Реферат по философии на тему «Постпозитивистская философия науки» Оглавление

29

Введение

Основные направления философии постпозитивизма

К. Поппер родоначальник постпозитивизма.

Концепция науки, предложенная К. Поппером

Новый вариант постпозитивистской философии науки (концепция

И. Лакатоса)

Концепция науки П. Фейерабенда

Роль метафизики в понимании Д. Уоткинса

Проблема научной рациональности в постпозитивистской философии

Заключение

Список литературы

Введение

Кризис позитивизма привел к возникновению в науке целого спектра концепций научного знания, которые по своим исходным пунктам значительно отличаются от логического позитивизма. Авторы этих концепций проводили критику логического позитивизма, а также возлагали на него ответственность за кризис методологии науки, при этом, не теряя надежды, что в своих концепциях они могут предложить выход из этого кризиса. Значительная группа таких концепций и образовала методологическое направление, которое принято обозначать термином «постпозитивизм». В данном реферате проведем анализ постпозитивизской философии науки в мыслях и идеях его представителей: от родоначальника постпозитивизма К. Поппера, до наиболее выдающихся философов – И. Лакатоса, П. Фейерабенда, Д. Уоткинса, у которых довольно разнообразные подходы к основным идеям постпозитивизской философии. И хотя их идеи довольно противоречивы, однако имеют общее начало и дают представление о постпозитивизме.

Основные направления философии постпозитивизма

В литературе встречается использование термина «постпозитивизм» как научное знание, которое возникло в результате падения позитивистской традиции мышления. Однако данное толкование не разъясняет ни сути термина «постпозитивизм», а также сводит его к временному смыслу, как возникшее после позитивизма. Анализ литературы показал, что термин «постпозитивизм» употребляют в более узком смысле слова и обозначают им только те концепции, которые возникли как результат разложения позитивистской доктрины науки и которые пересматривают многие основополагающие догмы позитивистской философии. При этом можно отметить, что наиболее характерными направлениями постпозитивизма следует считать в первую очередь критицизм (К. Поппер, И. Лакатос, Д. Агасси), а также группу концепций, примыкающих к этому направлению (Т. Куна, С. Тулмина, П. Фейерабенда).

8 стр., 3702 слов

Тема 2. Позитивистская традиция в философии науки (6 ч )

... Концепция науки классического позитивизма и ее особенности у эмпириокритиков. 11. Неопозитивистская модель науки как логический анализ науки. 12. Постпозитивизм и его критика позитивистской традиции в философии науки. 13. От логики науки к истории науки ...

Авторы этих концепций претендуют на тотальное преодоление позитивистской традиции мышления в философии науки, в то время как представители других направлений постпозитивизма ограничиваются локальной ревизией позитивистской философии. При этом необходимо заметить, что критицизм имеет определенный исторический приоритет перед другими направлениями постпозивизма, так как он оказался исторически первой и наиболее развитой формой постопозитивизма. Но что самое главное именно в рамках критицизма были впервые выдвинуты те основные проблемы, интерес к которым характеризует всю постпозитивистскую традицию науки: проблема реабилитации метафизики, проблема роста научного знания, проблема рациональности, проблема взаимосвязи истории и методологии науки и др. Поэтому именно критический анализ этого направления и выявления его философской сущности может позволить составить наиболее полное представление о философской сущности постпозитивизма в целом.

Постпозитивизм как философское направление ведет свое начало от работ Гемпеля, Куайна, Брейтвейта, Поппера и др. Становление основных идей постпозитивизма проходило под прямым влиянием такого направления как историко-научное, представленное в работах Т.Куна. Наиболее характерными представителями постпозитивизма являются Лакатос, Поляни, Фейерабенд, Хансон, Тулмин и др. их взгляды не тождественны, но ряд теоретических положений разделяют они все.

Определим основные черты характерные для постпозитивистской философии науки.

Прежде всего следует отметить критику эмпиристского понимания опыта столь характерного для неопозитивизма. Причина данной критики кроется прежде всего в появившейся возможности отказаться от рассмотрения знания и переходу к анализу процедур формирования нового знания. Так, И. Лакатос и П. Фейерабенд, анализируя различные ситуации в истории науки, научные революции, столкновение фактов и идей, нежелание ученых отказываться от своих теорий перед лицом негативного опыта и т.п., отмечают, что в этих ситуациях никогда не сталкивались «чистый опыт» (позитивный или негативный) с теоретическими предположениями. Столкновение всегда происходит лишь между теориями, или, что то же самое, между «наблюдаемым» в рамках одной теории с «наблюдаемым» в рамках другой. Наиболее радикально и последовательно эмпиристское понимание опыта критикует Фейерабенд. По мнению, Фейерабенда опыт, взятый сам по себе нем. Как правило, он напружен предпосылочным знанием, которое является мене рациональным, нежели теории, сталкивающиеся с этим опытом. Предпосылками понимания и интерпретации опыта выступают традиции, общепринятые мнения, предрассудки и заблуждения, устаревшие теории. Поэтому, считает Фейерабенд, опыт не может быть надежным фундаментом, способным в качестве архимедовской точки опоры поддерживать остальное научное знание. Он полагает, что в случае столкновения опыта и теории предпочтение следует отдавать теории.

6 стр., 2666 слов

Социальная педагогика как особая область знания и практического опыта

... педагогика, как всякая область человеческого знания развивается в трех ипостасях: как теория, как практика и как ... – исследование практики педагогической деятельности ее полномочными представителями; Научная – изучение закономерностей социального развития, социализации человека, влияния ... задачи и место социальной педагогики среди других наук, определить ее практическое значение. 1. Понятие «социальная ...

Другое изменение касается представлений о теоретическом знании. Здесь постпозитивисты во многом следуют Попперу, который в этом вопросе придерживается не позитивистских, а ближе неокантианству идей. По мнению Поппера, неопозитивистская концепция теоретического знания несостоятельна. Теории не следуют за опытом, а предшествуют ему; они имеют эвристическое, а не описательное значение. Теории являются гипотезами, смелыми догадками, предвосхищениями будущего опыта, и их ценность в научном отношении тем более велика, чем они невероятнее, неожиданнее, чем более они противоречат общепринятым представлениям о действительности. Последователи Поппера не согласились с его истолкованием развития науки. При этом были выдвинуты следующие идеи – не учитывать опыт как объективную основу знания. Главной проблемой методологии постпозитивисты считают проблему выбора теории среди конкурирующих, так как видят, что решение вопроса о соотношении теории и внешнего мира невозможно.

Отказ от статического взгляда на науку и переход к анализу динамики исторического движения знаний составляют характерную особенность постпозитивистского движения. Отправной точкой внесения динамизма в исследование научно-познавательного процесса можно считать концепцию Т. Куна, который указал на значительный диссонанс между методологическими рецептами, даваемыми науке неопозитивистами, и реальной практикой ученых на всем протяжении истории науки. Вместо Попперовской схемы «перманентных революций» Кун предложил концепцию смены парадигм, происходящую в рамках определенного научного сообщества ученых. Однако и эта концепция во многих отношениях не совершенна.

Динамический подход привел к изменению исходных абстракций анализа научного знания. Это уже не «протокольные предложения» и «атомарные факты», не эмпирический и теоретический уровни в рамках одной теории, а более крупные образования – парадигмы, интеллектуальный фон (Тулмин, Фейерабенд), серии групп теорий и исследовательские программы (Лакатос).

Данное обстоятельство приводит ко все более активному включению динамики развития науки в общую культурно-историческую смену мировоззренческих и методологических оснований научного мышления.

Хотя явная ориентация на анализ динамики научного знания характерна для всего постпозитивизма, внутри этого направления можно выделить два полюса: «методологизм» Лакатоса и его последователей – Бартли (критический рационализм), Агасси и других, которые ставят своей целью разработку нормативных правил, вскрывающих логику развития научного знания, и «психологизм», сторонники которого (Поляни, Тулмин и др.) сознательно ориентируются на психологизацию сознания и широко привлекают данные современной психологии, обращаются к герменевтической трактовке научного познания. Второй поход связан с анализом влияния на познание психологических, социально-психологических и социальных факторов как решающих при создании теории познавательного процесса. Таким образом, приверженцы одного течения ориентируются преимущественно на исследование безличных, имманентных логике научного познания факторов (стратегия исследовательских программ), а другого –на изучение социокультурных и психологических факторов.

6 стр., 2821 слов

ТЕОРИЯ, ФИЛОСОФИЯ И МЕТОДОЛОГИЯ УПРАВЛЕНИЯ

... саморегуляцию входящих в направление научных знаний; устойчивые межпредметные связи с общей философией, экономикой, психологией, педагогикой, биологией, математикой, различными науками управления; наконец, группу ученых ... и возможности его применения в различных обществах. Различие между теорией и философией управления Философия управления опускает то что принадлежит случайности управления частным ...

Переосмысление роли эмпирических и внеэмпирических компонентов в получении нового знания привело представителей постпозитивизма к отказу от позитивистского противопоставления философии и науки. Так, научная метафизика входит неотъемлемым компонентом и в ядро исследовательских программ (Лакатос), и в интеллектуальный фон (Тулмин, Фейерабенд).

Более того, выявление критериев научности из анализа развития самой науки применяется и при анализе философских проблем.

Для крупнейших представителей постпозитивизма характерна традиция на основе теоретико-познавательных концепций строить этические, социально-политические и поведенческие теории.

Постпозитивисты считают не нужным исследовать, соответствуют ли знания теоретического характера опыту. Опыт вовсе не выражает реальность саму по себе и не является абсолютно надежным фундаментом знания. Опытные высказывания дедуктивно выводятся из теории, поэтому согласование теории и опыта есть простое согласование теоретических посылок со своими следствиями, а вовсе не согласование с внешним миром. Внешний мир не дан нам непосредственно, поэтому с ним сопоставлять знания нельзя. Отсюда процедуры оценки теоретического знания, по мнению постпозитивистов, не являются оценкой его истинности.

Характерной особенностью постпозитивизма, таким образом, является, с одной стороны, беспредпосылочная гносеология, то есть отсутствие онтологических представлений о природе познаваемой реальности. С другой стороны, такая позиция ведет к абстрактному гносеологизму, то есть к замыканию анализа эпистемологических проблем рамками самого знания. Но при помощи имманентного анализа самого знания, как свидетельствует опыт всей истории философии, невозможно обосновать объективность получаемых знаний.

Общим для всех представителей постпозитивизма является недостаточное понимание комплексности проблем получения и обоснования нового знания. что приводит к абсолютизации одного из срезов исследования научного познания, в результате чего Постпозитивистская концепция и распадается на анархический социологизм П. Фейерабенда, социальный психологизм сторонников концепции Т.Куна, психологизм Тулмина и Поляни, логико-методологический динамизм Лакатоса и его последователей.

Рассмотрим основные направления постпозитивистской философии науки, в мыслях их представителей.

К. Поппер родоначальник постпозитивизма

Родоначальником постпозитивизма можно считать К. Поппера, так как именно его концепция сохраняла теоретическую историческую преемственность с позитивизмом. Он также является родоначальником критицизма. Именно он первым попытался пересмотреть многие исходные догмы позитивистской философии науки и сделать заявку на преодоление позитивизма. В своей «Интеллектуальной автобиографии»[1,с. 196] он говорит о том, что это он «убил логический позитивизм». Но К. Поппера нельзя было бы считать родоначальником постпозитивистской традиции мышления, если бы его концепция не сохраняла историческую и теоретическую преемственность с позитивизмом. Историческая связь с логическим позитивизмом наложила отпечаток и на теоретические воззрения К. Поппер, в первую очередь, на выбор исходных проблем. Идейная связь воззрений К. Поппера с логическим позитивизмом настолько очевидна, что многие исследователи считают попперовскую концепцию одной из разновидностей логического позитивизма. Однако, гносеологические основания попперовской концепции научного знания существенно отличаются от гносеологических основ позитивистской доктрины науки. Долгое время К. Поппер работал в одиночку, но популярность его идей росла по мере падения влияния логического позитивизма. Вокруг него формируется группа учеников и последователей. К ним относятся такие философы науки как Д. Уоткинс, И. Лакатос, У. Бартли, А. Масгрейв, Д. Агасси, Г. Альберт. Ученики и последователи Поппера стараются развивать отдельные идеи попперовской философии науки, что приводит некоторых из них к выдвижению самостоятельных и достаточно оригинальных вариантов критицизма. Постепенно критицизм из отдельной концепции превращается в целое направление, приобретая все больший удельный вес в постпозитивистской традиции мышления. Непосредственно к критицизму в постпозитивизме примыкают концепции науки Т. Куна и С. Тулмина. Объединяет с критицизмом эти концепции их стремление преодолеть позитивистскую доктрину науки, а также интерес к той же самой группе проблем, которыми занимается критицизм, хотя предлагаемое данными авторами решение проблем существенно отличается от их решения критицистами.[2, с.53]

8 стр., 3882 слов

Современные научные концепции человек и его места в мире

... смелая попытка понять мир че-ловеческих потребностей, практически первая научная концепция сек-суального поведения человека. При этом позже психологи, социологи ... альтернативой сексу. 1.3. Теория антропосоциогенеза. В науке XX в. получила широкое подтверждение концепция фор-мирования человека и общества в ... Теория Чарльза Дарвина. XX в. в науке и философии часто называли веком человека: почти все ...

Важным в рамках данного реферата является вопрос о том, является ли постпозитивизм еще одной стадией в развитии позитивизма, или его следует считать самостоятельным течением философской науки. При этом, необходимо рассмотреть в каком понимании используется термин «постпозитивизм». Так если термин «постпозитивизм» трактовать в широком смысле слова, отождествляя позитивизм и сциентизм, то постпозитивизм действительно может рассматриваться как еще одна стадия в развитии позитивизма, так как для большинства постпозитивистов действительно характерна такая тенденция как отождествление познания вообще с научным познанием и игнорирование познавательного значения других форм духовно-практического освоения действительности, отрицание специфики социального познания по отношению к естественнонаучному, акцент на логическом анализе научного познания и игнорирование собственно философской проблематики науки, то есть постпозитивизм обнаруживает все черты, характерные для сциентического подхода. Однако при этом если смысл термина «позитивизм» трактовать как философское направление, которое базируется на гносеологической доктрине феноменализма, то в этом значении термин «постпозитивизм» трактовать как еще одну из стадий развития позитивизма довольно затруднительно. При этом необходимо отметить, что большинство постпозитивистов отказываются именно от тезиса гносеологического феноменализма, утверждая, что чувственная данность не может служить единственным и последним основанием научного знания. Гносеологические основания постпозитивистских концепций колеблются от конвенционализма Дюгема и Пуанкаре до объективного идеализма Платона и Гегеля. Поэтому постпозитивизм логичнее всего считать самостоятельным направлением философии науки, не отождествляя его с позитивизмом.

12 стр., 5595 слов

1 Роль науки в развитии общества.Научная деятельность, научные знания

... большего разделения труда между учеными. Фактор дифференциации научного знания способствует возрастанию самостоятельности науки, поскольку в условиях разветвленного и дробного разделения ... при разработке научного исследования. В конечном счете методология — это схема, план решения поставленной научно-исследовательской задачи 4 Классификация научных исследований Научные исследования классифицируют ...

Постпозитивизм как самостоятельное направление философии науки выдвигает ряд идей, которые сходны с другими направлениями философии науки, такие как идея роста или развития научного знания, значимость философии в научном познании, подчеркивание роли теоретического мышления в развитии научного познания и др. Однако все эти идеи в интерпретации постпозитивистов приобретают метафизический и идеалистический характер – это не является случайностью, так как в своих предпосылках постпозитивисты не выходят за рамки идеалистической трактовки науки. При этом одним из основных для определения философской сущности постпозитивизма можно использовать отношение к вопросу о существовании объективной истины. При этом большинство постпозитивистов отрицают существование объективной истины.[8,с. 48] В большинстве своем они пытаются исключить понятие «истина» из своих теорий научного знания, что позволяет сделать вывод о том, что постпозитивизм является еще одним вариантом идеалистической теории научного познания. На основании определения данного постпозитивизму проведем анализ основных идей, характерных постпозитивизму как философии науки. Для этого сначала проведем анализ попперовской концепции научного знания, методологической концепции И. Лакатоса, концепции научного знания П. Фейерабенда, рассмотрим отношение постпозитивистов к роли метафизики в научном познании («Влиятельная метафизика» Д. Уоткинса).

Концепция науки, предложенная к. Поппером

Сущность попперовской концепции науки и ее отличие от позитивизма состоит в спасении эмпиризма от методологии науки. В качестве предыстории для возникновении данной концепции науки служат действия Д. Юма, связанные с его иррационалистическими выводами относительно эмпиризма. Так тезис эмпиризма в методологии имплицитно включает в себя три допущения:

– возможность достаточно жесткого различения фактического и нефактического знания;

– существование надежных способов получения фактических положений, что превращает последние в абсолютно надежный фундамент всего научного знания;

– существование определенных логических средств, позволяющих строить все здание науки на результатах опыта и эксперимента.

Логической основой эмпиризма была индуктивная логика. Программа классического индуктивизма заключалась в построении такой модели научного знания, в которой любое научное положение имело бы индуктивное, а следовательно, и эмпирическое обоснование. Однако Д. Юм показал, что индуктивные способы рассуждения не могут иметь в принципе рационального и логического оправдания, если строго придерживаться эмпиристской позиции. Д.Юм настаивал, что наша вера в индукцию базируется на привычке и естественном инстинкт, и в этом смысле она иррациональна. Многие представители эмпиристской традиции пытались разрешить данную проблему, однако К Поппер, проведя анализ данной ситуации в философии науки, пришел к выводу, что ни одному из методологов науки спасти эмпиризм от иррационалистических выводов Д. Юма не удалось. Решение этой задачи он берет на себя, рассматривая ее в качестве основной своей цели при построении нового варианта эмпиристской методологии.

19 стр., 9199 слов

Социальная психология как наука, подход к проблеме, место соц. ...

... опыт и пр. Её называют народной мудростью. Профессиональная –складывается из научных картин мира и знаний в области общения. Имеет особое значение для актеров, соц. работников, ... Акцентуация характера.(конспект) 20 37. Классификация акцентуации характера. (конспект) 20 38. Виктимология как наука. Виктимность (википедия) 21 39. Социально-психологическая классификация семьи. 21 40. Функции семьи ...

К. Поппер начал поиск со слабого пункта стратегии всего предшествующего эмпиризма, и в первую очередь логического эмпиризма. Главным пороком предшествующего эмпиризма он считает стремление связать судьбу эмпиризма с судьбой индуктивной логики. К. Поппер убежден, что индуктивной логики не существует. Атака на индуктивную логику ведется им в двух направлениях: во-первых, опираясь на Юма, он старается показать неразрешимость проблемы логического обоснования индукции; во-вторых, он, убежден, что индуктивные приемы рассуждения не характерны для научного мышления и наука вообще может обойтись без них. Он старается показать, что индуктивистский подход к решению фундаментальных проблем методологии науки постоянно заходит в тупик, свидетельствуя о неплодотворности индуктивизма и методологии. Решение проблемы индукции заключается в исключении этой проблемы из методологии, в лишении индукции статуса логической основы метода опытных наук, при этом заменить ее можно дедуктивной логикой. Известно, что правила дедуктивной логики не позволяют транслировать истинность от единичных утверждений к общим положениям, в которых формулируются законы науки. К. Поппер обращает внимание на одно из правил дедуктивной логики – так называемый «модус толленс». По мнению К. Поппера это правило обладает двумя ценными качествами, что делает его возможным кандидатом на роль логической основы научного метода. Так как, во-первых, оно обладает всей обоснованностью дедуктивного рассуждения, а, во-вторых, оно способно транслировать истинностное значение в индуктивном направлении, а именно: ложность эмпирического следствия из теории с необходимостью ведет к ложности основания, но правило «модус толленс» обладает одним негативным качеством: оно не позволяет транслировать в индуктивном направлении истинность, что делает его в глазах традиционного эмпириста бесполезным для решения главных проблем методологии. Ведь, когда эмпирист говорит о том, что все знание должно базироваться на опыте, он в первую очередь имеет в виду решение вопроса об истинности теоретического положения исходя из принятых факто. К. Поппер думает иначе. Если мы, как эмпиристы хотим решать судьбу теоретических положений посредством выявления их отношения к эмпирическому базису и обнаруживаем в результате тщательного анализа, что единственно доступное средство для установления этого отношения является «модус толленс» дедуктивной логики, то и давайте примем это правило в качестве логической основы научного метода, сколь бы дефектным с других точек зрения оно ни казалось: иного выбора у нас просто нет. Главным гносеологическим предрассудком, по мнению К. Поппера, является отождествление научного знания с доказанным знанием, которое было характерно для большинства методологов науки прошлого. Всех философов, придерживающихся этого взгляда на научное познание, он именует джастификационистами. Термин «критицизм» можно раскрыть с имеющихся позиций – попперианцы называют себя критицистами для того, чтобы противопоставить свои взгляды на природу научного знания и научного метода взглядам традиционных эмпиристов, которых они называют догматическими эмпиристами. В силу того что единственным надежным средством эмпирического контроля теоретических положений является модус толленс, а последний способен осуществлять лишь негативный контроль, то есть опровергать предлагаемые теоретические положения, подвергать теории эмпирической критике, догматическое отношение к науке должно быть заменено критическим отношением к научным положениям. Это означает необходимость пересмотра функций логики и опыта в эмпирическом познании. Как указал К. Поппер, только в рамках критицизма «принцип эмпиризма может быть полностью сохранен, так как судьба теории, ее принятие или отвержение решается посредством результатов проверки». Замена правил индуктивной логики в качестве логической основы научного метода и процедуры эмпирического обоснования знания методом дедуктивной проверки по правилу модус толленс и принятие тезиса эмпиризма в сочетании с тезисом критицизма составляет суть попперовской методологической доктрины и определяет содержание всех остальных идей критицизма, среди которых основными являются: теория демаркации научного знания, теория метода, концепция критериев приемлемости научных теорий и теория роста научного знания.

4 стр., 1611 слов

Психология как наука. Научное и ненаучное психологическое знание

... сложившейся веками традиции за этой наукой сохраняется ее прежнее название. С XIX в. психология становится самостоятельной и экспериментальной областью научных знаний. Что же является предметом ... проблема объективности научного познания. 3. Предмет психологии. Психология как наука обладает особыми качествами, которые отличают ее от других дисциплин. Как систему проверенных знаний психологию знают ...

В разработке методологической доктрины К. Поппера и ее идей, а также в целом всего постпозитивизма, можно выделить следующих философов И. Лакатос, П. Фейерабенд, Д. Уоткинс, чьи взгляды, мысли и идеи будут представлены в данном реферате.

Новый вариант постпозитивистской философии науки (концепция и. Лакатоса)

Анализ истории науки К. Поппера нашел поддержку и вместе с тем подвергся критике в методологии научно-исследовательских программ И. Лакатоса. Он выступил против наивности раннего фальсификационизма, главный недостаток которого состоял в неспособности объяснить относительную автономию теоретической науки. Теории более устойчивы к фальсификации, чем полагал К. Поппер. Не всякая фальсификация непременно приводит к «перечеркиванию» проверяемой науки. Чтобы объяснить этот факт, И. Лакатос вводит понятие научно-исследовательской программы. Она является оригинальным вариантом постпозитивизма, которая известна под названием «методология исследовательских программ». Исходным пунктом построения «методологии исследовательских программ» послужила критика попперовского варианта постпозитивизма. И. Лакатос подметив основные противоречия концепции науки К. Поппера, поставил себе задачу устранить их путем модификации его доктрины.

3 стр., 1331 слов

Общие понятия о методологии науки

... теоретического знания от эмпирического знания. К. Поппер и идея роста научного знания; принцип фальсифицируемости. И. Лакатос и концепция внутреннего единства логики ... Спенсер Г.). Экспериментальный период становления психологической науки. Образование психологии в самостоятельную науку, характеристика предпосылок. Основные программы построения психологии: Вундт В., Брентано Ф., Сеченов.. ...

В первую очередь он пересмотрел подход к пониманию природы самих методологических концепций и критериев их оценки. И. Лакатос считает, что если следовать принципу эмпиризма, то и сами методологические концепции должны быть эмпирически проверяемы. Он считает, что методологические построения должны коррелироваться с фактами истории науки и, в свою очередь способствовать их наиболее связному описанию и объяснению [5,с.67]. Свое кредо И.Лакатос формулирует, перефразируя известное изречение И.Канта: «История науки без философии науки слепа, а философия науки без истории науки пуста». [6, с. 89]

Оценивая концепцию К. Поппера, он приходит к выводу, что она находится в противоречии практикой научного исследования и не может объяснить многие факты реальной истории науки. Главным фактом, фальсифицирующим методологическую концепцию К. Поппера, по мнению И. Лакатоса, является наблюдаемая в истории поразительная устойчивость научных теорий по отношению к эмпирическим аномалиям. И. Лакатос указывает на крайне уклончивое поведение ученых, когда они делают предсказания. Методология К. Поппера требует от ученого заранее заявить, что если рискованное предсказание, основанное на его теории, не подтвердится в актуальном эксперименте, то он готов отказаться от своей теории. Реальные ученые никогда не идут на это. Они продолжают с ней работать, и бывают, что, в конце концов, добиваются успеха.

И. Лакатос пытается преодолеть все эти трудности, встающие перед критическим эмпиризмом К. Поппера, с помощью введения в методологию науки принципиально нового понятия «исследовательская программа».[5,с.14]

Под исследовательской программой он понимает серию сменяющих друг друга теорий, объединенных определенной совокупностью базисных идей и принципов. [5,с.16]

Исследовательская программа состоит из четырех основных элементов: ядра программы, негативной эвристики, позитивной эвристики и предохранительного пояса.

Рассмотрим суть каждого из элементов исследовательской программы:

– ядро программы – совокупность конкретно-научных и онтологических допущений, принимаемых конвенционально и сохраняющихся без изменений в ходе последующего развития и реализации программы;

– предохранительный пояс (оболочка) состоит из совокупности вспомогательных гипотез, окружающих ядро и принимающих на себя удары опытных опровержений. В ходе развития программы предохранительный пояс изменяется, и вводимые изменения обуславливаются рядом так называемых правил эвристики программы;

– негативная эвристика состоит из методологического решения не допускать эмпирического опровержения программы и правил, позволяющих это решение реализовать. Функция негативной эвристики заключается в отклонении «стрел» эмпирических опровержений, запускаемых с помощью «лука модуса толленса», от ядра программы в предохранительный пояс;

– позитивная эвристика состоит из совокупности правил, способствующих позитивному развитию программы и «из частично разработанных множеств предложений или намеков, указывающих, как изменять, развивать «опровергаемые варианты» исследовательской программы, как модифицировать, рафинировать «опровергаемый» предохранительный пояс». Основная функция позитивной эвристики заключается в ориентировании ученого в океане эмпирических аномалий и превращении последних из контрпримеров в подтверждающие примеры. Именно позитивистская эвристика, а не эмпирические опровержения, является движущей силой развития НИП.

Центральным пунктом в методологии И. Лакатоса является определение им критериев успешности программы или ее эвристической ценности. Последняя связывается Лакатосом с мерой прогрессивности программы. «Исследовательская программа должна считаться прогрессивной до тех пор, пока ее теоретический рост предвосхищает ее эмпирический рост».[6, с. 75] Причем существование соперничающей исследовательской программы признается Лакатосом принципиально важным, так как только в конкуренции исследовательских программ опыт становится решающим фактором в их оценке.

Методология исследовательских программ преодолевает и другой недостаток попперовской теории метода. Попперовское правило метода требует, чтобы любое видоизменение, вводимое в теорию с целью согласования ее с негативным результатом проверки, рассматривалось как выдвижение принципиально новой теории, а не как спасения старой. Развитие теоретического знания осуществляется как бы путем перманентного опровержения и выдвижения теорий. МИП позволяет рассматривать видоизменения, вводимые в теорию в согласии с правилами позитивной эвристики, как непрерывное развитие теории. Серия теорий, порождаемых исследовательской программой, выступает в качестве этапов развития одной и той же исследовательской программы. Это более согласуется с реальной методологической стратегией работающего ученого.

Лакатосовский вариант методологии критицизма возникает из попперовской методологии посредством инъекции в нее сильной дозы конвенционализма. Устойчивость и автономность теоретического знания объясняется конвенциональной природой исследовательской программы. Стратегия принятия конвенциональных решений переносится И. Лакатосом с эмпирического базиса на теоретическое знание. Он не скрывает связи своей концепции с конвенционализмом, именуя ее иногда критическим конвенционализмом. Лакатосовский критерий прогрессивности ИП, заключающийся в требовании опережения теоретическим ростом, является аналогом попперовского требования высокой степени фальсифицируемости теории. И у К. Поппера и у И. Лакатоса теоретическое знание имеет свою опору в той части эмпирического базиса, которая открывается с помощью этого теоретического знания и экспериментальная проверка которой всегда грозит опровержением этому теоретическому знанию. Лакатос заявляет о том, что «единственная уместная очевидность есть очевидность, предвосхищаемая теорией, эмпиричность и теоретический прогресс неразрывно связаны» [5, с. 87], то есть от приемлемого теоретического знания и в том и в другом случае требуется опережающая эмпирическая информативность, то есть предсказание еще не наблюдаемых актуально эмпирических ситуаций.

Лакатос свою методологию именует критическим конвенционализмом, видя его отличие от традиционного конвенционализма в признании роли опыта как окончательного арбитра в решении судьбы теоретического знания. Он полностью разделяет взгляды К. Поппера по проблемам индукции, природы эмпирического знания и процедур его установления, по критериям приемлемости научных гипотез на статус посылок в объяснении.

Таким образом, начав с попытки улучшить попперовскую философию науки, Лакатос закончил тем, что поставил под сомнение ценность методологических исследований вообще. Так если Лакатос только лишь сомневается в ценности методологии науки, то взгляды П. Фейрабенда далеки от создания научной методологии, он откровенно занят ее разрушением.

Концепция науки п. Фейерабенда

Концепция науки П. Фейерабенда интересна тем, что по сравнению с другими критицистами П. Фейерабенд более радикально отходит от попперианского понимания природы научного знания и научного метода, превращаясь в ходе своей философской эволюции из последователя К. Поппера в его наиболее откровенного критика. Сверхзадачей Поппера было спасение эмпиризма от иррационалистических выводов Д. Юма. И Поппер и его последователи стремились построить наиболее рационалистическую версию эмпиризма в методологии. П. Фейерабенд, начав с решения той же самой задачи, в конечном счете пришел к выводу о несостоятельности эмпиризма во всех его вариантах и противопоставил рационалистическим версиям эмпиризма в методологии концепцию «методологического анархизма», которая явно тяготеет к иррационализму. Поэтому концепцию науки П. Фейерабенда можно рассматривать как своего рода итог развития постпозитивистских идей, как продукт распада постпозитивизма.

Как и другие критицисты, П. Фейерабенд начал с попыток улучшения эмпиристской методологии науки. П. Фейерабенд считает, что для сохранения революционизирующего влияния опыта принцип эмпиризма должен быть дополнен принципом теоретического плюрализма. Так он считал, что можно быть хорошим эмпиристом, в случае если есть готовность работать со многими альтернативными теориями, а не с одной точкой зрения и «опытом». Как он считал, теоретический плюрализм – это существенная черта всякого научного знания, которое претендует на объективность.

Согласно П. Фейерабенду, именно существование теоретических альтернатив предохраняет науку от стагнации и превращает опыт из средства догматизма науки в фактор ее развития. П. Фейерабенд считает, что метод теоретического плюрализма сохраняет существенный элемент эмпиризма, так как решение о выборе между альтернативами базируется на решающих экспериментах, хотя область таких экспериментов становится более ограниченной.

Методологический релятивизм П. Фейерабенда выражается в принятии им формулы «все подходит». Это означает, что не следует обращать внимание на какие-либо методологические регулятивы научного мышления при создании и принятии научных теорий. Таких надежных регулятивов просто не существует, они создаются нами и меняются от эпохи к эпохе. Поэтому можно развивать любые теоретические идеи.

В рамках методологического анархизма П. Фейерабенд начинает развивать антисциентистский или экзистенциалистский мотив в философии науки. Он постоянно подчеркивает, что и сама наука и стандарты научности являются нашими творениями зависят от нас. Поэтому в нашей власти заставить науку служить нашим желаниям.

П. Фейерабенд считает, что его доктрина методологического анархизма и релятивизма не только позволяет превратить науку из «дракона в кошечку», но и покончить с засильем науки в современной человеческой культуре. «Отделение церкви от государства должно быть дополнено отделением науки от государства», что, по его мнению, позволило бы в школе наряду с математикой преподавать мистику и магию, так как последние должны рассматриваться как вполне законные виды духовной деятельности. Методологический анархизм из философии науки превращается П. Фейерабендом, в своего рода философию культуры.

В целом, если рассматривать концепцию науки, предлагаемую П. Фейерабендом, можно сделать вывод, что позитивной концепции науки он не дает, ограничиваясь лишь критикой методологии эмпиризма.

Роль метафизики в понимании д. Уоткинса

Характерной чертой постпозитивистской философии науки является курс на реабилитацию роли метафизики в науке. Как известно, логический позитивизм объявил метафизику бессмысленной в силу того, что ее положения не удовлетворяют критерию верифицируемости, который и рассматривался как критерий познавательного знания. Ясно, что неосмысленные утверждения не могут играть никакой роли в формулировке осмысленных , то есть научных утверждений. Первые перспективы в деле реабилитации метафизики принадлежат К. Попперу. В данном случае он интерпретировал критерий фальсифицируемости не как критерий познавательного значения суждений, а исключительно как критерий принадлежности к опытной науке, к эмпирическому знанию. Более детальный анализ роли метафизики в науке осуществил ортодоксальный последователь К. Поппера Д. Уоткинс.

Д. Уоткинс попытался выявить логические особенности метафизических утверждений в соотношении с логической формой научных утверждений, и исходя из этого, исследовал возможные пути их взаимодействия.

Все утверждения, которые встречаются в научных текстах, с точки зрения их эмпирической разрешимости Д. Уоткинс предложил делить на четыре типа:

  1. ограниченные экзистенциальные утверждения, которые локализуют некоторый легко узнаваемый объект внутри некоторой легко исследуемой пространственно-временной области, такие утверждения можно в равной степени считать как верифицируемыми, так фальсифицируемыми;
  2. универсальные эмпирические гипотезы, в которых обычно формулируются гипотезы науки, эти утверждения являются фальсифицируемыми, но не являются верифицируемыми;
  3. неограниченные экзистенциальные утверждения о существовании определенных объектов в некоторой неспецифицированной пространственно-временной области, эти утверждения являются верифицируемыми, но не фальсифицируемыми;
  4. утверждения со смешанной квантификацией, которые Уоткинс предлагает называть «все и некоторые» утверждения.

Таким образом, в противоположность логическому позитивизму Уоткинс допускает приложимость истинностной оценки к метафизическим утверждениям. По его мнению метафизические доктрины. Сформулированные в форме утверждений «все – и некоторые», могут не только являться источником научных теоретических идей, но и оказывать регулятивное влияние на формирование научных концепций, состоящих из утверждений первого и второго типа. Критерием приемлемости метафизических доктрин, по Д. Уоткинсу, является их согласие с существующей наукой, хотя он допускает и влияние чисто прагматических и моральных соображений при оценке и отборе метафизических концепций.

Проблема научной рациональности в постпозитивистской философии

Еще одна из проблем, интерес к которой может охарактеризовать постпозитивистскую философию науки, это проблема научной рациональности. Случайности в этом нет, так как для основателя критицизма К Поппера преодоление иррационалистических выводов Д.Юма относительно природы научного познания является сверхзадачей при построении его концепции науки. Сам критицизм иногда именуется критическим рационализмом в силу отождествления многими его представителями рациональности с критическим отношением. В постпозитивизме рациональность научного мышления интерпретируется К. Поппером как решение судьбы пробных теорий посредством апелляции к формально-логическим процедурам мышления и опыту, иными словами, в его понимании – она отождествляется с логической принудительностью наших решений, касающихся судьбы наших положений. Идеи К. Поппера получили свое развитие в работах У. Бартли, который пересмотрел две идеи Поппера – понимание критикабельности и подход к обоснованию рационализма. Как вывод, У. Бартли приходит к мысли, что необходимо выработать более общий критерий, который может быть приложим ко всей совокупности логически связанных утверждений – метафизических, научных, теологических, этических – с помощью которых можно было бы отделять теории сомнительные, от тех которые заслуживают серьезного обсуждения. В качестве данного критерия он предлагает рассматривать критикабельность в широком смысле, под которой он имеет в виду, отсутствие у рациональных теорий «встроенных приспособлений для избегания или отклонения критических аргументов, все равно эмпирических или каких-либо других». Однако, определенных критериев, У. Бартли не формулирует, приводя лишь примеры.

Что касается подхода У. Бартли к обоснованию рационализма, то он предлагает синтезировать критический рационализм с всеохватывающим. Итогом такого синтеза является доктрина панкритического рационализма, где любое положение отстаивается рационально, если оно открыто для критики. Идеи Поппера и Бартли получили свое развитие в работах немецких философов, таких как Г.Альберт и Х. Шпинер.

Однако во всем этом существует достаточно противоречий, которые возникают в связи с непоследовательностью взглядов представителей этого направления. Непоследовательность существует между исходным идеалом рациональности, который большинство постпозитивистов провозглашают номинально, и теми фактическими представлениями о научной рациональности, которые вытекают из их концепций. В свете всего этого можно понять разочарование П. Фейерабенда в критической концепции рациональности.

Заключение

Постпозитивисты в своей философии науки дали определение науки как самостоятельной, относительно замкнутый вид познавательной деятельности, который происходит в отрыве от практической деятельности человека и вне ее сопоставления с другими видами духовно-практического освоения мира. Это привело к тому, что истоки научной рациональности они были вынуждены искать внутри науки, в ее формально-логической структуре, исключая рассмотрение собственно философских, гносеологических аспектов проблемы, в частности проблемы рациональности человеческой деятельности в целом.

Основным направлением науки постпозитивизма стало направление –критицизма, однако все кардинальные проблемы методологии научного познания, с которыми не смог справиться логический позитивизм остались неразрешимыми и критицизмом, то есть постпозитивизмом. Осознание данного факта представителями данного направления привело к тому, что большинство их представителей пытались в своих последних работах представить низвести ценность самих методологических исследований.

При этом при всем своем отрицательном отношении к позитивизму постпозитивизм не выходит за рамки позитивистской традиции в решении целого ряда фундаментальных проблем.

Однако в работах постпозитивистов можно отметить ряд новых идей, которые ознаменовали прогресс в философии науки: идея роста или развития научного знания, подчеркивание относительно самостоятельной роли теоретического мышления в научном познании, идея необходимости для методологии науки союза с историей науки, признание роли философии в развитии научного знания.

Что позволяет в рамках постпозитивистской философии науки решать достаточно большой ряд проблем.

Список литературы

  1. Кохановский В.П. Философия и методология науки. Учебник для высш. уч. зав. – Ростов н/Д: Феникс, 1999. – 576с.
  2. Канке В.А. Основные философские направления и концепции наук. Итоги ХХ столетия. – М.: Логос, 2000. – 320с.
  3. Современная западная философия: Словарь. / Сост. Малахов В.С., Филатов В.П. – М: Политиздат, 1991. – 414с.
  4. Будко В.В. Адекватность научного познания. – Харьков: «Основа», 1990.
  5. И. Лакатос Методология научных исследовательских программ // Вопросы философии. – №4. – 1995. – С. 136-154
  6. .И. Лакатос Доказательства и опровержения. – М.: Наука, 1967.
  7. Швырев В.С. Теоретическое и эмпирическое в научном познании.– М.: Наука, 1978. – 156с.
  8. Панин А.В. Диалектический материализм и постпозитивизм .– М.: Изд-во Московского ун-та,1981. – 240с.
  9. Кун Т. Структуру научных революций.– М.: Наука, 1977.
  10. Современная буржуазная философия. Учеб. пособ. / Под ред. А.С. Богомолова, Ю.К. Мельвиля, И.С. Нарского.– М.: «Высшая школа», 1978.
  11. Желнов М.В. Критика гносеологии современного неотомизма.–М.:«Высшая школа», 1971.