Групповой уровень социального влияния и влияние в межличностном взаимодействии

Путь ребенка в общество лежит через группу, но она может быть преддверием, а может оказаться и закрытой дверью.

Ю. Левада

Мир для человека двойственен в соответствии с двойственностью основных слов, которые он может произносить. Одно основное слово — это пара «Я — Ты».

М. Бубер

Групповой уровень социального влияния и влияние в межличностном взаимодействии

Прежде чем непосредственно перейти к заявленной в названии главы проблеме, выскажем некоторые общие соображения.

В первой части данного учебного пособия, характеризуя общий ход истории становления проблематики личности в социальной психологии, мы выделяли в качестве одной из ведущих его особенностей определенный ракурс в рассмотрении личности, а именно — ее преимущественный анализ через процессы деперсонализации, через фактический отказ от «атрибутов личностности». Максимально эта линия оказалась представлена в исследованиях группового влияния на личность. Именно появление в социальной психологии малой группы как объекта исследования имело свои имплицитные (но от этого не менее важные) следствия для социальной психологии личности. Так, представляется, что для большей части этих исследований были свойственны следующие общие черты:

  • отношения личности и группы рассматривались преимуществен, но в дихотомии «согласия — несогласия», т. е. ведущим оказывался когнитивный, а не поведенческий аспект группового влияния;
  • как правило, чисто феноменологические описания превалиро вали над причинно-следственным анализом (большая часть работ посвящалась и посвящается изучению разнообразных феноменов группового влияния на личность — практически без попыток отве тов на вопрос о том, почему это влияние возможно в принципе);
  • изучение процессов группового влияния на личность шло, как правило, в узкогрупповом контексте, без учета более широко го контекста.

Нетрудно видеть, что за всем этим стояло определенное представление о человеке: с одной стороны, он уже представал для социальных психологов как субъект индивидуального выбора, с другой — сам выбор понимался ограниченно, как заданный рамками взаимодействия в конкретной малой группе. Соответственно такой выбор предполагал возможности «внешнего» его изменения, влияния на него1.

9 стр., 4093 слов

1 Основные этапы развития социальной психологии как науки

... личность в группе, социуме, обществе т.е. предметом является человек среди людей. Социальная психология изучает социальные группы в обществе: психические характеристики групп, проблемы внутри групповой ... группы. Конформность – внешнее согласие индивида с группой, подчинение любым ее влияниям при внутреннем несогласии, сознательное приспособленчество. Ядро коллектива – группа членов коллектива ...

Следует отметить, что проблема группового влияния на личность в силу ее центрального положения в психологии малой группы представляется довольно обширной и многогранной, а потому, прежде чем перейти к изложению основных изученных в ее рамках феноменов, определим кратко тот круг вопросов, которые оказывались в центре внимания исследователей. Перечень их достаточно представителен.

Первое. Какой должна быть группа, чтобы реализовать возможности своего влияния? Иными словами, какие социально-психологические параметры малой группы (сплоченность, характер взаимоотношений среди ее членов, характеристики совместной деятельности и пр.) оказываются максимально эффективны с точки зрения возможностей «впечатывания» в личность групповых особенностей?

Второе. Что именно происходит, в чем выражается сам факт группового влияния? Иными словами, какова феноменология воздействия группы на личность? Заметим здесь же, что сегодня социальная психология имеет достаточное разнообразие ответов на данный вопрос2.

1 Неслучайно период экспериментального изучения в социальной психологии основных закономерностей группового влияния (исследования группового давле ния, изменения индивидуальных установок в ходе групповой дискуссии и т. п.) совпал, с одной стороны, с утверждением в психологии личности так называемых адаптационных теорий, а с другой — с доминированием в педагогической психо логии идеологем коррекции и формирования.

2 В основном исследования феноменологии группового влияния на личность были ориентированы на изучение нормативного поведения человека в группе — поведения, связанного с реализацией групповых норм. Огромный эмпирический материал, накопленный за несколько десятилетий изучения данной проблемы, классифицируется по самым разным основаниям. Большая часть этих исследова ний объединяется в следующие три тематических блока: 1) исследования влияния норм, разделяемых большинством членов группы; 2) исследования влияния норм, разделяемых меньшинством членов группы и 3) исследования «отклоняющегося» от групповых норм поведения человека в группе [Кричевский Р. Л., Дубовская Е. М. Психология малой группы. М., 1991. С. 84|.

1 стр., 448 слов

Понятие личности в психологии. Человек, индивид, личность, индивидуальность

... . в мышлении, памяти, воображении и т.д.). Критерии определения личности: это человек с определенным достаточно высоким уровнем психического развития способность преодолевать непосредственные ... индивидуальность близки по значению. Индивидуальность – одна из сторон личности. Индивидуальность — сочетание психологических особенностей человека, составляющих его своеобразие и его отличие от других ...

Третье. На какого человека группа оказывает максимальное влияние? Иными словами, какова диалектика взаимосвязи группового влияния и личностной устойчивости к нему?1

Четвертое. Как именно осуществляется групповое влияние? Или — каковы основные психологические механизмы, задействованные в процессе группового воздействия на личность? Очевидно, что характер ответов на этот вопрос определялся как общими теоретическими установками исследователей (так, для бихевиористских теорий личности закономерно было выделение в качестве ведущего механизма подражания), так и той сферой социальной практики, которая служила объектом изучения (детализация механизма убеждения в теории «убеждающей коммуникации» стала возможна благодаря анализу массовых коммуникационных процессов).

Пятое. Каковы возможные причины фактов группового влияния на личность? Заметим, что при всем разнообразии ответов на этот вопрос анализ группового уровня социального влияния на личность базировался на факте сравнительной референтности для человека тех или иных малых групп, отмеченном еще Г. Келли.

Шестое. Какой должна быть поступающая от группы информация, чтобы оказать влияние на личность? Ответы на этот вопрос сосредоточились преимущественно в исследованиях «убеждающей коммуникации»2.

Седьмое. Что именно меняется в личности, когда она подвергается групповому влиянию? Затрагивает ли последнее преимущественно когнитивную сферу, меняя систему внутренних диспозиций личности (установки, убеждения, ценности, Я-концепцию и пр.) или же это влияние распространяется на паттерны социального поведения человека? И если да, то как долго оно может в них отражаться?3

2 стр., 690 слов

Праздники сегодня и вчера: влияние праздника на личность человека

... Подводя итоги, можно сказать, что праздник оказывает влияние на социализацию личности, а дарение и получение подарков – на психическое ... комизма и служит институтом, позволяющим исправлять недостатки людей посредством их публичного осмеяния. Праздничный комизм с общественной ... общественных обычаев из поколения в поколение, помогает людям реализовывать свою идентификацию с принятой в социуме культурой ...

Восьмое. Как может быть проанализировано групповое влияние с точки зрения таких его параметров, как целенаправленность/

спонтанность? Нетрудно предположить, что при такой постановке вопроса на первый план выдвигается проблема эффективности группового влияния на личность, которое в данном случае закономерно заменяется словом «воздействие»1.

Перечень проблем, возможно, не полон, но и такое их выделение задает, как представляется, несколько избыточный простор для дальнейшего изложения проблемы группового влияния на личность. Поэтому мы ограничимся лишь некоторыми ее ас-пектами.

6. 1. Основные феномены группового влияния

История изучения феноменологии группового влияния на отдельного человека позволила собрать столь обширный эмпирический материал, что классификация его разнообразия выступала и выступает для исследователей отдельной задачей, специфика решения которой зависит в основном от конкретного ракурса анализа.

Во-первых, если основное внимание сосредоточено на группе как субъекте влияния, то в качестве основания подобной классификации выделяются характеристики самой группы. Исторически они рассматривались в дихотомии «влияние большинства — влияние меньшинства».

Начиная с классических экспериментов С. Аша по изучению конформного поведения и продолжая дальнейшими работами в этой области, ориентированной на анализ первого полюса данной дихотомии, в целом ряде работ2 было показано, что:

  • гомогенные, однородные по какому-либо признаку группы провоцируют большее количество конформных реакций своих чле нов, нежели гетерогенные;
  • группы, отличающиеся высокой степенью групповой спло ченности, оказывают более выраженное групповое давление, чем менее сплоченные;

1 Заметим, что нередко ответы на этот вопрос сопровождались инверсионной постановкой проблемы, а именно — каково влияние личности на группу? Каки ми характеристиками должен обладать человек, чтобы оказать воздействие на свою группу членства? Иными словами — какова роль личности в процессах групповой динамики?

10 стр., 4930 слов

ГРУППОВЫЕ ВЛИЯНИЯ НА ИНДИВИДУАЛЬНОЕ ПОВЕДЕНИЕ

... изменить ее. Самым важным фактором, определяющим эффективность влияния группы меньшинства, является стиль поведения при высказывании нонконформистских взглядов. Меньшинство является наиболее убедительным тогда, когда его ... , в которой достаточно только одному человеку решить проблему, для того чтобы вся группа добилась успеха. 6. Групповое принятие решений имеет как плюсы ...

2 Подробнее об этом см.: Богомолова Н. Н. (1999); Майерс Д. (1997).

3 Эти вопросы, являясь частью более широкой проблемы взаимовлияния ус тановок и поведения, будут рассмотрены в следующей части пособия.

' Очевидно, что эта линия исследований была вызвана к жизни становлением и бурным развитием групповых форм психотерапевтической практики.

- Обзор исследований конформного поведения присутствует практически в любом учебнике по социальной психологии [см., например: Андреева Г. М., 1996; Майерс Д., 1997; Кричевский Р. //., Дубовская Е. М., 1991 и др. |.

  • децентрализированная структура внутригрупповой коммуни кации позитивно связана с ростом конформного поведения1;
  • группы, которые оцениваются человеком как привлекатель ные с какой-либо точки зрения (обладающие большой стелены компетентности в проблеме, высоким социальным статусом и т. п.), обладают большим потенциалом группового влияния, нежели груп пы малопривлекательные.

Исследования второго полюса дихотомии — изучение нормативного влияния меньшинства, начало которым положили работы С. Московией, значительно расширили эти представления. Так, выдвигая свою модель влияния меньшинства, С. Московией обращает внимание на то, что:

  • групповое влияние не осуществляется сугубо односторонне (от большинства к меньшинству), реальный социальный процесс как на макро-, так и на микросоциальном уровне всегда содержит в себе «встречное» влияние меньшинства;
  • это влияние отлично от влияния большинства как по своим характеристикам (например, требованиям определенного поведен ческого стиля меньшинства — его устойчивости, структурирован ности, последовательности и пр.), так и по своим функциям (не поддержание и укрепление социального контроля над личностью, а трансляция инноваций);
  • в отличие от влияния большинства влияние меньшинства не может быть объяснено с позиций принципа зависимости (человек проявляет согласие с группой, чтобы заслужить одобрение ее чле нов), на смену ему приходит принцип редукции неопределенности (меньшинство побуждает человека к поиску новой информации, рассмотрению большего числа возможных мнений) [Moscovici S., 1986].

Очевидно, что, став предметом не только чисто экспериментального изучения, но и будучи исследованы применительно к реальным группам меньшинств (этническим, расовым, сексуальным и др.), эти позиции не только существенно расширили имею-

1 стр., 441 слов

Особенности деятельности (изменился ли характер деятельности под влиянием ситуации)

...   Особенности деятельности (изменился ли характер деятельности под влиянием ситуации) учебная мотивация не сформирована, упрямится, капризничает, легкие учебные ... поведения) с трудом вступает в контакт с новыми взрослыми людьми и сверстниками, частые вспышки ярости и гнева. & ... общается со сверстниками, имеет друзей.   Стрессовые ситуации, выходящие за рамки привычного опыта и реакция на них ...

щиеся представления о групповом влиянии, но прежде всего эксплицировали роль личностных переменных в нем. Помещение человека в «поле» одновременного взаимовлияния большинства и меньшинства, необходимости выбора между собственно нормативным и информационным полюсами группового влияния закономерно обратило внимание исследователей к тем изменениям, которые оно «производит» в личности, и к характеристикам последней.

Итак, во-вторых, проблема группового влияния на личность может быть рассмотрена с точки зрения характеристик объекта влияния. Исторически данная линия исследований все более смещалась от изучения вопросов собственно личностных характеристик, предрасполагающих к конформному поведению, в сторону анализа характера самих изменений. Так, отмечается [Кричевский Р. Л., Дубовская Е. М., 1991; Майерс Д., 1997], что еще на «пике» исследований нормативного влияния группы в 60—70-е годы было показано следующее:

  • существует отрицательная (хотя и слабая) зависимость между склонностью к конформному поведению и такими личностными особенностями, как уровень развития вербального интеллекта, толерантность к стрессу и внутренний локус контроля;
  • имеется позитивная связь между некоторыми особенностями самокатегоризации (а именно — наличием в самоописаниях харак теристик, подчеркивающих значимость для человека социального одобрения) и степенью подверженности групповому давлению;
  • в случае совпадения группового мнения с системой ценнос тей личности, подвергающейся влиянию, она будет демонстриро вать максимальную зависимость от группы1;
  • существуют возрастные и тендерные колебания конформнос ти: в большинстве случаев экспериментально подтверждались пред ставления о подростковом возрасте как своеобразном «пике» кон формных реакций и большей подверженности женщин группово му давлению.

Однако дальнейшее изучение роли личностных переменных в ситуации подверженности человека групповому давлению показа-

12 стр., 5544 слов

Тема: Проблема малой группы в социальной психологии

... В.Н. «Проблема отношений человека и ее место в психологии»): · благоприятные условия социального развития личности; · влияние референтной группы на социальное развитие. По вопросу 5 (Г ... при решении общей для всех членов группы задачи называется: а) групповой идентификацией; б) групповой дискуссией; в) групповым самоопределением; г) групповым принятием решения. 18. Увеличение сплоченности ...

1 Этот далеко не очевидный факт был предметом множественных интерпретаций. Например, согласно информационной теории конформности Г. Джерарда, он есть следствие стремления человека редуцировать неопределенность своего положения в ситуации коммуникации [подробнее см.: Кричевский Р. Л., Дубовская Е. М., 1991].

1 Подобный вариант принятия социального влияния рассматривается, например, в модели Г. Келмена и характеризует последний, самый высокий, уровень конформного поведения, называемый им интернализацией. Два предыдущих — подчинение и идентификация — или носят чисто внешний характер, или ограничиваются ситуацией присутствия источника влияния [Кричевский Р. Л., Дубовская Е. М., 1991].

ло существование гораздо менее однозначных зависимостей, приведя исследователей к выводу об их крайне малой прогностической способности. Как отмечает по этому поводу Д. Майерс, «знание внутренних факторов (таких как установки, диспозиции) редко позволяет в точности спрогнозировать поведение в специфических ситуациях, оно лишь дает возможность удачно предсказывать усредненное поведение человека в совокупности ситуаций»1.

Что же касается анализа характера самих изменений, происходящих в личности в результате группового влияния, то в основном они рассматривались по линии «установки и/или поведение». Один из признанных классиков психологии социального влияния Ф. Зимбардо предлагает более детальный подход к этой проблеме [Зимбардо Ф., Ляйппе М., 2000].

С точки зрения Зимбардо, существует пять типов реакций человека на социально значимые раздражители:

  1. собственно поведение (конкретные действия, совершаемые в результате нормативного и/или информационного влияния);
  2. поведенческие интенции (намерения или планы действий, которые далеко не всегда воплощаются в реальности);
  3. собственно когниции (убеждения, сопровождающие как само поведение, так и поведенческие намерения);
  4. аффективные реакции (эмоции или «глубинные чувства», отражающие отношение человека как к субъекту влияния, так и к содержанию воздействия);
  5. собственно установки (комплексные реакции, включающие в себя все вышеперечисленные компоненты).

Соответственно изменения в личности в результате группового влияния могут рассматриваться как изменения, по образному выражению Зимбардо, «трех китов влияния» — когниции, установок и поведения. Утверждая внутреннюю взаимосвязь и взаимозависимость этих трех элементов, Зимбардо подробно рассматривает возможные стратегии социального влияния на личность2, отмечая, что в большинстве случаев субъективное восприятие социальной ситуации оказывает на поведение человека гораздо большее влияние, чем объективная реальность.

1 Майерс Д. Социальная психология. СПб., 1997. С. 302.

2 Значительная часть из них, а именно — влияние на установки через поведе ние и влияние на поведение через изменение установок, будет предметом специ ального рассмотрения в следующей части пособия.

Таким образом, с одной стороны, невозможность точного экспериментального доказательства роли личностных переменных в процессе группового влияния1, а с другой — смещение акцента исследований с изучения объективных параметров ситуации влияния к анализу особенностей ее перцепции и интерпретации обусловили возникновение нового ракурса анализа проблемы. Маятник исследовательского интереса сегодня определенно качнулся в сторону анализа ситуационных факторов в процессе группового влияния, а также взаимосвязи личностных и ситуационных переменных. Так, отмечается, что:

  • большая часть классических экспериментов по групповому давлению и подчинению (прежде всего исследования С. Аша и С. Милграма) создавали так называемую «сильную» ситуацию: по ведение испытуемых в них было жестко регламентировано самим характером экспериментальных заданий, что затрудняло демонст рацию личностных особенностей и провоцировало респондентов на деиндивидуализированное поведение;
  • в случае влияния «слабой» ситуации (когда потенциальные реакции испытуемых слабо заданы общим социальным контекстом или же не регламентированы совсем2) личностные особенности будут проявляться сильнее [по: Майерс Д., 1997];
  • степень группового влияния, оказываемого на личность, оп ределяется характером ее восприятия ситуации влияния: отмеча ются как индивидуальные различия в степени «социальной чув ствительности» [Snyder M, 1987], так и этнокультурные особенно сти [Joule R., Beauvois J. -L., 1998];
  • влияние на человека той или иной групповой ситуации в реальной жизни всегда предваряется его социальным выбором дан ной группы; соответственно, характер данного влияния будет опос редован степенью осознанности и добровольности этого выбора [Snyder M., 1987].

1 Так, несмотря на многолетнюю традицию экспериментального изучения феноменов подчинения, известный исследователь в данной области С. Милграм пессимистично утверждает: «Я убежден, что существует сложный личностный базис, определяющий готовность к подчинению или отсутствие таковой. Но я знаю, что мы его не обнаружили» [цит. по: Майерс Д. Социальная психология. СПб., 1997. С. 302].

: Подобная экспериментальная модель может быть сконструирована, например, в ситуации компьютерно-опосредованной коммуникации. На ее современных исследованиях мы еще остановимся в соответствующей главе заключительной части работы.

Таким образом, акцентирование значимости ситуационных факторов при выборе линии поведения в условиях группового влияния задавало для социальной психологии новые параметры анализа личности: изучение ее через изменение «пространства возможностей» и способности быть свободным субъектом. И трудно не согласиться с мнением Д. Майерса, так подытоживающим многолетние исследования группового влияния на личность: «Глубокая истина о силе социальных воздействий не более чем половина правды, если эта истина берется в отрыве от дополняющего ее утверждения о силе личности… Мы одновременно и творения, и творцы нашей социальной среды»1.

6. 2. Влияние «своей» и «чужой» групп

Роль активности личности в процессе группового влияния, опосредующей ее «восприимчивость» к агентам социального воздействия, наиболее наглядно выступает при изучении сравнительных эффектов влияния «своей» и «чужой» групп.

Как известно, одним из базовых способов категоризации социального мира является разделение его участников на «своих» (близких, понятных, похожих на меня) и «чужих» (далеких, непонятных, непохожих), на «Мы» и «Они». Выделение этой «демаркационной линии» в восприятии социальной реальности закономерно привело социальных психологов к анализу психологических следствий данного деления. Начиная с классических экспериментов А. Тэшфела, в качестве основных таких следствий выделяют ин-групповой фаворитизм и аутгрупповую враждебность2.

Факт влияния группы на своих членов может быть подтвержден, с точки зрения А. Тэшфела и его последователей, прежде всего через факт искажения оценочных суждений человека при условии актуализации у него чувства принадлежности к определенной группе. «Свои» будут оцениваться как «лучшие» по любым параметрам, а «чужие» соответственно дискредитироваться, несмотря на объективные факторы: если реальных различий между «ними» и «нами» не существует, они будут порождены искусст-

венно. В основе эффектов влияния ин- и аут-группы на личность лежит, таким образом, универсальное стремление к позитивной межгрупповой дифференциации1.

В исследованиях А. Тэшфела и его многочисленных последователей выделялся ряд переменных, влияющих на величину ингруп-пового фаворитизма. В числе таковых были выделены:

  • сходство, сравнимость «своей» и «чужой» групп между со бой;
  • стабильность и законность статусных различий между груп пами;
  • их принадлежность к группам социального большинства или меньшинства;
  • характер межгруппового взаимодействия;
  • эффективность в достижении групповой цели (успех или неудача);
  • степень зависимости индивида от «своей» группы и др.

Детальное описание феноменологии сравнительных эффектов ин- и аутгрупп тем не менее не может объяснить причину столь высокой популярности сегодня теории социальной категоризации. Представляется, что она может быть найдена не только и не столько в богатой экспериментальной традиции данной концепции, сколько в принципиально «инаковом» подходе к проблеме группового влияния. Что имеется в виду?

Классическое определение малой группы Д. Картрайта и А. Зан-дера исходит из трех составляющих данной человеческой общности. Малая группа определяется ими как: 1) добровольное объединение людей, преследующих общую цель; 2) спонтанно сложившаяся ассоциация, служащая источником индивидуальных «выигрышей», и 3) вынужденная принадлежность к общности вследствие того, что другие воспринимают ее как целостность. Традиционно при изучении процессов группового влияния на личность исследователи явно или неявно исходили из первых двух составляющих данного определения, соответственно в анализе причин подверженности человека

1 Майерс Д. Социальная психология. СПб., 1997. С. 267.

2 Мы не будем останавливаться на характеристике этих двух фундаментальных социально-психологических феноменов — они детально представлены как в зару бежной [Tajfel Я., 1982; Turner G., 1985J, так и в отечественной литературе [см., например: Агеев В. С., 1990J.

1 Заметим, что в данном случае речь идет о чисто когнитивном феномене. Между тем, как справедливо отмечает B. C. Агеев, возможно обсуждение данной проблемы и в более широком, социальном аспекте: объяснение межгрупповой дискриминации может лежать в более широкой системе условий и детерминант в силу того, что конституирование любой социальной общности происходит через осознание какого-либо «Они» и противопоставление его своему «Мы» [Агеев В. С., 1990].

групповому воздействию доминировали объяснения или через идею «согласия», или через идею «взаимного обмена» (а в качестве ведущей потребности выделялась потребность в социальной поддержке или одобрении).

Концепция Тэшфела впервые обратила фокус исследовательского интереса к третьей модальности малой группы, отмеченной американскими учеными еще в начале 50-х годов, подчеркнув, что любая группа (и соответственно групповое влияние) существует только в контексте других, окружающих их групп. Источник и причина группового влияния стали мыслиться тем самым не в особенностях группы, не в личностных диспозициях, а в характере межгрупповых отношений. Более того, с точки зрения Тэшфела, значение имеют даже не объективные межгрупповые отношения, а, так сказать, символические. Наиболее ярко это иллюстрирует одна из основных идей А. Тэшфела — идея достижения позитивной социальной идентичности: потребность в позитивной оценке себя заставляет человека принадлежать к группам, которые позитивно оцениваются другими.

Современные исследования соотносительного влияния «своей» и «чужой» групп вносят новые акценты в концепцию Тэшфела. Так, например, в ряде работ \Lorenzi-Cioldi F., 1991; Dafflon А. -С., Lorenzi-Cioldi F., 1999] было показано, что характер искажений социальных оценок отдельных членов различных групп по оси «мы — они» опосредован общественной оценкой социального статуса этих групп.

Так, неблагоприятная социальная позиция группы (например, отнесение ее в общественном мнении к группе угнетаемого меньшинства) сопровождалась у ее членов более дифференцированным восприятием межгрупповых отношений и соответственно «чужих» и гомогенизированной оценкой «своих». Напротив, члены групп, занимающих благоприятную социальную позицию, характеризовались индивидуализированным восприятием «своих» и слабо дифференцированным восприятием «чужих»1. Все это заставляет

1 Практически все эти исследования строились по принципу сравнения особенностей самокатегоризации и социальной категоризации у членов доминантных и недоминантных групп. Так, например, в исследовании, касавшемся тендерных различий в социальной категоризации, испытуемых (мужчин и женщин) просили описать себя и других с помощью различных характеристик с двух позиций: со своей точки зрения и с точки зрения типичного члена аутгруппы. Оказалось, что женские суждения о том, что «мужчины думают обо мне», находились в прямой корреляционной зависимости с мужскими суждениями о «женщинах в целом», т. е. играло роль не только межгруппопое сравнение, но и социальный статус групп (более высокий для мужской группы).

авторов не без иронии замечать, что, «в конечном счете, индивидуальное чувство групповой принадлежности покоится на плечах аутгруппы, ведь в большинстве случаев члены ингруппы имеют в наших глазах только одну общую черту — они не похожи на членов аутгруппы»1.

В целом сравнительный анализ влияния групп доминирования и недоминантных групп на характер самокатегоризации их членов показал, что:

  • члены доминантных групп склонны игнорировать деперсона лизирующее влияние своей группы принадлежности, что выража ется в преобладании в их самоописаниях при любой ситуации пер сональных характеристик над социоролевыми и в характере атри буции причин успеха или неудачи [Dubois N., 1994];
  • гомогенность восприятия себя у членов недоминантных групп всегда выше, нежели аналогичный показатель для членов доми нантных групп [Mullen В., 1991];
  • существует эффект взаимных статусных позиций групп: на пример, 11 —12-летние подростки гомогенизируют себя в сравне нии с аутгруппой взрослых и гомогенизируют восприятие аутгруппы 8−9-летних [Dafflon А. -С., Lorenzi-Cioldi F., 1999];
  • в отличие от групп доминирования (для которых характерны закономерности, отмеченные в классических экспериментах А. Тэшфела), члены любой недоминантной и стигматизированной группы (безработные, этнические и сексуальные меньшинства и т. п.) обладают атрибутивной амбивалентностью при оценке «внешних» для себя событий: их позитивная или негативная оцен ка будет связана с атрибуцией причин того или иного события — будут ли его причины отнесены к факту групповой принадлежно сти субъекта оценивания или же к его личностным характеристи кам [Crocker J., Major В., 1999].

Заметим, что подобные экспериментальные факты не только уточняют и дифференцируют исходные представления теории социальной категоризации, но и дают толчок для новых ее интерпретаций, в частности -- социокультурного порядка. Например, свойственная ей исходная оппозиция «индивидуальное — социальное» имеет различную содержательную наполненность для Аме-

1 Dafflon А. -С., Lorenzi-Cioldi F. Perception d’homogeinete dans les groupes. Grenoble, 1499. P. 138.

рики и Европы: если для первой она равнозначна дихотомии «личность и общество», то для второй более характерна оппозиция «личность и власть» [Camilleri С, 1996].

6. 3. Влияние в межличностном взаимодействии

Выделение в качестве отдельного уровня социального влияния процессов межличностного взаимодействия в определенной степени является достаточно условным: как можно было видеть из всего предшествующего изложения, обращение к нему присутствует фактически всегда при анализе проблемы социализации.

Так, для строго бихевиористских теорий формирование тех или иных особенностей социального поведения человека зависит в конечном счете от стратегий его подкрепления (позитивных или негативных), а выбор последних — от субъекта подкрепления и реализуется на межличностном уровне1.

Если речь идет о трансляции моделей ролевого поведения, то закономерно встает вопрос о носителе (или носителях) этих моделей и соответственно о закономерностях их выбора и влияния именно на уровне межличностного взаимодействия2.

В концепциях социализации психоаналитического толка межличностный уровень социального влияния представлен прежде всего через исследования процесса идентификации с родительскими фигурами; последний же, естественно, задан не только простым наличием в окружении ребенка самих этих фигур, но и характером межличностных отношений с ними.

И для интеракционистской традиции в исследовании социального развития личности конструкт «обобщенного Другого» строится из изначальной данности межличностных отношений с некоторым количеством просто «Других», служащих для человека источником социально принятых способов поведения и конвенциональных значений.

1 Так, с точки зрения Б. Скиннера (1904−1990), модифицировать нежелатель ное социальное поведение ребенка можно через определенное манипулирование его микросоциальным окружением, проще говоря — через изменение стратегий наказания и поощрения, осуществляемых родителями [по: Хьелл Л., ЗиглерД., 1997].

2 С точки зрения А. Бандуры, выбор «модели» для научения навыкам социаль ного поведения регулируется социальным статусом, психологической властью, ведущей ролью и личной привлекательностью «модели». Заметим, что эти свои качества она (модель) реализует на межличностном уровне взаимодействия.

Возможно, менее очевиден этот уровень социального влияния при когнитивистски-ориентированном анализе социального развития личности. Однако само существование основной его идеоло-гемы — альтернативного конструктивизма, согласно которой осознание человеком социальной действительности есть всегда продукт определенного ее истолкования1, возможно лишь при условии признания роли процессов сравнения «своих» и «чужих» истолкований и интерпретаций2, символически отражающих межличностный уровень социального влияния.

Во всех этих случаях речь идет о спонтанном влиянии «Другого» на социализирующуюся личность, и подобный подход не только представлен в различных теориях социализации, но и реализуется при изучении более частных ее вопросов, как, например, изучение закономерностей интернализации ценностей, норм, тех или иных социальных значений и пр. Однако сегодня внимание исследователей все более обращается к изучению процессов целенаправленного влияния в межличностном взаимодействии. Становление и развитие данной проблематики, очевидно, связано с двумя областями психологической практики: различными формами психотерапевтической помощи3 и сферами деятельности «профессионалов уступчивости» (рекламных агентов, менеджеров по сбыту товаров, специалистов PR и т. д.).

Психологические закономерности эффективного целенаправленного влияния одних людей на других становятся сегодня сюжетом и собственно психологической, и популярной литературы. Большая часть этих закономерностей выводится из известной теории «социального обмена», основной постулат которой состоит

1 Наиболее лаконично эта посылка выражена, на наш взгляд, создателем «пси хологии личностных конструктов» американцем Дж. Келли (1905−1967): «Соци альная жизнь человека есть постоянная борьба за осмысление реального мира опыта» [цит. по: Хьелл Л., ЗиглерД. Теории личности. СПб., 1997. С. 441J.

2 И сам Дж. Келли, и его последователи подчеркивали возможность влияния характера межличностных отношений на особенности личностных конструктов партнеров по взаимодействию (так, определенный уровень аттракции в отноше ниях влечет за собой сходство когнитивных структур) [Хьелл Л., Зиглер Д., 1997].

3 Было бы крайне самонадеянно пытаться рассмотреть особенности межлич ностного влияния в ходе психотерапевтического процесса в пособии, весьма да леком по своему предмету от этой области психологической практики. Однако заметим, что, несмотря на всю терминологическую неопределенность, характе ризующую анализ механизмов межличностного воздействия в психотерапии, в большинстве случаев они могут быть классифицированы по двум основаниям: большая/меньшая эмоциональная поддержка и степень делегирования ответствен ности.

1 1 1

в том, что в ходе межличностного взаимодействия люди обмениваются не только материальными, но и социальными «товарами» — информацией, статусом, любовью, желая «получить» как можно больше и «заплатить» как можно меньше,

Так, известный исследователь в области психологии влияния Р. Чалдини выделяет шесть принципов целенаправленного влияния в межличностном взаимодействии, следование которым приводит к его эффективности [Чалдини Р., 2000]:

  1. принцип взаимного обмена — в связи с тем, что для боль шинства культур одной из ведущих социальных норм, регулирую щих просоциальное поведение, является норма взаимности, на уровне межличностного воздействия оказывается эффективной практика предварительной уступки перед просьбой об ответной услуге (дать что-то перед тем, как взять что-то);
  2. принцип последовательности — так как одной из основных потребностей человека, реализуемых в процессе социального по знания, является потребность строить непротиворечивую картину социального мира и своего «Я», то в случае изначального приня тия нужного для «профессионалов уступчивости» обязательства эффективность дальнейшего воздействия возрастает;
  3. принцип социального доказательства — основан на много кратно подтвержденном в эмпирических исследованиях «помога ющего» поведения факте: люди склонны чаще оказывать помощь тем, кто, с их точки зрения, похож на них самих; соответственно в ситуации направленного межличностного влияния становятся эффективны ссылки на «похожих Других», уже сделавших что-то в аналогичной ситуации;
  4. принцип благорасположения — известное из исследований «убеждающей коммуникации» в качестве одного из оснований кредитности коммуникатора правило, согласно которому большей убедительностью располагает тот, кого мы считаем привлекатель ным, «работает» и в целенаправленном межличностном влиянии: имеющий внешне привлекательные особенности «профессионал уступчивости» преуспеет в нем больше;
  5. принцип влияния авторитета — показанные еще в класси ческих экспериментах С. Милграма закономерности подчинения могут быть перенесены в практику целенаправленного межлично стного влияния: люди склонны подчиняться авторитетам даже тог да, когда это бессмысленно или же не подкреплено ничем, кроме символов власти;

6) принцип дефицита — при его постулировании Р. Чалдини исходит из теории реактивного сопротивления Дж. Брема, согласно которой любая «внешняя» попытка ограничить для человека возможность выбора (пусть иллюзорного или же неактуального) повышает для человека его субъективную значимость и заставляет предпринимать значительные усилия для сохранения данной возможности; соответственно в условиях целенаправленного межличностного влияния искусственное ограничение доступности какого-либо предмета («это не для всех, а только для») заставляет людей стремиться к обладанию им.

Помимо выделенных принципов эффективного влияния, Р. Чалдини отмечает в качестве объективных факторов уступчивости быстрый темп и информационную насыщенность современной социальной жизни, выделяя в качестве актуальной задачи психологической практики разработку способов «индивидуальной защиты» для преодоления «неразмышляющей податливости»1-2.

Рекомендуемая литература

Агеев В. С. Межгрупповое взаимодействие: социально-психологические

проблемы. М, 1990. С. 57−102.

Аронсон Э. Общественное животное. М., 1998. С. 160—162. Зимбардо Ф., Ляйппе М. Социальное влияние. СПб., 2000. С. 44−56, 60−100. Кричевский Р. Л., Дубовская Е. М. Психология малой группы. М., 1991. С. 83—

105.

Майерс Д. Социальная психология. СПб., 1997. С. 354—398. Чалдини Р. Психология влияния. СПб., 2000. С. 34−64, 67−109, 112−153,

192−214.

1 Интересно, что подобные требования воплощаются сегодня в ряде образовательных программ школ Западной Европы. Например, в качестве специальных учебных курсов для школьников, начиная с 10−12-летнего возраста, в ряде стран присутствуют уроки по защите от нежелательного воздействия современных СМИ, на которых ребят учат критичному и избирательному отношению к телевизионной рекламе [Перотти A., 1995J.

1 Чалдини Р. Психология влияния. СПб., 2000. С. 14.

Если вы автор этого текста и считаете, что нарушаются ваши авторские права или не желаете чтобы текст публиковался на сайте ForPsy.ru, отправьте ссылку на статью и запрос на удаление:

Отправить запрос

Adblock
detector