СТАТУС ЭМБРИОНА Человек 2007

Человек, 2007, № 2. С . 98-108

СТАТУС ЭМБРИОНА

И. В. Силуянова, М.С. Першин, Л. Б. Ляуш, И.М. Макеева

Одним из важнейших вопросов современной биоэтики является во­прос о статусе эмбриона. Может ли человеческий эмбрион назы­ваться человеком? Какие важнейшие параметры определяют его «человечность»? Существует ли принципиальная разница между че­ловеческим существом до его появления на свет и после, или речь идет о едином процессе телесного, душевного и духовного становле­ния личности?

Те, кто отрицают, и те, кто отстаивают право эмбриона называть­ся человеком, выдвигают самые разнообразные аргументы. Первосте­пенное значение среди них имеют представления о начале человечес­кой жизни. Существующие в современной научной литературе взгля­ды можно разделить на две большие группы — естественнонаучные и гуманитарные (этико-философские).

В чем особенности подходов, выдвигаемых в рамках каждого из направлений? Возможны ли точки соприкосновения между ними? Попробуем ответить на эти вопросы.

Естественнонаучные подходы

В рамках данного направления можно выделить несколько позиций1.

• Начало жизни человека связывают с моментом формирования дыхательной системы. Последняя складывается уже в конце 4-й неде­ли с момента оплодотворения. Однако самостоятельное дыхание, а следовательно, автономное существование плода вне тела матери, становится возможным только к 20-й неделе.

• Таким началом следует считать формирование сердечно-сосудис­той системы (20—40-й день после оплодотворения).

Первоначально сердце эмбриона представлено пульсирующим сосудом — дорсальной аортой. Однако последняя не является точной копией сердца взрос­лого человека. Только по истечении 20-дневного срока данный орган приобретает черты настоящего 4-камерного сердца млекопитающих. Здесь возникает ряд вопросов. Если мы связываем момент формиро­вания сердца с первым сердцебиением, следует ли считать пульсацию дорсального сосуда за таковое? Как определить момент начала пульсации для конкретного эмбриона? В сердце плода существует канал сообщения между правым и левым предсердиями — овальное отвер­стие, функционирует артериальный (боталлов) проток, соединяющий легочную артерию с аортой. Если эти отличия устраняются только по­сле рождения с началом легочного дыхания, можно ли считать «сер­дечный» критерий корректным?

4 стр., 1875 слов

Из каких основных структур состоит нервная система человека?

... система человека: - Отделы нервной системы 1) Центральный - Головной мозг - Спинной мозг 2) Периферический - Соматическая система - Вегетативная (автономная) система 1) Симпатическая система 2) Парасимпатическая система В вегетативной системе ... крови, расширяя тем самым кровеносные сосуды сердца, мозга и скелетной мускулатуры; — мобилизует работу сердца, повышая артериальное давление крови и скорость ...

Данный критерий, впрочем, представляет интерес хотя бы в силу того, что дети, рождающиеся с многочисленными пороками сердеч­но-сосудистой системы, обычно являются пациентами специализиро­ванных медицинских учреждений. Хирургия врожденных аномалий сердца и сосудов достигла значительных успехов и позволяет сохра­нить жизнь в таких случаях, когда о «формировании» полнофункцио­нальной кровеносной системы говорить невозможно. В решении кол­легии Минздрава России от 05.02.2002 г. отмечалось, что в 2000 г. де­тям, не достигшим первого года жизни, было проведено 843 опера­ции, что составило 12,9% от общего числа операций при врожденных пороках сердца и сосудов у детей (1996 г. — 9,7%).

• Следующая позиция связывает становление человека с началом функционирования ствола мозга. На нее нельзя не обратить внима­ние, прежде всего, в силу принципа симметрии. В современной медицине утвердился критерий смерти человека — «смерть мозга». Естест­венно допустить, что если конец человеческой жизни мы связываем со смертью мозга, то и начало человеческой жизни должно быть свя­зано с началом функционирования ствола мозга.

Но насколько корректно связывать начало человеческой жизни с началом функционирования ствола мозга и, следовательно, с появ­лением чувствительности у человеческого плода? Когда плод человека приобретает способность чувствовать? По мнению эмбриологов, 30-й день развития плода является началом дифференциации центральной нервной системы2. Первые движения плода и реакции на прикосно­вения начинают фиксироваться с 6-й недели с момента оплодотворе­ния. В спинном мозгу выявляются синапсы3. В это же время с помо­щью энцефалографии регистрируется функциональная активность мозга.

Болевая чувствительность у плода фиксируется в 7—8 недель4. В 8 — у плода функционирует таламус, сформированы чувствитель­ные и двигательные нервы, т.е. имеется все необходимое для ощуще­ния плодом боли. Важно отметить, что для ощущения боли кора го­ловного мозга не нужна, так как и полное удаление коры головного мозга не устраняет чувства боли5. И еще бессознательное состояние человека и нечувствительность к боли не могут служить основанием для отказа ему в помощи и защите прав личности.

• Ряд специалистов, прежде всего эмбриологи и гистологи, связы­вают начало человеческой жизни с моментом формирования первичной полоски — морфологического предшественника нервной трубки. До 14-го дня после оплодотворения эмбриологи рассматривают эмб­рион человека как преэмбрион, считая, что до этого срока он сфор­мирован клеточными слоями, представляющими собой зародышевые оболочки — материал, не участвующий в дальнейшем в построении собственно эмбриона6. При этом подчеркивается необходимость раз­личать генетическую уникальность эмбриона и его онтогенетическую индивидуальность (при появлении первичной полоски)7. Для данного подхода ключевым является следующий аргумент: на стадии преэмб-риона не существует нервной системы, следовательно, невозможны и нейропсихические процессы в том виде, в каком они ассоциирова­ны у нас с процессами электрохимического взаимодействия в нерв­ных структурах. Однако корректен ли отказ считать состояние преэмбриона стадией человеческой жизни, ведь отсутствие этой стадии равнозначно отсутствию и человеческой жизни?

3 стр., 1412 слов

влияние групп потребностей на поведение человека.Теории классификаций ...

... различие в которых человеческий мозг улавливает довольно быстро. В чем же все-таки их отличие? Отличает эти понятия то, что отличает человека от животного, то ... творчестве, творческом труде: · Потребность быть личностью. · Нравственная эстетическая потребность. · Потребность смысла жизни. · Потребность в подготовленности и потребность преодоления. Социогенные: · Потребность в самоутверждении. · ...

• Имплантация эмбриона человека в стенку матки происходит на 1-й неделе жизни, приблизительно на 6-й день. Весьма распрост­ранено мнение, что данный факт можно считать началом человеческой жизни. При этом выдвигается следующий аргумент: не менее 8% (а по последним данным, около 60%) зародышей, зачатых в результате обычного полового акта, не закрепляются на стенке матки и погибают естественным путем. А раз так, то можно ли утверждать, что неимплантированный эмбрион уже обладает некими человечес­кими свойствами и правами? Исходя из логики данного подхода, допустимо и проведение экспериментов с эмбрионами человека в предимплантационном периоде.

• Жизнь человека начинается с момента зачатия. Именно обра­зование уникального и неповторимого набора генов (генома) явля­ется ключевым моментом в формировании зародыша. Что касается клеточного микроокружения, то оно важно не само по себе, а толь­ко в качестве фона, на котором реализуется генетическая про­грамма.

Во «Всеобщей декларации о геноме человека и о правах челове­ка» (ЮНЕСКО, 1997 г.) — одном из международных документов, ре­гулирующих генетические исследования, — говорится о том, что «ге­ном человека лежит в основе изначальной общности всех представи­телей человеческого рода, а также признания их неотделимого досто­инства и разнообразия»8.

Более последовательно обозначенную позицию выражают В.А. Голиченков и Д.В. Попов: «С точки зрения современной биоло­гии (генетики и эмбриологии) жизнь человека как биологического индивидуума начинается с момента слияния ядер мужской и женской половых клеток и образования единого ядра, содержащего неповто­римый генетический материал»9.

Гуманитарные, этико-философские концепции

Проблема статуса эмбриона активно обсуждается и гуманитария­ми — этиками, юристами, политиками. Здесь можно выделить следу­ющие основные позиции: градуализм, социологизм, психоаналитиче­ский подход, морально-интенциональный подход, философско-антропологический подход и теологическую точку зрения.

С позиций градуализма выступают не только гуманитарии, но и естественники. Тем не менее, мы относим градуализм к гумани­тарному подходу, поскольку принцип, формирующий данную пози­цию, представляет типично философское суждение о непрерывности движения как способе существования мира.

• Градуализм — это позиция, утверждающая стадийное приобре­тение эмбрионом человеческих, личностных свойств и его постепенное одушевление. Сторонники данных взглядов выдвигают ряд аргу­ментов. Первый связан с постепенной убылью эмбрионов, зачатых естественным путем. Большая их часть не может укрепиться в стенке матки, лишаясь, таким образом, права на рассмотрение вопроса об их статусе. Данная позиция небезупречна, если принять во внимание са­мопроизвольные выкидыши, случающиеся и на более поздних сроках беременности, а также младенческую и детскую смертность от болез­ней и несчастных случаев.

5 стр., 2420 слов

Таблица возрастного развития от рождения до конца жизни

... возникновение личного сознания, имитируют предметную деятельность и отношения между людьми. Период рождения социального «Я», возникает осмысленная ориентировка в своих переживаниях. ... основных психологических сфер жизни ребенка (мотивационной, нравственной, волевой, умственной, личностной). Интеллектуальная готовность (умственное развитие ребенка, запас элементарных знаний, развитие речи и т.д.). ...

Второй аргумент связан с феноменом тотипотентности. Ссылаясь на новейшие данные эмбриологии, некоторые ученые предлагают различать понятия «преэмбрион» и собственно эмбрион10. По мне­нию градуалистов, преэмбрион состоит из недифференцированных клеток (бластомеров), каждая из которых обладает тотипотентностью. Каждой такой клетке присуща способность развития полного челове­ческого индивида. Это доказывается тем, что преэмбрион может раз­дваиваться, или расщепляться на две генетически идентичные едини­цы, давая начало однояйцовым близнецам; в редких же случаях воз­можно и их обратное соединение с образованием единичного инди­вида. Однако способность эта — потенциальная, ибо зародышу после имплантации еще предстоит получить от матери дополнительную ге­нетическую информацию, чтобы обрести «индивидуальность» и раз­виться в настоящий эмбрион.

Таким образом, неправомерно говорить о существовании эмбри­она до имплантации. В первые две недели зародыш должен квали­фицироваться как преэмбрион, не имеющий еще биологических предпосылок «онтологической индивидуальности» и тем более «личностности». Критические аргументы в адрес градуалистов сво­дятся к тому, что клеточная дифференциация запрограммирована в зародыше с самого его возникновения. При первичном делении генетическая информация воспроизводится, передаваясь от первой клетки второй. Дифференциация, обусловливающая индивидуаль­ное существование, наступает по окончании оплодотворения. В нормальных условиях оплодотворение означает начало непрерыв­ного и длительного процесса постепенной «индивидуализации», протекающего как дифференциация и специализация, начиная с двух- или трехклеточной стадии эмбрионального развития. Начало человеческой жизни связано, таким образом, не с «обособлением» и не с формированием первичной полоски (при всей ее важности для развития эмбриона).

Человеческая жизнь начинается с момента оплодотворения, после которого вписанный в зиготу «код» или «программа» полностью определяет клеточное деление и обмен ге­нетической информации.

При нормальных условиях человеческое развитие предстает не­прерывной чередой изменений: образование зиготы, имплантация, формирование нервной системы, рождение. И кроме самого началь­ного, нет в этом движении иного момента, о котором можно было бы сказать, что человеческая жизнь начинается «здесь и теперь».

Весь период эмбриогенеза, как и вообще вся человеческая жизнь, — это непрерывный процесс развития; каждый последующий период является продолжением предыдущего. И только один момент начала принципиально отличается от всех других. В процессе разви­тия человеческой жизни таким принципиальным моментом можно считать момент оплодотворения, когда организм человека получает всю необходимую информацию.

• Говоря о психоаналитическом подходе, мы имеем в виду пози­цию не столько классического психоанализа, сколько некоторых его последователей. Известно, что психоаналитические учения XX века расширили познания о человеческой психике. Причем расширение произошло, во-первых, по вертикали, т.е. в структуре психики были обнаружены и глубинные уровни, бессознательное, и, во-вторых, по горизонтали — психоанализ доказал наличие у личности психиче­ской жизни задолго до ее рождения.

11 стр., 5134 слов

Развитие, социализация и воспитание личности

... стимулирования самоуправления личностью своим дальнейшим развитием. Человек развивается в той мере, в какой он "присваивает человеческую действительность", в ... в непосредственном взаимодействии с которыми протекает его жизнь. На различных возрастных этапах состав агентов специфичен. ... что все люди от рождения обладают одинаковым потенциалом для умственного и нравственного развития и различия в ...

Впервые целостно осмыслить проблему развития человеческой души до рождения попытался Отто Ранк (1880—1939) — австрий­ский психолог и психотерапевт, представитель неофрейдизма в психоанализе. В «Травме рождения» (1924) Ранк выдвинул кон­цепцию, с точки зрения которой решающим фактором жизненного развития человека является травма рождения. Суть ее в том, что постнатальная ситуация куда менее благоприятна, чем перинаталь­ная. Вне матки ребенок вынужден сталкиваться с нерегулярностью питания, частым отсутствием матери, колебанием температуры, шумом и т.д. Таким образом, перинатальный период рассматривает­ся как стадия существования человека, на которой закладываются глубинные особенности его психики, проявляющиеся на протяже­нии последующей жизни. Во время биологических родов происхо­дит лишь приобщение индивидуальной психики к ментальным структурам человеческих сообществ, но не само ее рождение. По мнению представителей современной психоаналитической школы, большинство психопатологических заболеваний коренится именно в динамике перинатальных стадий, которые отделяют без­мятежное состояние внутри матери от постнатального существова­ния во внешнем мире.

О возникновении психической активности с момента зачатия можно говорить и опираясь на исследования Станислава Грофа, представителя трансперсональной психологии. В своей работе «За пределами мозга» (1985) он утверждает, что перинатальный опыт личности выходит далеко за рамки биологии и несет в себе важные психические составляющие. При рождении с личностью происходит метаморфоза, сравнимая, по словам Грофа, с изменениями, проис­ходившими в древних храмовых культовых таинствах или в ритуалах инициации. Дошедшая до определенного антропологического этапа развития личность как бы временно умирает и затем вновь рождает­ся для своего биографического существования. Образно говоря, с личностью разыгрывается перинатальная мистерия смерти-воз­рождения. С. Гроф изучает динамику этой «мистерии» бессознатель­ного личности, выделяет в ней этапы, называя их «матрицами» (ба­зовые перинатальные матрицы — БПМ).

Во время сеанса транспер­сональной терапии пациент может «вспомнить» и заново пройти по маршрутам этих матриц, что обеспечивает, по мнению Грофа, тера­певтический эффект. Перинатальная и постнатальная стадии суще­ствования личности оказываются увязанными друг с другом дина­микой БПМ, а это означает, что между существованием личности до и после рождения нет глухой стены. Бесспорно, с рождения у лично­сти начинается собственно биографическая (человеческая) стадия ее ное одушевление. Сторонники данных взглядов выдвигают ряд аргу­ментов. Первый связан с постепенной убылью эмбрионов, зачатых естественным путем. Большая их часть не может укрепиться в стенке матки, лишаясь, таким образом, права на рассмотрение вопроса об их статусе. Данная позиция небезупречна, если принять во внимание са­мопроизвольные выкидыши, случающиеся и на более поздних сроках беременности, а также младенческую и детскую смертность от болез­ней и несчастных случаев.

25 стр., 12060 слов

016_Человек. Его строение. Тонкий Мир

... дней. Ночью восстанавливаются физические и психические силы. Из Тонкого Мира черпает человек необходимые ему для жизни энергии. Из Тонкого Мира приносит с собою он то, что ... чтобы накопить нужный опыт и знания для непрерываемой жизни своей в Беспредельности. Для лучшего понимания пытались делить человека на плотного, земного и божественного, называя его богочеловеком. ...

Второй аргумент связан с феноменом тотипотентности. Ссылаясь на новейшие данные эмбриологии, некоторые ученые предлагают различать понятия «преэмбрион» и собственно эмбрион10. По мне­нию градуалистов, преэмбрион состоит из недифференцированных клеток (бластомеров), каждая из которых обладает тотипотентностью. Каждой такой клетке присуща способность развития полного челове­ческого индивида. Это доказывается тем, что преэмбрион может раз­дваиваться, или расщепляться на две генетически идентичные едини­цы, давая начало однояйцовым близнецам; в редких же случаях воз­можно и их обратное соединение с образованием единичного инди­вида. Однако способность эта — потенциальная, ибо зародышу после имплантации еще предстоит получить от матери дополнительную ге­нетическую информацию, чтобы обрести «индивидуальность» и раз­виться в настоящий эмбрион.

Таким образом, неправомерно говорить о существовании эмбри­она до имплантации. В первые две недели зародыш должен квали­фицироваться как преэмбрион, не имеющий еще биологических предпосылок «онтологической индивидуальности» и тем более «личностности». Критические аргументы в адрес градуалистов сво­дятся к тому, что клеточная дифференциация запрограммирована в зародыше с самого его возникновения. При первичном делении генетическая информация воспроизводится, передаваясь от первой клетки второй. Дифференциация, обусловливающая индивидуаль­ное существование, наступает по окончании оплодотворения. В нормальных условиях оплодотворение означает начало непрерыв­ного и длительного процесса постепенной «индивидуализации», протекающего как дифференциация и специализация, начиная с двух- или трехклеточной стадии эмбрионального развития. Начало человеческой жизни связано, таким образом, не с «обособлением» и не с формированием первичной полоски (при всей ее важности для развития эмбриона).

Человеческая жизнь начинается с момента оплодотворения, после которого вписанный в зиготу «код» или «программа» полностью определяет клеточное деление и обмен ге­нетической информации.

При нормальных условиях человеческое развитие предстает не­прерывной чередой изменений: образование зиготы, имплантация, формирование нервной системы, рождение. И кроме самого началь­ного, нет в этом движении иного момента, о котором можно было бы сказать, что человеческая жизнь начинается «здесь и теперь».

Весь период эмбриогенеза, как и вообще вся человеческая жизнь, — это непрерывный процесс развития; каждый последующий период является продолжением предыдущего. И только один момент начала принципиально отличается от всех других. В процессе разви­тия человеческой жизни таким принципиальным моментом можно бытия, но до биологических родов у нее уже присутствуют и тело, и душа.

Итак, психоаналитические подходы расширяют границы челове­ческой жизни, фиксируя появление психического бытия задолго до рождения личности. Психика начинает формироваться одновремен­но с телом. Психосоматическое единство личности проходит раз­личные этапы. Важнейшие из них — этапы внутриутробного раз­вития.

12 стр., 5527 слов

Социальный статус женщины в обществе

... и социальный статус является важнейшими гендерными характеристиками и одноврнменноодновременно составляющими, которые определяют эмоциональное состояние человека. Социальное самочувствие женщины зависит от ... другая точка зрения: материнство- существенная ,хотя и необязательная ,часть жизни женщины. Большая часть нефеминистских теорий материнства (психоанализ биосоциология некоторые государственные ...

• Рассмотрим теперь позицию, которую условно будем называть «социологизм». Существуют две причины для того, чтобы уделить ей принципиальное внимание. Во-первых, под влиянием именно этого концепта происходит первая в мире легализация абортов, т.е. произ­водство аборта теряет юридический статус преступления «против жизни, против семьи и общественной нравственности». Во-вторых, эта позиция является идеологическим основанием современного рос­сийского законодательства.

Со времени первого русского уголовного кодекса 1832 г. до 1917 г. изгнание плода квалифицировалось как вид смертоубийства. Но по­сле 1917 г. в России относительно абортов в законодательстве произо­шла подлинная революция.

18 ноября 1920 г. в России вступает в силу Постановление Наркомздрава и Наркомюста, которое полностью легализует искусствен­ный аборт: «Допускается бесплатное производство операции по ис­кусственному прерыванию беременности в обстановке советских больниц, где обеспечивается ей максимальная безвредность»11. Рос­сия становится первой страной мира (не считая Франции периода ре­волюции 1791—1810 гг.), где женщины и врачи полностью освобожда­ются от уголовной ответственности за производство аборта. Однако в 1936 г. аборты в стране запрещаются. Но это запрещение абортов сменилось их новой легализацией в 1955 г., которая сохраняется до сих пор.

«Основы законодательства РФ об охране здоровья граждан» (1993 г.) отличаются четкой регламентацией медицинской процедуры: по желанию женщины аборт производится до 12 недель беременнос­ти, по желанию женщины и социальным показаниям — до 22 недель, по желанию женщины и медицинским показаниям — независимо от срока беременности12.

Идеологическим основанием таких кардинальных перемен в значительной степени было и остается вульгарное следование фи­лософии марксизма-ленинизма, которую сами идеологи называли «воинствующим материализмом». Конечно же, непосредственных указаний к детоубийству эта философия не содержала. Но руковод­ство к действию именно в данном направлении логически вытекало из ее основных принципов: морального релятивизма, отрицавшего абсолютное значение любых, включая религиозные, нравственных заповедей, и представления о так называемой «социальной» сущно­сти человека.

• Морально-интенциональный подход к проблеме статуса эм­бриона разработан нами и предлагается в качестве авторской позиции кафедры биомедицинской этики РГМУ.

Исходным для нас является признание того факта, что любое моральное отношение может состояться только при наличии по крайней мере двух субъектов (S+S).

Первый субъект морального от­ношения — это тот человек, кто относится к кому-то. Второй субъ­ект — это тот человек, к кому кто-то относится. Например, мораль­ное отношение благодарности, безусловно, предполагает того, кто испытывает чувство благодарности, и того, к кому относится эта благодарность.

1 стр., 500 слов

«Бесплатный человек» или обесценивание себя

... когда, постигая себя и особенности своего внутреннего мира, человек испытывает радость от осознания своей уникальности и неповторимости. ... личностью своих способностей, планов, поступков и эмоций. Часто человек думает: «Достижение цели очень важно, и я окажусь ... эти реакции обусловлены боязнью взять ответственность за свою жизнь, принять себя, свои особенности и столкнуться с реалиями окружающего ...

Моральное отношение, в отличие от каких-либо отношений дру­гого рода, например, производственных, как правило, всегда эмоцио­нально окрашено, имеет четкую направленность, напряженность, на­меренность, устремленность. Персидский поэт X века Абур Шукур писал:

«Порой мучительней недуга

Пронзающие нам сердца

Стон матери и слезы друга

И горечь в речи мудреца»13.

Именно эта эмоциональная и целевая направленность на другого человека как субъекта или цели нашего отношения и обозначается нами понятием «интенциональность» (от англ. intention — намере­ние, стремление, цель).

В контексте обсуждаемой проблемы статуса эмбриона, понятия «мать» и «отец» уникальны тем, что имеют морально-интенциональное содержание. Каждое из этих понятий предполагает наличие ре­бенка, существа, родителями которого они являются. «Мать» чья? «Отец» кого? Понятия «ребенок», «дитя» также морально-интенциональны, ибо предполагают наличие родителей, их зачавших и родив­ших. Само русское слово «беременность» уходит корнями в древние слова «бремя», «беру», в которых сохраняется значение «нести» и «сохранять». Смысл слов раскрывается в дополнении — «кого», «чего» нести и сохранять14.

Забота о детях утверждается в качестве приоритета и в «Конвен­ции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении жен­щин» Генеральной ассамблеи ООН 1979 г. (ст. 5), где утверждается «понимание материнства как социальной функции и признание об­щей ответственности мужчин и женщин за воспитание и развитие своих детей…». При этом «во всех случаях интересы детей являются преобладающими «15.

В связи со сказанным вызывает сомнение принцип либеральной идеологии, на котором базируется аргументация оправдания абортов. Это так называемое «право женщины распоряжаться своим телом». Во-первых, необходимо отметить, что ни один из документов между­народного права, который непосредственно касается проблемы прав человека — ни «Декларация прав человека и гражданина» 1789 г., ни «Всеобщая декларация прав человека» 1948 г., ни «Международ­ный пакт об экономических, социальных и культурных правах» 1966 г., ни «Международный пакт о гражданских и политических пра­вах» 1966 г., ни «Конвенция о защите прав человека и основных сво­бод» Совета Европы 1950 г., ни один правовой или официальный эти­ческий документ не содержит и не упоминает даже близкого к данно­му «праву» положения.

В известной Американской конвенции о правах человека 1969 г. (конвенция вступила в силу в 1978 г.) в ст. 4 п. 1 говорится: «Каждый человек имеет право на уважение его жизни. Это право защищается законом (и, как правило) с момента зачатия. Никто не может быть произвольно лишен жизни»16.

Признание «права женщины распоряжаться своим телом» весьма сомнительно не только по юридическим, но и по медицинским кри­териям. Искусственное прерывание беременности — это не терапев­тическая, целебная, излечивающая от болезни процедура. Искусст­венное прерывание беременности — это «распоряжение своим те­лом», которое весьма трудно отличить от членовредительства. Пере­чень медицинских осложнений, следующих после подобного «распо­ряжения», велик, вплоть до смертельных исходов. Например, в пси­хиатрии известно, что стремление пациента распоряжаться своим те­лом, вплоть до нанесения себе повреждений, увечий, проведение над собой калечащих и болезненных процедур может рассматриваться как разновидность расстройства личности, как синдром психопатоподобной шизофрении.

2 стр., 690 слов

Праздники сегодня и вчера: влияние праздника на личность человека

... содержит элементы сатиры, комизма и служит институтом, позволяющим исправлять недостатки людей посредством их публичного осмеяния. Праздничный комизм с общественной точки зрения ... Столь же вредной оказывается гипертрофия праздничной фазы, искусственно (особенно в жизни эксплуататорских классов) раздутой и потому пустой, поверхностной, декоративно-развлекательной, культурно бесплодной. Организаторам ...

Еще одно существенное возражение. Новое человеческое сущест­во, растущее в теле женщины, не является ее телом. Этот организм отличается от ее тела по широкому спектру биохимических и биофи­зиологических параметров. Во-первых, он в половине случаев бере­менностей является существом другого — мужского — пола. Во-вто­рых, тела матери и ребенка могут иметь разные биохимические пока­затели крови. В-третьих, геном зачатого существа всегда уникален и отличен от генома женщины. В-четвертых, плод может существен­но обременять женщину, вплоть до явных ощущений принципиаль­ных изменений своего физического состояния в широком диапазоне проявлений этого изменения — от прекращения менструального цик­ла до различных форм токсикоза.

Жизнь развивающегося ребенка зависит от среды и пищи, которые обеспечивает ему вынашивающая его мать. Во всех других отношени­ях — это отличное от матери, уникальное существо. Данный факт со­ставляет «биологическое» основание моральной субъектности человече­ского эмбриона. Такое основание необходимо, но не достаточно для констатации морального статуса начавшейся человеческой жизни. До­статочное основание и моральный признак начавшейся человеческой жизни — уникально прост. Это — сами факты обсуждения, факты при­нятия решения о сохранении жизни или лишения жизни существа. Именно они свидетельствуют о том, что данное существо — реальное действующее лицо нашего морального отношения и действия. И от на­шей любви, милосердия, справедливости зависит, быть или не быть его жизни, сохраним мы его в качестве субъекта нашего к нему морального отношения, или уничтожим, или, точнее, предоставим «право» его уничтожить, т.е. совершим действие, которое, по словам христианского богослова св. Иоанна Златоуста, «хуже убийства».

Необходимо отметить одну особенность морального статуса чело­веческого эмбриона, которая отличает его от морального статуса взрослого человека. Это беззащитность формирующейся жизни. Она не может ответить на насилие, не может сопротивляться несправед­ливым решениям. Однако именно эта особенность начальной стадии человеческой жизни повышает меру нашей моральной ответственно­сти за нее. Чем беззащитней существо, тем более оно нуждается в за­щите.

Морально-интенциональный подход к проблеме статуса эмбрио­на выявляет то, что эмбрион человека является реальным субъектом моральной рефлексии. И он может быть подвергнут моральному или аморальному действию, и, следовательно, его включенность в мо­ральные отношения и его статус морального субъекта не могут вызы­вать сомнение.

СТАТУС ЭМБРИОНА Человек 2007 — Стр 2

• В медицинском сообществе антропология (учение о человеке) рассматривается как биологическая наука о происхождении и эволю­ции человека (антропогенез), о физической организации человека (морфология человека), как наука об особенностях человеческих рас (расоведение), их культур (этническая антропология).

В то же время в современной культуре сохранилась и существует традиция широкого понимания антропологии как совокупности наук о человеке. В нее входит и философская антропология, которая пред­ставлена целым рядом различных философских теорий и школ. На­пример, известный исследователь и систематизатор В.Брюнинг объе­диняет в рамках философской антропологии религиозную, неосхола­стическую, объективно-идеалистическую, материалистическую, нату­ралистическую, рационалистическую традиции на основании того, что человек рассматривается в них как исходный пункт и главный предмет философствования17. Признавая принципиальные отличия каждой их этих традиций, обратим внимание на особенность собст­венно философского (а не биологического, социологического и т.п.) подхода к пониманию человека.

Суть философско-антропологического подхода сводится к попыт­ке рассмотреть сущность собственно человеческого бытия. При этом, как правило, предметом философской рефлексии выступает не кон­кретный человек, а типизированная модель человеческого индивиду­ума.

Анализ обозначенных проблем на уровне сущности человека, т.е. собственно философский подход, не сводим к рассмотрению через призму какой-либо отдельной присущей ему особенности, будь то мыслительная деятельность или прямохождение, самосо­знание или нравственное начало, трудовая деятельность или физи­ческая организация (например, объем и вес мозга) и т.д. Все пере­численное определяет человеческую природу во всей совокупности. «Предмет рассмотрения философской антропологии составляет че­ловек во всей его целостности…»18. Целостный подход к сущности человека основан на ее принципиальной несводимости к какой-ли­бо одной характеристике, как бы значительна, очевидна и отличи­тельна она ни была. Тем не менее, как известно, сущность не может не проявлять себя. Насколько применим данный вывод к исследуе­мой теме?

По нашему мнению именно первая клетка — зигота, только что объединившая генетический материал родителей, — может рассмат­риваться как реальная иллюстрация целостности человеческой при­роды. В зиготе еще нет ничего, кроме 46 хромосом, но именно они содержат потенциал для развития мыслительной деятельности, прямохождения, нравственных чувств, особенностей физической орга­низации и т.д. Можно сказать, что в этой форме представлена вся со­вокупность сущностных черт и свойств человека. Зигота являет собой как бы «микрокосм», призванный со временем превратиться в «макрокосм» целостного человека во всем богатстве его жизненных смыслов.

Иными словами, философский подход, как бы абстрактен он ни был, в своих исходных посылах антропоцентричен, т.е. не свободен от фундаментальных ценностей и целей человеческого бытия. И представление о них — результат научной и философской рефлек­сии. «Познание человека не остается без последствий для бытия человека

Таким образом, философская антропология неизбежно включает проблему статуса человеческого эмбриона, от отношения и решения которой зависит «мера», или критерий, человечности всех видов и форм человеческой деятельности.

• Представление об уникальности человеческой жизни сформи­ровалось задолго до появления современных научных технологий и знания о том, что с момента оплодотворения человеческий эмбри­он — живое человеческое существо, отличное от своих родителей, ко­торое динамично развивается, поступательно раскрывая потенции. Таким неповторимым статусом зародыш наделялся в восточно-хрис­тианском богословии. Естественно, это делалось исходя из совершен­но иных, чем в науке, оснований: из откровения Бога о Себе как Боге троичном в Лицах, исполненном любви к Своему творению. О непо­вторимости и личностном бытии каждой зачатой человеческой жизни свидетельствуют христианские мыслители и богословы, начиная от Евангелистов вплоть до «Основ социальной концепции», принятых на Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви в 2000 г. С точки зрения православной антропологии, в понятие человеческой природы заложены не только все ее силы, свойства и способности че­ловека, но и все стадии его развития.

Характерно в данном отношении мнение современного право­славного богослова митрополита Антония Сурожского: «Говорить о том, что можно совершать аборт в какой-то момент до того, как за­родыш уже, видимо, принимает образ ребенка, тоже не выход из по­ложения, во всяком случае, для верующего. Можем ли мы сказать, что когда Божия Матерь зачала Спасителя Христа, то до какого-то момента — до 14, 18, до 28-й недели — Он не был человеком и не был рождающимся Богом? Нет, в момент зачатия зародыш ребенка уже является человеком, его уничтожение является убийством человека. И на это надо смотреть прямо и серьезно, никакого извинения в этом отношении нет»20.

Для биомедицинской этики здесь важно то, что личностная под­основа присутствует в человеке независимо от того, насколько в нем наличествует полнота его природы. Прошло ли мгновение от момента зачатия, достиг ли человек расцвета своих сил или подошел к преде­лам старости — он всегда не только что, но и кто. Даже если его при­рода деформирована, даже если он обречен на гидроцефалию или старческое слабоумие — он все равно человек. Любое медицинское вмешательство затрагивает жизнь человека, наделенного в своих глу­бинах личностным бытием.

Все, что происходит с человеческим эмбрионом, происходит с че­ловеком, по отношению к которому действенны потому и нравствен­ные обязательства, приложимые к человеку после его рождения. Именно человеческое достоинство зачатой жизни исключает для нравственного сознания возможность искусственного прерывания беременности, порождая дискуссии об этических границах допусти­мых экспериментов над человеческими эмбрионами, о приемлемости тех или иных репродуктивных технологий и процедур.

Независимо от того, принимаем ли мы антропологию и этику христианства, при работе с пациентами надлежит учитывать данную позицию, ее исходные принципы и богословскую строгость. Это тем более важно, что значительная часть населения России в той или иной степени соотносит себя с православием.

Заключение

Мы охарактеризовали основные точки зрения по вопросу о нача­ле человеческой жизни в рамках естественнонаучного и гуманитарно­го знания.

В рамках естественнонаучной традиции представление о начале человеческой жизни с момента рождения не получило сколько-ни­будь широкого признания. Позиция генетиков о начале человеческо­го существования с момента слияния гамет (образования генома) со­гласуется с выводами философской антропологии, теологии и с поло­жениями морально-интенционального подхода. На основании такого сближения разных точек зрения мы вправе зафиксировать появление устойчивого, научно обоснованного мнения по вопросу о статусе эмбри­она. Особняком стоит социологизм. Но выдвигаемые в данном случае аргументы все больше обнаруживают свою несостоятельность под на­тиском естественнонаучных доводов и фактов, согласно которым на­чало человеческой жизни все больше «отдаляется» от момента рож­дения.

Решение проблемы статуса эмбриона имеет принципиальное зна­чение для демографической политики. Инвалиды и больные могут, хотя и в ограниченной мере, предъявлять свои права на жизнь, отста­ивать свою волю к благополучию; даже животные способны к сопро­тивлению. Эмбрион же — форма высокоразвитого, сложноорганизованного бытия, олицетворяющая собой беспомощность и незащи­щенность жизни. Эта форма личностного существования, наверное, ярче всего выражает значимость человеческого взаимодействия, взаи­мопомощи и бескорыстного служения во имя Другого.

1 См.: Курило Л.Ф. Право родиться. Биоэтика: принципы, правила, проблемы. М., Эдиториал УРСС, 1998. С. 135-146; Бодяжина В.И., Жмакин К.Н., Кирющенков А.П. Акушер­ство. М.: Медицина, 1986;Уиллке Д., Уиллке Б. Мы можем любить их обоих. Аборт: вопросы и от­веты. М., 2002; Сгречча Э., Тамбоне В. Биоэтика. М., 2002; Edwards R.G. Science et ethique de la segmentation des embryons humains in vitro // Contracept. Fertil. Sex. 1986. Vol. 14. № 4. P. 313-318; Grobstein С External Human Fertilization // Scientific American. 1979. Vol. 240. № 6. P. 33-3; Patton et al. Intro to Basic Neurolog. Basel, W.B. SaunderCo. 1976. P. 8.

2 Edwards R.G. Op. cit.

3 Курило Л.Ф. Цит. соч. С. 136.

4 Grobstein С. Op. cit.

5 Patton et al. Op. cit.

6 Edwards R.G. Op. cit.; Idem. New ethical implications of human embryology // Hum. Reprod. 1986; 1:4.

7 Hermeren G. Nature and status of the embryo: Philosophical aspects. Report — Council of Europe’s Third Symposium on Bioethics. Strasbourg. 1996.

8 Всеобщая деклара­ция о геноме чело­века и о правах человека (ЮНЕСКО, 1997)// Этико-правовые ас­пекты проекта «Ге­ном человека». Меж­дународные доку­менты и аналитичес­кие материалы. М., 1998. С. 102. 9 Вестник «Жизнь». М., 1994. С. 17.

10 Начало такому различению во мно­гом положила книга Н. Форда (Ford N. When Did I Begin? Conception of the Human Individual in History, Philosophy and Science. Camb., 1988).

Автор настаи­вает на вероятности «замедленного оду­шевления», утверж­дая, что онтологиче­ски (а не только ге­нетически) особый человеческий инди­вид возникает лишь через две недели после оплодотворе­ния, с появлением первичной полоски. Анализ и частичное опровержение дово­дов Форда см.: Ser-ra A., Sgreccia E., de Pietro M.L. Nuova genetica e embri-opoies umana // Vita e Pensiero. Milano, 1990.

11 Цит. по: Соловь­ев З.П. Аборт // Избр. произв. М., 1970. С. 133-134.

12 Основы законода тельства РФ об ох­ране здоровья граж­дан (1993), ст. 36// Сб. нормативных ак­тов по охране доро­вья граждан Россий­ской Федерации. М., 1995. С. 25.

13 Истины. Изрече­ния персидского и таджикского наро­дов, их поэтов и му­дрецов. М.: Наука, 1968. С. 103.

14 Фасмер М. Этимо­логический словарь русского языка.В 4 т. Т. 1.М., 1986. С. 155.

15 Международные акты о правах чело­века: Сб. докумен­тов. М., 1999. С. 247.

16 Там же. С. 721.

17 Bruning W. Philosophische Antropologie. Stuttgart, 1960.

18 Григорьян Б.Г. Фи­лософская антропо­логия. М.: Мысль, 1982. С. 159.

19 Landmann M. Philosophische Antrоpologie. Menschlich Selbstdeutung in Geschichte und Gegenwart. В., 195£ S. 7-8.

20 Митрополит Антсний Сурожский. Ответы на вопросы // Альфа и Омега №((29).

М., 2001. С. 318-319.