолжение его дела — вот те «каналы, по которым может протекать процесс компенсации. Часто одной из проблем, муча щих родных, является вопрос — отдавать больного в хос пис. Только общение с персоналом и наглядное пред ставление об атмосфере хосписа позволяют понять простую истину — полноценная забота о пациенте не может быть осуществлена одним человеком. Лишь груп па, команда, бригада способна создать режим кругло суточного дежурства у постели больного. Лишь распре деление ролей с пониманием задачи каждого члена команды помогает принимать правильные решения в отношении ведения пациента.

3. В самой же команде наряду с распределением обя занностей по обслуживанию пациента происходит пе реориентировка семьи со смерти на продолжение жизни. Идея о единстве семьи, о ее развитии и значи мости в продолжении рода смещают акценты. Чего хо тел бы умирающий больше всего? Чтобы его семья про должила его жизнь, чтобы он оставался любимым и поминаемым в сердцах родных, чтобы его близкие были счастливы, пережив его смерть. Эта установка по зволяет персоналу регламентировать время и нагруз ку, ложащуюся на семью. Команда сестер, врачей, во лонтеров старается дать семье передохнуть, избавить от наиболее негативных впечатлений. В моменты уми рания, смерти взаимопонимание между хосписной командой и родными умирающего столь близки, ведь это время, когда «съедается вместе пуд соли», что они все объединяются в одну семью людей. В дальнейшем эти тесные связи, подкрепляемые совместными пере живаниями, помогают создавать систему психологи ческой поддержки. Горе, переживаемое вместе, легче, чем в одиночестве.

4. Мы уже говорили о своеобразии интерперсональ ных отношений в семье. Как явления гиперопеки лиша ют пациента «права голоса», тем более, когда арестова на правда о его диагнозе. Охлажденные, отверженные или нейтральные отношения в семье нередко приходят на смену сверхзаботы, когда родственники допускают просчет в прогнозах. Ориентируя запас своих сил на примерное количество дней жизни больного, семья ча сто ошибается. Истощение резервов, немыслимая уста лость и апатия ложатся в основу вышеуказанных явле ний отвержения, только затем приближается неминуемый конец, и отношения становятся партнер скими. Все эти тонкости учитываются хосписной ко мандой.

В ней корригируются отношения в семье, причем самое главное, что вся группа людей, ухаживающих за пациентом, включает в себя в первую очередь его про блемы. Единство созидается на близких пациента и род

12

ных, родных и персонала, персонала и больного. Пре емственность этой связи создает и правильный ритм ухода и гармонию взаимоотношений и равенства прав всех сторон, начиная от больного и кончая семьей.

5. Участие в жизни семьи не ограничивается только присутствием на траурной …, но продолжается и дальше.

Милосердный, благотворительный потенциал хос писной службы позволяет осуществлять психологичес кую поддержку семьи во время ее визитов в памятные дни. Малоимущие, пожилые люди пользуются услугами медиков хосписа. Община сестер милосердия при хос писе вместе с волонтерами берет на себя заботу о де тях, чьи родители умерли в хосписе. Организация их досуга, занятий, материальная поддержка в виде даже питания в дни посещений также является реальной за ботой хосписа о судьбе семьи.

Стоит ли объяснять, насколько легче пациенту хос писа оставлять семью, видя, что она окружена заботой и поддержкой неформальных людей, которые стали друзьями семьи.

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ РАБОТЫ ПЕРСОНАЛА ХОСПИСА

Уже из предшествующих описаний можно видеть сколь ответственна и трудоемка работа персонала в кли нике, ориентированной на паллиативную медицину. Сложности обслуживания онкологических больных в терминальной стадии определяются целым рядом фак торов, травмирующих психику самого персонала.

1.Во первых, у 70−80% больных возникают те или иные психические нарушения.

• На этапе поступления превалируют реактивные со стояния, связанные с экстремальностью ситуации: ухуд шение физического состояния, предчувствие конца, расставание с домом, фактически обусловленной болью или трудностью ухода, выбор хосписной койки и т. д.

• В период пребывания в хосписе следующими за первичной адаптацией выступают психические нару шения у больных с метастазами в головной мозг или яв лениями выраженной общей интоксикации. Однако ре активные состояния и здесь не исчезают, а провоцируются очередными смертями соседей по па лате. Следует отметить, что «спрятать» этот патогенный фактор от пациентов хосписа невозможно. Именно по этой причине число больничных коек в стационаре не должно превышать тридцати. Большее число коек од нозначно означает большее число смертей и соответ ственно нарушается атмосфера хосписа.

• На терминальном этапе, помимо психических из менений, связанных с последствиями локализации опу холи в мозге, персонал сталкивается с агональными со стояниями, которые зачастую протекают с выраженными нарушениями сознания.

2.Ориентированность работы хосписа на помощь всей семье пациента добавляет сложности к общению

сродственниками. Все их переживания также нуждают ся в купировании и хорошо, когда они остаются в рам ках невротических состояний, но это бывает не всегда. Особенно тяжелы бывают реакции близких на смерть. Принять агрессивную реакцию, не дать на нее негатив ного ответа очень трудно. Однако именно это позволе ние «выплеснуться» помогает родственникам вернуть

ПРАКТИЧЕСКАЯ ОНКОЛОГИЯ l № 1(5) (март) 2001

Practical oncology

А.В. Гнездилов

ся к равновесию.

матику с раздражительностью, колебаниями настрое

3. Наличие 30−40% неврологических «лежачих»

ния, канцерофобические навязчивости и т. д. Просле

больных с метастазами в спинной мозг и соответствен

живается отчетливая связь этих симптомов с психоген

но с парезами и параличами создает дополнительные

ными факторами.

трудности в уходе. Переворачивание, подача судна,

11. Возможности купирования неблагоприятных

кормление, прогулки на улице с перекладыванием

воздействий ограничены слабой социальной защищен

больного на каталку или кресло, все это не нуждается

ностью персонала, недостатками элементарной мате

в объяснениях.

риальной обеспеченности.

4. Поступление в хоспис больных в запущенных со

Все вышеперечисленное требует особого типа лю

стояниях с разлагающимися опухолями, наличием сви

дей, которые способны работать в хосписе. Тема смер

щей, недержанием функций тазовых органов и так да

ти, причем не абстрактной, а максимально индивидуа

лее составляет большой процент пациентов,

лизированной, вероятно, позволяет отойти от научной

требующих специфического ухода. Не нужно доказы

терминологии.

вать, как влияет их «анэстетичность» на чувства окру

• Таким образом, не декларативно, но конкретно мы

жающих, вызывая естественную брезгливость.

можем говорить о таких необходимых качествах, как

5. Наконец, самым травматичным является для пер

сострадание, доброта, готовность к самопожертвова

сонала постоянная, не просто встреча со смертью, но

нию, милосердию. Каждое слово из перечисленных не

психологическое участие в ней.

сет свое особое содержание и в то же время связано с

6. Специфика работы осложняется еще и тем, что пер

другими. Также происходит и подбор «хосписных лю

сонал не может дистанцироваться от пациентов. Ситуа

дей". Уже наличие одного из качеств свидетельствует о

ции умирания бывают столь драматичны, что включают

присутствии других. Найдя хотя бы одного истинно

весь персонал почти автоматически. В самом деле, мож

доброго, в христианском и общечеловеческом понима

но ли остаться равнодушным, когда пациент зовет на

нии, человека, можно по его связям отыскать подобных.

помощь, протягивает руки, просит обнять его, чтобы по

• Впрочем, существуют и специальные тесты, по ко

чувствовать себя, поддержку, чтобы преодолеть страх.

торым можно создавать суждение. Так, кандидатов про

7. Конечно же идентификация, отождествление с

сят вспомнить самую первую смерть в их жизни, кото

больными и их переживаниями порождает повышенные

рую они реально пережили. Не имеет значения будет ли

требования к потенциалу выносливости, а если говорить

это смерть близкого человека или животного, или лю

точнее, к духовности каждого, кто идет работать к уми

бого живого существа. Важно конструктивно или невро

рающим больным. И ведь мало кто понимает, что даже

тически она была воспринята. Фактически та самая фра

дача негативной информации пациенту так, чтобы не

за принятия, примирения, снимающая страх перед

нарушить его психологической защиты, травмирует ме

смертью, приходит к человеку, позитивно переживше

дика порой не в меньшей степени, чем больного.

му эту встречу. Негативное, невротическое восприятие

8. Вероятно, одним из самых печальных моментов

надолго поселяет в душе чувство особого страха, свое

хосписной службы является факт исчезновения плодов

образного «комплекса смерти».

твоего труда. Если в других клиниках сестра или врач

• Способность не держать в сознании мысли и стра

встречают своих пациентов и с гордостью думают, что

ха смерти крайне важна в работе персонала с больны

в их исцелении есть и их заслуга, то персонал хосписа

ми. Мы уже говорили, как велика способность больно

«выложившись до конца», отдав все силы, уже никогда

го к принятию невербальной информации, которую

не встретит своего подопечного, не прочтет благодар

можно обозначить, как своеобразное чтение мыслей.

ность в его взгляде. И как бы ни была благородна задача

Страх индуцирует страх. Личностное восприятие смер

помощи умирающим, но редко смерть способна при

ти у медика предается больному и немедленно создает

носить чувство удовлетворенности своей работой пер

в его сознании подобный мыслеобраз. Подтверждени

соналу клиники.

ем служит поведение ребенка. Он фактически не боит

9. Следует еще отметить, что неформальные взаимо

ся смерти, если его не индуцируют своими страхами и

отношения персонала и пациентов естественно приво

горем родители или окружающие люди. Помятуя, что

дят к взаимопривязанности, близости. И насколько тя

каждый медик является лекарством для больного, необ

желее терять не просто пациента, но друга. Кстати,

ходимо понять и проверить себя не являешься ли ты

можно подчеркнуть еще один небольшой психологи

ядом, сокращающим жизнь пациента.

ческий момент: ценность привязанности увеличивает

• Заканчивая описание качеств персонала следует от

ся, если ты находишься в позиции дающего, а не беру

метить, что есть еще одна способность, которую нельзя

щего. Это касается и духовных, и материальных,

назвать иначе, как энергетическим потенциалом лич

физических вкладов.

ности. Открещиваясь от всяких экстрасенсорных докт

10. Нельзя обойти молчанием и следствие тех стрес

рин, тем не менее мы можем выделить людей, чье пси

сирующих факторов, которые воздействуют на персо

хологическое, эмоциональное поле как бы наполняет

нал. Скорее, чем в других клиниках, здесь наблюдается

или заряжает нас и, наоборот, есть люди, легко истоща

синдром «выгорания» — явления повышенной невроти

ющиеся и опустошающие других. Наши предпочтения

зации, развитие психосоматических болезней, таких

очевидны.

как гипертоническая и язвенная болезни, заболевания

• Существует понятие совместимости или несовме

сердца, внутренних органов.

стимости. Естественно, люди не могут быть одинаковы

В плане изменений психики можно фиксировать

и нет упрека никому из двоих, чьи интересы абсолют

повышенную утомляемость, неврастеническую симпто

но различны.

ПРАКТИЧЕСКАЯ ОНКОЛОГИЯ l № 1(5) (март) 2001

13