Преобразование психологических знаний с середины XIX в. до начало второй половины XX в

Эпоха возрождения освободила науки от религиозных догматов и ограничений, наложенных технологией, активно стали развиваться естественные, биологические и медицинские науки.

Помимо всего этого в начале торой половины XIX в. на стыке физики и психологии возникает новая наука, получившая название психофизика. Её основатель – немецкие учёные Э. Вебер и Г. Фихнер. Ум удалось не только выяснить эту зависимость, но и выразить её строго математически, в виде основного психофизического закона. Данный закон позволял измерить ощущения человека с помощью специальных, психологических единиц, получивших название порогов ощущений. Фихнер предложил методы точного определения различных порогов ощущений.

Итак, в середине второй половины XIX в. складываются все необходимые предпосылки для превращения психологии в самостоятельную, экспериментальную и точную науку. Вскоре это действительно происходит.

В 1869 г в Лейпциге (Германия) создаётся первая в мире экспериментальная психологическая лаборатория. Её возглавляет физиолог по базовому образования, но психолог по призванию коллега Вебер и Фихнер по Лейпцигскому университету В. Вундт.

Темами первых экспериментальных научных исследований В. Вундата и его коллег становится ощущения, изучаемые с помощью интроспекции. Экспериментальная лаборатория Вундта и проводимые в ней психологические исследования вскоре привлекают к себе внимание во всем мире, становятся популярными за пределами Германии, и Лейпцигский университета превращается в наиболее авторитетный центр мировой экспериментальной психологической науки.

В последние десятилетия ХIХ в психология привлекает к себе повышенное внимание не только как системе новых научных знаний, но и как область, содержащая полезные для практики сведения. В это время возникают и получают развитие новые, в том числе прикладные, отрасли психологической науки, такие как социальная, культурно – историческая, дифференциальная и педагогическая психология.

К началу ХХ в. внутри психологии как науки и вне её складывается довольно сложная ситуация, которая существенно затрудняет дальнейшее развитие психологии в целом. Она характеризовалась следующими особенностями. Во–первых, экспериментальные психологические исследования, проводимые Вундтом и его последователями к этому времени уже в течение почти 13 лет, не выходили за рамки изучения простейших психических явлений типа ощущений и времени реакции. Во –вторых, многих учёных- психологов не удовлетворяли даже те научные знания, которые были получены в исследованиях Вундт и его последователей экспериментальным путём. Серьёзные сомнения, например, вызывал метод, с помощью которого критические статьи, доказывающие научную несостоятельность этого метода и, следовательно, данных, полученных с его помощью. В- третьих, психология продолжала оставаться далёкой от практики, чисто академической наукой.

5 стр., 2115 слов

Психология ощущения и восприятия

... Алексей Николаевич – автор вашего главного учебника по психологии ощущения и восприятия, потрясающий лектор, очень интересный человек. Несмотря на ...   Семенова Мария Александровна – аспирант кафедры Общей психологии, знакомая вам с первого семестра. Запомните: Мария Александровна ... вас она будет вести семинары по предмету "Ощущение и восприятие". Ведет она хорошо, объясняет достаточно понятно, ...

Таким образом, психология как наукой оказались недовольны буквально все: и те, кто её непосредственно представлял и разрабатывал, и те, кто пользовался её услугами. Наступило время, которое впоследствии получило название кризиса мировой психологии.

В качестве предмета первых психофизиологических работ Г. Гельмгольца и К. Штумпфа выступают музыкальный звук и слух человека (отдельные свойства звука, работа слухового органа, функции и механизмы музыкального слуха).

В нашей стране истоки музыкальной психологии можно найти в работах И.М. Сеченова, В.М. Бехтерева, Н.А. Бернштейна и других ученых-физиологов. Несмотря на то, что музыкальная проблематика лежала на периферии главных научных интересов данных исследователей, те проблемы, которые они изучали (психомоторика, идеомоторика, теория построения движений и т.п.) легли в основу объяснения процессов музыкально-исполнительской деятельности (операционально-технический аспект деятельности, координация исполнительских движений, процесс образования исполнительского навыка) и изучения лечебного воздействия музыки.

Центральной фигурой в создании основ психологии как науки, имеющей собственный предмет, был Герман Людвиг Гельмгольц (1821—1894).

Его разносторонний гений преобразовал многие науки о природе, в том числе науку о природе психического. Гельмгольц открыл закон сохранения энергии. “Мы все дети Солнца,— говорил он,— ибо живой организм, с позиций физики, это система, в которой нет ничего кроме преобразований различных видов энергии”. Тем самым из науки изгонялось представление об особых витальных силах, отличающих поведение в органических и неорганических телах.

Занимаясь изучением органов чувств, Гельмгольц принял за объяснительный принцип не энергическое (молекулярное), а анатомическое начало. Именно на последнее он опирался в своей концепции цветного зрения. Гельмгольц исходил из гипотезы о том, что имеется три нервных волокна, возбуждение которых волнами различной длины создает ощущения основных цветов: красного, зеленого и фиолетового.

Такой способ объяснения . оказался непригодным, когда Гельмгольц от ощущений перешел к анализу восприятия целостных объектов в окружающем пространстве. Это побудило его ввести два новых фактора: а) движения глазных мышц; б) подчиненность этих движений особым правилам, подобным тем, по которым строятся логические умозаключения. Поскольку эти правила действуют независимо от сознания, Гельмгольц назвал их “бессознательными умозаключениями”. Таким образом, экспериментальная работа столкнула Гельмгольца с необходимостью ввести новые причинные факторы. До того он относил к ним либо превращения физической энергии, либо зависимость ощущения от устройства органа. Теперь к этим двум причинным “сеткам”, которыми наука улавливает жизненные процессы, присоединялась третья. Последующее исследования стали основой психологии, развившейся и достигшей расцвета уже в двадцатом веке.

11 стр., 5130 слов

Психология восприятия

... восприятия пространства лежат измерения расстояний и углов в окружающем пространстве, осуществляемые активными движениями при контроле, осуществляемым органами внешних чувств (Г. Гельмгольц, ... ритмическая канва. Восприятие человека человеком— понятие, использующееся в социальной психологии для обозначения ... 31), которая впервые в 1856 г. ввел Грассман. Изначальное назначение цветной модели RGB ...

 

Гельмгольц(1821-1894) внес огромный вклад в развитие собственно физиологии, а также в психологию восприятия и ощущения, разделив психику и сознание в созданной им теории восприятия и бессознательных умозаключений, суть которой заключается в следующем.

1. Восприятие подчинено закону соединения и в дальнейшем сопоставления конкретного стимула, т. е. внешнего объекта, вызывающего то или иное ощущение в настоящем, сопределенным опытом в прошлом, когда в ходе бессознательных умозаключений делается вывод о соответствии или несоответствии первого и второго.

2. Бессознательные умозаключения имеют ряд отличительных особенностей:

— возникают бессознательно, т. е. без участия сознании и мышления, и соответственно не управляются ими;

— имеют опытное происхождение через многократное повторение;

— возникают из сенсомоторных связей между зрительным ощущением и ощущением от движений глаза в процессе восприятия.

Эксперимент в психологии стал решающим фактором в преобразовании психологических знаний, он выделил психологию из философии и превратил ее в самостоятельную науку. Различные виды исследования психики при помощи экспериментальных методов это и есть экспериментальная психология.

С конца 19 века ученые вплотную занялись изучением элементарных психических функций — сенсорных систем человека. Вначале это были первые робкие шаги, которые подвели фундамент под здание экспериментальной психологии, отделив ее от философии и физиологии.

Занимаясь изучением чувств, Гельмгольц принял за объяснительный принцип не энергетическое (молекулярное), а анатомическое начало. Именно на последнее он опирался в своей концепции цветного зрения. Гельмгольц исходил из гипотезы о том, что имеется три нервных волокна, возбуждение которых волнами различной длины создает ощущение основных цветов: красного, зеленого и фиолетового.

Такой способ объяснения оказался непригодным, когда Гельмгольц от ощущений перешел к анализу восприятия целостных объектов в окружающем пространстве. Это побудило его ввести два новых фактора: а) движения глазных мышц; б) подчиненность этих движений особым правилам, подобным тем, по которым строятся логические умозаключения. Поскольку эти правила действуют независимо от сознания, Гельмгольц назвал их «бессознательными умозаключениями». Таким образом, экспериментальная работа столкнула Гельмгольца с необходимостью ввести новые причинные факторы. До того он относил к ним либо превращения физической энергии, либо зависимость ощущения от устройства органа.

Теперь к этим двум причинным «сеткам», которыми наука улавливает жизненные процессы, присоединялась третья. Источником психического (зрительного) образа выступал внешний объект, в возможно более отчетливом видении которого состояла решаемая глазом задача. Выходило, что причина психического эффекта скрыта не в устройстве организма, а вне его.

В опытах Гельмгольца между глазом и объектом ставились призмы, искажавшие восприятие объекта. Однако организм посредством различных приспособительных движений мышц стремился восстановить адекватный образ этого объекта. Получалось, что движения мышц выполняют не чисто механическую, а познавательную (даже логическую) работу.

3 стр., 1268 слов

Психология Вундта

... физиологии. Как считает Вундт именно экспериментальные процедуры и методы позволяют поставить изучение явлений непосредственного опыта на объективную почву. Самостоятельность науки психологии от других естественных наук Вундт обосновывает принципиальным отличием сознания ...

В зоне научного анализа появились феномены, свидетельствовавшие об особой форме причинности: не физической, не физиолога-анатомической, а психической. Опыты, показавшие, что образ в сознании порождается независимым от сознания механизмом, должны были привести к разделению психики и сознания.

Особенно следует заметен Вильгельм Вундт (1832-1920), немецкий психолог, физиолог, философ и языковед. Он создал первую в мире психологическую лабораторию (международный центр).

Из этой лаборатории, получившей впоследствии статус института, вышло целое поколение специалистов по экспериментальной психологии.

В первых своих работах В. Вундт выдвинул план разработки физиологической психологии как особой науки, использующей метод лабораторного эксперимента для расчленения сознания на элементы и выяснения закономерной связи между ними.

Предметом психологии Вундт считал непосредственный опыт — доступные самонаблюдению явления или факты сознания; однако высшие психические процессы (речь, мышление, воля), он считал недоступными эксперименту, и предложил изучать их культурно-историческим методом.

Вначале главным объектом экспериментальной психологии считались внутренние психические процессы нормального взрослого человека, анализируемые с помощью специально организованного самонаблюдения (интроспекции), а затем эксперименты проводились над животными (К. Ллойд-Морган, Э. Ли Торндайк), исследовались душевнобольные, дети.

Предпосылкой возникновения дифференциальной психологии, изучающей индивидуальные различия между людьми и группами, на рубеже 19 и 20 веков явилось введение в психологию эксперимента, а также генетических и математических методов.

В настоящее время методы экспериментальной психологии широко применяются в различных областях человеческой деятельности. Прогресс человеческого познания уже немыслим без методик экспериментальной психологии, тестирования, математической и статистической обработки результатов исследований. Успехи экспериментальной психологии основаны на использовании методов различных наук: физиологии, биологии, психологии, математики.

Вильгельм Вундт: «отец» экспериментальной психологии

Немецкий психолог, физиолог, философ В. Вундт (1832-1920) после окончания медицинского факультета в Тюбингене работал в Берлине у И.Мюллера, защитил диссертацию в Гейдельберге, где занял должность преподавателя физиологии в качестве ассистента Гельмгольца. Став профессором философии в Лейпциге, Вундт создал здесь первую в мире лабораторию экспериментальной психологии (1879), преобразованную затем в институт.

Занимаясь физиологией, Вундт пришел к программе разработки психологии как самостоятельной науки, независимой от физиологии и философии (разделом которой ее было принято считать).

В своей первой книге «Материалы к теории чувственного восприятия» (1862), опираясь на факты, относящиеся к деятельности органов чувств и движений, Вундт выдвинул идею создания экспериментальной психологии, план которой был изложен в его «Лекциях о душе человека и животных». План включал два направления исследований: а) анализ индивидуального сознания с помощью экспериментального контролируемого наблюдения субъекта за собственными ощущениями, чувства ми, представлениями; б) изучение «психологии народов», т.е. психологических аспектов культуры языка, мифов, нравов.

5 стр., 2118 слов

Возникновение научной психологии — экспериментальная психология ...

... как результат всесторонней верификации фактов. Предвестником экспериментальной психологии, возникшим на основе позитивизма, является ... Вундта состояло в его стремлении дополнить внутренний опыт внешним эксперимен-том, аналогично физиологии; ни одно явление сознания ... behavi-or - поведение) лежит открытие условного рефлекса __И.П.Павло-__вым__ (1849-1936). Американский психолог __Дж.Уотсон__ ...

Следуя этому замыслу, Вундт первоначально сосредоточился на изучении сознания субъекта, определив психологию как науку о «непосредственном опыте». Он назвал ее физиологической психологией, поскольку испытываемые субъектом состояния изучались посредством специальных экспериментальных процедур, большинство которых было разработано физиологией (преимущественно физиологией органов).

Так как продуктом деятельности этих органов являются осознаваемые субъектом психические образы, то именно они, в отличие от телесной организации, рассматривались как особый объект изучения, относимый уже не к физиологии, а к психологии. Задача усматривалась в том, чтобы эти образы тщательно анализировать, выделяя исходные, простейшие элементы, из которых они строятся. Вундт использовал также достижения двух других новых разделов знания: психофизики, изучающей на основе эксперимента и с помощью количественных методов закономерные отношения между физическими раздражителями и вызываемыми ими ощущениями, и другого направления, определяющего опытным путем время реакции субъекта на предъявляемые стимулы.

К тому времени английским ученым Гальтоном была предпринята попытка экспериментально изучить, какие ассоциации может вызвать у человека слово как особый раздражитель. Оказалось, что на одно и то же слово человек отвечает самыми различными реакциями, притом не только словесными, но и образными. Это побудило Гальтона заняться классификацией реакций, подсчетом их количества, времени, протекающего от предъявления слова до реакции на него, и т.д. И в этом случае применялись количественные методы.

Объединив все эти направления, Вундт показал, что на основе экспериментов, объектом которых служит человек (тогда как прежде эксперименты ставились только на животных), психология может разрабатываться как самостоятельная наука. Полученные результаты были им изложены в книге «Основы физиологической психологии» (1873-1874), ставшей первым главным трудом, по которому обучались не только у самого Вундта, но и в других центрах, где появились специалисты по новой дисциплине – экспериментальной психологии.

Задача психологии, как и всех других наук, состоит, по Вундту, в том, чтобы: а) выделить путем анализа исходные элементы; б) установить характер связи между ними и в) найти законы этой связи. Анализ означал расчленение непосредственного опыта субъекта. Это достигается путем интроспекции, которую не следует смешивать с обычным самонаблюдением. Интроспекция – особая процедура, требующая специальной подготовки. При обычном самонаблюдении человеку трудно отделить восприятие как психический внутренний процесс от воспринимаемого предмета, который является не психическим, но данным во внешнем опыте. Испытуемый должен уметь отвлекаться от всего внешнего, чтобы добраться до исконной «материи» сознания. Последняя состоит из элементарных, далее неразложимых «нитей составных частей». Им присущи такие качества, как модальность и интенсивность. К элементам сознания относятся также чувства (эмоциональные состояния).

Согласно гипотезе Вундта, каждое чувство имеет три измерения: а) удовольствия – неудовольствия, б) напряженности – расслабленности, в) возбужденности – успокоения. Простые чувства как психические элементы варьируют по своему качеству и интенсивности, но любое из них может быть охарактеризовано во всех трех аспектах. Эта гипотеза породила множество экспериментальных работ, в которых наряду с данными интроспекции были использованы также объективные показатели изменений физиологических состояний человека при эмоциях.

3 стр., 1347 слов

Презентация на тему: Психика и организм

... – особенности психических явлений, отличающих людей друг от друга (дифференциальная психология). Темперамент – совокупность индивидуальных особенностей, характеризующих динамическую и эмоциональную сторону ... следить за несколькими процессами одновременно),переключение. а) природное, связанное с саморегуляцией организма (непроизвольное); б) социально обусловленное, связанное с воспитанием и обучением ...

Стремясь отстоять самостоятельность психологической науки, Вундт доказывал, что у нее имеются собственные законы, а изучаемые ею явления подчинены особой «психической причинности». В поддержку этого вывода он ссылался на закон сохранения энергии. Материальное движение может быть причиной только материального же. Для психических явлений существует другой источник, и они, соответственно, требуют других законов. К этим законам Вундт относил: принципы творческого синтеза, закон психических отношений (зависимость события от внутренних взаимоотношений элементов – например, мелодии от отношений, в которых находятся между собой отдельные тона), закон контраста (противоположности усиливают друг друга) и закон гетерогенности целей (при совершении поступка могут возникнуть не предусмотренные первоначальной целью действия, влияющие на его мотив).

И.М.Сеченов – основатель науки о поведении

В начале 60-х годов XIX века в книжке журнала для врачей «Медицинский вестник» появилась статья, слух о которой распространился «по всей Руси великой». Один ссыльный вспоминал, что встретил в далекой Сибири купчиху, которая сообщила ему: в Петербурге профессор Сеченов учит, что «души нет, а есть только рефлексы» (вроде тех, что Базаров и другие тургеневские герои изучают у лягушек).

Статья принадлежала Сеченову и называлась «Рефлексы головного мозга». По свидетельству современников, в то время не считался образованным человек, на прочитавший этого трактата. Что же в нем доказывалось? Почему трактат вызвал среди читающей публики такую бурю? Даже герои Льва Толстого употребляли это выражение: «рефлексы головного мозга».

Применив хорошо известное слово «рефлекс», Сеченов придал ему совершенно новый смысл. Он сохранил восходящую к Декарту идею о том, что рефлекс происходит объективно, машинообразно, наподобие того, как машинообразно работают различные автоматизмы в нашем теле (например, сердце).

Слово «машина» было метафорой. Оно указывало на то, что наши действия совершаются по строгим законам, которые не зависят от вмешательства какой-то внешней, бестелесной силы. Они должны быть безостаточно поняты из устройства и работы «машины – тела».

В свое время много шума наделал трактат французского философа XVIII века Ламетри «Человек машина». Автор из страха перед властями опубликовал его под именем какого-то безвестного англичанина. И когда вышел из печати сеченовский трактат, враги материализма стали обвинять Сеченова в том, что он пытается реанимировать идеи этого безбожного француза. Но русская интеллигенция была достаточно образованна, чтобы понять сеченовский вызов. Употребляя термин «рефлекс», он наполнил его таким содержанием, которое сохраняло высокое достоинство человеческой личности и вместе с тем показывало возможность строго научного объяснения высших проявлений личности.

4 стр., 1649 слов

Поведение экспрессивное

... степень изменчивости (физиогномические составляющие экспрессии). В психологии экспрессивного поведения рассматривается широкий спектр средств, с помощью которых личность ... своих рабочих имитаций. Жесты "Жест есть не движение тела, а движение души". Он сообщает о желании человека и ... - покусывание ногтей - внутреннее беспокойство; - всевозможные движения руки поперек тела (поправить часы, прикоснуться к ...

Кратко рассмотрим, во что превратилась старинная модель рефлекса под руками Сеченова. Рефлекс, как было признано всеми, состоит из трех главных звеньев. Первое, начальное звено – внешний толчок – раздражение центростремительного нерва, которое передается в мозг (второе звено), а оттуда отражается (слово «рефлекс» и означает «отражение») по другому нерву (центробежному) к мышцам (это, как считалось, – третье, завершающее звено).

Все три звена (блока) были Сеченовым переосмыслены и к ним добавлен четвертый, о котором мы расскажем дальше.

Итак – первый блок. Им, согласно новой сеченевской схеме, является не просто физическое внешнее раздражение, но такое раздражение, которое становится-чувствованием – сигналом. Иначе говоря, рефлекс начинается с различения (благодаря органам ощущений) тех внешних условий, в которых совершается ответное действие. Поэтому оно изначально не является «слепым» толчком. Организм, говоря современным языком, получает информацию о среде, в которой он будет действовать. Сеченов назвал этот принцип «началом согласования движения с чувствованием – сигналом». Это и есть тот первичный акт поведения, который отличает открытое Сеченовым неклассическое понимание рефлекса от всех прежних трактовок этого понятия. Здесь перед нами наяву выступает идея неразлучной связи организма со средой. Это движение – не простое отражение наподобие того, как луч отражается от зеркальной поверхности. Оно совершается только потому, что сообразуется с условиями внешней среды благодаря сигналам, идущим от нее к органам восприятия и различения этих сигналов. Но и этим дело не ограничивается.

Сеченов выдвинул оригинальный взгляд на работу мышцы, отвечающей на толчки из внешней среды. Мышца, по Сеченову, это не только рабочая машина, выполняющая команды мозга. Задолго до Сеченова было открыто, что мышцы обладают чувствительностью. Но не только в том смысле, что мы ощущаем в них боль или усталость. Мышца – такова важнейшая мысль Сеченова – служит также органом познания. В ней имеются нервные (сенсорные, чувствительные) окончания, которые сигнализируют о том, в каких внешних пространственно-временных условиях совершается действие. Более того, дальнейшие исследования привели Сеченова к гипотезе, согласно которой именно работающая мышца производит операции анализа, синтеза, сравнения объектов и способна, как это доказывалось еще Гельмгольцем, производить бессознательные умозаключения (иначе говоря мыслить).

Из этого явствует, что лишь по видимости рефлекторная работа завершается сокращением мышцы. Познавательные эффекты ее работы передаются «обратно» в центры головного мозга и на этом основании изменяется картина (образ) воспринимаемой среды. Поэтому в механизме поведения, реализуемом по типу рефлекса, в отличие от рефлекторной дуги, действует рефлекторное кольцо. Не прерывно происходит кольцевое управление поведением организма в среде. Оно образует тот фундамент, на котором складывается другой, более высокий уровень отношений организма со средой. Последний отличается тем, что поведение становится психически регулируемым. Если раньше главным началом служило, как сказано, «согласование движения с чувствованием – сигналом», то теперь возникает новый уровень ориентации организма в окружающем мире. Происходит переход от поведенческого уровня к психическому. На базе рефлекторно организованного поведения возникают психические процессы.

6 стр., 2932 слов

Иван Михайлович Сеченов

... тело животных. Здесь у Сеченова родился план изучить острое алкогольное отравление. Мысльнаучно осветить влияние острого алкогольного отравления на организм человекабыла подсказана Ивану ... ассистент Глебоваколет булавкой мозг голубя, чтобы продемонстрировать наблюдающиеся при этомнарушения движений и чувствительности. Оперированный голубь показываетсястудентам, чтобы те описали изменения в ...

Сигнал преобразуется в образ восприятия предмета, т.е. в психический образ. Но тогда и действие становится уже другим. Оно – не простая реакция на сигнал (как это было на поведенческом уровне).

Оно сообразуется с «картиной» среды, которую осваивает организм. Из движения оно превращается в психическое действие. До-психическое поведение становится психически регулируемым. Соответственно изменяется и характер умственной работы. Если раньше она являлась бессознательной (когда, например, работа мышечной системы глаза позволяла определять расстояние между предметами, их величину и т.д. чисто «автоматически», без вмешательства сознания), то теперь, как было аргументированно показано Сеченовым в трактате «Элементы мысли» (первое издание опубликовано в 1878 году), из элементарных операций мысли преобразуются в самые сложные.

Но здесь мы уже перешли из области науки о поведении в другую область, оперирующую другими категориями, – в область психологии. Напомним, что это было в тот период, когда назрело время отделения психологии от философии. И Сеченов, опираясь на разработанное им. учение о поведении, предлагает свой проект создания новой, объективной психологии.

Он пишет трактат «Кому и как разрабатывать психологию?» (187-3).

Сеченов взялся за него, поскольку решил ответить на обвинения, выдвинутые против рефлекторной теории К.Д.Кавелиным в книге «Задачи психологии». По существу же это был ответ не только Кавелину, но всем, кто считал Сеченова отрицателем психологии, апологетом версии, что психика сводится к рефлексам, изучаемым на лягушке. Он доказал, что не отрицает психологию, которую назвал «родной сестрой физиологии».

Он убежден, что ее передовые тенденции, уже возникшие в этой науке в трудах таких ученых, как Гельмгольц, Дондерс и др., и обещающие ей прогресс в будущем, бесспорно свидетельствуют в пользу объективного метода в противовес субъективному (интроспективному), который был тогда господствующим во вновь возникающих лабораториях. Это был первый в истории план построения психологии как объективной науки, которая не может ограничиваться тем, что «нашептывает обманчивый голос самосознания». И дальнейший ход развития психологического познания доказал правоту Сеченова.

Рассмотрев преобразования, внесенные Сеченовьем в различные звенья рефлекторной схемы, мы не коснулись одного из важнейших, а именно, относящегося к центральному звену этой схемы – головному мозгу. Работая в Париже, в лаборатории Клада Бернара, Сеченов открыл так называемое центральное торможение. С этим открытием были связаны крупные преобразования и в физиологии, и в учении о поведении, и в психологии. До Сеченова, объясняя деятельность высших нервных центров, физиологи оперировали одним понятием – понятием о возбуждении. Открытие Сеченова показало, что раздражением центров можно не только вызывать ответные действия организма (рефлексы), но и задерживать их. Это открытие ярко показывает, как порой тесно связаны научные решения с социальными задачами, за которые берется ученый.

27 стр., 13251 слов

Психология как наука. Основные исторические этапы развития психологической науки

... знаний, обслуживающую интере­сы практической деятельности людей и общества. Объект и предмет психологии Психология как наука исследует поведение и психические процессы, проходящие в сознании человека. Предмет ... наделявший каждый предмет душой. В оду­шевленности видели причину развития явлений и движения. Арис­тотель распространил понятие психического на все органические про­цессы, выделяя ...

Напомним, что после великой реформы 1861 года русское общество сотрясали острейшие идейные столкновения. Центром споров стал антропологический принцип (именно этим термином Чернышевский обозначил свою знаменитую статью в журнале «Современник»).

Иначе говоря – принцип, позволяющий объяснить природу человека как целостного телесно-духовного существа. Дискуссии о душе и теле приобрели остроту, какой русские интеллектуалы прежде не знали. Но вопрос осмысливался не только как чисто научный. Речь шла о таком поведении организма, которое не только приспосабливается к среде, но и обладает внутренней силой сопротивления непосредственно действующим раздражителям, способностью не идти у них на поводу, а противостоять им и следовать собственной внутренней программе. Открытие торможения доказывало, что организм обладает такой способностью.

Объектом экспериментов Сеченова были высшие нервные центры лягушки. Но ставя эти эксперименты, он имел в виду человека и его поведение. Об этом говорит, в частности, и его попытка изучить торможение не только на животном, но и на самом себе. Конечно, он не рисковал здоровьем других. В качестве подопытного он избрал самого себя, поставив на себе мучительный и небезопасный эксперимент.

Открытие центрального торможения использовалось Сеченовым не только для объяснения того, как формируется волевая личность. Когда рефлекс обрывается, не перейдя в движение, то это, по Сеченову, вовсе не означает, что первые две трети рефлекса оказались зряшними. Не получив внешнего выражения, завершающая часть рефлекса (а она, как отмечалось, несет в качестве движения познавательную нагрузку) «уходит вовнутрь», превращается в мысль, хотя и незримую, но продолжающую служить организатором поведения. Этот процесс преобразования внешнего во внутреннее получил имя интериоризации.

Понятие об интериоризации оказалось весьма продуктивным и было использовано в дальнейшем многими психологами, в том числе Жане и Фрейдом.

Сеченовым была создана научная школа – сперва как небольшой коллектив, который под руководством лидера, в прямом общении с ним, разрабатывал конкретную научную программу. Такая школа у него была в течение нескольких лет, когда совместно с группой учеников он экспериментально доказал, вопреки критикам, что существует феномен центрального торможения. Программа была исчерпана. Убедительные доказательства гипотезы получены. Его вчерашние сотрудники занялись другими темами.

А.А.Ухтомский – учение о доминанте

Алексей Алексеевич Ухтомский (1875-1942) – один из самых выдающихся русских физиологов. Он разработал важнейшую категорию как физиологической, так и психологической науки – понятие о доминанте. Это понятие позволило трактовать поведение организма системно, в единстве его физиологических и психологических проявлений.

Принцип системности утверждался в категориальной апперцепции Ухтомского в новой принципиально важной интерпретации, отразившей общие сдвиги в научном мышлении начала XX века, сопряженные, в частности, с теорией относительности

Идея истории организма как системы не была новым словом. Новым являлся интегральный подход к пониманию отношений между пространственными и временными параметрами целостного объекта. Нераздельность пространства и времени Ухтомский обозначил введенным им в широкий научный оборот понятием о хронотопе. «И в окружающей нас среде, и внутри нашего организма конкретные факты и зависимости даны нам как порядок и связи в пространстве и времени между событиями».

Он делал основной упор на центральной фазе целостного рефлекторного акта, а не на сигнальной, как первоначально И.П.Павлов, и не на двигательной, как В.М.Бехтерев. Но все три восприемника сеченовской линии прочно стояли на почве рефлекторной теории, решая каждый под своим углом зрения поставленную И.М.Сеченовым задачу детерминистского объяснения поведения целостного организма. Если целостного, а не половинчатого, то непременно охватывая системой своих понятий феномены, относящиеся столько же к психологии. Таковым являлось, в частности, представление о сигнале, перешедшее к И.П.Павлову от И.М.Сеченова. Таковым же являлось и учение А.А.Ухтомского о доминанте. Считать доминанту полностью физиологическим принципом – значит утратить существенную часть эвристического потенциала этого понятия.

Под доминантой Ухтомский понимал системное образование, которое он называл органом, понимая, однако, под этим не морфологическое, «отлитое» и постоянное образование, с неизменными признаками, а всякое сочетание сил, могущее привести при прочих равных условиях к одним результатам. Поэтому согласно Ухтомскому каждая наблюдаемая реакция организма определяется характером взаимодействия корковых и подкорковых центров, актуальными потребностями организма и историей организма как целостной системы. Тем самым утверждался системный подход к взаимодействию, который противопоставлялся воззрению на мозг как на комплекс рефлекторных дуг. При этом мозг рассматривался как орган «предупредительного восприятия, предвкушения и проектирования среды».

Представление о доминанте как общем принципе работы нервных центров так же, как и сам этот термин, было введено Ухтомским в 1923 году. Под доминантой он понимал господствующий очаг возбуждения, который, с одной стороны, накапливает импульсы, идущие в нервную систему, а с другой одновременно подавляет активность других центров, которые как бы отдают свою энергию господствующему центру, т.е. доминанте. Особое значение Ухтомский придавал истории системы, считая, что ритм ее работы воспроизводит ритм внешнего воздействия. Благодаря этому нервные ресурсы ткани в оптимальных условиях не истощаются, а возрастают. Активно работающий организм, согласно Ухтомскому, как бы «тащит» энергию из среды, по этому активность организма (а на уровне человека – его труд) усиливает энергетический потенциал доминанты. При этом доминанта, по Ухтомскому, – это не единый центр возбуждения, а «комплекс определенных симптомов во всем организме – и в мышцах, и в секреторной работе, и в сосудистой деятельности».

В психологическом плане доминанта является нечем иным, как мотивационным потенциалом поведения. Активное, устремленное к реальности, а не отрешенное от нее (созерцательное) поведение, так же, как активное (а не реактивное) отношение к среде, выступают как два необходимых аспекта жизнедеятельности организма.

Свои теоретические воззрения Ухтомский испытывал как в физиологической лаборатории, так и на производстве, изучая психофизиологию рабочих процессов. При этом он считал, что у высокоразвитых организмов за видимой «обездвиженностью» таится напряженная психическая работа. Следовательно, нервно-психическая активность достигает высокого уровня не только при мышечных формах поведения, но и тогда, когда организм по видимости относится к среде созерцательно. Эту концепцию Ухтомский назвал «оперативным покоем», иллюстрируя его известным, примером: сравнением поведения щуки, застывшей в своем бдительном покое, с поведением «рыбьей мелочи», неспособной к этому. Таким образом, в состоянии покоя организм удерживает неподвижность с целью детального распознавания среды и адекватной реакции на нее.

Для доминанты также характерна инертность, т.е. склонность поддерживаться и повторяться, когда внешняя среда изменилась и раздражители, некогда вызывавшие эту доминанту, более не действуют. Инертность нарушает нормальную регуляцию поведения, она становится источником навязчивых образов, но она же выступает в качестве организующего начала интеллектуальной активности. Следы прежней жизнедеятельности могут существовать одновременно в виде множества потенциальных доминант. При недостаточной согласованности между собой они могут привести к конфликту реакций. В этом случае доминанта играет роль организатора и подкрепителя патологического процесса.

Механизмом доминанты Ухтомский объяснял широкий спектр психических актов: внимание (его направленность на определенные объекты, сосредоточенность на них и избирательность), предметный характер мышления (вычленение из множества раздражителей среды отдельных комплексов, каждый из которых воспринимается организмом как определенный реальный объект в его отличиях от других).

Это «разделение среды на предметы» Ухтомский трактовал как процесс, состоящий из трех стадий: укрепление наличной доминанты, выделение только тех раздражителей, которые являются для организма биологически интересными, установление адекватной связи между доминантой (как внутренним состоянием) и комплексом внешних раздражителей. При этом наиболее отчетливо и прочно закрепляется в нервных центрах то, что переживается эмоционально.

Ухтомский считал, что истинно человеческая мотивация имеет социальную природу и наиболее ярко выражается в доминанте «на лицо другого». Он писал, что «только в меру того, насколько каждый из нас преодолевает самого себя и свой индивидуализм, самоупор на себя, ему открывается лицо другого». И именно с этого момента сам человек впервые заслуживает того, чтобы о нем говорили как о лице. Это, согласно Ухтомскому, одна из самых труднодостижимых доминант, которую человек призван воспитывать в себе.

Идеи, развитые Ухтомским, связывают в единый узел психологию мотивации, познания, общения и личности. Его концепция, явившаяся обобщением большого экспериментального материала, широко используется в современной психологии, медицине и педагогике.

А.А.Ухтомский, исследуя физиологические свойства мышечного сокращения, выделил «живой активный хронотип», индивидуально характерный для каждого человека. В этом понятии А.А.Ухтомский характеризует человеческие свойства движений со стороны задействованного в движение времени и пространства индивидуального характера. Кроме того, Ухтомский А.А. отметил образование нервно-мышечного субстрата как состояния мышечной ткани, характерной для данного движения («нервно-мышечные констелляции»).

Эти констелляции соз­даются неоднократным повторением одного и того же движения, они становятся дополнительной опорой в необходимом ограничении избыточных инерциальных проявлений движения. А.А.Ухтомский показал, что образование констелляций позволяет работающей мышце приобрести дополнительную экономичность ее работы в данном движении. Вот почему выученное новичком движение сразу не позволяет реализовать его возможности: констелляции должны «созреть».

Н.А.Бернштейн показал сложность человеческих действий и назвал их «живым! движениями». «Живое» наполнение человеческих движений Н.А.Бернштейн видел в том, что, кроме внешних воздействий на тело человека, чело­веку приходится учитывать и внутренние колебания конструкции тела. Еще более усложняется картина «живого движения» по Н.А.Бернштейну, когда человек выделяет цели и мотивы собственных движений в виде «образа потребного будущего», стано­вящегося матрицей управления движениями. «В овладении движением Н.А.Бернштейн выделил три стадии: 1) стадия «излишнего закрепощения» движений, когда произво­дится иммобилизация избыточных степеней свободы системы, 2) стадия уточнения степени участия в движении отдельных мышечных групп и 3) стадия точного исполь­зования всех сопутствующих движению сил инерции, тяжести, реактивных сил и энергозатрат». На примере биодинамики ходьбы и бега Н.А.Бернштейн показал, что «текущая коррекция» движений, как «живого» движения, представляет собой «повто­рение без повторения» и этим обеспечивает надежность воспроизведения движений человека и ее вариативность.

В исследованиях движений Н.А.Бернштейн доказал, что уровни управления физиологическими структурами движений выступают уровнями построения дви­жения. В своей классификации структур построения движений Н.А.Бернштейн разделил их на:

1) познотонические (уровень «А»),

2) автоматизированные (уровень «В»),

3) сложные движения (уровень «С»),

4) «предметные действия» — действия с вещами (уровни «Д» и «Е»).

Такой подход давал возможность Н.А.Бернштейну утверждать, что разные стороны, свойства движения контролируются разными нервными структурами, своим специфическим способом и одновременно. Целеполагание всех движений контролируется сверху вниз. Высшим отделам мозга принадлежит и предвосхи­щение (антиципация) реализуемого движения, им строится, как считал Н.А.Бернштейн, «образ потребного будущего». Среднему мозгу Бернштейн отво­дил роль регулятора степени напряжения мышц, поддерживающего задаваемый темп и ритм движений, программирования последовательности включения и выключения задействованных мышц. Низшие отделы мозга принимают участие в каждом движении, обеспечивая определенный режим деятельности задейство­ванием сосудистых, тонических, эндокринных и Других систем организма чело­века.