Психология ребенка в изображении А.П. Чехова

МИНОБРНАУКИ РОССИИ

ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ

БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ

«БАШКИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ

УНИВЕРСИТЕТ ИМ.М.АКМУЛЛЫ»

Институт филологического образования и межкультурных коммуникаций

Кафедра русской литературы

КУРСОВАЯ РАБОТА ПО РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ

ПСИХОЛОГИЯ РЕБЕНКА В ИЗОБРАЖЕНИИ А.П. ЧЕХОВА

Антоновой Марии Геннадьевны

Научный руководитель:

д.ф.н., проф. Рамазанова Г. Г.

УФА 2016

СОДЕРЖАНИЕ

Введение

Глава I. Антон Павлович Чехов и детская литература

1. Место чеховских рассказов о детях в русской детской литературе

2. Мир детства в произведениях А.П. Чехова

Глава II. Анализ рассказов А.П. Чехова

1. «Гриша»

2. «Мальчики»

3. «Устрицы»

Заключение

Список использованной литературы

ВВЕДЕНИЕ

Общенародное признание творчества А.П.Чехова возрастает от десятилетия к десятилетию. Перед нами раскрываются все новые и новые грани художественного мира писателя. Немало страниц в научных трудах посвящены рассказам Чехова и повестям о детях и для детей.

В изображении мира детства Чехов продолжает традиции Л. Н. Толстого, связанные с проникновением в психологию ребёнка, с раскрытием «диалектики его души» («Ванька», «Спать хочется», «Беглец», «Детвора», «Мальчики»).

Мы знакомимся с А.П. Чеховым еще в раннем детстве: грустная и смешная история Каштанки вводит маленьких читателей в прекрасный мир искусства. А затем автор «Степи», «Дуэли», Дамы с собачкой», «Ионыча», «Вишневого сада» сопровождает нас всю жизнь.

На тему «Психология детей в рассказах А.П. Чехова» было написано немало статей и анализов, так же рассказы легли в основу многих диссертационных работ, что показывает нам, что изученность темы моей курсовой работы и общественного отклика на нее находится на высоком уровне. Однако, на настоящее время актуален выросший в современном мире интерес к человеческой личности, общечеловеческим ценностям и, в связи с этим, к проблеме традиций русской классики, в частности, творчества Чехова, посвященного детям, что составляет актуальность курсовой работы.

15 стр., 7033 слов

Концепт ‘любовь’ в рассказе А.П. Чехова ‘Дама с собачкой’

Концепт "любовь" в рассказе А.П. Чехова "Дама с собачкой" Содержание Введение Глава I. Теоретические основы изучения творчества А.П. Чехова .1. Реализм А.П. Чехова .2. Разработка А.П. Чеховым концепта «любовь» Глава II. Анализ разработанности концепта «любовь» в рассказе А.П. Чехова «Дама с собачкой» .1. Краткая характеристика рассказа А.П. Чехова «Дама с собачкой» .2. Своеобразие разработки темы ...

Для своего исследования кроме книги В. Б. Катаева [1,с.112], так же были использованы: электронный цитатник «Центральная городская публичная библиотека имени А. П. Чехова [2] и принципы анализа из электронной книги А. Б. Есина «Принципы и приемы анализа литературного произведения». [3,с. 225]

Целью курсовой работы является изучение психологии ребенка в рассказах А.П. Чехова. В связи с обозначенной целью определились следующие задачи:

1. Прочитать и проанализировать критическую и исследовательскую литературу о творчестве А. П. Чехова.

2. Проанализировать и охарактеризовать изображение поведения детей в рассказах А.П. Чехова.

Значимость данной работы объясняется тем, что курсовая расширяет и уточняет современные представления о проблеме детства. Материалы курсовой работы могут быть использованы при дальнейшем изучении детской литературы.

Структура работы: В первой главе решаются первые две из поставленных задач. Во второй главе представлен анализ произведений (приведены некоторые отрывки текста и цитаты).

В заключении обобщены собранные сведения и отражены результаты анализов.

ГЛАВА I. А.П. ЧЕХОВ И ДЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА

1. Место чеховских рассказов о детях в русской детской литературе

А.П. Чехов, любивший детей, создавший столько ярких детских образов, поставивший в своих произведениях столько важных педагогических вопросов, не мог не заинтересоваться такой областью воспитательной работы, как детское чтение.

Чехов был близок к издававшимся в его время журналам «Детский отдых» и «Детское чтение» (в последнем был напечатан его рассказ «Белолобый»).

21 стр., 10182 слов

Психолого-педагогическая помощь детям, страдающим ранним детским аутизмом

Государственное Образовательное Учреждение высшего Профессионального Образования «Магнитогорский Государственный Университет» Факультет Педагогики и Методики начального образования Кафедра логопедии и методик оздоровительной работы Курсовая работа на тему: «Психолого-педагогическая помощь детям, страдающим ранним детским аутизмом» Выполнила: Астахова Олеся Проверила: Сунагатуллина И.И Магнитогорск ...

Не случаен тот факт, что с Чеховым были знакомы и дарили ему свои книги видные педагоги и даже составители и издатели учебников, хрестоматий, — X.Д. Алчевская, В.П. Вахтеров, И.И. Горбунов-Посадов, Д.И. Тихомиров и др. Все это характеризует широкие педагогические интересы Чехова.

Когда умер Антон Павлович, редакция журнала «Детское чтение» откликнулась на смерть писателя некрологом, в котором отмечалось: «Со смертью Антона Павловича Чехова русская литература понесла тяжелую утрату, а русское общество лишилось человека искреннего, любившего детей, понимавшего их душу, интересы и написавшего целый ряд чудных рассказов про детей и для детей».[4, с.23]

Чехов вошел в историю детской литературы, как автор замечательных произведений для детей. Чехова следует считать и своеобразным критиком детской литературы. Об этом свидетельствуют не только его литературно-критические замечания в письмах к детским писателям. Можно рассматривать шутки-пародии Чехова на детскую литературу как проявление не только юмористического дарования писателя, но и критического отношения к современной детской литературе.

Еще в 1882 году Чехов выступил в печати с юмореской «Сборник для детей», которая представляет собою остроумную пародию на низкопробную детскую литературу с ее фальшивым изображением жизни. Весь «Сборник для детей» — и предисловие, и отдельные рассказы, и заключение — пронизан ярко выраженным чувством юмора. Предисловие дает тон всему сборнику: «Милые и дорогие дети! Только тот счастлив в этой жизни, кто честен и справедлив. Мерзавцы и подлецы не могут быть счастливы, а потому будьте честны и справедливы… Привожу вам в назидание несколько сказок и повестей» [5, с.14].

Назидательность явственно звучит в содержании и даже в названиях сказок и повестей, составляющих сборник: «Наказанная скупость», «Достойное возмездие», «И за зло нужно быть благодарным» и т.п. А в заключение дается краткая концовка с моралью: «Итак, дети, добродетель торжествует»[5, с.213].

Чехов считал, что произведения для детей должны носить печать литературного таланта, заключать в своем существе простое содержание без навязчивых поучений.

Может показаться непонятным и его признание: «Писать для детей вообще не умею… и так называемой детской литературы не люблю и не признаю. Детям надо давать только то, что годится и для взрослых. Андерсен, Фрегат Паллада, Гоголь читаются охотно детьми, взрослыми также»[6, с.25].

8 стр., 3818 слов

Тема детства в рассказах А. П. Чехова: этико-психологические аспекты

... мира на детскую душу. В рассказах Чехова о детях можно выделить два основных аспекта: 1) восприятие мира глазами ребенка и 2) восприятие взрослыми детского мира. Чехов изображает ... романтизма, поэтичности детской души, непосредственности детского сознания, и некий знак одиночества человека, вступающего в жизнь. Одна из главных идей рассказов Чехова о детях в том ...

Дело в том, что под «так называемой детской литературой» Чехов подразумевал адресованные детям нехудожественные моралистические книжки того времени. Поясняя свою позицию, писатель продолжал: «Надо не писать для детей, а уметь выбирать из того, что уже написано для взрослых, т.е. из настоящих художественных произведений», подобно тому, как нет надобности «выдумывать для больного какое-то особое лекарство только потому, что он ребёнок», достаточно «уметь выбирать лекарство и дозировать его»[7, с.14].

Собственно для детей А.П. Чехов предназначал только два своих творения: «Каштанка» и «Белолобый». Это подтверждают строки из письма к издателю Г.И. Россолимо, просившему писателя выслать для публикации в сборнике его детские рассказы. «То, что у меня, по — видимому, подходит для детей, — две сказки из собачьей жизни, посылаю вам заказной бандеролью. А больше у меня, кажется, нет ничего в этом роде…» [6, с.42]

Подобное определение жанра вышеназванных рассказов не случайно. А.П. Чехов прекрасно разбирался в литературных приоритетах подрастающего поколения и, конечно, знал, что любимым жанром детей является сказка, привлекающая юных читателей занимательным сюжетом и чудесными приключениями героев. Присущ этим рассказам и элемент таинственности, также характерный для многих сказок.

В полном соответствии с рекомендациями Антона Павловича, некоторые из его рассказов были выбраны для детского чтения и стали классикой литературы для детей. Сам автор рекомендовал для детского сборника свои рассказы «Каштанка» и «Белолобый». Множество рассказов писателя никогда не входили в детские сборники, но именно они нравятся детям. Это смешные рассказы из ранних сборников Антоши Чехонте: «Письмо к ученому соседу», «Радость» и так далее.

С другой стороны, среди рассказов Чехова есть произведения, в которых дети являются главными персонажами, или события описаны сквозь призму детского восприятия, но именно эти рассказы детскими назвать нельзя.

1 стр., 486 слов

Психотерапевтические функции детского рассказа

Мищенко Е. А. Обращаясь к анализу психологических проблем нормального детства, проявляющих себя в практике возрастно-психологического консультирования, мы зачастую включаем в их число проблемы распространенные, типичные, свойственные если не большинству, то значительной части детей. К настоящему времени в детской психологии разработан большой арсенал методик, направленных как на установление ...

Кроме двух «сказок из собачьей жизни», написанных Чеховым специально для детей, отдельные его рассказы о детях также могут служить интересным и денным материалом для детского чтения. Так, для детей среднего школьного возраста вполне доступны такие рассказы, как «Мальчики», «Ванька», «Спать хочется». Юные читатели смогут понять и сочувственно переживать жизненные судьбы маленьких героев этих рассказов, их печали и радости.

Чехов затрагивал проблемы детской литературы не только в своих письмах и в юморесках, но и в пародиях на современную детскую литературу. Отдельные его произведения о детях и для детей своим содержанием и художественными особенностями отвечали на существенные вопросы, которые всегда интересовали детских писателей, — о воспитательной силе произведений для детей, о занимательности, о приключенческом жанре, и о языке

У Чехова наши детские писатели могут научиться многому: глубокому изучению мира детства — специфической области «человековедения»; искусству проникновения в детскую психологию, во все «тайные» уголки детской души; пропаганде высоких этических и эстетических идеалов художественными средствами, без прямолинейной навязчивой дидактики. Созданию высокохудожественных, содержательных и в то же время занимательных произведений для детей.

2. Мир детства в произведениях А.П. Чехова

Чехов как создатель образа детского мира в прозрачности и лирической насыщенности письма следует за Л. Н. Толстым, С. Т. Аксаковым, В. Г. Короленко. В то же время преимущественное внимание к боли, беде, одиночеству сближает его с Ф. М. Достоевским, М. Е. Салтыковым-Щедриным, Г. И. Успенским, В. М. Гаршиным.

Не выделяя для себя отдельно детской темы, А. П. Чехов ввел ребенка в круг своих персонажей. Наиболее интенсивно он писал рассказы о детях во второй половине восьмидесятых годов: «Детвора», «Ванька», «Событие», «Кухарка женится», «Беглец», «Дома», «Гриша», «Мальчики», «Спать хочется», «Житейская мелочь», «На страстной неделе» и другие. В 1889 году вышел сборник под названием «Детвора», куда вошли рассказы «Детвора», «Событие», «Ванька», «Беглец», «Спать хочется», а также повесть «Степь». Эти рассказы неоднородны, в них действуют дети разного возраста и социального положения, создается разный эмоциональный тон. Некоторые представляют собой небольшой психологический этюд. В «Грише» в центре внимания — ничем не примечательная прогулка трехлетнего мальчика, в «Детворе» — несколько разновозрастных детей играют вечером в лото, а потом нечаянно засыпают на маминой кровати. Такие рассказы просто передают детское мировосприятие, обаяние детства, не поднимая серьезных проблем.

12 стр., 5948 слов

Мотивация труда работников бюджетной сферы на примере МБДОУ центр развития ребенка — детский сад №16 ‘Колокольчик’

Содержание Введение Глава I. Теоретические основы процесса мотивации .1 Мотивация: понятие и сущность .2 Факторы, влияющие на мотивацию труда .3 Недостатки системы мотивации Глава II. Совершенствование мотивации труда на примере МБДОУ центр развития ребенка - детский сад №16 «Колокольчик» .1 Общая характеристика организации .2 Анализ системы мотивации труда в организации .3 Рекомендации по ...

Другим произведениям свойственен драматизм положения ребенка во взрослом мире, часто они изображают жестокость этого мира по отношению к детям. Это в первую очередь «Ванька» и «Спать хочется», где детям — сиротам приходится тяжело работать в чужом доме. В целом же в центре внимания чеховского рассказа о детях — противопоставление двух равных по значимости миров, детского и взрослого. Поэтому персонаж-ребенок в пределах чеховской прозы 80-х гг. не находится в изоляции от других персонажей, а действует наравне с ними в сложном и многосоставном мире.

Чехов предстает как знаток детской психологии и поведения. Поражают его наблюдательность, фантазия, дар перевоплощения, умение смотреть на мир глазами героев. Писатель передает свежесть детского взгляда, острую способность видеть красоту (ведь даже тусклые краски в детском восприятии всегда остаются яркими).

Каждый ребенок в представлении Чехова — это личность со своими вполне определенными чертами, интересами, привычками, способностями. Дети независимо от возраста остаются во многом беспомощными, но они бескорыстней, чем взрослые, с большей готовностью способны прощать окружающих. Их души мягче. Поэтому окружающий мир, в котором так мало доброты, тепла и любви, часто им непонятен, чужд и страшен.

13 стр., 6351 слов

Социальная активность ребенка детского сада как средство нравственного воспитания

Курсовая работа Тема Социальная активность ребенка детского сада как средство нравственного воспитания Выполнил: студентка 3 курса заочная форма обучения Кузьмина Тамара Введение Личность - категория преимущественно историческая и социальная. Ее формирование предопределяется как генетической, так и социальной программами, которые органически взаимосвязаны. Так по мере развития общества, перехода ...

Изображенные Чеховым дети — часто существа страждущие или же угнетенные и подневольные. Чехов писал о том, что хорошо знал, наблюдал, выстрадал. Он сопереживал, сочувствовал детям, остро ощущая их несчастье, чеховские дети — герои вызывают в читателе не просто грусть, но боль и тоску.

Для Чехова мир ребенка — это особый мир, дети у него — особые люди. Чехова не привлекала литература собственно детская, но его крайне волновала сама стихия детства, притягивал внутренний мир детей, еще не испорченный влиянием общественной среды.

Большинство рассказов Чехова, вошедших в круг детского чтения, посвящено жизни ребят.

Забота о подрастающем поколении, о его воспитании отражена во многих произведениях писателя, свыше двадцати рассказов о детях написано им. Герои этих произведений — обычные дети. Ситуации, лежащие в основе повествования, позволяют писателю не только раскрыть с достаточной полнотой и реалистичностью характера ребёнка, но и показать социальные условия, формирующие этот характер, а, следовательно, поставить перед читателем важные педагогические проблемы.

Одна из главных идей рассказов Чехова о детях в том, что уже в раннем возрасте ребенок обладает вполне определенными чертами характера, более того, во многом это уже сформировавшаяся личность. Но при этом дети еще далеки от жизни взрослых, у них нет опыта, нет затянувшихся душевных ран, неизбежно возникающих с возрастом, пока человек «обтесывается» об острые углы жизни. Они живут в своем наивном мире, полном добра, любви, иллюзий, доверия.

Детская душа чутка ко всему хорошему, и счастливое состояние души, как правило, присуще ребенку постоянно, это одно из существенных его отличий от взрослого. Но когда гармонию детского мира с его бесхитростными помыслами нарушают равнодушие и хладнокровие взрослых, доверчивость к жизни начинает колебаться. Пошлость и жестокость взрослых постепенно гасят искру Божью в душе маленького человека.

Возникает еще одна и не менее значимая тема. Трудности человеческого общения, прежде всего общения между отцами и детьми, людьми разных поколений, начинаются не вдруг, не в зрелом возрасте; истоки этого процесса коренятся именно в детстве. И возникают эти трудности от нежелания, а нередко от невозможности взрослых воспринять мир ребенка, от их невнимания к детской душе. «В мире каждого писателя всегда есть свое особое зло, от которого страдают его герои. У одного писателя это бедность, у другого — несправедливость, у третьего — жестокость. У Чехова… существенным злом является одиночество. Писатель показывает людей, одиноких буквально… и людей, одиноких среди близких… Неблагополучие в семейной жизни в произведениях Чехова чаще всего выражается не в притеснении, издевательстве или в других подобных формах зла, которые могут принести люди своим близким, а в отчуждении, равнодушии и взаимном непонимании» [10, с.87].

Чехов прибегает к простым и лаконичным средствам, сразу вводит читателя в суть происходящего. Хорошо сказал об этом качестве его поэтики В. Набоков: «Чехов входит в рассказ… без стука. Он не мешкает…» [8, с. 330].

В рассказах Чехова о детях с большой горечью говорится о невоспитанности взрослого мира, который истребляет в человеке самые человечные качества, обучает его порокам. Отсюда и неправильное восприятие взрослыми детского мира, полного доброты, любви, сочувствия, искренности, правды. Взрослым непонятна детская душа, но часто они и не желают ее понять. Порой своими словами и поступками взрослые неосознанно травмируют душу ребенка, обрекая его на одиночество («Событие», «Житейская мелочь», «Отец семейства»).

В то же время часто взрослые бессильны, даже когда стремятся к этому, разобраться в детской душе: попытка понять детскую натуру, простую и одновременно сложную, кончается ничем («Дома»).

Однако не только взрослые воспитывают детей, но и дети воспитывают взрослых, которые усваивают черты детскости, учатся у детей быть радостными, добрыми, живыми. Ведь душа детей всегда жаждет любви, заботы, ласки, справедливости, понимания. И только там, где это есть, гармоничны отношения между взрослыми и детьми («Беглец», «День за городом»).[9, с.289]

Произведения Чехова о детях — пример столкновения простодушного мира детей с миром взрослых, который во многом им чужд и непонятен. Мастерски перевоплощаясь в своих маленьких героев, писатель умеет смотреть на окружающий мир широко раскрытыми глазами детей, но замечает, конечно, гораздо больше того, что способна вместить и понять бесхитростная детская душа. «Писатели-художники часто хорошо помнят многое такое из детства, что нами, обыкновенными людьми, забывается. Это надо сказать и о Чехове, который вдобавок к этому глубоко понимает детскую натуру и любит детей», — писал В. А. Гольцев. [10, с. 169]

События, которые рисует Чехов в рассказах о детях, — обыкновенные житейские истории, знакомые читателю. Но, преломляясь через призму детского сознания, эти «истории» открывают перед нами своеобразие детского восприятия окружающих и окружающего, непосредственность реакции, идущей больше от чувства, чем от разума, особую внимательность, интерес к тем «пустякам», которые совершенно не волнуют взрослых. Есть тут, конечно, некий элемент писательской мечты и утопии.

Повсюду в повествование вкраплена по-детски наивная образность, с ее помощью автор достигает иллюзии детского взгляда на события. С помощью характерных «чеховских» художественных средств он мастерски передает детское восприятие мира, тонко подмечая его особенные черты: «…Примелькавшиеся вещи и поступки соотнесены с неожиданной шкалой мерок и ценностей; мир как бы увиден заново, то, что привычно и узаконено во взрослом мире, обнаруживает свою относительность…» [1, с.47].

Детские рассказы Чехова — одна из форм выражения идеала писателя, художественная конструкция взаимосвязей между людьми вообще. Своими рассказами о «недетской» жизни детей писатель взволнованно говорил о том, что дети вправе быть собой, что детство должно быть действительно детством. Размышляя о детях, писатель думал о взрослых проблемах, ставших для него больными вопросами. Детская тема у Чехова связана с коренными его размышлениями о нескладной жизни, о корысти и расчете, отравляющих жизнь людей. И в то же время — это круг его раздумий о человеческой и природной красоте, о вольных и счастливых людях, о самом счастье.

ГЛАВА II. АНАЛИЗ РАССКАЗОВ А.П. ЧЕХОВА

психология ребенок чехов литература

А.П. Чехов был писателем, который умел передавать особенности детской психологии и мировоззрения. В данной курсовой работе рассмотрено и проанализировано три рассказа: «Гриша», «Мальчики», «Устрицы».

1. «Гриша»

Рассказ Чехова о маленьком мальчике по имени Гриша был создан в 1886 году и опубликован в юмористическом журнале «Осколки».

Гриша — «маленький пухлый мальчик, родившийся два года и восемь месяцев тому назад, гуляет с няней по бульвару». Он совсем еще не говорит, поэтому не может объяснить свои впечатления от прогулки. До прогулки Гриша знал только «четырехугольный мир» своей детской, где за нянькиным сундуком «очень много» разных вещей. [11, с.83]

Новый и неведомый мир оказывает на Гришу глубокое впечатление, он бросает взгляд в разные стороны, стараясь увидеть все и сразу и за всем успеть. «Страннее и нелепей всего для него — лошади. Гриша глядит на их двигающиеся ноги и ничего не может понять». [11, с.83]

С какой же изумительной чуткостью Чехов передает Гришино восприятие этого нового мира!

После долгой прогулки Гриша пытается рассказать «маме, стенам, кровати, где он был и что видел. Говорит он не столько языком, сколько лицом и руками».[11, с.83] Впечатления Гриши собрались в кучу и давят на него. Прогулка настолько потрясла его, что вечером он не может уснуть и плачет.

В рассказе Чехова персонаж еще слишком маленький, что бы проследить становление его характера. Писатель говорить лишь о том, какое впечатление произвела на него окружающая действительность. Чехов как бы отождествляет себя с ребенком, вживается в его образ, и все действующие лица изображены через восприятие самого автора.

В мире, окружающем Гришу, кажется, есть все, что нужно ребенку: мама, папа, няня, тетя, кошка, кукла и другие игрушки, детская, забота, ухаживание за ним, — но нет в нем главного — нет чувств любви родных и близких, рождающей понимание, что мама, папа, тетя, няня — особенные, единственные на всем свете. Отсюда, вероятно, и объяснение того, почему он одет не по погоде, и вопросы и недоумения Гриши, вызываемые улицей.

Автор подчеркивает, как важно родителям понимать, что происходит с их детьми, быть внимательными к ним. При изображении мира в рассказах о детях Чехов выбирает детскую точку зрения, описывает его глазами ребенка. При описании дома каждая комната сначала называется на языке трехлетнего Гриши, и только затем появляется привычное слово: «четырехугольный мир, где в одном углу стоит его кровать…» — «детская», «пространство, где обедают и пьют чай» — «столовая», часы, «существующие для того только, чтобы махать маятником и звонить», «комната, где стоят красные кресла», «за этой комнатой есть еще другая, куда не пускают и где мелькает папа». Няня и мама понятны: они одевают, кормят и укладывают спать, но для чего существует папа — неизвестно. «Еще есть другая загадочная личность — это тетя, которая подарила Грише барабан. Она то появляется, то исчезает. Куда она исчезает? Гриша не раз заглядывал под кровать, за сундук и под диван, но там ее не было». [11, с.83]

Таким образом, автор указывает на условность, ссылаясь на детское восприятие. Такой прием изображения называется остранение. Остранение — термин, введенный В.Б. Шкловским в статье «Искусство как прием». Шкловский так определяет прием остранения: «не приближение значения к нашему пониманию, а создание особого восприятия предмета, создание «видения» его, а не «узнавания». Прием остранения имеет своей целью «вывод вещи из автоматизма восприятия» [12, с. 15]. Это представление привычного предмета в качестве незнакомого, необычного, странного, что позволяет нам воспринимать его заново, как бы впервые.

В рассказе «Гриша» нет оценки самого автора, текст наполнен только эмоциями и впечатлениями. Чехов использует прием «цитирование» слов из прямой речи.

Эмоциональный мир ребенка добр, инициативен и смел, и как только нянька увлекается беседой «с человеком со светлыми пуговицами»,малыш с радостью и увлечением втягивает в себя впечатления окружающего: «Блеск солнца, шум экипажей, лошади, светлые пуговицы — все это так поразительно ново и даже страшно, что душа Гриши наполняется чувством наслаждения, и он начинает хохотать. [11, с.84]

Чувство наслаждения и веселое настроение вскоре меняются на противоположные, когда нянька и «человек со светлыми пуговицами» приводят Гришу к кухарке в комнату, где горячая печка и много дыма. Взрослые занимаются своими делами, а Грише, укутанному, становится невыносимо жарко и душно. Он просится к маме, но нянька кричит на него: «Ну, ну, ну!.. Подождешь!» Потом нянька, кухарка, «человек со светлыми пуговицами» пьют вино, едят пирог, чокаются, кухарка дает и Грише «отхлебнуть из своей рюмки. Он таращит глаза, морщится, кашляет долго, потом машет руками, а кухарка глядит на него и смеется». [11, с.84]

Неудивительно, что ребенок после такой прогулки заболел: «Вечером он никак не может уснуть. Солдаты с вениками, большие кошки, лошади, стеклышко, корыто с апельсинами, светлые пуговицы — все это собралось в кучу и давит его мозг. Он ворочается с боку на бок, болтает и, в конце концов, не вынося своего возбуждения, начинает плакать».

«А у тебя жар! — говорит мама, касаясь ладонью его лба. — Отчего бы это могло случиться? — Печка! — плачет Гриша, — пошла отсюда, печка! Вероятно, покушал лишнее… — решает мама».

Какой горькой иронией заканчиваются финальные строчки рассказа: «И Гриша, распираемый впечатлениями новой, только что изведанной жизни, получает от мамы ложку касторки».[11, с.84]

Этот чудесный, тонкий и гуманный рассказ был хорошо встречен критикой. Один из рецензентов писал: «А какой глубиной анализа и скрытой любви проникнут рассказ «Гриша», где крошечный человечек впервые сталкивается с обширным внешним мир, в котором до сих пор для него существовали только для мама, няня и кошка!» «Дети и детская душа выходят у Чехова поразительно». [13, с. 91]

2. «Мальчики»

Большой интерес для детских писателей должен представлять и рассказ Чехова «Мальчики», где автор поставил важный вопрос о воспитательном воздействии романтики и приключенческой литературы для детей.

«Мальчики» — рассказ, написанный в 1887 году. Впервые был опубликован 21 декабря 1887 года в «Петербургской газете» № 350 с подзаголовком и с подписью — псевдонимом А. Чехонте.

Рассказ А. П. Чехова «Мальчики» — прозаическое произведение. Основной темой является желание мальчиков совершить путешествие в далекую страну. Гимназисты — второклассники, начитавшись романов об индейцах, решили убежать в Америку.

Чехов не осуждает грандиозные планы детей, справедливо полагая, что это подростковые фантазии. Понимая естественность увлечения детей, он писал в статье, посвященной Н. М. Пржевальскому: «Изнеженный десятилетний мальчик-гимназист мечтает бежать в Америку или Африку совершать подвиги — это шалость, но не простая… Это слабые симптомы той доброкачественной заразы, какая неминуемо распространяется по земле от подвига». [14, с.12]

Писатель поднимает в рассказе проблему настоящих семейных ценностей, рассуждая о взаимоотношениях детского и взрослого миров.

В рассказе два главных героя — Володя Королев и господин Чечевицын. Господин Чечевицын — это не взрослый человек, это мальчик, как и Володя. Но он более замкнутый и серьезный, поэтому его никогда не называют по имени. Чечевицын приехал на каникулы к Володе домой.

Чехов дает характеристику своим героям через портрет. Так как характеры героев разные, их портреты различаются. Различают два вида портрета: внешний и внутренний. Внешний — описание внешности героя, и внутренний, когда автор показывает характер героя, его мысли и чувства.

На протяжении всего рассказа Чехов противопоставляет главных героев. Володю автор описывает несколькими словами: он «всегда веселый и разговорчивый», «пухлый, как укушенный пчелой». Второй же мальчик — Чечевицын — описан подробно: он «был такого же возраста и роста, как и Володя, но не так пухл и бел, а худ, смугл, покрыт веснушками. Волосы у него были щетинистые, глаза узенькие, губы толстые, вообще был он очень некрасив, и если бы на нем не было гимназической куртки, то по наружности его можно было бы принять за кухаркина сына. Он был угрюм, все время молчал и ни разу не улыбнулся». [9, с.55]

Именно по такому описанию видно, что господин Чечевицын — непростой человек, со своими личными интересами и стремлениями. По его натуре видно, что он лидер.

Речевая характеристика господина Чечевицына соответствует его портрету: «Он сурово кашлянул, потер правой ладонью левую руку, поглядел угрюмо…только сильно надул щеки и сделал такой вздох, как будто ему было очень жарко… — Нет. Я Монтигомо Ястребиный Коготь, вождь непобедимых… сердито спрашивал… — Бледнолицый брат мой… гордо отвечал…» Володя же ведет себя не так, как обычно: за некой маской соответствия своему другу он прячет свою привязанность к родителям и мягкую, добрую душу. Поэтому Володя в свой приезд «вовсе не улыбался», «говорил мало», «расплакался». Мальчик не желает причинить боль другим, сомневаясь в своем решении («Мне хочется дома пожить»); ему трудно расстаться с родными, которых он очень любит. [9, с.55]

Завязка рассказа происходит тогда, когда вся семья собирается за столом пить чай, а мальчики при этом очень странно себя ведут: «Он (Чечевицын) о чем-то всё время думал и так был занят своими мыслями, что когда его спрашивали о чем-нибудь, то он вздрагивал, встряхивал головой и просил повторить вопрос… Девочки заметили, что и Володя, всегда веселый и разговорчивый, на этот раз говорил мало, вовсе не улыбался и как будто даже не рад был тому, что приехал домой». [9, с.55]

Дальнейшие события развиваются таким образом — мальчики обсуждают побег «куда-то в Америку добывать золото». Чечевицын уговаривает Володю уехать. Все эти события приводят нас к кульминации рассказа — мальчики не приходят на обед, родители Володи беспокоятся, ищут мальчиков в деревне и на реке.

Все эти тревожные события приводят нас к развязке — спустя сутки, мальчиков привозят домой. Володя раскаивается. Оказывается, что их задержали в Гостином Дворе, когда они искали, где купить порох. Эпилог рассказа происходит в момент отъезда Чечевицына. В знак памяти в тетрадке у Кати он написал: «Монтигомо Ястребиный коготь».

Неудачу своего замысла герои пережили по-разному. Володя был подавлен произошедшими событиями и глубоко раскаивался в них. Чечевицын, не привязанный к семейным ценностям и не обладающий чувством ответственности, напротив, был горд, так и не поняв, что заставил страдать близких людей.

В «Мальчиках» Чехов показал, прежде всего, живое влияние интересной приключенческой литературы на детей. Но в замысле автора ощущается еще одна, более глубокая мысль — о важной роли романтики в воспитании детей. Для Чехова стремление гимназиста бежать в Америку к индейцам не просто приключенческая затея, навеянная Майн-Ридом. Это проявление тяги детей к романтическому подвигу, которую так блестяще изобразил советский детский писатель Аркадий Гайдар.

Белинский говорил: «Для человека необходим период идеальных восторженных стремлений и порываний: перешедший через него может отрешиться от всего мечтательного и фантастического, но уже не может остаться животным даже в своих чувственных увлечениях, которые у него будут смягчены, облагорожены чувством красоты и примут характер эстетический».[15, с.92]

Думается, что эта мудрая мысль Белинского может объяснить самое существенное в идейном содержании рассказа «Мальчики». Показывая распространенный, типический для современной жизни случай, Чехов подчеркнул детское стремление к мечтательному и фантастическому как стремление вполне естественное, но встречающее столько препятствий в окружающей буржуазной действительности.

3. Устрицы

Впервые, рассказ «Устрицы», был напечатан в журнале «Будильник», в 1884 году с подзаголовком «Набросок».

В рассказе «Устрицы» главный герой — маленький мальчик восьми лет и трех месяцев, болен неизвестной болезнью, «которой нет в медицинских учебниках», и эта болезнь — голод. Развитие событий происходит на многолюдной улице, где на тротуаре под дождем и стоит со своим отцом этот маленький мальчик, у которого уже от своей болезни «подгибаются ноги, слова становятся поперек горла, голова бессильно склоняется на бок…». [16, с.42]

Мальчик стоит напротив дома с синей вывеской: «Трактир». Его голова слабо откинута назад и набок, и он поневоле смотрит вверх, на освещенные окна трактира. И в одном из окон мальчик увидел белеющее пятно, как вскоре он понял, что это была вывеска. Она заинтересовала его, и он прочитал: «Устрицы…». Слово показалось ему не знакомым, и он спросил у своего отца: «Папа, что значит устрицы?». [16, с.43] После ответа воображение мальчика не на шутку разыгрывается, он начинает представлять их, то, как вкусное блюдо, то, как противное. У мальчика начинается бред. И в бреду он начинает просить устриц. Ему было уже без разницы вкусные они или нет, ему просто надо было наполнить чем — то желудок. Крик мальчика привлек двух господ в цилиндре, и они со смехом наблюдают данную картину. « Ты, мальчуган, ешь устриц? В самом деле? Это интересно! Как же ты их ешь? Помню, чья-то сильная рука тащит меня к освещенному трактиру… Я сижу за столом и ем что-то склизкое, соленое, отдающее сыростью и плесенью. Я ем с жадностью, не жуя, не глядя и не осведомляясь, что я ем». [16, с.43]

Может быть, он и не страдал от голода, если бы его отец нашел работу или хотя бы убил свое самолюбие и гордость, которые мешали ему просить милостыню. Отец не хотел выглядеть бедным и всячески скрывал это: «боясь, чтобы люди не увидели, что он носит калоши на босу ногу, натянул на голени старые голенища», он стыдился своей бедности, но мальчик любит его таким, какой он есть, несмотря на то, что он «суетный человек», «бедный, глуповатый чудак». [16, с.43]

В этом рассказе показана жестокость взрослых по отношению к ребёнку, они с удивлением смотрят и смеются, видя, как он возится с устрицами, хотя могли бы пожалеть его и накормить нормальной едой, а не экзотическим животным, или просто дать денег.

Казалось бы, здесь тоже показана смешная ситуация, когда оголодавший мальчик налетает на устрицы с такой жадностью, что начинает их есть вместе с раковинами, вызывая этим любопытство и смех образовавшейся толпы. В действительности всё выглядит очень трагично, вызывает жалость и сострадание к ребёнку и чувство отвращения к взрослым, для которых данная ситуация является будничным явлением.

Неизвестно, что будет с мальчиком в дальнейшем, ведь он может погибнуть. Это и добавляет трагизма данной истории. Многие дети страдают от голода, умирают и редко кому улыбается удача.

Чехов относил рассказ «Устрицы» к числу «серьезных» этюдов. 18 января 1886 г., посылая В. В. Билибину «Устрицы» для сборника «Пестрые рассказы», он определил свою задачу как профессионально медицинскую — то есть, очевидно, как изображение физического и душевного самочувствия человека в состоянии крайнего истощения: «Один рассказец, не вошедший в транспорт, при сем прилагаю… Присовокупите его к общей массе… Прочтите его, если хотите: в этом рассказе я пробовал себя как medicus». Рассказ не встретил одобрения у Билибина. 22-23 января он писал Чехову: «Ваш транспорт с вырезками Лейкин получил, я ему передал очерк «Устрицы» (который не лучше других Ваших рассказов)». [17, с.169]

В. А. Гольцев в статье «А. П. Чехов. (Опыт литературной характеристики)» привел рассказ «Устрицы» как пример глубоко гуманного отношения к изображаемому; уже в ранних произведениях Чехова «чувствуется именно человек ‹…› Вспомните рассказ о том, как бедного, умиравшего с голоду ребенка два сострадательных господина в цилиндрах, потехи ради, обкормили устрицами…» [10,43].

Рассказ назван «Устрицы», потому что Чехов использует сочетание несочетаемого: изысканное блюдо и очень голодный ребенок. Этот контраст и лежит в основе рассказа, построенного на противоположностях.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Чеховские произведения лишены учительства. Чехов не собирался учить и навязывать свое мнение. Его рассказы пронизаны состраданием к людям, в лирической, щемящей, всепрощающей чеховской жалости.

Его произведения призывают к отзывчивости, сопереживанию. Писатель надеется, что у читателя откроется «второе зрение», и он будет видеть между строк.

Чеховских героев сложно понять, еще сложнее оценить, потому что они не напоминают нам те привычные образы русской классики, которые воплощали в своем характере авторскую идею.

В чеховских рассказах нет положительных или отрицательных героев, все они «случайные» люди в «случайных» ситуациях. Свои произведения Чехов писал совершенно особым, неповторимым языком.

Дети у Чехова вызывали особый восторг. Именно поэтому о них написано так много рассказов и повестей.

Дети у Чехова — выразители высоких принципов морали, человечности, противостоящих установившимся шаблонам житейского поведения, обязательными предрассудками.

Рассказы Чехова о детях, лишенных детства, оказали большое влияние на развитие общественного сознания конца XIX века. Созданные в духе прогрессивных традиций критического реализма, они с предельной остротой ставили вопрос о несправедливости социального неравенства, об ответственности общества перед самым молодым его поколением. Вслед за Чеховым в конце XIX — начале XX века эту тему развивали и углубляли в своих произведениях многие писатели.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Катаев В.Б. Проза Чехова: проблемы интерпретации. Изд. МГУ, 1979. 326 с.

2. Центральная городская публичная библиотека имени А. П. Чехова [Электронный ресурс] Режим доступа:

http://www.taglib.ru/chehov/o_chehove.html (Дата обращения: 20.06.2016)

3. А. Б. Есин «Принципы и приемы анализа литературного произведения, 3-е изд. — М.: Флинта, Наука, 2000, 248 с.

4. Антон Павлович Чехов: некролог // Детское чтение, 1904, № 8, 1028 с.

5. Лакшин В.Я. Толстой и Чехов. М.: Современный писатель, 1975, 234 с.

6. Гурвич И. Мир чеховского рассказа. М.: Наука, 1987, 234 с.

7. Бердников Г.П. Чехов. М.: ЖЗЛ, 1978, 48 с.

8. Набоков В. В. Лекции по русской литературе. М., 1996, 438 с.

9. Чехов А.П. Рассказы. В 30т. Т.6. 1887. М., Наука, 1976, 300 с.

10. Лысков И. П. А. П. Чехов в понимании критики. М., Нобель Пресс, 1905, 326 с.

11. Чехов А.П. Полное собрание сочинений и писем. Сочинения. В 30 т. Том 5. М., Наука, 1984, 256 с.

12. Шкловский В.Б. О теории прозы. М., Советский писатель, 1983, 384 с.

13. Успенский Б.А. Политика композиции. СПб., 2000, 138 с.

14. Пржевальский Н.М. Чехов А.П. // М.: Новое время, 1888, № 4548, 56 с.

15. Чудаков А.П. Антон Павлович Чехов. М.: Просвещение, 1987, 176 с.

16. Чехов А.П. Рассказы. Повести. Пьесы. М.: Эксмо-Пресс, 2004, 355 с.

17. Чехов А.П. Письмо Киселевой М.В.//Чехов А.П. Полное собрание сочинений и писем, В 30 т. / АН СССР. Ин. мировой лит. им. А. М. Горького. М.: Наука, 1886, 271 с.

Размещено на