1. Понятие альтруизма и его психологические детерминанты

Дж. Макоули и И. Берковитц определяют альтруизм как по­ведение, осуще­ствляемое ради блага другого человека без ожида­ния какой-либо внешней на­грады.

В отдельных случаях возникают сомнения в том, насколько оказывающий помощь руководствуется в первую оче­редь заботой о благе объекта его помощи, т. е. насколько им движут альтруистические побуждения. В связи с этим Бьерхофф выделил два условия, определяющих просоциальную реакцию: 1) намерение действовать на благо другому и 2) свобода выбора (то есть действия не по профессиональной обязанности).

Таким образом, альтруистическое поведение — поступки, направленные на благо другого человека, при том что у донора есть выбор, совершать их или нет.

Примером может служить притча о добром самаритянине, описанная в Евангелии, т.к. он помогал при отсутствии социального давления; не на глазах у способного оценить его зрителя; ему не были предписаны жесткие моральные нормы (как священнику); потому, что он взял на себя труд и затраты, не надеясь на вознаграждение.

Мотивы альтруизма. Ученые, изучавшие эту проблему, не смогли обнаружить влияния личностных черт на склонность к оказанию помощи. Нет такой личностной черты — альтруизм. Существует по крайней мере три теории, которые дают объяснение альтруистического поведения. Все они взаимно дополняют друг друга. Каждая использует пси­хологические, социологические или биологические концепции для объяснения двух типов альтруизма: 1) «альтруизма», основанного на взаимном обмене в духе «ты — мне, я — тебе» и 2) альтруизма, не предполагающего никаких дополнительных условий.

Согласно теории социального обмена, оказание помощи мотивируется стремлением минимизировать расходы и увеличить, насколько возможно, доходы. Другие представители этого направления считают, что подлинно альтруистическая обеспокоенность положением других также может мотивировать людей.

Социальные нормы также предписывают нам оказание помощи. Норма взаимности побуждает нас на помощь отвечать помощью, а не вредить тому, кто нам ее оказал. Норма социальной ответственности вынуждает нас оказывать помощь нуждающимся, даже если они не в состоянии ответить тем же.

12 стр., 5999 слов

Конфликты как объект и предмет социального изучения: теория и эмпирические исследования

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Кубанский государственный университет» ФИСМО Кафедра социологии КУРСОВАЯ РАБОТА Конфликты как объект и предмет социального изучения: теория и эмпирические исследования Работу выполнил Шапин К.И. Направление 040100.62 - Социология ОФО, 1 курс, ...

Эволюционная психология признает два типа альтруизма: преданность роду и взаимность. Однако большинство эволюционных психологов считают, что ге­ны эгоистичных индивидуумов выживут с большей вероятностью, чем гены жер­твующих собой личностей, и поэтому общество следует учить альтруизму.

2. Детерминанты альтруистического поведения. Психологи выявили ряд факторов, от которых зависит проявление альтруизма (которые благоприятствуют или препятствуют проявлению альтруизма).

1. Проявлению альтруизма способствуют различные ситуационные влияния.

Число очевидцев (Феномен безучастного наблюдателя): присутствие других людей в значительной степени уменьшает воз­можность вмешательства, т.к. чем больше число очевидцев чрезвычайной ситуации: 1) тем, похоже, меньшая доля из них замечает случившееся; 2) тем меньше они склонны рассматривать ее как чрезвычайную и 3) тем меньше они склонны брать на себя ответственность по ее разрешению.

Таким образом, оказывает влияние восприятие, оценка и интерпретация ситуации. Здесь срабатывают так называемые эф­фекты «множественной неосведомленно­сти» и «диффузии ответ­ственности».

Множественная неосведомленность ха­рактеризует ста­дию оценивания ситуации. Будучи не один, человек при оцени­вании ситуации использует реакции окружающих. В то же время каждый из присутствующих сдерживает свою реакцию, чтобы ее чрезмерная си­ла или по­спешность не поставили его в неловкое положение, не при­влекли к нему вни­мание. Но поскольку в такое замешательство, веду­щее к задержке реакции, первоначально впадают все присутствую­щие, то требующая неотложной по­мощи ситуация несчастья ошибоч­но интерпретируется как менее критическая.

2. Влияние моделей: просоциальные модели действительно способствуют прояв­лению альтруизма. Люди более всего склонны оказывать помощь, когда видят, что другие бросились помогать.

12 стр., 5871 слов

Психологические особенности человека, склонного к игромании

Негосударственное образовательное учреждение Высшего профессионального образования Уральский гуманитарный институт Кафедра психологии ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ЧЕЛОВЕКА, СКЛОННОГО К ИГРОМАНИИ Курсовая работа студента 2 курса очной формы обучения факультета психологии АХУНОВОЙ Алёны Амировны научный руководитель: кандидат психологических наук Дуванская М. К. Пермь, 2009 Содержание ...

3 Фактор дефицита времени. В реальной жизни люди в большинстве случаев спешат. Таким образом, готовность пожертвовать своим временем ради человека, который в этом нуждается, можно рассматривать как щедрость. В спешке они в полной мере не осознают ситуацию.

4. Личностные влияния, например настроение, тоже имеют значение. Совершив какой-либо проступок, люди чаще желают оказать помощь, надеясь тем самым облегчить чувство вины или же восстановить свой Я-образ. Опечаленные люди также склонны к оказанию помощи. Однако принцип «плохое настроение — хорошие поступки» не распространяется на детей, что дает возможность предположить, что внутреннее вознаграждение за оказание помощи является продуктом более поздней социа­лизации. Люди в хорошем настроении чаще совершают хорошие поступки: счастливые люди готовы прийти на помощь.

Личностные характеристики лишь относительно позволяют прогнози­ровать оказание помощи. Однако последние данные свидетельствуют о том, что некоторые люди постоянно более склонны к оказанию помощи, чем другие; высокоэмоциональные, эмпатические и склонные к самостоятельному принятию решений личности более способны к сопереживанию и оказанию помощи.

Люди с высокой степенью самоконтроля, поскольку они стараются соответствовать тому, чего от них ожидают окружаю­щие, в особенности склонны к оказанию помощи, если они полагают, что это приведет к социальному вознаграждению. Мнение других имеет меньшее значение для интернально ведомых личностей с низкой степенью самоконтроля.

По данным психологических исследований, люди, достиг­шие более высо­кой стадии развития морального суждения, чаще реагируют на сигналы бедствия, быстрее вмешиваются в ситуацию и оказы­вают помощь.

Гендерные различия взаимодействуют с си­туацией: в потенциально опасной ситуации, когда незнакомым людям необходима помощь, мужчины оказывают помощь чаще. Но в более безопасных ситуациях женщины несколько более склонны к оказанию помощи. Но в целом, женщины в значительно большей степени склонны к оказанию помощи.

4 стр., 1852 слов

Теоретическое исследование смыслозначимых характеристик человека и оказание практической (терапевтической) помощи человеку в поисках смысла жизни как цель

Виктор Франкл, австрийский психиатр, широкоизвестный как человек, создавший научно обоснованную концепцию «упрямства духа», всей своей жизнью показал ее практическую целесообразность и обоснованность. Эта концепция стала основой для утверждения особого вида мировоззрения, психотерапевтического воздействия и практики жизни. Логотерапия как направление психотерапии в духовных терминах на основе ...

Религиоз­ные люди более склонны к оказанию помощи.

Для того чтобы, усилить оказание помощи, мы можем

1. воздействовать на те фак­торы, которые мешают этому. Способствует усилению желания ока­зать помощь-

  • все, что персонализирует незна­комцев, — личная просьба, зрительный контакт, упоминание чьего-либо имени, предчувствие взаимодействия;
  • обстоятельства, которые способствуют самоосознанию — прозвища, наблюдение и оценка со стороны, сосредоточенное спокойствие, — также способствуют усилению жела­ния оказывать помощь.

2. обучить альтруистическим нормам и социализировать людей, чтобы они воспринимали себя как способных к оказанию помощи.

3. первый шаг в направлении социализа­ции альтруизма заключается в обучении моральному включению (инклюзии), в противодействии естествен­ной предрасположенности в пользу своей группы, учитыва­ющей только интересы своего рода и племени, путем рас­ширения круга людей, чье благополучие заботит нас.

Второй шаг — моделирование альтруизма.

4. Понятие агрессии. Психологические теории возникновения агрессивности д. Майерс определяет агрессию как физическое или вербальное поведение, направленное на причинение кому-либо вреда

Э.Аронсон также определяет агрессивный поступок как поведение, нацеленное на то, чтобы причинить вред или боль другому человеку.

Эти определения включают в себя два разных типа агрессии:

  • «Враждебная агрессия» — агрессия, которая является самоцелью.
  • «Инструментальная агрессия» — агрессия, которая является лишь инструментом в достижении некоей цели

Теории агрессии

5. Можно выделит три основные влиятельные точки зрения:

2 стр., 555 слов

Стивен Р. Уилсон, Фелисия Робертс, Джессика Джэй Рэк и Джули И. Дэлани материнская вербальная агрессия как показатель поведения матери и ребенка во время и

Стивен Р. Уилсон, Фелисия Робертс, Джессика Джэй Рэк и Джули И. Дэлани МАТЕРИНСКАЯ ВЕРБАЛЬНАЯ АГРЕССИЯ КАК ПОКАЗАТЕЛЬ ПОВЕДЕНИЯ МАТЕРИ И РЕБЕНКА ВО ВРЕМЯ ИГРЫ (реферат) Steven R. Wilson, Felicia Roberts, Jessica J. Rack, & Julie E. Delaney. Mothers’ Trait Verbal Aggressiveness as a Predictor of Maternal and Child Behavior During Playtime Interactions // Human Communication Research. – July ...

  1. Согласно одной из них — агрессия это форма поведения, определяемая врожденными инстинктами и побуждениями.

Психоаналитический подход. Одним из осно­воположников этой теории является 3. Фрейд. Он считал, что в человеке существуют два наиболее мощных врожден­ных инстинкта: инстинкт жизни, Эрос, и инстинкт смерти -Танатос. Тонатос несет в себе энергию разрушения, его задачей явля­ется «приводить все рганически живущее к со­стоянию безжизнен­ности» — это злоба, ненависть, деструктивность. Когда инстинкт смерти обращен вовнутрь, то выражает себя в самонаказа­нии, крайней формой которого становится самоубийство, когда он обращен во­вне, то выражает себя во враждебности, стремлении к разрушению, убийству.

Фрейд был убежден, что подобно тому, как снижается сексуальное напряже­ние вследствие сексуальной активности, агрессивная энергия также должна ка­ким-то образом выйти наружу. Если людям не давать излить свою агрессию, ее энергия будет расти, а вместе с ней расти и напряжение; энергия будет искать выход, либо взрываясь актами предельного насилия, либо выражая себя в симптомах психического заболевания. Это привело к идее «катарсиса» (в буквальном смысле «очищение эмоций»).

Катарсис — процесс осво­бождения возбуждения или накопившейся энергии, приводящий к снижению уровня напряжения.

Враждебные и агрессивные тенденции могут выражаться и недеструктив­ным способом, например, через сарказм или фантазию, их можно сублимиро­вать, т. е. направить разрушительную энергию в русло какого-либо приемле­мого или общественно полезного поведения.

Этологический подход. К. Лоренц утверждал, что агрессивный инстинкт много значил в процессе эволюции, выживания и адап­тации чело­века. Стремительное же развитие научно-технической мысли и про­гресс обогнали естественно текущее биологическое и психоло­гическое созре­вание человека и привели к замедлению развития тормозных механизмов аг­рессии, что неизбежно влечет периоди­ческое внешнее выражение агрессии. Иначе внутреннее напряже­ние будет накапливаться и создавать «давление» внутри организма, пока не приведет к вспышке неконтролируемого поведения (при­нцип выпускания пара из паровозного котла).

7 стр., 3340 слов

Карта наблюдения за проявлением агрессии в поведении детей в школе

... группу) на перемене и немного пообщаться. Таким образом, снимается эффект «чужого человека». Это достаточно важно, так как в противном случае поведение ... – схемы. Карта наблюдения за проявлением агрессии в поведении детей в школе (составлена на основе ... иногда психопатические или психопатоподобные реакции на конфликтную ситуацию, угрозу агрессии, стрессовую ситуацию.   Четкая уверенная линия – ...

Слабым местом теории инстинктов являлась предопределенность способов управления агрессией. Считалось, что человек никогда не сможет справиться со своей аг­рессивностью. И поскольку накапливающаяся агрессия непремен­но должна быть отреагирована, то единственной надеждой остается направить ее по нужному руслу. Сторонники теории инстинктов считают, что наиболее цивилизованной формой разрядки агрессии для человека являются конкуренция, различного рода состязания, занятия физическими упражнениями и участие в спортивных со­ревнованиях.

  1. Согласно другой точке зрения — агрессия, как и другие формы поведения, приобретается в результате индивидуального опыта.

8.Теория социального научения гласит, что агрессия представляет собой усвоенное поведение в процессе соци­ализации.

Социализацией агрессии — процесс науче­ния контролю собственных агрессивных устремлений или выраже­ние их в формах, приемлемых в определенном сообществе. В результате социализации многие учатся регулировать свои агрессивные импульсы, адаптируясь к требованиям общества. Другие остаются весьма агрессивными, но учатся проявлять агрессию более тонко: через словесные оскорбления, скрытое принуждение, завуалиро­ванные требования, вандализм и другие тактические приемы. Третьи ничему не научаются и проявляют свои агрессивные им­пульсы в физическом насилии.

На социализацию агрессии оказывают влияние два основных фактора:

1.Наблюдение соответствующего способа дейст­вий

2. Социальное подкрепление. Под подкреплением обычно понимается какое-либо действие, призванное усилить определенную реакцию.

5 стр., 2414 слов

Человек в психоанализе

Человек в психоанализе Содержание Введение 3 1. Человек в психоанализе 5 1.1 Исследование вопроса в мировой науке 5 1.2 Особенности психоанализа в России 5 2. Психоаналитическая философия и антропология 7 2.1 Психоаналитическая трактовка проблемы природы человека 7 2.2 Эрос в психоаналитике 8 2.3 Деструктивность в психоанализе 10 2.4 «Бессознательное» и «подсознательное» 12 Заключение 15 ...

Субкультура и средства массовой информации представляют собой широкий выбор агрессивных моделей поведения.

В рамках теории социального научения существует мнение, свидетельствующее о том, что переживания, вызы­ваемые даже пассивным наблюдением агрессии и насилия, происходящих как на экране, так и в реальной жизни ведут к возбуждению агрессии.

В настоящее время теория социального научения является од­ной из наиболее популярных. Во-первых, она является достаточно эффективной в предсказании агрессивного поведения, особенно ес­ли есть сведения об агрессоре и ситуации социального развития. Во-вторых, располагает некоторыми методическими средствами коррекции агрессивного поведения детей.

  1. третья, промежуточная точка зрения, соединяет побуждение и приобретение, гипотеза о фрустрации — агрессии.

6. Фрустрационная модель. Она возникла как противопоставление концепциям влечений: здесь агрессивное поведение рассматривается как ситуативный, а не эволюционный процесс.

Ортодоксальный подход. Основоположником этого направле­ния исследования человеческой агрессивности считается Дж. Доллард. Согласно его воззрениям, агрессия — это реакция на фрустрацию (фрустрация- это все, что препятствует достижению цели): попытка преодолеть препятствие на пути к удовлетворе­нию потребностей, достижению удовольствия и эмоционального равновесия.

Схема «фрустрация — агрессия» базируется на четырех основных понятиях: агрессия, фрустрация, торможе­ние и замещение.

Агрессия понимается как намерение навредить другому своим действием, как «акт, целенаправленной реакцией которого являет­ся нанесение вреда организму».

Фрустрация возникает, когда появляется помеха осуществле­нию условной реакции. Причем величина фрустрации зависит от си­лы мотивации к выполнению желаемого действия, значительности препятствия к достижению цели и количества целенаправленных действий (попыток), после которых наступает фрустрация.

Торможение это тенденция ограничить или свернуть дей­ствия из-за ожидаемых отрицательных последствий. В частности, установлено, что торможение любого акта агрессии прямо пропор­ционально силе ожидаемого наказания. Кроме того, торможение прямых актов агрессии почти всегда является дополнительной фрустрацией, которая вызывает агрессию против человека, вос­принимаемого виновником этого торможения, и усиливает побуж­дение к другим формам агрессии.

Замещение это стремление участвовать в агрессивных дей­ствиях, направленных против какого-либо другого лица, а не ис­тинного источника фрустрации.

7. Ревизионистский подход. Представителем такой модифици­рованной теории обусловливания агрессии фрустрацией является Л. Берковитц. Он ввел новую дополнительную переменную, ха­рактеризующую возможные переживания, возникающие в резуль­тате фрустрации — гнев как эмоциональную реакцию на фрустрирующий раздражитель. Т. е. он считал, что фрустрация вызывает гнев, озлобление, эмоциональную готовность реагировать агрессивно. Помимо этого, по его мнению, агрессия не всегда является доминирующей реакцией на фрустрацию и при оп­ределенных условиях может подавляться.

В концептуальную схему «фрустрация — агрессия» Л. Берко­витц ввел три существенные поправки: а) фрустрация не обяза­тельно реализуется в агрессивных действиях, но она стимулирует готовность к ним; б) даже при состоянии готовности агрессия не возникает без надлежащих условий; в) выход из фрустрирующей ситуации с помощью агрессивных действий воспитывает у индиви­да привычку к подобным действиям.

В процессе своего развития фрустрационный подход претерпел значительные изменения и раз­делился на два относительно самостоятельных течения.

1.Сторонни­ки первого течения остались приверженцами фрустрационно-агрессивной гипотезы и продолжают, в основном, исследовать усло­вия, при которых ситуация фрустрации ведет к возникновению аг­рессивных действий. К таким важным условиям от­носятся: сходство-несходство агрессора и жертвы, оправдан­ность-неоправданность агрессии, уровень агрессивности как лич­ностной характеристики человека.

2.Сторонники второго течения создали собственную концепцию фрустрации, в основу которой положен анализ фрустрационных си­туаций, классификации и типологии реакций на фрустрацию.

10. Понятие малой социальной группы

Сушествует множество определений малой группы. Г. М. Андреева определяет малую группу как не­многочисленную по составу группу, члены которой объединены общей дея­тельностью и находятся в непосредственном личном контакте, что является основой для возник­новения групповых норм, процессов и межличностных от­ношений. В соответствии с этим определением два признака создают основу для возникновения малой группы как психологического феномена: совместная деятельность в ее психологическом аспекте — ценности, цели, задачи и спо­собы взаимодействия — и непосредственный кон­такт, то есть возможность ор­ганизации межличностного общения. На этой основе возникает и развивается собственно малая группа, как социально-психологическое явление.

А. И. Донцов, развивая данное определение, выделяет 8 признаков, характери­зующих взаимодействие людей в малой группе:

1. Регулярно и продолжительно контактируют лицом к лицу, без посред­ников;

2. Обладают общей целью, реализация которой позволяет удовлетворить их значимые потребности и интересы;

3. Участвуют в общей системе распределения функций и ролей во внутри­групповом взаимодействии;

4. Разделяют общие нормы и правила взаимодействия внутри группы и межгрупповых ситуациях;

5. Удовлетворены членством в группе и поэтому испытывают чувство со­лидарности и благодарности группе;

6. Обладают ясным и дифференцированным представлением друг о друге;

7. Связаны стабильными эмоциональными отношениями;

8. Представляют себя как членов одной группы и аналогично восприни­маются со стороны.

Численность малой группы. Большая часть иссле­дований особенностей малых групп проведена на диадах, то есть парах, однако при этом есть все основания счи­тать, что настоящая малая группа начинается с триады. Диада представляет со­бой весьма специфическую малую группу, многие структуры и процессы разво­рачиваются и протекают в ней не в полном объеме, приобретают усеченную форму. Получается, что де-юре малая группа начинается с трех человек, а де-факто — с двух.

Однозначного «верхнего предела» нет: он находится не выше уровня 2—3 десятков. Для учеб­ной группы — один предел, для тренинговой — другой, для спортив­ной команды — третий. Функ­циональный подход к определению верхней границы малой группы — в группе столько человек, скольких можно эффективно объединить для достижения данной конкретной цели. Психологическое содержание совместной деятельности задает воз­можное число участников данной группы.

Параметры анализа группы в социальной психологии характеризующие человека как члена группы.

Для описания человека как члена группы в социальной психологии используются понятия: групповые ожидания, нормы, санкции, статус и роль.

Система групповых ожиданий — это некоторая совокупность представлений о том, как должен вести себя тот или иной член группы в определен­ной ситуации.

Нормы — представления, выработанными членами группы в процессе жизнедеятельности, о подобающих в данной группе способах поведения. Нормы — это некоторый свод законов данной группы, набор правил о том, что нельзя, что можно и что подобает «хорошему» члену группы. В большинстве своем они регулируют индивидуальное поведение участников группы на неосознаваемом уровне. Такие нормы и нара­батываются группой стихийно, «по наитию», некритично усваивают­ся членами группы и действуют дальше автоматически.

Для того чтобы стимулировать нормативное поведение и сни­жать вероят­ность появления ненормативности как массового явле­ния, в каждой группе соз­дается и действует система санкций. Санк­ции — это психологические формы поощрения нормативности и на­казания ненормативности поведения членов группы.

Статус личности в группе — совокупность объективно присущих человеку характеристик, которая определяет восприятие его другими членами группы, самовосприятие и, следовательно, его положение в системах групповых отношений (Г.Андреева).

В интеракционизме разводят два вида группо­вого статуса человека: конвенциональный и личный. Так, социальный статус относится к по­зиции человека в обществе: уважение, которым он пользуется, и его престиж основываются на том, к какой категории он относится и как оценивается эта категория в обществе. Личный статус — это оценка человека «в качестве человеческого существа», которой он подвергается в своей первичной группе.

Групповая роль. Роль глубоко связана с групповым статусом, в самом общем виде ее можно определить как поведение, социально ожидае­мое от человека — носителя определенного статуса.

Конвенциональную роль Т. Шибутани определял как пред­ставление о предписанном шаблоне поведения, которое ожидается и требуется от человека в некоторой конкретной групповой ситуации.

Межличностные роли — совокупность прав и обязанностей, которые связы­вают поведение людей в отношении друг друга.

Референтная группа

Термин «референтная группа» был введен в 40-е гг. XX в. Г. Хайманом, а конкретное наполнение получил в экспериментах Т. Ньюкома. Для Т. Ньюкома этот термин обозначал группу, к кото­рой человек психологически причисляет себя, разделяет ее ценности и нормы. Исследователь разделял позитивные и негативные рефе­рентные группы. К позитивным референтным относятся те группы, в которых человек хочет быть принятым. Отрицательной референт­ной выступает та группа, нормам и ценностям которой человек себя и свое поведе­ние противопоставляет. В конце 40-х — начале 50-х гг. это понятие оконча­тельно закрепляется в социальной психологии, в частности работами М. Шер­рифа. Он видел значение референтной группы в том, что «ее нормы превраща­ются в социальные установки индивидов, в систему отсчета не только для са­мооценки, но и для оценки явлений социальной жизни, для формирования своей карти­ны мира». Он также предложил различать группу член­ст­ва (то сообщество, в которое человек реально включен) и референт­ную группу, с которой человек может себя соотносить в идеальном плане.

Референтная группа и группа членства могут совпадать (человек разделяет и проводит в жизнь ту систему ценностей и норм, которая выработана его ре­альной группой: учебной, трудовой, досуговой).

Но в силу обстоятельств чело­век может быть включен в жизнедея­тельность одних групп, а ценностно и нор­мативно ориентироваться на другую, реально ему для контактов недоступную. Достаточно часто встречается и такой вариант: референтная группа у человека есть, и он реально в нее включен, но большую часть времени вынуж­ден прово­дить в группе членства. Все варианты несовпадения рефе­рентной группы и группы членства чреваты внутренними и межлич­ностными конфликтами для человека.

11. Основные направления в изучении малых групп.

Г. М. Андреева выделяет три направления развития социаль­но-психологи­ческой мысли в Западной Европе (частично) и США (преимущественно), внес­ших наиболее значительный вклад в рас­ширение и углубление наших пред­ставлений о малой группе.

Первое направление — социометрическое, оно из­начально связано с именем Дж. Морено. Морено рассматривал общество состоящим из двух струк­тур. Макроструктура — не психологическая по своей сути — задает человеку пространственное расположение в мире, среду жиз­недеятельности. Микро­структура — это структура межличностных отношений, которые устанавливает человек с другими людьми. Такие отношения Морено рассматривал прежде всего как эмоциональные, построенные на симпатии или антипатии. Они имеют для человека непосредственную субъективную значимость, что для Морено оз­начало еще и приоритет микроструктуры над макроструктурой. Опти­мальный вариант устройства общества — совпадение двух структур. В противном случае человек вынужден находиться в окружении чужих или вовсе неприятных ему людей, что делает его несчастным, а деятельность — неэффективной. Социо­метрическая методика была призвана изучать структуру эмоциональных отно­шений человека с тем, чтобы в соответствии с ней перестраивать макрострук­туру.

Второе направление — социологическое, оно связано с экспе­риментальной деятельностью Э. Мэйо. Он выделил две системы отношений, существующих в группе, — формальных и неформальных, а также определил функции неформальной группы в удовлетворении важных социальных потребностей челове­ка (в принятии, подтверждении, принадлежности).

Близкими к идеям Мэйо оказались взгляды Т. Шибутани. Он предложил различать первичные и вто­ричные группы по степени социальной дистанции между людьми. В первичных группах такая дистанция минимальна, в них происхо­дит индивидуализированное, личностно окрашенное восприятие участ­никами друг друга. Они обычно невелики, и отношения в них характеризуются искренностью, наличием чувства принадлежности, общей культуры и истории. К первичным группам автор отнес взаи­модействие в семье, среди друзей и со­седей. К вторичным — все ос­тальные (именно так определяет круг вторичных групп сам Т. Шибу­тани).

Во вторичных группах отношения основаны на тре­бованиях совместной задачи. Как правило, люди знают друг о друге только то, что важно для выполняемого сейчас дела, и в основе их контакта лежат сооб­ражения полезности.

Третье направление — школа групповой динамики, созданная К. Левином и его учениками — Р. Липпитом, Р. Уайтом, Л. Фестингером и другими. Рассматривая группу как динамическое целое, которое больше входящих в него частей и ко­торое изменяется с изменением любой из его час­тей, приверженцы школы К. Левина изучали такие поня­тия, как групповая сплоченность, стили лидерства, групповая коммуни­кация, кооперация, групповое принятие решений и другие.

12. Эмоциональная структура малой группы

Заслуга выделения эмоциональных от­ношений в качестве важнейших принадлежит 3. Фрейду. Для 3. Фрейда группа создавалась, цементировалась двумя ви­дами эмо­циональных связей членов группы: первичными и вторич­ными. Первичные — это связи каждого члена группы с лидером (во­жаком, отцом, вождем).

Они воз­никают благодаря идентификации последователей с лидером, психологическим помещением в него своего идеального «я». На основе первичных связей возни­кают вто­ричные — связь каждого рядового члена группы с другими, суть ко­торой Фрейд охарактеризовал термином «влюбленность». Естествен­но, что в данном случае под влюбленностью понималось взаимное эмоциональное при­нятие, расположение, проистекающее из общей любви к вожаку.

Интерес к эмоциональным отношениям связан с созданием Дж. Морено знаменитой социометрической, так как именно она позволила сделать эмоциональные отношения пред­метом научного рассмотрения. Место конкретного члена группы в этой системе определяется степенью его предпочитаемости другими участниками (эмоциональ­ным статусом), а сама структура обладает еще рядом важных харак­теристик.

Первая характеристика конфигурация эмоциональных стату­сов членов группы. Статус человека в структуре эмоциональных пред­почтений -это выражение степени привлекательности, симпа­тичности его личности для других. Чем выше статус, тем привлекательнее данный член группы для осталь­ных, тем выше потребность в общении с ним, внимании с его стороны.

Прежде всего в социометрической статусной иерархии выделя­ются три категории: популярные, средние и непопулярные члены группы. По результа­там социометрии они отличаются числом поло­жительных выборов и отверже­ний и их сочетанием.

Популярные члены группы имеют значительное число положительных выборов и мало отвержений (конкретные значения неоп­ределенных терминов «много», «мало» обсуждаются во второй части книги).

Популярные члены группы — это эмоционально привлека­тельные лица. Среди популярных в ряде случаев можно выделить собственно высокостатусных и социометрических «звезд». «Звезду» можно определить как «душу» группы, ее эмоциональный центр, наиболее эмоционально привле­кательное лицо в группе. «Звезда» выявляется в двух случаях: когда есть человек, набравший объективно больше всех положительных выборов (и не менее половины от максимально возможного их чис­ла), и когда в качестве «звезды» может рассматриваться че­ловек, ко­торому по преимуществу отдают свои выборы другие популярные члены малой группы.

Непопулярные члены группы чрезвычайно не однородны. Среди них могут быть члены группы со статусами пренебрегаемых, отвер­женных и изолирован­ных. У пренебрегаемых есть положительные выборы, но их мало, они получили значительно больше отвержений со стороны других членов своей группы. Можно сказать, что эмоци­онально они мало привлекательны для членов группы. Отвержен­ные, или изгои, не имеют положительных выборов, а лишь разное количество отвержений, что и определяет условную силу их соци­альной отверженности. Роднит всех отверженных то, что их лич­ность воспринимается группой весьма экспрессивно, но отрицательно. На­конец, к изолиро­ванным попадают те люди, которые как бы не существуют для груп­пы: у них отсутствуют как выборы, так и отвержения.

Вторая характеристика — взаимность социометрических выборов. Реальное положение человека в группе определяется не только статусом, но и взаимностью сделанных им выборов и отвер­жений. Чем больше взаимных выборов, тем оно стабильнее и благо­приятнее.

Третья характеристика — наличие и взаимоотношения внут­ри устой­чивых микрогрупп.

Любая малая группа, численностью более 5—7 человек тяготе­ет к внут­реннему разбиению на более мелкие сообщества — микро­группы. Каждая из них имеет свою эмоциональную структуру, иног­да — своих высокостатусных и «звезд». Внутри достаточно большой по численности (15—25 человек) группы может существовать очень сложная социальная структура: несколько микро­групп, которые как-то взаимодействуют друг с другом, отдельные пары и тройки, а так­же отверженные, изолированные. Взаимоотношения между устой­чивыми микрогруппами многое определяют в эмоциональном кли­мате всего коллектива. Они могут быть конфликтны или позитивны, группы могут иметь общих членов или быть изолированными друг от друга, могут быть ориентиро­ваны на одних «звезд» или разных и т. д.

Социометрический статус члена группы — величина достаточ­но устойчи­вая. Она не только имеет тенденцию сохраняться в дан­ной конкретной группе, но очень часто «переходит» с человеком в другую группу. Объяснение этому довольно простое — человек привыкает выполнять роли, предписанные ему его постоянным статусным по­ложением. В поведении закрепляются определенные привычные формы реагирования на слова и поступки других. Мимика, позы и другие не­вербальные реакции тоже «подстраиваются» под опреде­ленную роль. Переходя в другую группу, человек продолжает играть привычные роли, или по крайней мере его роль выдают неосозна­ваемые элементы поведения. Члены группы улавливают предлагае­мый им образ и начинают подыгрывать новичку.

Психологические и социальные факторы, влияющие на ста­тус человека в группе? Среди важнейших нужно назвать внешний вид (физическая привле­кательность и оформление облика), успехи в групповой деятельности, умствен­ную одаренность, некоторые свой­ства темперамента (общительность, низкая тревожность, стабиль­ность нервной системы).

Кроме того, в каждой группе есть система своих, ценных для этого сообщества качеств, и высокий статус полу­чает тот, кто обладает ими в должной мере.

Главное условие, обеспечивающее динамику статусов членов группы, — создание разнообразных форм групповых деятельностей, которые потребовали бы от своих исполнителей перераспределения функций и обязанностей, раз­личных форм управления, раскрытия и реализации личностных возможностей и ресурсов членов группы. Это предоставило бы всем членам группы шанс найти деятельность, повышающую их групповую роль и изменяющую отноше­ние к нему других участников группового общения.

Для повышения статуса отверженного или изолированного члена группы может быть использован прием, условно называемый «отсвет от звезды». Суть его в том, что высокостатусному члену группы поручается (под благовидным предлогом) в сотрудничестве с низкостатусным выполнить важную для группы работу. Конечно, большая часть успеха достается «звезде», но можно не со­мневаться, что отсвет от ее славы упадет и на помощника, чья роль в группе может измениться.

Повышению статуса члена группы может способствовать его успешность в какой-либо внегрупповой деятельности. Данный эф­фект в литературе имеет название генерализации статуса.

21. Лидерство

В зарубежной социальной психологии термин «лидерство» длительное время выполнял роль универсального термина.

В отечественной социальной психологии послевоенного пе­риода понятия лидерства и руководства были разведены практичес­ки с самого начала. Их об­щие черты —

и руковод­ство, и лидерство представляют собой групповые феномены, суще­ствующие для решения задачи управления группо­вой активностью.

-они стимулируют, направляют активность других в неко­тором важном для группы направлении.

Различие. Руко­водство, в отличие от лидерства, — феномен смешан­ной, социально-психоло­гической природы. Власть руководителя значительно шире собственно психо­логического влияния. Она опи­рается на всю систему социально-экономических рычагов, которые находятся в распоряжении руководителя. Сила влияния руко­водите­ля частично опирается на психологические механизмы, частично — на полномочия, данные ему более широкой социальной системой (которая и опре­делила его на должность руководителя).

Лидерст­во — феномен собственно психологической природы, в его осно­ве — сила влияния одного члена группы на другого.

Лидер- член группы, обладаю­щий наибольшим ценностным потенциа­лом, обеспечивающим ему веду­щее влияние в группе.

Теории происхождения лидерства. . .

  1. Теория черт, харизматическая, теория великих людей.
  2. Ситуационная теория лидерства.
  3. Синтетическая теория. В последние десятилетия практические монопольные права на общее объ­яснение происхождения лидерства приобрела так называе­мая синтетическая теория. Лидерство рассматривается в ней как «процесс организации межлично­стных отношений в группе, а лидер как субъект управления этим процессом».

Лидер — это групповая функция, роль, для вы­полнения которой необходимы определенные качества, но прежде всего — ценностная значимость личности, воплощение принятых в группе норм и це­лей.

Р.Л.Кричевский определил лидерство как субординированность позиций участников в зависимости от их ценностных потенциалов и ценностных вкладов в жизнедеятельность группы.

22. Принято различать лидерство двух типов в соответствии с двумя важнейшими видами групповой деятельности — ин­струментальное и экспрес­сивное. Роль инструментального лидера преимущественно включает в себя дейст­вия, направленные на достижение стоящей перед группой цели.

Роль экспрес­сивного лидера поддержание внутреннего клима­та, групповая интеграция.

Деятельность одного из них будет ориентирована на управление дело­вой активностью, дея­тельность другого — на управление эмоциональной.

В свою очередь, инструментальное лидерство тоже дифференцируется на лидеров разного типа: лиде­ра-организатора, лидера-инициатора, лидера-эрудита, лидера-масте­ра. Такие разновидности лидерства были выделены Л. И. Уманским и его сотрудниками. Они же показали возможность дифференциа­ции и экспрессивного лидерства. Например, лидер эмоционального притяжения, лидер — генератор эмоционального настроя.

Лидеры могут отличаться друг от друга не только функцио­нальной ролью, но и диапазоном своих лидерских возможностей. Есть «узконаправленные» ли­деры, выдвигаемые группой на эту роль в конкретный момент функционирова­ния. Скажем, лидер — мастер в определенном виде труда. А есть лидеры широ­кого спектра воз­можностей, сохраняющие свои статусные позиции даже при резкой смене групповой ситуации.

Таким образом, в группе могут существовать одновременно несколько разнонаправленных лидеров. Причем, чем выше уровень развития группы, чем многообразнее групповые цели и насыщеннее внутренняя жизнь, тем более разветвлена лидерская структура группы.

Диагностика лидеров и лидерских структур.

С пониманием лидерства как процесса межличностного взаи­модействия тесно связан вопрос диагностики лидеров и лидерских структурМожно выде­лить три диагностических подхода.

Первый — применение тестовых процедур. При всем их внеш­нем разли-чии по сути они являются модификациями социометрического метода. Каж-дый член группы ставится такой процедурой в ситуацию гипотетического вы-бора: «Если бы сложилась такая ситуа­ция, кто бы…», «Оцените выраженность у членов группы таких ка­честв, как…», «Кого бы вы назвали, как самого…» и т. п.

Применение тестового метода в диагностике группового ли­дерства пред­ставляется малопродуктивным. Прежде всего нет уве­ренности в том, что гипотетический выбор и реальный совпадут.

Второй диагностический подход — использование метода референтомет­рии. Это метод выявления групп и лиц, обладающих для человека ценностной значимостью. Для них существует особое название — референтометрические лидеры. К ним относятся члены группы, к мнению которых прислушиваются, хотя при построении собственного поведе­ния не всегда на это мнение ориентируются.

Наконец, третий подход к диагностике лидерства в реальной малой группе напрямую связан с динамическим пониманием этого феномена. Соответственно суть этого подхода — в создании ситуации реального взаимо­дейст­вия в значимой для группы сфере жизни. Наблюдение за группой и просходящими в ней процессами может осуществляться в реальной групповой ситуации, смоделированной ситуации, игре.

23. Руководство как феномен психологической власти в группе

«Руководить — значит оказывать влияние на одного человека или многих людей таким образом, чтобы они изменяли свое место­положение, свою точку зрения, направление своих мыслей или дей­ствий». Источники влияния ру­ководителя достаточно разнообраз­ны, они значительно богаче тех возможно­стей, которые может задейст­вовать лидер. Это собственно психологические силы и социальные, экономические рычаги. В самом руководстве нужно разли­чать два аспекта: социальный, который иначе может быть обозначен как адми­нистрирование, и психологический, который в отечественной ли­тературе при­нято обозначать терминами «авторитет» или «лидирую­щий авторитет», а в за­рубежной — термином «лидерство».

Френч и Рэйвен выделяют 5 источников влияния руководителя на подчи­ненных или, как их называют сами авторы, 5 форм власти.

Первый источник влияния — принуждение. «Исполни­тель верит, что влияющий имеет возможность наказывать таким образом, который поме­шает удовлетворению какой-то насущ­ной потребности, или вообще может сделать какие-то непри­ятности». Принуждение предполагает жест­кую систему контроля, осуществляемого со стороны руководителя за всеми этапами и аспектами деятельности подчиненных.

Второй источник влияния — вознаграждение. В каком-то смысле вознагражде­ние — обратная сторона принуждения, по своей сути — столь же манипуля­тивная техника управления.

Третий источник влияния — традиции: Традиционная власть руководителя опирается на устоявшееся в куль­туре, ставшее частью традиционного воспитания стереотипное представле­ние о том, что «начальник всегда прав» и «недостойного чело­века началь­ником не сделают».

Четвертый источник влияния — личность руководителя, власть примера (харизма).

Речь идет не о качест­вах личности, необходимых руководителю для успешного управле­ния, а о его харизматических способно­стях как дополнительном ис­точнике власти над подчиненными. Харизма — это власть, основанную на личном влия­нии, на отожде­ствлении подчиненного с руководителем.

М. X. Меском называет следующие черты хариз­матической личности:

1. Обмен энергией. Создается впечатление, что эти личности излучают энергию и заряжают ею окружающих людей;

2. Внушительная внешность. Харизматический лидер не обяза­тельно кра­сив, но привлекателен, обладает хорошей осанкой и пре­красно держится;

3. Независимость характера. В своем стремлении к благополу­чию и уваже­нию (в их понимании) эти люди не полагаются на других;

4. Хорошие риторические способности. Они умеют говорить;

5. Восприятие восхищения своей внешностью. Они чувствуют себя ком­фортно, когда другие выражают им восхищение, не впадая при этом в надмен­ность или себялюбие;

6. Достойная и уверенная манера держаться. Они выглядят людьми соб­ранными и владеющими ситуацией.

Пятый источник влияния — экспертная власть. Для подчинен­ного часто является очевидным что руководитель обладает ценными зна­ниями в отношении различных рабочих проблем и вопросов.

В социальной психологии существует тра­диция исследования некоторых типических стилей руководства.

А. А. Русалинова опреде­ляет стиль руководства как стабильно проявляющиеся особенности взаимодей­ствия руково­дителя с коллективом, формирующиеся под влиянием как объективных и субъек­тивных условий управления, так и индивидуально-психологических особенностей лич­ности руководителя.

Начало исследований в этой области связано с именем К. Ле­вина. Им были выделены три стиля руководства (они именовались также стилями лидерства): демо­кратический, авторитарный, либеральный.

Подход, предложенный М.-А. Робером и Ф. Тильманом, описывает три модели руководства — ди­рективную, кооперативную и недирек­тивную.

В осно­ве директивной модели лежит едино­началие руководителя, в основе кооперативной — возможность активного коммуникативного обме­на между руководителем и другими членами группы.

Последствия директивной мо­дели:

  1. порождаются и закрепляются отношения в виде звезды (фронтальная или радиальная сеть) между начальником и подчиненными, ограничивающие деловую ини­циативу членов группы;
  2. появляется опасность постоян­ного увеличения числа промежуточных ступеней в управлении груп­пой, препятствующих сотрудниче­ству всех членов группы;
  3. увеличи­вается необходимость контроля за исполни­телями, возникают не­формальные группы общения, автономные от системы власти и построенные на принципах равноправия.

Среди важнейших кооперативной мо­дели выде­ляются такие, как

  1. создание разветвленной групповой структуры, не ограничи­вающей информационные возможности и инициативу членов группы;
  2. высокая удовлетворенность групповым членством; уменьшение числа иерархических ступеней в управле­нии, рост ответственности и самоконтроля со стороны чле­нов груп­пы.

Реализация кооперативной модели требует вы­сокой эмоциональной зрелости и руководителя, и членов группы.

Преимущества директивной модели состоят в ее структурной простоте и возможностях оперативного использо­вания, а также в том, что она закрывает и защищает руководителя в психологическом плане.

Существенным недостатком этой модели является пассивность подчиненных. Кроме того, ди­рективная мо­дель внутренне конфликтна, так как опирается на давление и дик­тат, что время от времени будет взрывать группу изнутри через бур­ные, слож­норазрешимые конфликты.

Преимуществами кооперативной модели явля­ются ее про­грессивность, экономичность и гуманность, которые вы­ражаются в возможно­сти решать сложные групповые задачи неболь­шим числом подчиненных, обла­дающих высокой квалификацией, в хорошем взаимопонимании между руково­дителем и подчиненны­ми, в низкой конфликтности группы и управляемости ее конфлик­тов, свободном развитии группы в целом и ее отдельных членов.

В своей реализации она сталкивается с рядом трудностей. Одна— это необходимость затрачивать много сил, высокие требования к психоло­гической готовности участников. Кроме того, данная модель плохо работает в условиях, требующих оперативных решений, так как на ее реализацию требу­ется достаточ­но много времени (совместная выработка решений, обмен полной информацией и так далее).

По мнению Робера и Тильмана, будущее — за кооперативной моделью, позволяющей лучше справляться со сложными реалиями сегодняшней соци­альной жизни и производства.

Недирективная мо­дель рассматривается ими как специфический случай управления, когда функция руководства полностью пе­редается членам группы. Без руководителя группа растрачивает всю свою групповую энерге­тику на внутреннюю динамику. Успешно реализована такая модель может быть в тренинговых, обучающих группах.

14. Феномен группового давления

Группо­вые нормы — это определенные правила, выработанные группой в процессе жизне­деятельности, принятые ее большинством и регули­рующие отношения между ее членами. В каждой группе действуют нормы двух типов:

конвенциональные, внедренные в группу той социальной системой, в рамках которой она функционирует, и нормы первичной группы, создающие в каждом случае уникальный и часто неосознаваемый людьми свод неписаных законов и правил: «У нас принято», «У нас не поощряется» и т. д

Р. Л. Кричевский и Е. М. Дубовская, предлагают общую характеристику функционирования норм в малой группе.

Нормы в малой группе:

  • возникают в процессе функционирования группы как неко­торая квинт­эссенция результатов взаимодействия членов группы («отливка» их ре­ального опыта контактов), а также вносятся в группу извне (например, организацией, в рамках которой она существует);
  • фиксируют правила взаимодействия не для всех возможных ситуаций, а лишь для тех, которые представляют для группы в целом значение, ценность, то есть групповые нормы не регламентируют все индивиду­альные проявления участников;
  • могут иметь различное предназначение. Одни регламенти­руют поведе­ние всех участников в определенной ситуации («Должно поступать только так»), другие имеют отношение к конкретным ролям и статусам («Тебе, при твоем положении, должно поступать именно так»);
  • различаются по степени своего принятия членами группы. Она может варьировать от всеобщего одобрения до принятия незна­чительным меньшинством;
  • различаются по степени своей «демократичности»: одни до­пускают достаточно свободное отклонение от них, другие требуют неукосни­тельного и четкого исполнения. Различаются также виды применяемых санкций .

Конформизм подчинение сужде­ния или действия чело­века групповому давлению (мнению боль­шинства) в ситуации конфликта ме­жду его собственным мнением (опытом) и мнением большинства. Конформ­ность склонность че­ловека как члена группы неосознанно выбирать и сле­довать мнению группового большинства. Негативизм демонстрация поведе­ния, или мнения, противоречащего мнению большинства, независимо от того, право это большинство или нет. Нонконформизм демон­страция мнения или поведения, опирающегося на собственный опыт, независимо от мнения или по­ведения группового большинства.

Началом исследованиям в данной области послужили экспе­рименты Со­ломона Аша и его сотрудников. Их целью было изучение социальных и личност­ных условий, заставляющих индивидуумов сопротивляться или уступать груп­повому давлению в тех случаях, когда суждение группы воспринимается как противоречащее фактам…

Результаты экспериментов. В 35 случаях из 100 люди демонстрируют зави­симое от группы поведение. Колебания в пользу мнения группы ха­рактерны многим ин­дивидуумам (в экспериментах они составили около одной трети).

У 25% на­блюдалось устойчиво независимое по­ведение.

Интерес представляет и попытка Аша описать некоторые типы независи­мых и зависимых испытуемых. Среди независимых он вы­делил тех, чья авто­номия основывается на уверенности в себе, от­страненности (замкнутости) на­туры, и «правильных» (они испыты­вают сомнения, но предпочитают следовать своему сенсорному ощу­щению).

Среди уступчивых он также описал три типа испытуемых.

Первый тип — люди, которые реально увидели правоту большин­ства (произошло субъективное искажение зрительного образа).

Их не­много в общей экспериментальной выборке.

Второй тип — люди, которые, пережив конфликт своего и группового мнения, пришли к выводу, что право большин­ство.

И третий тип — примкнувшие к большинству. Их не столько заботит про­блема расхождения мне­ний, сколько они опасаются остаться вне общества себе подобных.

Факторы, влияю­щие на конформ­ное поведение:

  • Единодушие большинства. Больше всего конформных реакций (чуть бо­лее 30%) испытуемые демонстрируют в ситуации абсолютно­го единодушия большинства. В ситуации, если в группе два «наив­ных» испытуемых или среди подставной группы «назначен» верный партнер, степень независимости резко повышается (процент кон­формных реакций едва достигает 10).
  • Численность большинства. Максимальное воздействие на мне­ние «на­ивного» испытуемого оказывает группа из 3 человек. Дальнейшее увеличение численности единодушного большинства не имеет существенного значения.
  • Особенности ситуации. Исследования Аша и сотрудников пока­зали, что чем дальше от истины мнение большинства, тем выше независимость испытуе­мых. И что еще более важно: влияние боль­шинства усиливается, когда нарас­тает неопределенность ситуации. Уверенный в своей компетентности испытуе­мый менее склонен к зависимому поведению, но лишь в том случае, если ком­петентность группы он оценивает ниже или равно своей. Чем выше субъектив­ная авторитетность группы для «наивного испытуемого», тем чаще он подпа­дает под влияние большинства.
  • Особенности группы. В ряде отечественных исследований (ра­боты А. П. Сопикова, А. В. Баранова) выявлена зависимость интен­сивности конформного поведения от особенностей деятельности группы. Исследования, проведенные на студентах, показали, что бу­дущие педагоги чаще демонстрируют зависи­мость от группового влияния, чем будущие инженеры. Подростки, играющие в оркестре, более зависимы в своем мнении от сверстников, чем подростки — победители физико-математических олимпиад. Конформность также возрастает в сплоченных группах.
  • Гендерные и возрастные особенности. Женщины в целом более кон­формны, чем мужчины, а дети — чем взрослые. Хотя если гово­рить о подрост­ках и старшеклассниках, то они склонны демонстри­ровать конформизм в об­щении с группой сверстников и негати­визм — в общении со взрослыми. Учи­тывая это, желательно как можно реже ставить подростка в ситуацию группо­вого давления со стороны взрослых или класса, если он не является для него источни­ком норм и ценностей. В старшем школьном возрасте вероятность не­зависимых решений возрастает, однако конформность в общении со значимой группой сверстников или взрослых еще очень велика.
  • Индивидуальные особенности испытуемого. Р. Л. Кричевский и Е. М. Дубовская приводят следующие данные: выявлена отрицатель­ная зависимость между склонностью человека к конформному пове­дению и такими его психо­логическими особенностями, как высокий интеллект, способность к лидер­ству, толерантность к стрессу, соци­альная активность и ответственность.
  • Значимость ситуации для испытуемого. Это наиболее важный фактор. Чем более значи­мой для себя испытуемый воспринимает ситуацию, тем ниже вероятность принятия им зависимых решений.

15. М. Дойч и Г. Дже­рард предложили различать два типа социального влияния в группе, порож­дающих конформное по­ведение: нормативное и информационное. В дальней­шем Г. Дже­рард высказал предположение, что истоки конформности — в ин­формационной зависимости члена группы от других ее участников. Ситуация, в которую попадает человек, вызывает у него тревожность и, естественно, по­требность в ее снижении. Неопределенность си­туации может быть снята за счет различных форм сравнения себя с другими: во-первых, человек исполь­зует поведение других как стан­дарт, которому можно соответствовать; во-вторых, он формирует представление о себе на основе механизма социальной рефлексии. Все это делает человека чувствительным к социальному влиянию.

В. Э. Чудновский выделил 2 типа конформного поведения: внешнее и внут­реннее. Внешнее подчинение — это реакция приспо­собленчества (Л. Фестин­гер использовал для обозначения близкого явления термин «публичная кон­формность»), которая может сопро­вождаться внутренним конфликтом, но может осуществляться и без него, как принятое личностью внешнее приспо­собление к группе. Внутреннее подчинение — это переживание мнения группы как своего собственного, которое может проистекать из бессознатель­но­го принятия постулата «большинство всегда право», а может быть резуль­татом сознательного выбора личности.

Д. Майерс называет два механизма, защищающих человека от «безудерж­ности» нормативного давления: реактивное сопротивление и поведенческое подтверждение собственной уникальности.

16. Нормативное влияние меньшинства

В последнее время ученые поняли, что конфор­мизм и независимость — это не единственно возможные реакции на мнение большинства. Меньшинство может активно отстаивать свою позицию и оказы­вать влияние на большинство. …Большинство и меньшинство оказывают друг на друга взаимное влияние.

Критикуя теории конформного поведения, созданные в рамках исследова­тельской парадигмы С. Аша, С. Московичи дает характе­ристику этих теорий

  • Человек в группе рассматривается как зависимый элемент груп­по­вой системы, обладающий незначительной волей и свободой.
  • Важ­нейшим фактором, цементирующим групповые коммуникации, признается нормативная и информационная зависимость человека от группы, меньшинства от большин­ства.
  • Отклонение человека от групповой нормы интерпретируется как проявле­ние плохой соци­альной адаптации, а с точки зрения группы представляет уг­розу ее существованию как целого.
  • И еще один важный момент: возмож­ности влияния в группе распределены неравномерно. Практической монополией на ее применение обладают лидеры и групповое боль­шинство.

По всем этим пунктам позиция европейской социальной пси­хологии была иной, иногда — противоположной. Прежде всего отличается сама трактовка термина «меньшинство». Меньшинство оп­ределяется не по численности, а по критерию влияния: это часть группы, которая обладает меньшими возможно­стями влияния.

В экспериментах, проведенных европейскими социальными психологами, был установлен сам факт существования нормативно­го влияния меньшинства и изучены некоторые из его механизмов и эффектов. В одном из самых первых экспериментов, проведенных С. Московичи и его сотрудниками, испытуемым предлагалось определить цвет и его интенсивность по 6-балльной шкале. В экспери­менте участвовали 6 человек, из них двое — помощники экспери­мента­тора — постоянно называли голубой цвет зеленым. В этой си­туации число от­ветов «зеленый» у «наивных» испытуемых составило около 8% (в контрольной группе таких выборов было 0,25%).

Экспериментальные данные позволяют сравнить особенности влияния большинства и меньшинства.

  • Большинство оказывает более сильное воздейст­вие на уровне реакций людей на тот или иной факт, меньшинство — на уровне правильности позиции.
  • Влия­ние большинства проявляется довольно быстро, конформные реак­ции чаще появляются в ответах испытуемых в первых про­бах. Влия­ние меньшинства часто оказывается на латентном, неосознаваемом человеком уровне и может проявляться не в данной эксперимен­тальной ситуа­ции, а в последующих, лишь частично по содержанию связанных с ней.

Внутренняя картина состояния человека, находящего под воз­действием большинства и меньшинства, совершенно различна.

*Переживая конфликт с большинством, человек очень часто ощущает свою некомпетентность, неза­щищенность. Его стремление присо­единиться к большинству диктуется стра­хом остаться в социальной изоляции.

*Позиция меньшинства часто воспринима­ется представите­лем большинства с иронией, раздражением (позиция «сверху»), его точка зрения — ошибочной, непродуманной. Но при этом по­следо­вательное меньшинство воспринимается как более уверенное в себе. При влиянии меньшинства, утверждает Ч. Д. Немет, человек испы­тывает значи­тельно меньший стресс, чувствует себя внутреннее более защищенным, что по­зволяет ему спокойнее и продуктивнее отнестись к конфликту мнений: у него часто возникает мотивация переоценить ситуацию в свою пользу.

Исследования позволили также установить, что к основным факторам, де­лающим позицию меньшинства влиятельной, необхо­димо отнести последова­тельность, уверенность, гибкость (готов­ность к компромиссу), уважительное отношение к оппонентам.

Г. Мюньи показал, что сила влияния меньшинства существенно за­висит от об­раза, который складывается о нем у большинства: если оно воспринимается как жесткое, бескомпромиссное, категоричное, то это создает сильный психологи­ческий барьер. Не менее важные параметры — последовательность и уве­ренность группового меньшинства в своей позиции.

Основные следствия влияния меньшинства для группы в целом и ее отдельных участников:

• влияние меньшинства побуждает человека и большинство в целом к по­иску новых аргументов в защиту своей позиции; в резуль­тате большинство мо­жет еще больше убедиться в своей правоте, но это убеждение будет опираться уже не на стереотипы и неосознан­ные групповые нормы, а на результаты ана­лиза и размышления;

• благодаря существованию иной позиции, существенно воз­растает веро­ятность выработки человеком и группой новых, креа­тивных решений.

Высокая конформность членов группы, отсутствие «здорового» меньшинства, не разделяю­щего общей точки зрения, легко может привести группу к застою, а ее участников — к ригидности.

Нормативное влияние меньшинства — это механизм, ограничивающий прессинг большинства, препятст­вующий чрезмер­ному повышению конформности членов группы. На групповом уровне он — источник развития, на индивидуаль­ном — стимулятор познавательной актив­ности, проявления творчес­кого личностного начала.

17. Понятие групповой динамики

Впервые термин «групповая динамика» был использован Кур­том Левином. Группа понималась как «динамическое це­лое». Для описания свойств этого динамического целого Левин ис­пользовал два основных закона гештальт-психологии.

Закон «Целое доминирует над частями» приводит к следую­щим соци­ально-психологическим следствиям:

• группа не может быть рассмотрена как сумма индивидов, так как она спо­собна изменять их индивидуальное поведе­ние;

• оказывать влияние извне легче на группу в целом, нежели чем на поведе­ние отдельных ее членов;

• каждый член группы признает свою зависимость от других ее членов.

Закон «Отдельные элементы объединяются в целое» приводит к таким свойствам группы:

• основа группы — не в сходстве, а во взаимозависимости членов группы;

• человек склонен становиться членом той группы, с кото­рой он себя ото­ждествляет, а не той, от которой внешне за­висит;

• человек остается среди тех, к кому он чувствует себя при­надлежащим, даже если их поведение и давление недруже­ственны.

Сегодня термин «групповая динамика» используется весьма широко. Как отмеча­ет Г. М. Андреева: «Групповая дина­мика, в отличие от ста­тики группы, это и есть совокупность тех динамиче­ских процессов, которые одновременно происходят в группе в какую-то единицу времени и которые знаменуют собой движение группы от стадии к стадии, т. е. ее развитие.» Среди наиважнейших тра­диционно рассматриваются такие групповые процессы, как норма­тивное влияние, раз­витие и сплочение, принятие групповых реше­ний.

Развитие группы в широком значении — это и есть групповая динамика. Существует несколько подходов к выделению этапов развития малой группы.

Модель Л. И. Уманского. В ее основе лежит ряд параметров, для достижения груп­пой высшей ступени развития (ценностная на­правленность группы, организа­ционное и социально-психологичес­кое единство группы, компетентность ее членов в достижении груп­повых целей).

Групповое развитие начинается с конгломерата. Конгломерат — это со­вокупность незнакомых друг с другом людей. Далее развитие группы может происходить в обоих на­правлениях- к коллективу и антиколлективу.

Путь к коллективу лежит через стадии кооперации и автономизации. Кроме того, перед стадией кооперации в развитии группы в ряде случаев можно выделять также промежуточные стадии: номи­нальной группы и группы-ассоциации. Номинальная группа: формальная группа, имеющая название, внешне за­данную цель и структуру. Пока только это и объединяет ее членов.

Группа-ассоциация: заданные извне цели, способы и виды дея­тельности приняты членами группы. Возникает первичная межлич­ностная интеграция.

Группа-кооперация: стадия, на которой группа функционирует в основном в инструментальной плоскости. Хорошо развита струк­тура деловых отноше­ний; члены группы ориентированы на сотруд­ничество в решении целевых во­просов.

Группа-автономия: ориентирована на экспрессивную сферу. Формируется чувство «мы», групповые эталоны и нормы. Группа ориентирована на себя, свои внутренние отношения.

Группа-коллектив: высшая стадия развития группы. Широкая кооперация с другими социальными группами; внутренняя сплочен­ность, кооперативность в инструментальной сфере.

19. Стратометрическая теория коллектива А. В. Петровского… В качестве критериев построения типологии групп выступают, во-первых, степень опосредствованности межличностных отношений в группе содержанием совместной деятельности и, во-вторых, общественная значимость совместной деятельности. Исходя из предложенных критериев, развитие группы описывается как движение в своеобразном континууме, положительным и отрицательным полюсами которого являются соответственно коллектив (высокие позитивные показатели по обоим критериям); корпорация (высокий позитивный показатель по первому и высокий негативный показатель по второму критериям); в центральной точке располагается так называемая диффузная группа (общность, в которой практически отсутствует совместная деятельность); а промежуточное положение между диффузной группой и положительным и отрицательным полюсами континуума занимают соответственно просоциальная и асоциальная ассоциации, т. е. группы с низкой степенью опосредствования межличностных отношений совместной деятельностью

18. Модель Б.Такмена. Б. Такмен предложил рассматривать две линии группового развития: в сферах межличностной и деловой активности. Внутри каждой линии существуют 4 свои стадии, кото­рые последовательно сменяют друг друга. Первая стадия связана с ориентировкой во взаимоотношениях (деловых и эмоциональных); вторая — этап проживания конфликта — с необходимостью привес­ти в соот­ветствие взаимоожидания членов группы, групповые и ин­дивидуальные цели и др., далее следует стадия продуктивных взаи­моотношений в каждой из сфер. Четвертая стадия развития межлич­ностных отношений — формирование роле­вой структуры группы, деловых отношений — принятие решений в области достижения целей группы.

20. Групповая сплоченность

Хотя сплоченность малой группы неоднократно являлась предметом довольно пристального внимания со стороны отечественных и зарубежных специалистов, и по сей день еще очень многое в природе этого феномена остается неясным, и до сих пор нет однозначной и удовлетворительной дефиниции сплоченности. Существует несколько основных линий исследований, подходов к изучению данного феномена.

Сплоченность как межличностная аттракция (межличностная симпатия).

Именно так трактуется сплоченность многими зарубежными авторами, определявших сплоченность как «такое групповое свойство, которое является производным от количества и силы взаимных позитивных установок членов группы. Лот попытался выделить группу переменных, составляющих, по его мнению, совокупность причин и следствий симпатии (межличностной аттракции, сплоченности) членов малой группы. К числу причин относятся: частота взаимодействия индивидов, кооперативный характер их взаимодействия, стиль руководства группой (преимущественно демократический), фрустрацию и угрозу течению группового процесса (как следствие межгрупповых отношений), статусные и поведенческие (личностные) характеристики членов группы, разнообразные проявления сходства между людьми (в установках, возрасте, профессии, этнического плана и т. д.), успех в выполнении группового задания и т. д.

В числе последствий симпатии (т. е. сплоченности) называются: агрессивное поведение в отношении несимпатичного группе лица, более благоприятная оценка членами группы ситуации межличностного взаимодействия, изменения в оценке других лиц (например, люди, к которым личность питает симпатию, нередко рассматриваются ею как «себе подобные») и во внутригрупповой коммуникации (в ряде случаев, хотя и далеко не всегда, симпатия позитивно коррелирует с частотой коммуникации партнеров), рост конформного поведения, возможное возрастание продуктивности группы.

Трактовка сплоченности как преимущественно эмоционального феномена межличностных отношений присуща, однако, не только многим зарубежным исследователям. Обзор отечественных работ в этой области групповой психологии, выполненный А. И. Донцовым (1979), также обнаруживает целый ряд попыток «эмоционального» подхода к проблеме. Правда, соответствующие советские авторы не пользуются понятием аттракции, но сплоченность описывается в их исследованиях как социометрический феномен.

Сплоченность как результат мотивации группового членства. Картрайт предложил довольно развернутую модель групповой сплоченности, в основу которой положено представление о сплоченности как некоей результирующей сил, или мотивов, побуждающих индивидов к сохранению членства в данной конкретной группе. Совокупность этих сил, иными словами, детерминант сплоченности, представлена в модели следующим набором переменных: 1) мотивационная основа тяготения субъекта к группе, включающая в себя совокупность его потребностей и ценностей; 2) побудительные свойства группы, отраженные в ее целях, программах, характеристиках ее членов, способе действия, престиже и других признаках, важных для мотивационной основы субъекта: 3) его ожидания или субъективная вероятность того, что членство будет иметь для него благоприятные или отрицательные последствия; 4) индивидуальный уровень сравнения—некоторая средняя субъективная оценка последствий пребывания человека в разных социальных группах.

Показательно, что в приведенной выше модели мотивация членства рассматривается не как обусловленная исключительно свойствами самих малых групп, но в тесной связи с другими переменными, преимущественно относящимися к личностным особенностям их членов. При этом Картрайт подчеркивает, что определенные характеристики группы будут иметь побудительную силу для субъекта лишь в том случае, если они отвечают соответствующим потребностям, входящим в его мотивационную основу тяготения к группе.

Основное внимание среди приведенных выше детерминант сплоченности в рассматриваемой модели уделено побудительным свойствам групп. К их числу отнесены: 1) привлекательность членов группы (т. е. степень симпатии, испытываемой к ним окружающими); 2) сходство между членами группы (чаще всего в ценностях, установках и т. п.); 3) особенности групповых целей (их соответствие потребностям членов группы, четкость постановки, успех группы в их достижении); 4) своеобразие взаимосвязи членов группы (чаще всего речь здесь идет о последствиях кооперативной и конкурентной стратегий поведения членов группы); 5) удовлетворенность групповой деятельностью (как часть общей удовлетворенности трудом); 6) характер руководства и принятия решений (имеются в виду стили руководства и действительное участие индивидов в выработке групповых решений); 7) структурные свойства группы (главным образом модели коммуникативных сетей и статусно-ролевые аспекты структуры); 8) групповая атмосфера (ее аналогом, как правило, являются особенности межличностных отношений, складывающихся между членами группы); 9) величина группы.

Наряду с рассмотрением детерминант групповой сплоченности в модели Картрайта обсуждаются и возможные последствия ее роста, а именно: 1) сохранение группового членства (оно проявляется, в частности, в уменьшении числа уходов из группы); 2) усиление влияния, оказываемого группой на своих членов (более заметными становятся проявления феномена конформного поведения); 3) возрастающее участие в жизни группы (подразумевается большая включенность индивидов в групповые деятельности); 4) рост индивидуальной адаптации к группе и переживание чувства личной безопасности (в значительной мере в силу так называемого квазитерапевтического эффекта, вызываемого фактором группового сплочения и выражающегося в росте самооценки и снижении тревожности членов малой группы.

Сплоченность как ценностно-ориентационное единство. В описании двух предыдущих моделей сплоченности нетрудно найти нечто общее, а именно присущее им акцентирование преимущественно эмоциональной природы феномена. В этом смысле полной антитезой обоих подходам являются развиваемые А. В. Петровским и сторонниками стратометрической концепции групповой активности представления о сплоченности группы как ее ценностно-ориентацнонном единстве.

Согласно А. В. Петровскому, «сплоченность как ценностно-ориентационное единство—это характеристика системы внутригрупповых связей, показывающая степень совпадения оценок, установок и позиций группы по отношению к объектам (лицам, задачам, идеям, событиям), наиболее значимым для группы в целом». Причем, как подчеркивает автор стратометрической концепции, ценностно-ориентационное единство группы, как показатель ее сплочения, отнюдь не предполагает совпадения оценок и позиций членов группы во всех отношениях, нивелировку личности в группе, например в сфере вкусов, эстетических ценностей, читательских интересов и т. д. Ценностно-ориентационное единство в коллективе—это, прежде всего, сближение оценок в нравственной и деловой сфере, в подходе к целям и задачам совместной деятельности".

Как видно, трактовка сплоченности как ценностно-ориентационного единства практически не учитывает эмоциональную его составляющую. Однако Кричевский и Дубовская считают также существенной эмоциональную компоненту сплоченности ивводят понятие «эмоционально-ценностное единство» как отражающее степень эмоционального единения членов группы, основывающегося на сходстве их ценностных систем, общности важнейших жизненных ценностей, на совпадающем отношении к целям совместной деятельности и т. д.

Механизмы групповой динамики

Выделяют, по меньшей мере, три таких механизма: 1) разрешение внутригрупповых противоречий, 2) «идиосинкразический кредит» и 3) психологический обмен.

Разрешение внутригрупповых противоречий. Исследователи группового развития указывают на наличие нескольких типов внутригрупповых противоречий. Так, изучая динамику коллективообразования во временных юношеских группах, А. Г. Кирпичник обратил внимание на противоречия, во-первых, между возрастающими потенциальными возможностями группы и ее актуальной деятельностью и, во-вторых, между растущим стремлением членов группы к самореализации и самоутверждению и одновременно усиливающимися тенденциями включения личности в групповую структуру, интеграции ее с группой. Обнаружилось, что «переход группы с одного уровня развития на другой происходит скачкообразно в результате 0бострения противоречий и их последующего разрешения.

Еще один тип внутригрупповых противоречий описывает Ф. Шамбо, основывающий свой анализ развития малой группы на материалах большого числа исследований психоаналитического толка, начиная с известной работы 3. Фрейда по групповому влиянию. Развитие группы есть результат столкновения противоречивых тенденций, периодически возникающих в ней вследствие рассогласования поведения лидера с ожиданиями, связываемыми с его действиями последователями. Подобное рассогласование приводит группу к дестабилизации и конфликту. Разрешение конфликта заканчивается наступлением «фазы гармонии», характеризующейся стабилизацией отношений и оптимистической направленностью межличностного восприятия, после чего вновь появляются «возмущения» в системе, связанные с очередными противоречиями между лидером и последователями. Лишь по мере прохождения группой целой серии конфликтных фаз и выработки у ее членов общих «культурных» критериев оценки действительности структура группы окончательно стабилизируется.

Идиосинкразический кредит.

Традиционно считается, что чем выше статус человека в груп­пе, тем в большей степени он ориентирован на ее нормы и ценнос­ти, более последова­тельно реализует их в своем поведении. То есть чем выше статус, тем выше нормативность поведения. Ненорматив­ное поведение наказывается снижением статуса. Действительно, человек, который хочет иметь в своей группе высо­кие рей­тинговые показатели, должен вести себя нормативно. Одна­ко если он, благо­даря своему вкладу в жизнь группы, занимает в ней лидерское положение, он в определенной степени освобождается от необходимости вести себя строго нор­мативно, он получает право от­клоняться от групповых норм (естественно, чисто психологически, никакими «верительными грамотами» это не подтвер­ждено).

Это яв­ление Холландер назвал идиосинкразическим кредитом ли­дера, а поведение, отклоняющееся от групповых норм, — идиосинкразиче­с­ким. Для группы это возможность развития, изменения. Если новшество, которое привнесет лидер, окажется не­эффективным, вредным, можно отказаться от него (вместе с лиде­ром чаще всего).

Если же эксперимент окажется удачным, новый ва­риант отношений, достижения групповых целей могут способствовать разви­тию группы. Через некоторое время он превратится в групповую норму.

Психологический обмен. Разновидность его — ценностный обмен.

24−25. Принятие группового решения

Групповая задача. Классификация задач, разработана Д. Хакменом и Ч. Моррисом, включает следующие типы групповых задач: 1) продукционные -их решение ведет к получению оригинальных, творческих продуктов, например, к генерированию новых идей, 2) дискуссионные — требуют от членов группы дискуссии по поводу конкретного вопроса и выработки согласованного решения, 3) проблемные — они требуют спецификации процесса, развертываемого с целью решения некоторой проблемы.

Типология групповых задач или, по иной терминологии, моделей совместной деятельности предложена Л. И. Уманским. Описываемые им разновидности моделей совместной деятельности характеризуются как совместно индивидуальная, совместно последовательная и совместно взаимодействующая деятельность.

Важный вопрос — влияние характеристик задачи на групповой процесс. Эта зависимость выявлялась, в частности, в сериях лабораторных экспериментов, выполненных в разное время Д. Хакменом и Ч. Моррисом, использовавшими три описанных выше типа групповых задач: продукционные, дискуссионные и проблемные. В результате было показано, что решение проблемных задач характеризовалось сильной ориентацией на действие, продукционных задач — значительным уровнем оригинальности выдвигаемых идей, а дискуссионных задач — высокой степенью включенности испытуемых в обсуждаемый вопрос. Кроме того, было установлено, что лидеры экспериментальных групп проявляли наибольшую активность в решении проблемных задач.

Влияние типа задачи, или формы организации (модели) совместной деятельности, на групповой процесс отчетливо обнаружено и в цикле исследований, проведенных Л. И. Уманским с сотрудниками в естественных группах. Оказалось, например, что по мере организации совместной деятельности, т. е. при переходе ее от совместно индивидуальной модели к совместно взаимодействующей, возрастают положительные проявления межличностного общения, выражаемые позитивными речевыми реакциями партнеров.

29. Феномен социальной фацилитации — улучшение деятельности в присутствии других людей. Обратное явление, то есть ухудшениe деятельности, было названо Ф. Оллпортом социальным торможением (ингибицией).

Теории со­циального воздействия. Латанэ утвержда­ет, что сила влияния других людей объясняется действием несколь­ких факторов: 1) числом людей; 2) их пространственной близостью; 3) их авторитетом и статусом.

Исходя из бихевиористской формулы поведения (П = С — Р), Зайонц предположил, что присутствие других людей является для индивида сильным стимулом — источником общего возбуждения. Повышенное возбуждение улучшает выполнение про­стых задач и ухудшает выполнение сложных.

С другой стороны, Николас Коттрелл выступил с альтернатив­ным объяснением эффекта аудитории. По его мнению, данный феномен объясняется тем, что люди, занятые какой-то деятельностью в присутствии других людей (на людях), ожидают оценки со стороны зрителей и обеспокоены тем, как их оценят.

30. Когда люди работают группой, а тем более большой группой, возрастает вероятность того, что снизятся индивидуальные уси­лия и люди станут работать не в полную силу. Это явление получи­ло в социальной психологии название социальной лености.

Обратное соотношение между числом людей в группе и снижением их индивидуальных усилий получило название «эффект Рингельмана».

Причины: в ка­честве одной из причин лености указывают на то, что индивиды «растворяются» (деиндивидуализируются)в большой группе. И если человек уверен, что его деятельность не фиксируется и не оценивается, то можно рабо­тать «спустя рукава».

В условиях деиндивидуа­лизации у многих людей самосознание почти отключается, что позволяет им нарушать или вообще не соблюдать социальные нор­мы.

Условия снижения социальной лености:

1. Неординарно трудные проблемы, которые могут сплотить группу и побудить каждого ее члена трудиться с полной от­дачей.

2. Заинтересованность всех членов группы в конечном резуль­тате совместных усилий.

3. Наличие в группе хороших деловых отношений.

4. Учет и оценка вклада каждого члена группы в совместный труд, то есть отсутствие обезличивания.

5. Наличие специальной договоренности в группе работать в полную силу.

6. Наличие общегруппового эталона деятельности и продуктив­ности, которому все члены группы стремятся соответ­ствовать.

7. Наличие не только трудной, но и интересной для всех задачи .

27. Эффект групповой поляризации. Суть этого эффекта в том, что если до обсуждения какого-то вопроса в груп­пе, у ее членов могли быть разные мнения, то после обсуждения мнения всех как бы сливаются в единое мнение. Ранее разнород­ные взгляды приобретают однозначность и закрепляются на одном «полюсе». Иными словами, победившая точка зрения, или достиг­нутое согласие взглядов, после обсуждения становится жестче и однозначнее, чем до обсуждения. Выработанная общая позиция теперь уже никем не оспаривается, принятое решение превраща­ется в неукоснительно соблюдаемое руководство к действию для всех членов группы.

Первые исследования, результатом которых и стало открытие эффекта поляризации, были посвящены совсем другой проблеме. Ученых интересовал вопрос, будут ли решения группы более кон­сервативными, чем решения индивида, и если это так, то станет ли группа принимать более осторожные, взвешенные, менее рис­кованные решения, чем решения индивидов?

26. Сдвиг риска. Дж. Стонер опроверг распростра­ненное мнение, что группа в целом более консервативна, чем вхо­дящие в нее члены. Он установил, что

решения, принятые группой, бо­лее рискованные, чем решения индивидов.

Результаты большинства исследований, про­веденных по этой проблеме, подтвердили этот вывод Д. Стонера. Однако позднее выяснилось, что изменение степени риска в решениях, принятых группой, необязательно происходят в сто­рону ее увеличения. Иными словами, «сдвиг риска» действитель­но происходит, но он может быть как в одном, так и в другом на­правлении. Так, если с самого начала члены группы тяготели к осторожности и осмотрительности, то затем, после общего об­суждения, группа принимала менее рискованное, то есть консер­вативное решение. Бесспорным оставался лишь сам факт под­вижки мнения группы после обсуждения проблемы. Более того, французские социальные психологи С. Московичи и М. Заваллони обнаружили, что этот эффект возникает в лю­бом случае после обсуждения группой какой-то проблемы и принятия решения, даже если речь и не идет о выборе между более и менее рискованными вариантами решения. Именно поэтому тенденцию усиливать изначально существующую позицию членов группы после обсуждения С. Московичи и М. Заваллони назвали феноменом групповой поляризации. Исследова­тели пришли к выводу, что поляризация возникает благодаря сочетанию двух основных типов влияния — нормативного и ин­формационного.

Нормативное влияние проявляется в том, что члены группы в силу конформистских побуждений стремятся уловить господству­ющее в группе мнение, которого придерживается большинство, и присоединиться к нему. Если у кого-то существовала своя особая точка зрения, то индивид от нее отказывается. Так и достигается общее согласие. Каждый член группы боится оказаться в положе­нии «белой вороны» и испытать на себе всю силу группового дав­ления — насмешки, брань, остракизм, отвержение.

В объяснении этого феномена с позиций информационного вли­яния делается акцент на том, что в процессе группового обсужде­ния могут появиться какие-то новые убедительные доводы, кото­рые повлияют на членов группы. И даже в том случае, когда все в одинаковой мере знакомы с информацией, сама процедура обсуждения, когда одни и те же сведения повторяются вновь и вновь, делает их более убедительными.

28. ГРУППОМЫСЛИЕ (огруппление мышления).

Крайней формой эффекта поляризации является об­наруженный Ирвином Дженисом феномен, который «огруппления мышления» — процесс группового решения, сильно ориентированный на достижение согласия среди одинаково мыслящих людей, результатом которого являются односторонние и неправильные выводы.

Дженис выделил в качестве ключевых характеристик такой группы — тесную сплоченность групп и желание во что бы то ни стало со­хранить едино­душие. Позднее основной акцент он перенес на стремление к единогласному принятию решения.

Дженис выделяет пять условий, которые способствуют группомыслию.

1. Привлекательность членства в данной груп­пе.

2 Наличие властного, авторитарного лидера, директивно навязывающего свою точку зрения всей группе. В этом случае мнение «первого лица» может выдаваться, но что самое главное, и восприниматься действительно как мнение всей груп­пы.

3. Закрытость группы, ее самоизоляция. Огруппление мышления возникает в тех группах, которые ограждены от критики, недосягаемы для контроля.

4. Решения группы не подвергаются внешней экспертизе.

5. Сильное групповое давление, обусловленное взаимовлиянием членов группы друг на друга.

Дженис предложил ряд рекомендаций, которые, по его мнению, могут предотвратить огруппление мышления. Для этого, по его мнению, необходимо, чтобы лидер группы призна­вал право на инакомыслие и даже поощрял его, давая возможность каждому члену группы открыто высказывать свое несогласие или свое особое мнение.

В больших группах для выработки плана решения про­блемы могут быть созданы подгруппы, работающие независимо друг от друга, чтобы затем на заключительном этапе сообща, всей группой принять окончательное решение. Но опять-таки для работы в таком порядке необходимо, чтобы лидер и группа были заинтересованы в эффективности своих решений, а не в демонстрации своей сплоченности и единодушия.

25. Мозговой штурм

В 1957 г. Алекс Осборн, профессиональный рекламщик, предложил свой метод групповой интеллектуальной работы — «брейнсторминг», или «мозговой штурм».

Правила следующие:

1. Ставится проблема, которую необходимо решить. Все чле­ны группы «штурма» поощряются к высказыванию любых идей и решений, которые придут им в голову, какими бы аб­сурдными или нелепыми они ни казались.

2. Все идеи высказываются и регистрируются.

3. Ни одно предлагаемое решение, ни одна идея не оценива­ются до тех пор, пока не иссякли все предложения. Все участ­ники должны быть уверены, что ни одно предложение не бу­дет оцениваться и отбрасываться в процессе «штурма».

4. Поощряется дальнейшая разработка чьей-либо идеи други­ми участниками заседания.

Большинство исследователей, изучающих брейнсторминг, утвер­ждают, что работающие группой участники штурма высказывают меньше предложений, чем-то же число людей, но работающих поодиночке (социальная леность свойственна группам не только физического, но и интеллектуального труда).

Ученые пришли к выводу, что брейнсторминг будет более эффективным, если члены группы сначала в индивидуальном порядке станут нарабатывать и фиксировать все возникшие у них идеи, а уж затем совместно их обсуждать. При такой форме мозгового штурма про­дуктивность участников группы не будет тормозиться. Следовательно, на первом этапе — этапе наработки идей и решений, гораздо эффективнее действуют индивиды, объединенные в номинальную группу, то есть работающие над одной проблемой, но поодиночке.

Совместная деятельность лицом к лицу более уместна на втором этапе, когда идеи и предложения обсуждаются, оцениваются, выбраковываются, отбрасываются и в результате отбираются оптимальные. С этой задачей группа справляется лучше, чем индивиды.

32. Социальные предубеждения

Отличительной особенностью межгрупповых отношений яв­ляется субъективность, пристрастность межгруппового восприя­тия и оценивания, которая проявляется в таких феноменах, как стереотипы и предубеждения.

Социальный стереотип — социальная установка в отношении каких-либо групп — этнических, гендерных, религиозных и т. д.

Предубеждение — неоправданно негативный стереотип в отношении определенной социальной группы или отдельных ее членов.

Одним из первых ученых, обративших внимание на психоло­гические закономерности отношений между группами, был У. Самнер, описавший феномен этноцентризма.

Этноцентризм проявляет­ся в чувстве превосходства своей этнической и культурной группы и одновременной неприязни, враждебности по отношению к другим.

У. Самнер рассматривал этноцентризм как универсальный механизм взаимодействия между этническими группами, в соответствии с которым проявление негативизма и враждебности по отношению к другим этносам является необходимым условием поддержания внутригруппового единства в рамках собственного этноса. Однако создавать социальное напряжение могут взаимоотношения любых групп. Ситуация «Мы» против «Они» может служить основой ненависти и приводить к уничтожению друг друга.

33. Теории предубеждений

1. Согласно психогенному подходу, истоки предубеждений лежат в самих носителях предубеждений, точнее в психических проблемах, которые у них имеются. Он представлен двумя теориями — фрустрации -агрессии и авторитарной личности.

Теория авторитарной или этноцентрической личности Т.Адорно.

Т.Адорно показал, в основе предубеждений лежат дефекты личностного развития, которые выражаются в высоком уровне тревожности, невротическом беспокойстве, детской неуверенности. У авторитарной личности (с позиции теории личности З. Фрейда) очень жесткое, требовательное Сверх-Я, слабое Оно и неразвитое Я. Именно такие люди и являются носителями предубеждений. У них почитают внутригрупповых авторитетов, чрезмерно озабоченны вопросами статуса и власти, склонны подчиняться людям, наделенным властью и нетерпимы к тем, кто находится на более низком статусном уровне.

Теория «Козла отпущения» (на основе теории фрустрации-агрессии Н. Миллера и Дж. Доллрда).

Фрустрация порождает неконтролируемые приступы ненависти и враждебности. В условиях, кода реальный источник фрустрации недоступен для отмщения, ненависть и враждебность смещаются на слабых и беззащитных. Идет поиск врагов. Но поскольку «врагом», т. е. причиной кризисов и разочарований, могут быть объективные социальные или экономические законы, институты власти и т. д., то легче обнаружить их среди социальных меньшинств и выплеснуть на них скопившуюся агрессию.

2. Ситуационистский подход. М.Шериф. видит истоки меж­групповой враждебности в конфликте це­лей и интересов различных групп, который неизбежно возникает в си­туации конкурентного взаимодействия между ними.

Эксперименты М. Шерифа проводились в середине 50-х годов в летнем лагере для под­ростков на протяжении нескольких лет. Основной целью исследо­ваний было изучение влияния характера межгруппового взаимо­действия (кооперативного или конкурентного) на характер взаи­моотношений, складывающихся между группами и внутри групп. На основании результатов этих экспериментов М. Шериф сделал вывод о том, что основной причиной возникновения межгруппо­вых конфликтов является характер взаимодействия — коопера­тивного или конкурентного — между группами.

Однако, концепция М. Шерифа не может объяснить многочислен­ные факты проявления внешнегрупповой враждеб­ности, которые воз­никают в отсутствие объективного конфликта интересов и во­обще предшествующего опыта межгруппового взаимодействия.

34. 3. Объяснение дает другая теория — социальной идентичности Г. Тэджфела и Дж.Тернера. (подчеркивает значение когнитивных процессов в межгрупповых отношениях).

Г. Тэджфел и Дж. Тернер провели серию лабораторных экспе­риментов, получивших в социальной психологии название «экспе­рименты с матрицами Тэджфела» или «эксперименты по мини­мальной межгрупповой дискриминации». В этих экспериментах испытуемые — студенты — случайным образом делились на две группы, исследователи спе­циально исключали из ситуации эксперимента все факторы, кото­рые могли бы рассматриваться в качестве объективных причин межгрупповой дискриминации: взаимодействие между испытуе­мыми, конфликт интересов, предшествующая враждебность и т. д. Мгновенно возник эффект «своих» и «чужих»: приверженность своей группе — внутригрупповой фаворитизм (от лат. благосклонность) и враждебность по отношению к другой группе — межгрупповой дискриминация.

«Внутригрупповой фаворитизм» — стремление каким-либо образом благоприятствовать членам собственной группы в противовес членам другой группы.

Это позволило сделать вывод, что причина межгрупповой дискриминации лежит не в характере взаимодействия, а самом факте осознания принадлежности к своей группе и, как следствие, проявление враждебности к чужой группе.

Феномены внутригруппового фаворитизма и внешнегрупповой дискриминации возникают в результате установления сходства и различий между представителями различных социальных групп, с помощью когнитивных процессов, как

  • Социальная категоризация — когнитивный процесс распределения социальных объектов (в том числе — окружающих людей и себя само­го) по группам («категориям»), имеющим сходство по значимым для индивида критериям.
  • Социальная идентификация —субъективное переживание индивидом своей групповой социальной принадлежности
  • Социальное сравнение — процесс соотнесения качественных призна­ков различных социальных групп, и в результате уста­новление различий между ними, т. е. межгрупповая дифференциация.

На вопрос, о том, почему «свои», а не «чужие» выглядят лучше в межгрупповом восприятии эта теория объясняет потребностью личности в позитивной социальной идентичности, необходимой для поддер­жания позитивного образа «Я».

В ролевую структуру Я-концепции человека включается его принадлежность ко всем социальным группам, с которыми он себя идентифицирует У. Джеймс, Мид, Кули и т. д.).

Принадлежность к группе, будучи частью нашего самосознания, может повышать, а может и понижать нашу самооценку. Например, вхождение в «хорошую» группу и идентификация с ней обеспечивает человеку позитивное представление о себе, и наоборот. Но знание о том, «что такое хорошо и что такое плохо», согласно теории социального сравнения Л. Фестингера, мы получаем в процессе социального сравнения. Сравнивая свою группу с чужой, и видя, что она лучше, или не хуже других, мы гордимся не только группой, но и собой. Когда объективное сравнение своей группы с чужой не в пользу первой, сохранить позитивную СО можно посредством межгрупповой дискриминации (возвысить свою группу, путем принижения другой).

Чем большее значение имеет для членов группы их групповая принадлежность, тем сильнее они будут проявлять межгрупповую пристрастность.

Утверждение об универсальности внутригруп­пового фаворитизма и внешнегрупповой враждебности вызывало у российских психологов серь­езные сомнения.

Так, Н.М.Лебедева, исследуя особенности межэтническо­го восприятия, пришла к выводу о том, что позитивная этническая идентич­ность (приверженность к своей этнической группе) может соче­таться как с позитивным, так и с негативным отношением к иноэтническим группам (автор использует термин «этническая толе­рантность — интолерантность»).

Эти данные прямо говорят о том, что эмоциональная приверженность к сво­ей группе не обязательно сочетается с враждебностью и негатив­ными установками по отношению к представителям других групп.

Исследования отечественных психологов показывают, что именно характер межгруппового взаимодействия, коопера­тивного (сотрудничество) или конкурентного (соперничество, противодействие) определяет, какой из двух процессов — инте­грация или дезинтеграция преобладает во взаимоотношениях между группами. При этом в ка­честве главного фактора детерминации межгруппового взаимо­действия и восприятия рассматриваются характеристики совмес­тной деятельности групп и возникающие на ее основе социальные связи и зависимости между ними. Такой подход предполагает вы­ход за рамки лабораторного эксперимента и изучение взаимоот­ношений, складывающихся между группами в реальных социальных общностях: учебных и трудовых коллективах.

Формы проявления предубеждений.

Дискриминация — обусловленные предубеждениями несправедливые действия в отношении членов определенных социальных групп.

Расизм — дискриминационные действия, оскорбляющие людей на том основании, что они принадлежат к определенной расовой группе.

Национализм — дискриминация людей из-за их национальной принадлежности.

Сексизм — установки и поведение, посредством которых утверждается доминирование одной гендерной группы над другой.

Фейсизм — диспропорция в изображении головы и тела как результат скрытого влияния гендерных стереотипов.

35. Разрядка межгрупповых конфликтов. Способы:

1. Примирение через сотрудничество. В исследованиях М. Ше­рифа была теоретически обоснована и экспериментально доказа­на возможность снижения межгрупповой враждебности за счет изменения ситуации межгруппового взаимодействия (постановка общих целей, привлекательных для каждой из групп и требующих сотрудничества для их достижения).

2. Исходя из когнитивного понимания природы межгрупповой предубежденности и враждебности (Г.Тэджфел и Дж. Тернер), С. Уорчел считает, что для улучшения межгрупповых отношений важна не просто смена кон­курентного взаимодействия на кооперативное, а устранение или уменьшение воспринимаемых различий между группами и макси­мизация сходства между представителями разных групп, что позволит им воспринимать себя как членов одной группы. Это могут способствовать знакомства и контакты, но когда там не конкуренции, есть поддержка со стороны авторитетов, и есть равенство. Контакты должны быть контактами равного статуса (как дети в летних лагерях).

Совместное обучение.

3.Переговоры и соглашения.

Психология больших социальных групп и массовые психические явления

  1. Классификация больших групп

2. Психологические особенности поведения человека в толпе

3. Массовые явления в больших диффузных группах

36. 1. Классификация больших групп

В основу детальной классификации больших социальных групп принимаются разные признаки.

По времени существования разделяются длительно существующие (устойчивые) большие группы (классы, нации) и коротко существующие — аудитории, толпа, публика.

По характеру организованности — организованные группы (партии, союзы).

Ряд больших групп возникает стихийно (толпа), другие организуются сознательно (партии, ассоциации).

По примеру классификации малых групп можно говорить об условных (половозрастные и профессиональные, национальные) и реальных группах — контактные (взаимодействий вступает тоже как существенный признак).

К реальным, большим группам с короткими, но тесными контактами относятся митинги, собрания.

Большие группы могут быть открытыми и закрытыми. Членство в последних определяет­ся внутренними установлениями групп.

Общие признаки большой социальной группы :

  1. Существуют специфические регуляторы социального поведения — нравы, обычаи, традиции, образ жизни.
  2. Существует специфический язык (национальный или жаргон).

Структура психологии больших социальных групп включает :

1.Психический склад (нравы, обычаи, традиции, вкусы).

Эмоциональную сферу — потребности, интересы, настроения.

37. Стихийные группы .

Это кратковременные объединения большого числа лиц с различными интересами, но собравшихся вместе по какому-либо определенному поводу и демонстрирующих какие-то совместные действия. Разновидности — толпа, масса, публика.

Есть типичные жизненные ситуации, в которых легко образуются многочисленные скопления людей (толпы).

К ним относятся сле­дующие:

— стихийные бедствия (землетрясения, крупные наводнения, пожары),

— общественный транспорт и транспортные узлы (вокзалы, метро и т. д.),

— массовые зрелища (спортивные матчи, эстрадные концер­ты и т. п.),

  • политические акции (митинги, демонстрации, политичес­кие выборы, забастовки и другие акции протеста),
  • места массовых празднований и отдыха (стадионы, площади и улицы городов, помещения и площадки для крупных дискотек и т. д.) и др.

Скопления людей, образующиеся в самых разных социальных ситуациях, тем не менее имеют много сходных признаков.

Основные признаки толпы.

Толпой обычно называют такое скопление людей, которое в той или иной степени соответствует следующим признакам:

  • многочисленность как правило, это большая группа людей;
  • высокая контактность, т. е. каждый человек находится на близком расстоянии с другими, фактически входя в их пер­сональные пространства;
  • эмоциональная возбужденность типичными психологическими состояниями данной группы являются динами­ческие, неуравновешенные состояния: повышенное эмо­циональное возбуждение, волнение людей и т. п.;
  • неорганизованность (стихийность эти группы чаще всего образуются стихийно, изначально имеют слабую организо­ванность, а при наличии организации могут легко терять ее;
  • неустойчивость цели наибольшие споры возникают вок­руг такого признака толпы, как ее цельности—бесцельность: общая для всех цель в этих группах, как правило, отсутству­ет или, при ее наличии слабо осознается большинством людей; кроме того, цели могут легко утрачиваться, перво­начальные цели часто подменяются другими, нередко под­ставными и т. п. (поэтому когда говорится о бесцельности толпы как ее свойстве, то имеется в виду отсутствие общей, всеми осознаваемой цели).

Следовательно, под толпой необходимо понимать многочис­ленное скопление людей, находящихся в непосредственных кон­тактах друг с другом и в состоянии повышенного эмоционально­го возбуждения, характеризующееся изначальным стихийным своим образованием (или потерей организации) и отсутствием общей для всех осознанной цели (или ее утратой).

Виды толп.

Панические толпы отличаются от спасающихся более высокой степенью угрозы для людей, в них нет никакой организации; поведение людей походит на механические, ав­томатически совершаемые действия, они характеризуются так называемым суженным сознанием, когда люди многое из окружа­ющего не воспринимают и могут неадекватно себя вести.

Спасающиеся толпы поддаются некоторой организации. Люди сохраняют остаточную способность к произвольной регуляции своего поведения, что позволяет им быть более адекватными ок­ружающей обстановке, а их поведение сохраняет элементы пред­сказуемости.

Особым и довольно редко встречающимся видом толпы явля­ется стяжательская (иногда ее называют мародерская) — это скопление чрезвычайно активно действующих и нацеленных на грабеж людей, захват различных материальных ценностей, став­ших легкодоступными в результате каких-то стихийных бедствий, например: брошенные дома, полуразрушенные магазины и скла­ды при землетрясениях, наводнениях, крупных пожарах, техногенных катастрофах и т. п.

Толпы также могут быть демонстрирующими, т. е. выражающи­ми свое отношение к каким-либо социальным событиям, дей­ствиям властей или в целом к условиям жизни.

Они могут принципиально различаться друг от друга по степе­ни своей организованности и целенаправленности и в зависимо­сти от этого приобретать или утрачивать признаки толпы, напри­мер: различные акции протеста населения против политики сво­их правительств или акции социальных групп, добивающихся оп­ределенных прав в обществе и т. п.

Формально-структурные характеристики толпы

В открытых пространствах толпа формируется кольцеобразно, имея центр (или ядро) и периферийные слои, поэтому в результа­те нарастания она приобретает форму неправильного круга. В ог­раниченных пространствах толпа приобретает признаки этих ог­раничений, поэтому большие скопления людей, например, на улице по форме похожи на вытянутый эллипс, а движущаяся по улице толпа походит на усеченную пирамиду и т. д.

Каждая толпа имеет внутреннюю структуру (состав) по самым разным характеристикам — по половозрастным признакам, по образовательному уровню, имущественному статусу людей или роду их занятий.

Наиболее сложно выявлять структуру толпы по интересам, и ценностным ориентациям людей, по их отношению к тем или иным социальным нормам и т. д. Однако именно последнее практически наиболее необходимо, так как позволяет заранее выяв­лять толпы с неоднозначными ценностями. Это является предпо­сылкой к агрессивному поведению внутри толпы и требует соот­ветствующей профилактики — разведения антагонистически на­строенных частей толпы.

38. 2. Психологические особенности поведения человека в толпе

Поведение человека в толпе харак­теризуется следующими признаками:

  • Снижение самоконтроля (интернальности).

    У человека уси­ливается зависимость от толпы, он неосознанно подчиняется внешнему влиянию большой группы людей, т. е. возрастает экстернальность его поведения и снижается способность к произ­вольной регуляции собственного поведения.

  • Деиндивидуализация поведения людей в толпе: они постепен­но утрачивают индивидуальность своего поведения, как бы урав­ниваясь. Разные люди через поведение становят­ся похожими друг на друга.
  • Неспособность удерживать внимание на одном и том же объекте. Толпа в целом проявляет сниженные интеллектуальные качества по сравнению с составляющими ее индивидами, взяты­ми вне толпы. Среди особенностей интеллекта наиболее ярко проявляются возросшая некритичность мышления и легкая переключаемость внимания, которая определяется внешними услови­ями.
  • Характерные особенности переработки информации. Человек в толпе легко воспринимает разнообразную информацию, быстро перерабатывает ее и распространяет, при этом совершенно не­произвольно искажая, трансформируя воспринятую информа­цию, то есть порождая слухи.
  • Повышенная внушаемость. Человек в толпе легко может поверить в необычную информацию, заведомо невыполнимые обещания (например, политиков на выборах), следовать неверо­ятным и нередко даже абсурдным призывам, лозунгам и т. п.
  • Повышенная физическая, психофизиологическая и психическая активация. В толпе, особенно в активной, происходит мобилиза­ция всех ресурсов индивида, поэтому в толпе человек может про­явить такие физические и психологические качества, которые ста­новятся ему недоступными вне толпы, например: поднять что-то тяжелое, сломать прочное, быстро бежать, высоко прыгнуть и т. п.
  • Нетипичность, необычность поведения. По сравнению с привычными, каждодневными условиями человек часто проявля­ет неожиданные даже для него самого формы поведения (часто он потом не может поверить, что то-то и то-то было совершено им).

    Поэтому поведение человека характеризуется непредсказуемос­тью, что характерно и для толпы в целом.

3. Массовые явления в больших диффузных группах

Основные признаки большой диффузной группы

Большая диффузная группа это многочисленная, но нечетко определенная по составу, высокодинамичная и низкоинтегрированная совокупность людей, лишь локально и опосредствованно связанных друг с другом.

Примерами большой диффузной группы являются жители того или иного поселения (поселка, района города, города в целом и т. п.), постоянные зрители каких-то конкретных теле- или радиопередач (например, зрители телеигры «Поле чудес»), постоянные читатели периодических изданий, спортивные болельщики конкрет­ной команды и т. д.

39. Паника и ее психологические особенности

Паника — стихийно возникающее состояние и поведение большой совокупности людей, находящихся в условиях поведен­ческой неопределенности в повышенном эмоциональном возбуж­дении от бесконтрольного чувства страха.

Наиболее важными характеристиками паники являются следующие:

  • паника возникает, как и всякое массовое явление, в группах большой численности (толпе, многочисленной диффузной группе, массовом скоплении людей);
  • паника вызывается чувством бесконтрольного (неуправляе­мого) страха, основанного на реальной или мнимой угрозе;
  • паника — это чаще всего стихийно возникающее, неорга­низованное состояние и поведение людей;
  • для людей в паническом состоянии характерна так называ­емая поведенческая неопределенность (состояние растерян­ности, неясности как себя вести, поэтому возникает хао­тичность в действиях и неадекватность поведения в целом).

Факторы возникновения паники

1. Общая психологическая атмосфера тревоги и неуверенно­сти большой группы людей в случаях опасности или в ре­зультате продолжительного периода переживания негатив­ных эмоций и чувств (например, жизнь под регулярными бомбежками и т. п.), фактически является предпанической,т. е. предшествующей и способствующей возникновению паники.

2. Одним из решающих факторов является наличие возбуждаю­щих и стимулирующих панику слухов.

3. Принципиальными оказываются и личностные качества людей, особенно наличие предрасположенности к панике у так называемых паникеров. Очень важным условием воз­никновения паники становится доля таких людей в боль­шой группе. Известно, что иногда достаточно и 1% панику­ющих, чтобы паникой была охвачена вся многочисленная группа людей.

Психологические особенности поведения людей в условиях паники

Данному вопросу была посвящена одна из задач классического исследования X. Кэнтрила, посвященного изучению массовой паники в США в 1938 году, вызванной радиоспектаклем «Вторже­ние с Марса» (по Г. Уэллсу).

Около 1 млн. американцев восприняли эту радиопередачу как репортаж с места событий. В результате исследования были выде­лены четыре группы людей, в разной степени поддавшихся панике.

Первую группу составили те, которые испытали легкое чувство страха, но засомневались в реальности таких событий и, подумав самостоятельно, пришли к выводу о невозможности вторжения Марсиан.

Вторая группа включала тех, кто в состоянии переживаемого страха не смог самостоятельно сделать выводы из ситуации, по­этому попытался проверить реальность этих событий с помощью других (обращались к соседям, знакомым, на радио и т. п., и только после этого приходили к отрицательному заключению).

В третью группу вошли те, кто, испытав сильное чувство страха, не смог убедиться в нереальности происходившего с помощью других, поэтому оставался при своем первом впечатлении о полной реальности вторжения марсиан.

И четвертую группу составили те, кто сразу паниковал, даже не пытаясь что-то узнать, уточнить или проверить.

Возникновение панических состояний оказалось связанным с целым рядом характеристик людей, особенно важными среди ко­торых являются социально-демографические признаки.

Высокий уровень образованности, информированность о космических явлениях тормозили развитие панических состояний. Обратные характеристики, т. е. низкий уровень образованности и информированности, способствовали паническим настроениям людей.

Другим важным признаком оказался имущественный статус: чаще паниковали люди из плохо обеспеченных семей, с низким уровнем материального благосостояния. При этом оказал влияние не сам по себе статус, а общие чувства тревожности, неуверенности, составляющие психологическую готовность такого класса людей к паническому восприятию событий.

Важными были также поло-возрастные признаки: женщины и дети испытывали более сильный страх и намного легче поддава­лись панике.

Наряду с социально-демографическими характеристикой существенную роль играют психологические свойства личности, особенно такие как: некритичность мышления, выраженная лич­ностная тревожность и повышенная внушаемость— качества, предрасполагающие к возникновению панических состояний.

40. 5. Стихийные процессы передачи информации

Психология слухов. Социально-психологические закономерности их возникно­вения и распространения.

Во-первых, слухи возникают в связи с важными для людей со­бытиями или значимыми для них социальными объектами (напри­мер, о предстоящей денежной реформе в России или какой-то надвигающейся угрозе для нормальной жизнедеятельности людей и т. п.) Информация о незначимом или значимом только для узко­го круга людей обычно широко не распространяется.

Во-вторых, они возникают в условиях неопределенности, ког­да информация либо совсем отсутствует, либо явно недостаточна, либо является противоречивой и тем самым порождает неопределенность.

В-третьих, важным условием, способствующим зарождению и распространению слухов, является политическая и экономичес­кая нестабильность в общности, в которую входит интересующая диффузная группа.

В-четвертых, благоприятным фактором порождения слухов становится желание людей стать свидетелями чего-то необычного в жизни, какой-то сенсации или чуда и т. п. В привычно текущей жизни, узнав информацию о необычном явлении, человек страст­но стремится передать ее другим людям — это очень благоприят­ная почва для зарождения слухов.

Слухи это форма искаженной ин­формации о значимом объекте, циркулирующей в больших диф­фузных группах в условиях неопределенности и социально-психо­логической нестабильности.

Слухи помогают человеку адаптироваться к изменяющейся социальной среде, выполняя некоторые важные функции:

  • с одной стороны, удовлетворяют естественную социальную потребность человека в познании окружающего мира, с другой — стимулируют эту потребность;
  • в большой степени снимают или, по меньшей мере, снижа­ют неопределенность относительно важных событий, в которой человек не может пребывать длительное время, т. е. слухи делают социальную среду для человека субъективно более ясной, понятной;
  • слухи не только помогают человеку сориентироваться в си­туации, но и регулируют его поведение, которое в соответствии с ними может изменяться;

Общая стратегия профилактики слухов состоит в том, чтобы противодействовать условиям, способствующим их возникнове­нию и распространению. Поэтому, учитывая выше описанные благоприятные для слухов условия, необходимо следующее:

  • добиваться высокой степени информированности больших диффузных групп о наиболее важных для них событиях, со­циальных условиях жизни и т. п.;
  • информация при этом должна быть доступной для понимания и непротиворечи­вой, что позволит снимать неопределенность;
  • в экстре­мальных условиях необходимо организовать регулярную работу специальных источников информации;

— целенаправленно снижать значимость тех социальных объектов, событий или явлений, вокруг которых прогнози­руется возникновение слухов (такая работа, например, проводилась российским телевидением перед деномина­цией рубля 1998 года);

— позитивное профилактическое воздействие на слухи ока­зывают условия политической, экономической, межнаци­ональной стабильности и устойчивости развития тех общностей, в которые входят большие диффузные группы (го­род, регион или общество в целом);

— в ситуациях, когда слухи уже возникли, важно выяснить их действительные причины и только после этого проводить разъяснительную работу, сделать эти причины достоянием людей, которые легче поймут и объяснят для себя склады­вающуюся социальную ситуацию и менее эмоционально будут к ней относиться и т. д.;

— в условиях, благоприятных для слухов, появляются их ак­тивные распространители (число и уровень их активности увеличиваются с возрастанием степени экстремальности условий жизни людей), которые могут представлять серьез­ную угрозу, поэтому необходимо выявлять распространи­телей слухов и нейтрализовывать их влияние на группу и др.