Психологические особенности личности преступника-убийцы

Тема 7. Изучение личности преступника

1. Подходы к понятию «личность преступника».

Личность преступника является составным элементом предмета криминологии. Значимость исследования личности преступника состоит, прежде всего, в том, что преступление как акт человеческого поступка и волеизъявления конкретного лица в значительной степени производно от его сущностной характеристики и особенностей. Образно говоря, преступление и преступник являются теми клеточками своеобразного организма преступности, изучение и познание которых способны дать криминологический материал для последующей организации и осуществления предупреждения преступлений. Личность преступника, с одной стороны, — понятие общесоциологическое, с другой — юридическое. Это означает, что личность преступника нельзя рассматривать в отрыве от социальной сущности человека, вне связи со всей системой общественных отношений, участником которых он является. Под их воздействием формируется не только его социальный облик как целостное единство конкретного лица, но и образующие его нравственно психологические черты и свойства (взгляды, убеждения, ценностные ориентации, жизненные ожидания, интеллектуальные и волевые свойства).

Это происходит независимо от того, воспринимает или осознает индивид данный процесс. Поэтому личность преступника следует воспринимать как продукт реальной действительности (хотя и нежелательный, и даже враждебный по отношению к обществу), имеющий свою социальную природу.

Таким образом, под личностью преступника понимается лицо, совершившее преступление, в котором проявилась его антиобщественная направленность, отражающая совокупность негативных социально значимых свойств, влияющих в сочетании с внешними условиями и обстоятельствами на характер преступного поведения.

В приведенном определении отражена взаимосвязь между общесоциологическим и уголовно-правовым содержанием понятия личности преступника. Включение в данное понятие слова «личность» несет общесоциологическую нагрузку в том смысле, что оно показывает производность рассматриваемого понятия от более общего определения личности и отражает таким образом меру социальности в преступнике. Всякая личность представляет собой индивидуальное выражение социально значимых свойств, индивидуальную форму отражения бытия и духовных условий общества. Все это концентрируется в ее сознании, которое само становится активным цементирующим элементом формирования личности, опосредуя в соответствии с собственным содержанием действие на человека всех проявлений социальной действительности, определяя в конкретном случае выбор им той или иной социальной позиции и направленности поведения. В определении личности преступника в качестве существенной характеристики выступает совокупность отрицательных черт и

8 стр., 3664 слов

Становление Я-образа и полоролевая идентификация личности. Социальные аспекты

... Эриксоном как тот личностный конструкт, который отражает внутреннюю солидарность человека с социальными, групповыми идеалами и стандартами и тем самым помогает процессу Я-категоризации. Образ ... без формирования Я-концепции. Полоролевая идентификация также играет значительную роль в социализации личности. Несмотря на современные тенденции к универсализации мужских и женских признаков, гендерное ...

свойств. Именно эта совокупность социальных свойств и признаков личности, их содержание, соотношение социально положительных и социально отрицательных элементов дают наиболее полное представление о тех, кто совершает преступление, а также помогает понять, оценить как сам поступок, так и лицо, его совершившее. Однако следует иметь в виду, что какие бы отрицательные черты и свойства ни были присущи человеку, они могут не проявиться в качестве преступного действия в течение его жизни. Поэтому считать человека преступником можно только после совершения им преступного деяния. Здесь естественно возникает вопрос, с какого момента возникает и когда заканчивается личность преступника? Понятно, что совокупность личностных качеств, обусловливающих преступление, складывается в процессе всей предшествующей жизнедеятельности индивида. Важно и то, что личностные свойства, обусловившие совершение преступления, не исчезают и после его совершения. В дальнейшем они претерпевают лишь изменения, но в любом случае представляют криминологический интерес. С уголовно правовых позиций о личности преступника можно говорить только тогда, когда лицо совершило преступление и признано судом виновным. Пределы существования личности преступника строго определены законом и заканчиваются с момента отбытия наказания и погашения судимости. Общее же понятие личности преступника является достаточной абстрактной категорией и используется в основном в качестве рабочего инструментария в процессе научного анализа соответствующих лиц.

§ 1. Основные подходы к изучению личности преступника

Успешное предупреждение преступлений возможно лишь в том случае, если внимание будет сконцентрировано на личности преступника, поскольку именно личность является носителем причин их совершения. Можно поэтому сказать, что эта личность — основное и важнейшее звено всего механизма преступного поведения. Те ее особенности, которые порождают такое поведение, должны быть непосредственным объектом предупредительного воздействия. Поэтому проблема личности преступника относится к числу ведущих и вместе с тем наиболее сложных проблем криминологии. Личность преступника всегда была одной из центральных проблем всех наук криминального профиля и в первую очередь криминологии. История этой науки свидетельствует о том, что наиболее острые дискуссии криминологи вели и ведут как раз по поводу личности преступника. В зависимости от социально-исторических условий, требований социальной практики и уровня развития науки по-разному ставился и решался вопрос, что такое личность преступника, есть ли она вообще, в чем ее специфика, какова ее роль в совершении преступления, как воздействовать на нее, чтобы не допустить больше преступных действий.

Все эти вопросы имеют большое практическое значение. Необходимо учитывать, что даже в такой специфической сфере, как преступление, человек действует в качестве общественного существа. Поэтому к нему надо подходить как к носителю различных форм общественной психологии, приобретенных нравственных, правовых, этических и иных взглядов и ценностей, индивидуально-психологических особенностей. В целом — это представляет собой источник преступного поведения, его субъективную причину, предопределяет необходимость изучения всей совокупности социологических, психологических, правовых, медицинских (в первую очередь, психиатрических) и других аспектов личности преступника. Личность преступника представляет собой совокупность социально значимых негативных свойств, образовавшихся в ней в процессе многообразных и систематических взаимодействий с другими людьми. Эта личность, являющаяся субъектом деятельности, познания и общения, конечно, не исчерпывается только указанными свойствами, которые к тому же поддаются коррекции. В то же время социальный характер личности преступника позволяет рассматривать его как члена общества, социальных групп или иных общностей, как носителя социально типичных черт.

Включение преступника в активное и полезное групповое общение — важное условие его исправления. Для определения понятия личности преступника необходимо решить ряд специальных вопросов, в частности: охватывает ли это понятие всех лиц, совершивших преступления, или только часть из них; какие стороны и особенности личности преступника необходимо изучать. И в научных, и в практических целях это понятие должно объединять лиц, виновных в преступном поведении. Как преступность включает такие совсем разные преступления, как изнасилование и мошенничество, так и понятие личности преступника в практическом и научном смысле объединяет лиц, совершивших эти преступления. Поэтому криминология не может не изучать причины и механизм совершения преступлений, в том числе неосторожных и непредумышленных. Иными словами, личность всех совершивших преступления должна быть предметом криминологического познания, что имеет огромное практическое значение, в первую очередь для профилактики преступлений. Если из орбиты криминологического изучения исключить личность тех, для которых совершенное преступление не стало основной, ведущей деятельностью, то они вообще выпадут из поля зрения криминологии, что нанесет существенный ущерб практике.

Конечно, нельзя не признать, что понятие личности преступника в определенной мере условное и формальное, поскольку отнесение определенных действий к числу преступных зависит от законодателя. Он же, как известно, может отменить уголовную ответственность за поступки, которые ранее им рассматривались как преступные. Нельзя не признать также, что у многих лиц, совершивших, например, неосторожные преступления, могут отсутствовать черты, типичные для преступников. Понятие личности преступника не может быть ярлыком для обозначения наиболее опасных и злостных правонарушителей. Это понятие — начало, исходная позиция криминологической теории личности, мысленное воспроизводство реального объекта и не имеет силы и смысла вне его. Наличие отличительных черт личности преступника не следует понимать так, что они присущи всем без исключения лицам, совершившим преступления. Отсутствие их у некоторой части преступников не снимает вопроса о необходимости изучения и их личности как носителя причин преступного поведения. Однако основная масса преступников отличается определенными особенностями. Именно данный факт позволяет говорить о личности преступника как об отдельном, самостоятельном социальном и психологическом типе.

Его специфика определяет особенности духовного мира преступников, их реакций на воздействия социальной среды. В целом можно определить личность преступника как личность человека, который совершил преступление вследствие Присущих ему психологических особенностей, антиобщественных взглядов, отрицательного отношения к нравственным ценностям и выбора общественно опасного пути для удовлетворения своих потребностей или непроявления необходимой активности в предотвращении отрицательного результата. Это определение достаточно полно не только в том смысле, что охватывает и тех, кто совершил преступление умышленно, и тех, кто виновен в преступной неосторожности. Такая оценка его обоснованна и потому, что оно содержит перечень признаков, которые должны быть предметом криминологического познания. Криминологическое изучение личности преступника осуществляется главным образом для выявления и оценки тех ее свойств и черт, которые порождают преступное поведение, в целях его профилактики. В этом проявляется теснейшее единство трех узловых криминологических проблем: личности преступника, причин и механизма преступного поведения, профилактики преступлений. При этом, однако, личность преступника центральная в том смысле, что ее криминологические особенности первичны, поскольку являются источником, субъективной причиной преступных действий, а поэтому (именно они, а не действия или поведение должны быть объектом профилактических усилий).

То, что эти внутренние особенности могут привести к совершению преступлений, составляет сущность общественной опасности личности преступника, а само преступное поведение — производное от них. Если говорить о целенаправленной коррекции поведения, то его невозможно изменить, если указанные особенности останутся прежними. Сказанное, разумеется, отнюдь не означает игнорирования внешних социальных факторов, ненужности их изучения и учета. Во-первых, криминогенные черты личности формируются под воздействием названных факторов. Однако «закрепленные» в личности, они превращаются в самостоятельную силу, преуменьшать значение которой не следует. Во-вторых, совершению преступления могут способствовать, даже провоцировать па это ситуационные обстоятельства, внешняя среда. Но, как известно, одна и та же ситуация воспринимается и оценивается разными людьми по-разному. Стало быть, в конечном итоге в механизме индивидуального преступного поведения личность преступника играет ведущую роль по отношению к внешним факторам. Поэтому совершение преступления точнее было бы рассматривать не только как результат простого взаимодействия личности с конкретной жизненной ситуацией, в котором они выступают в качестве равнозначных «партнеров».

Преступление есть следствие, реализация криминогенных особенностей личности, которая взаимодействует с ситуативными факторами. Понимание общественной опасности таким образом, что человек, обладающий подобными качествами, может совершить преступление, не предполагает фатальности преступного поведения. Это качество может быть реализовано в поведении, а может и не быть, что зависит как от самой личности, так и от внешних обстоятельств, способных препятствовать такому поведению, даже исключить его. Изучение личности преступника должно строиться на твердой правовой основе, т.е. должна изучаться личность тех, кто по закону признается субъектом преступления. Поэтому рассматриваемая категория имеет временные рамки: с момента совершения преступления, удостоверенного судом, и до отбытия уголовного наказания, а не до момента констатации исправления. После отбытия наказания человек уже не преступник, а потому не может рассматриваться как личность преступника. Человек освобождается от наказания не потому, что исправился, а потому, что истек установленный законом срок наказания. Действительное же его исправление, если под этим понимать положительную перестройку системы нравственных и психологических особенностей, ведение социально одобряемого образа жизни, может иметь место значительно позже отбытия наказания или вообще не наступить.

В последнем случае нужно говорить не о личности преступника, а о личности, представляющей общественную опасность. Тем не менее нужно изучать не только тех, кто уже совершил преступление, но и тех, чей образ жизни, общение, взгляды и ориентации еще только свидетельствуют о такой возможности, которая реальностью может и не стать. Значит, в сфере криминологических интересов находятся алкоголизм, наркомания, бродяжничество, проституция и другие непреступные антиобщественные явления и соответственно личность тех, кто совершает такие поступки. Все это служит базой научно обоснованной системы профилактики преступлений, в том числе ранней, но изучение указанных лиц выходит за пределы личности субъекта преступления. Стало быть, в предмет криминологии входят не только личность собственно преступника, но и тех, кто может стать на преступный путь, что исключительно важно для борьбы с преступностью. Изучение всех этих вопросов помогает вскрыть причины преступлений и разработать эффективные средства их профилактики. Можно представить исследование проблем личности преступника, которая, как и любая личность, постоянно изменяется и развивается, в виде некоего пути. Этот путь весьма условно и относительно можно разбить на три «части»: 1) формирование личности преступника, личность в ее взаимодействии с конкретной жизненной ситуацией до и во время совершения преступления; 2) личность преступника в процессе осуществления правосудия в связи с совершенным им преступлением; 3) личность преступника в период отбывания наказания.

Период адаптации к новым условиям освобожденных от наказания интересует нас лишь в связи с возможностью совершения нового преступления, поэтому он может быть включен в первую «часть». Каждая «часть» может исследоваться соответствующей группой наук. Наряду с предложенной классификацией возможна и такая классификация основных аспектов личности преступника, каждый из которых изучается обязательно с привлечением достижений и методов соответствующих наук. Из этой схемы видно, методики и достижения каких наук необходимо использовать при изучении личности преступника. При организации и осуществлении междисциплинарного изучения личности преступника необходимо иметь в виду возможности не только наук, уже участвующих в таком изучении, но и, разумеется, других наук. Здесь хотелось бы подчеркнуть то обстоятельство, что целью междисциплинарного познания личностных особенностей преступников, как и исследования их отдельными науками, является разработка мер по профилактике преступного поведения, исправление преступников, причем последнее должно реализовываться еще в процессе расследования преступлений и в суде.

Однако криминология в области изучения личности преступника не формулирует исходные понятия для других наук, поскольку это не входит в ее компетенцию. Подобные понятия в рамках своего предмета разрабатывают и развивают соответствующие отрасли научного знания, которые, конечно, должны широко использовать криминологические достижения. По той же причине криминология не определяет задачи, пределы и инструментарий исследований личности преступника, осуществляемых другими науками. Исследование личности в криминологии может быть только криминологическим. Криминология не берет и не может брать на себя функции междисциплинарного познания, поскольку это выходит за ее пределы как одной из наук. Важная задача междисциплинарного исследования личности преступника — раскрытие того главного звена, которое придает этой личности характер целостности. Целостность личности нельзя понимать как простое механическое перечисление всех его определений или как сумму признаков — психологических, демографических, правовых и т.д. Подобное суммарное понимание, внешне претендующее на всестороннее рассмотрение, в действительности утрачивает понимание целостности. Таким звеном является представление о личности преступника в целом как о субъекте и объекте общественных отношений, как носителе социальных и биологических особенностей, влияющих на поведение через ее психологию.

Если обратиться к отдельным «частям», выделенным выше, то окажется, что, например, личность осужденного будет изучаться криминологией, уголовно-исполнительным правом, уголовно-исполнительной психологией, уголовно-исполнительной педагогикой, судебной статистикой и судебной психиатрией. Однако наиболее важными и основополагающими являются научные изыскания в криминологии — личность преступника входит в предмет криминологии и никакой другой науки. Разумеется, любая наука для своих нужд может воспользоваться данными криминологии о личности преступника, научные сотрудники любого профиля могут осуществлять изучение преступников. Теорию личности преступника нужно рассматривать как возникшую на определенном этапе развития криминологии некоторую совокупность упорядоченных и систематизированных знаний, описывающих и объясняющих существование, развитие и особенности тех, кто совершает преступления. Сама наука криминология начиналась с изучения личности виновных в преступлении. Знание о личности преступника представляет собой научную теорию, во-первых, потому, что это не просто совокупность или сумма знаний, а сложно организованная, систематизированная, внутренне замкнутая и логически в целом непротиворечивая система о вполне определенном социальном явлении, имеющая свой принцип, идеи, суждения, факты и понятийный аппарат.

Во-вторых, эта область криминологии располагает проверенными практикой данными, опирается на эмпирические исследования, может достаточно полно описать и объяснить личность преступника, его основные черты, механизмы формирования и т.д. Эти описания и объяснения представляются достаточно обоснованными. В-третьих, она дает принципиальную возможность прогнозирования индивидуального преступного поведения, разрабатывать методику такого прогнозирования. В-четвертых, настоящая теория служит основанием для многочисленных практических предложений и рекомендаций, широко использующихся при осуществлении индивидуальной профилактики преступлений и исправления преступников. Только криминология исследует всю совокупность социологических, психологических, правовых, этических, педагогических, медицинских и иных аспектов личности тех, кто совершил преступление. Обеспечивая взаимосвязь указанных аспектов и тем самым взаимодействие различных наук, криминология на качественно новом уровне вырабатывает синтезированное знание об этом явлении. Исследование личности принадлежит к числу самых распространенных в криминологии. Не переоценивая достижений в области изучения личности преступника, есть тем не менее основания считать, что криминологические исследования этой личности дают возможность объяснить причины и механизм преступного поведения.

Можно поэтому сказать, что учение о личности преступника обладает объяснительными функциями, эти же функции свойственны ее составным элементам, например суждению о социальном характере формирования названной личности. Основные идеи, категории и концепции указанного учения многократно проверялись на теоретическом и практическом уровнях. Проверки очень нужны и в будущем. Практика, в том числе исследовательская, постоянно расширяет, уточняет, изменяет наши знания о личности преступника, но не устанавливает их абсолютную достоверность на все времена, что является одним из условий постоянного развития этой отрасли знания. Поскольку знания о личности преступника выполняют важную роль концептуального обоснования других теорий, прежде всего теории преступного поведения и теории индивидуальной профилактики преступлений, весьма опасен отрыв, например, учения о профилактике преступлений от криминологии. На практике это будет означать беспредметность и неэффективность профилактических мероприятий, если они не будут ориентированы на криминогенные явления, определяющие особенности личности преступника, ее формирование, а отсюда и на преступное поведение. Учение о личности преступника — частное по отношению к общей теории криминологии и в то же время база для криминологических исследований личностных проблем.

Поэтому изучение, например, воров или убийц обязательно должно опираться на достижения анализируемой теории личности преступника. Вместе с тем она тесно связана с другими криминологическими учениями, в единстве с которыми составляет науку криминологию. Например, теория личности преступника тесно связана с теорией причин преступности, особенно если учитывать, что человека можно рассматривать как некоего носителя криминогенных факторов. Во многом пересекаются понятия и утверждения, объясняющие причины преступности и причины преступного поведения: в свою очередь такое поведение нельзя объяснить без знания личности преступника. Научные представления о личности преступника складывались из разных источников. Их теоретическими источниками были философия, социология, психология, криминалистика и особенно наука уголовного права, а практическим — деятельность по предупреждению и расследованию преступлений, рассмотрению уголовных дел в судах, исправлению преступников. Особую роль сыграли специальные криминологические изыскания. В целом же формирование этой теории диктовалось потребностями общественной практики, необходимостью повышения эффективности борьбы с преступностью. Конечно, не было и нет жесткой, непосредственной, прямолинейной детерминации общественными потребностями зарождения и развития этой теории, как и криминологии в целом. Осознание потребности еще недостаточно для возникновения новых учений или научных дисциплин. Необходимо, чтобы в самой науке созрели научные предпосылки решения проблем, поскольку она имеет свои специфические закономерности движения. Возникновению учения о личности преступника предшествовала схематизация (или идеализация) изучаемого явления, создание некой концептуальной модели, например, в рамках антропологической школы — учение о прирожденном преступнике (преступной личности).

Формирование же отечественной криминологической теории о природе и причинах преступности позволило создать такую концепцию, ведущей особенностью которой было признание социальной природы личности преступника. С помощью этой концепции, несмотря на ошибки биологизаторского и социологизаторского характера, были описаны некоторые существенные черты и свойства данной личности. Значительное развитие теоретические исследования личности преступника в нашей стране получили начиная с 60-х годов. Все больше внимания стало уделяться причинам и механизму преступного поведения, формированию личности преступника и ее основным характеристикам, типологии и классификации преступников. Немало сделано в познании психологии преступника, обозначены важные системные подходы в ее изучении и объяснении в совокупности с преступным поведением. Вместе с тем в очень многих работах преобладают лишь описание и систематизация эмпирического материала, мало и часто односторонне (например, преувеличивая значение психиатрических факторов) анализируется природа явления и причины протекающих в нем процессов. Редко вводятся в рассмотрение сколько-нибудь сложные абстрактные объекты, недостаточно используются кибернетические методы исследования. Иными словами, это исследования, обеспечивающие лишь феноменологический уровень развития теории, при котором познание ограничивается описанием явлений (феноменов).

Интенсивная теоретическая деятельность криминологов в последние годы позволила в целом достигнуть высшего нефеноменологического (объяснительного) уровня в изучении личности, когда раскрываются внутренние механизмы происходящих процессов и их причин.

2. Цели, задачи и методы изучения личности преступника

Методы изучения личности преступника

К фундаментальным методам изучения личности ᴏᴛʜᴏϲᴙтся опрос и наблюдение, промежуточной формой будет психоло­гическое тестирование (сочетающее в себе элементы первого и второго).

Опрос — получение информации на задаваемые вопросы. Уместно отметить, что опрос может быть устным (беседа, интервью) и письменным (анкетирование).Не стоит забывать, что вариантом устного опроса будет допрос.

В ходе изучения личности целесообразно опросить как само изучаемое лицо, так и тех, кто может располагать о нем какой-либо информацией.

Вопросы задаются как о личностных качествах (взглядах, убеждениях, привычках), так и о причинах их образования («Как случилось, что у Не стоит забывать, что вас возникла привычка к спиртному (нарко­тикам)?», «Почему Вы так считаете?» или «Откуда такое мне­ние?»).

В ходе опроса следует учитывать мотивы действий опраши­ваемых. Далеко не все заинтересованы говорить правду о себе или о других, особенно если ϶ᴛᴏ негативная, порочащая или изобличающая информация. Искусство исследователя заключа­ется в том, ɥᴛᴏбы найти лиц, заинтересованных в предоставлении полной и объективной информации, а также в умении нейтра­лизовать у опрашиваемых мотивы сокрытия истины.

Информация, полученная в результате опроса, должна крити­чески оцениваться, сопоставляться с данными, полученными из других источников. Стоит заметить, что она может анализироваться с точки зрения

ее непротиворечивости и логической правильности Целесооб­разно проверить, имел ли возможность человек лично наблюдать то, о чем рассказывает. В отдельных случаях проверить инфор­мацию позволяет сопоставление с объективными фактами (рассказ об избиении подтверждается наличием шрамов, о хищении — наличием похищенного, об убийстве — указанием места захо­ронения трупа либо представлением орудий убийства).

Наблюдение — визуальное либо слуховое восприятие дея­тельности личности. Наблюдение может быть непосредственным и опосредованным. При непосредственном исследователь лично наблюдает за проявлениями личности. К таким проявлениям ᴏᴛʜᴏϲᴙтся поступки, манера поведения, высказывания, внешность (одежда, прическа, татуировки, шрамы).

При опосредованном наблюдении исследователь изучает дан­ные наблюдения, проведенного другими лицами. Методом опос­редованного наблюдения может быть опрос, изучение документов (характеристик, личных дел, медицинских свидетельств, аттеста­тов об образовании, документов, фиксирующих поощрения и взыскания, справок о приводах в милицию или о судимости, уголовных дел и т. п.), изучение фото-, кино- и видеопродукции, анализ записных книжек и дневниковых записей (как самой изучаемой личности, так и его родителей или педагогов).

Психологическое тестирование — изучение личности с по­мощью тестов. Отметим, что тест (от английского test — проба, испытание) — задание, в ходе выполнения кᴏᴛᴏᴩого пробудут личностные качества изучаемого. Задания могут быть самыми различными:

ответить на вопросы, истолковать, на что похоже пятно, нари­совать что-либо, придумать рассказ или завершить начатый рас­сказ (предложение), проделать какие-либо действия. Важно заметить, что одним из первых психологических тестов считается тест Кеттела, состав­ленный Дж. Кеттелом в 1890 году из 50 заданий. В наибольшей степени популярными будут тесты Бинэ-Симона (изучение коэффи­циента интеллектуальности), Роршаха (толкование пятен).Инте-

LpecHbm тест, состоящий из пословиц и поговорок, составил B.C. Аванесов (по тому, какие поговорки человек считает правиль­ными, выбудет его характер и убеждения).Достаточно интересную информацию позволяет получить тестирование с помо­щью незавершенных рассказов и предложений. Суть ϶ᴛᴏго теста в том, что формулируются условия, в кᴏᴛᴏᴩых оказался человек. А испытуемому предлагается придумать, как поведет себя человек в данных условиях. При ϶ᴛᴏм он обычно проецирует ϲʙᴏи установки (в аналогичной ситуации он, вероятно, повел бы себя так же)’.

Надежность и практическую ценность тестирования иногда ставят под сомнение. При этом в отдельных случаях тестирование позволяет получить весьма ценную и интересную информацию, кᴏᴛᴏᴩая может быть отправной точкой более детального изучения личности.

Центральным элементом изучения в процессе расследования преступления, безусловно, оказывается человек. Это – лицо, совершившее преступление, потерпевший, свидетели, а также привлекаемые следователем к процессу расследования иные лица: эксперты, специалисты, понятые и т.д. Как ни в какой иной сфере познания в криминалистике (и теоретической, и практической) человек, по мере необходимости, может исследоваться во всей многогранности проявления его свойств: физических и психических, генетически обусловленных и прижизненно сформировавшихся, природных и социальных. Как известно, все свойства человека сосуществуют в нерасторжимом единстве, а их сочетание в конкретном индивиде образует еще одно важное качество – индивидуальность. Многообразие ситуаций, возникающих при осуществлении преступной деятельности и в ходе расследования преступлений, создает предпосылки к тому, что при изучении личности преступника и жертвы преступления криминалистически значимым может оказаться любое из множества его человеческих свойств: от анатомических и биологических (папиллярные узоры, группа крови, запах и т.д.) до психологических и социальных (особенности протекания психических процессов, мировоззрение, профессия и др.).

Во-первых, криминалистически значимыми являются свойства преступника и его жертвы, проявляющиеся при совершении преступления и отображающиеся в виде материальных и идеальных следов в окружающей обстановке и сознании людей. Обнаружение и исследование этих следов, а через них – свойств преступника и жертвы – необходимое звено в установлении фактической картины преступления. Во-вторых, криминалистически значимыми становятся свойства участников процесса расследования, влияющие на его эффективность и определяющие его тактическую сущность. Для этого следователю приходится изучать личность обвиняемых и потерпевших, специалистов и экспертов, свидетелей, понятых, переводчиков, педагогов, законных представителей или близких родственников несовершеннолетних, статистов, привлекаемых к производству следственных действий (следственного эксперимента, предъявления для опознания).

Помимо перечисленных (основных и дополнительных) участников расследования в поле внимания следователя включаются и иные лица, например, проживающие совместно с лицом, у которого предстоит провести обыск, или лица, оказывающие противодействие расследованию извне. Это могут быть представители властных и исполнительных структур, контрольных и ревизионных органов, отдельных учреждений и организаций, а также родственники, знакомые и близкие обвиняемых, потерпевших. Наличие внешнего противодействия влечет необходимость изучения следователем личностных особенностей субъектов, его осуществляющих, в целях нейтрализации негативного влияния последних на ход расследования.

В процессе осуществления криминалистической деятельности ее субъекты – следователь, специалист, эксперт изучают человека как индивида в целом либо его отдельные свойства в том объеме и направлении, которые определяются стоящими перед ними задачами. Главным субъектом расследования, как известно, является следователь и ему в наибольшей степени приходится проделывать основную работу по исследованию человека как объекта познания, а также оценивать результаты деятельности других участников расследования – специалистов и экспертов.

Криминалистическая теория и практика использует термин «личность» в самом широком смысле этого слова, включая в свойства личности всю совокупность криминалистически значимых человеческих качеств: морфологические, физиологические, психические, социальные. Так, криминалисты традиционно используют словосочетания «установление личности преступника», «установление личности потерпевшего», понимая под этим процессом выявление и использование совокупности свойств разного уровня. Таким образом, под криминалистическим изучением личности следует понимать установление криминалистически значимой информации о преступнике, жертве преступления, а также обвиняемом, потерпевшем и других участниках процесса расследования. включающей в себя сведения о присущих им анатомических, биологических, психологических и социальных свойствах, которые необходимы для идентификации личности, решения тактических задач и установления фактической картины события преступления в процессе его раскрытия и расследования, а также использования в целях осуществления криминалистической профилактики.

Можно выделить четыре основных класса криминалистических задач, решение которых базируется на использовании гомологической информации (от лат. Homo– человек), т.е. информации о свойствах человека. Первый класс задач связан с установлением тождества лица по комплексу его свойств, в том или ином виде отобразившихся вовне. Чаще всего эта задача решается в отношении обвиняемого и потерпевшего. Методика идентификации человека разрабатывается в криминалистической технике как разделе криминалистики, где исследуются признаки внешности человека, материальные следы-отображения частей тела человека (рук, ног, зубов и т.д.), следы проявления некоторых функциональных комплексов (голос, походка) и специфического письменно-речевого навыка, следы-вещества (кровь, запах).

Информация, полученная при решении задач данного класса, имеет доказательственное значение и подлежит обязательному отражению в материалах уголовного дела.

Второй класс задач предполагает изучение таких свойств человека, которые связаны с установлением фактической картины преступления. При этом имеется в виду выявление и обобщение широкой информации об индивидуальных социально-психологических свойствах преступника и жертвы преступления, которыми обусловлены их мотивация и конкретные действия, относящиеся к расследуемому преступлению (способ совершения преступления, характер связи между преступником и жертвой и т.д.).

В этом случае круг подлежащих установлению сведений определяется криминалистической характеристикой преступления данного вида, а преступник и жертва изучаются как ее важнейшие элементы. В большей части полученная при этом информация имеет доказательственное значение и фиксируется в материалах дела. Особенности реализации личностной информации для решения указанных задач являются предметом рассмотрения такого раздела криминалистики, как методика расследования отдельных видов преступлений.

Третий класс задач, разрешаемых на базе гомологической информации, связан с определением оптимальной линии поведения лиц, расследующих преступление, с учетом их взаимодействия с другими участниками расследования, что является предметом криминалистической тактики. В центре внимания при этом оказываются психофизиологические, психологические и социально-психологические качества людей, ибо именно они учитываются при выборе тактических приемов, проведении тактических комбинаций и операций. Можно выделить два уровня тактических задач, разрешаемых с учетом личностных особенностей участников расследования: общетактические, относящиеся к расследованию в целом или к группе следственных действий, и локальные, возникающие в рамках отдельного следственного действия.

Из решаемых на базе информации о личности задач общетактического уровня можно выделить следующие:

– определение места, условий и времени проведения следственного действия (например, выбор места и времени допроса с учетом состояния здоровья и возраста допрашиваемого);

– выбор участников следственного действия (например, привлечение переводчика, владеющего не только соответствующим языком, но и специальными знаниями в той сфере, в которой совершено расследуемое преступление: экономика, финансы и т.п.);

– установление очередности проведения следственных действий (например, определение последовательности допросов и очных ставок обвиняемых исходя из информации о межличностных конфликтах в преступной группе);

– установление психологического контакта с участниками расследования как предпосылка последующего психологического воздействия;

– предупреждение и разрешение конфликтных ситуаций в процессе расследования;

– прогнозирование линии поведения основных участников процесса (обвиняемого и потерпевшего) в процессе расследования в целом.

К тактическим задачам локального уровня можно отнести:

– распределение обязанностей между участниками следственного действия с учетом возможности выполнения ими конкретных задач (например, при обыске, при осмотре места происшествия, следственном эксперименте);

– прогнозирование поведения участников конкретного следственного действия;

– выбор тактических приемов целенаправленного воздействия на конкретного участника следственного действия (например, комплекс тактических приемов допроса свидетеля по оказанию помощи в восстановлении забытого или наблюдение за обыскиваемым и управление его поведением и др.).

Информация о личности, используемая в тактических целях, в большей части не носит доказательственного характера и используется при расследовании преступлений как вспомогательная.

Четвертый класс задач, при решении которых используется информация о личности, связан с осуществлением криминалистической профилактики.

Разделение процесса криминалистического изучения личности на несколько направлений в зависимости от характера решаемых задач является достаточно условным. Это объясняется следующими обстоятельствами:

– во-первых, одни и те же данные о личности могут в определенной мере использоваться для решения задач разных классов (например, особенности психического склада, уровень интеллектуального развития преступника могут определять способ совершения преступления, и эти же свойства обвиняемого учитываются при разработке приемов в криминалистической тактике);

– во-вторых, методы и источники получения криминалистически значимой информации о личности могут быть в ряде случаев одни и те же вне зависимости от конечных целей использование этой информации (исключение составляют методы, применение которых требует специальных познаний);

– в-третьих, все выделенные направления в конечном счете являются сторонами единого процесса расследования и подчинены одной цели – раскрытию и расследованию преступления.

Криминалистическое изучение личности в процессе расследования осуществляется наряду с уголовно-правовым, уголовно-процессуальным и криминологическим ее изучением. Уголовно-правовой аспект изучения предусматривает установление признаков, относящихся к человеку как к субъекту преступления (возраст, психическая полноценность; личностные признаки, влияющие на квалификацию преступления, на определение наказания), а также отдельные признаки потерпевшего, имеющие уголовно-правовое значение. Уголовно-процессуальное направление предполагает установление данных о личности участников процесса расследования, необходимых для обеспечения процессуальной формы расследования (например, невладение языком, на котором ведется судопроизводство; возраст или наличие физических или психических недостатков, требующих обязательного участия защитника; наличие обстоятельств личностного свойства, исключающих участие в производстве по делу, и т.д.).

Сведения о личности участников процесса, имеющих уголовно-правовое и уголовно-процессуальное значение, обязательны для установления и отражаются в материалах уголовного дела в полном объеме. Криминологический аспект проявляется в изучении личности преступника и жертвы преступления (виктимология) как часть исследования преступности в целом, ее причин, состояния, прогнозирования тенденций развития, а также предупреждения. Свойства личности обвиняемого и потерпевшего, будучи установленными следователем, а затем судом, впоследствии используются криминологами на разных уровнях анализа и обобщения.

Таким образом в ходе расследования преступления многоаспектный процесс изучения личности выливается в сложную комплексную задачу, решение которой возлагается, главным образом, на следователя. Эту сложность также обусловливают специфические условия расследования, носящие по отношению к следователю объективный характер. В первую очередь, это жесткая процессуальная регламентация процесса расследования, ограниченность времени, которое следователь может использовать для изучения личности. Во-вторых, сложная психологическая обстановка вокруг расследования и нередко встречаемое следователем целенаправленное противодействие отдельных участников процесса, Чаще всего – обвиняемого, реже – потерпевшего, заинтересованного свидетеля и иных лиц, затрудняющее процесс познания их истинных свойств, например, симулирование обвиняемым психического заболевания, отказ добровольно представить образцы для сравнительного исследования и проч. Существуют также причины субъективного характера, приводящие к ошибкам и тактическим просчетам. Они кроются в опасности формирования у следователя одного из видов профессиональной деформации – косных стереотипов в восприятии людей, препятствующих полноте изучения и объективности оценки конкретной личности.

Изучение личности в процессе расследования как одно из направлений криминалистической деятельности должно осуществляться в строгом соответствии с законом, охраняющим права и интересы личности, соблюдением норм нравственности, принципов научности и объективности. Эффективность этого процесса при условии соблюдения указанных требований будет зависеть от правильного выбора методики изучения личности и установления объема подлежащих изучению свойств личности.

3. Структура личности преступника.

4. Классификация и типизация личности преступника

Изучение преступников бывает результативным с практической и теоретической точек зрения, если систематизируются полученные о них данные. Борьба с преступностью не может ориентироваться только на индивидуальную неповторимость каждого лица, в то лее время она должна учитывать неоднородность контингента преступников. Эта проблема решается путем классификации преступников: их группировки и типологии.

Подгруппировкойчаще всего понимается определенноераспределениестатистической совокупности на определенные группы, категории с использованием такого критерия, как статистическая распространенность одного или нескольких признаков.

В рамках такой классификации фактически изучается не личность в комплексе ее характеристик, а контингенты преступников. При этом выявляется статистическая распространенность среди них тех или иных признаков. Наиболее распространены группировки, основанные на:

  1. таких демографических данных, как пол и возраст. В уголовной статистике выделяются несовершеннолетние (14– 15 лет и 16–17 лет), лица молодого возраста (19–24 года и 25–29 лет), лица зрелого возраста (30 лет и старше).

    Путем изучения карточек первичного учета, уголовных дел и материалов может быть достигнута более дробная классификация;

  2. некоторых социально-экономических критериях: образование; род занятий; факт наличия или отсутствия постоянного места жительства и рода занятий (выделяются бомжи, вынужденные переселенцы, беженцы); проживание в городской или сельской местности; источники доходов; кроме того, выделяются постоянные жители и мигранты и т. п.
  3. гражданстве(граждане РоссийскойФедерации, иностранные граждане и подданные, лица без гражданства);
  4. состоянии личности в момент совершения преступления: учитываются, во-первых, факты опьянения, наркотического возбуждения, во-вторых, нахождение человека при совершении преступления в составе группы (какой именно), в-третьих, пребывание в местах лишения свободы и т. п.;
  5. характере преступного поведения: умышленное или неосторожное; насильственное, имущественное (корыстное) и т. п.; первичное или повторное и т. п.

Эти виды группировок не отражают всего их разнообразия. Кроме таких простых, учитывающих только один какой-то признак, используются более сложные, учитывающие одновременно две-три переменные (пространство свойств).

Например, в регионах выяснялось, какого именно возраста и рода занятий преступники совершали те или иные преступления. Составлялась следующая таблица при классификации только преступников одного возраста (например, несовершеннолетних), учитывающая две переменные.

При многомерной классификации, использующей более трех личностных характеристик, применяются математические методы.

Указанные группировки позволяют определенным образом систематизировать контингент преступников для их более тщательного изучения, в частности, указывают основные направления изменений в этом контингенте; позволяют выделять группы, требующие первоочередного внимания; оперировать большими числами, что существенно для научного анализа. Однако сам по себе статистический анализ всегда оказывается недостаточным, поскольку уяснение определенных статистических зависимостей и закономерностей еще не отвечает на вопрос о характере связи разных признаков.

Типология является более глубокой характеристикой разных контингентов преступников. Она основывается на существенных признаках, причинно связанных с преступным поведением.

В литературе отмечается, что термин «типология» тесно связан с содержательным характером разбиения совокупности на группы, с определенным высоким уровнем познания. При этом условно выделяются признаки-проявления и признаки-причины, обеспечивающие содержательный характер разбиения. В основе типологии обязательно лежат последние, нередко они сочетаются с признаками-проявлениями.

В пределах одного типа должны быть однородными признаки-проявления и признаки-причины; они должны отражать определенные динамические закономерности, детерминационные линии, зафиксированные в криминологических исследованиях. Например, совершение краж (признак-проявление) в результате устойчивой ориентации лица на преступные средства обеспечения своего благополучия, его безнаказанности после совершения предшествующих преступлений из-за высокого криминального профессионализма (признаки-причины).

Комплекс этих признаков указывает на тип профессионального вора. Можно исходить и из признаков-причин, отражающих особенности формирования и деятельности личности.

Наглядна для понимания сути социальной типологии вообще следующая характеристика типа лакея, дававшаяся В.И. Лениным: «Свойственная лакейскому положению необходимость соединять очень умеренную дозу народолюбия с очень высокой дозой послушания и отстаивания интересов барина неизбежно порождает характерное для лакея, как социального типа, лицемерие. Дело тут именно в социальном типе, а не в свойствах отдельных лиц».

Но можно ли говорить о личности преступника не в формальном смысле, как о личности человека, совершившего преступление, безотносительно к его содержательным характеристикам, а о типе личности преступника? Иначе говоря, что такоеличность преступника: абстракция или специфический социальный тип личности?Несмотря на имеющиеся обширные данные о личности преступника, до сих пор некоторые авторы ее называют абстракцией.

В первом случае, очевидно, имеется в виду, что все черты личности, причинно связанные с преступлением, как бы проецируют влияния внешней среды одномоментно, в момент совершения преступления и исчезают с устранением или изменением этих влияний. Причем у преступников нет каких-то общих, отличающих их от других, устойчивых характеристик.

Во втором случае авторы признают наличие этих специфических характеристик, отмечают их относительную устойчивость, говорят, что лиц, совершающих преступления, в большинстве случаев отличает от тех, кто ведет себя устойчиво в рамках закона, комплекс относительно устойчивых личностных характеристик – именно личностных, сформировавшихся в обществе в процессе их социального развития.

Однако и здесь нередко речь идет о личности преступника как об абстракции, ибо под ней понимается всего лишь некий статистический портрет преступника. «Личность преступника – это абстрактное понятие, означающее совокупность социальных и социально значимых, духовных, морально-волевых, психофизических, интеллектуальных свойств, качеств человека, совершившего преступление вследствие взаимодействия его взглядов, ориентации с криминогенными факторами внешней среды, включая конкретную криминальную ситуацию».

Но если положительные социальные условия формируют личность позитивную, ведущую себя устойчиво правомерно, то, теоретически рассуждая, можно прийти к выводу, что негативные условия обладают той жеспособностью формировать устойчивые личностные характеристики, но со знаком «минус» с точки зрения закона. Если контингента! преступников отличаются от контрольной группы по многим параметрам, то при учете комплекса характеристик вполне возможно отличить социальное лицо преступника.

С конца XIX века разные авторы выделяют четыре типа личности преступника, называя их по-разному, но фактически имея в виду степень устойчивости и автономности их преступного поведения во взаимодействии с социальной средой. Встречаются такие разграничения: 1) злостный, неустойчивый, ситуационный, случайный; 2) профессионалы, привычные преступники, промежуточная группа между первой и второй, случайные; 3) глобальный, парциальный, с частичной криминогенной зараженностью, предкриминальный, совершающий преступления в определенных ситуациях. Иногда указанные типы сводят в три группы, иногда в пять, но, по существу, основа типологии сохраняется – это степень устойчивости преступного поведения в различных ситуациях. Здесь типология как бы сближается с группировкой, использующей один признак для классификации преступников.

Ю.М. Антонян и Ю.Д. Блувштейн сравнивали данные о судимых в 1963 году лицах с их поведением в 1964–1973 годах и установили, что примерно в 80% случаев прогноз, основанный на анализе предшествующего поведения обследованных, оказался правильным. По данным ВНИИ МВД, прогнозы совпали с реальным поведением человека более чем в 70% случаев при ретроспективном анализе поведения бывших осужденных, часть из которых совершили преступление в течение пяти лет после освобождения.

Поиски специфических, содержательных личностных характеристик преступников определили две группы исследований:

  1. сравнение контингентов преступников с контингентом лиц, ведущих себя в рамках закона по тем или иным признакам или их комплексу;
  2. монографическое исследование личности преступника, выявление комплекса характеристик и сравнение каждого из преступников с каждым лицом из контрольной группы сразу по комплексу признаков с использованием метода распознавания образов.

Последнее позволяет подойти именно к типологии преступников. Типология фиксирует не просто то, что чаще всего встречается, а закономерное, являющееся логическим итогом социального развития личности.

При конструировании социального типа важно соблюдать два условия:

  1. личностные характеристики описываются в их связи с социальными условиями;
  2. эти характеристики типа не конструируются умозрительно, а являются итогом исследований специфики социальной среды личности и особенностей контингентов лиц, совершающих преступления;
  3. субъективные характеристики оцениваются в единстве с реальной деятельностью личности.

Развитие криминологических исследований потребовало четкого выделения критериев и процессов типологии преступников с тем, чтобы разные авторы могли воспроизводить эту процедуру с сохранением преемственности подхода.

При упоминавшемся ранее криминологическом исследовании несовершеннолетних преступников, когда применялся метод распознавания образом, путь выделения криминологических типов личности преступников начинался с их группировок последовательно по трем критериям:

  1. характер поведения, предшествовавшего преступлению;
  2. характер микросреды;
  3. связь преступного поведения с допреступным. Затем соотношение групп, выделенных по каждому из этих критериев, отражалось схематически. При этом вычерчивались связи между выделенными по трем основаниям группами лиц. При типологии значима взаимосвязь применительно к каждому лицу из группы, ибо на схеме показано, что в принципе в сложной ситуации может совершить преступление и человек из очень деформированной микросреды, и из почти благополучной.

Из всех представителей первой и второй группы лиц, выделенных на основе криминогенной деформации микросреды: 84% были ЭВМ опознаны отдельно от лиц, не совершавших преступлений по указанному ранее комплексу признаков, характеризующих ценностные ориентации, нравственные и правовые взгляды, установки; 91% вели себя до Свершения преступления противоправно и аморально; у 84% последнее тяжкое преступление логически вытекало из всего предшествующего стиля поведения. В благополучной микросреде находилось всего 5,4% обследованных, у всех них преступление носило чисто ситуативный, даже скорее случайный характер с точки зрения личностных характеристик, определявшийся давлением возникшей не по их вине конфликтной ситуации. Никто из этих лиц ранее не допускал нарушений норм права и, очевидно, аморальных проступков.

На втором этапе исследования, через десять лет после первого этапа, 60% лиц, опознанных отдельно от контрольной группы, оказались в числе лиц, совершавших преступления либо глубоко деморализованных, а на третьем этапе, т. е. через двадцать лет после первого, 38%. К этому времени часть обследованных на первом этапе погибла, в том числе в результате алкоголизма, криминальных конфликтов, часть уехала в неизвестном направлении, часть изменила формы преступного поведения на более латентные (в том числе связанные с экономической преступной деятельностью).

Итогом этого и последующих исследований было выделение социального типа криминогенной личности. Как показали исследования, не все лица, совершающие преступления, могут быть отнесены к этому типу. Тогда они определяются как случайные преступники, по своим личностным характеристикам не отличающиеся от тех, кто ведет себя устойчиво правомерно. Такие преступники встречаются редко. Как отмечают Ю.В. Голик и другие авторы, «среди лиц, совершивших преступления в состоянии аффекта, случайные преступницы составляют немногим более 9%. В основном это женщины, долгое время терпевшие унижения, оскорбления, аморальное поведение своих мужей-пьяниц». Добавим к этому, что такого рода случайным преступницам своевременно никто не оказывает помощи в пресечении преступных действий мужей.

Социальный тип криминогенной личности выражает определенную целостность личностных характеристик. Для него характерно:

формирование личности в условиях интенсивного противоправного и аморального поведения окружающих (семья, товарищи);

в прошлом – система аморальных поступков и разного рода правонарушений, которые продолжали повторяться и после принятия установленных законом мер воздействия;

отрыв от ценностно-нормативной системы общества и государства;

привыкание к отрицательной оценке своего поведения, использование социально-психологических механизмов самозащиты;

активность в ситуации совершения преступления и, как правило, совершение преступления без достаточно обоснованных внешних поводов.

Внутри типа криминогенной личности выделяются подтипы: последовательно-криминогенный, ситуативно-криминогенный, ситуативный.

Критерием разграничения указанных подтипов служит характер взаимодействия социальной ситуации и личности, ведущая сторона в таком взаимодействии – ситуация либо личность.

Последовательно-криминогенный подтипформируется в микросреде, где нормы морали и права систематически нарушаются; преступление вытекает из привычного стиля поведения и обусловливается стойкими антиобщественными взглядами, социальными установками и ориентациями субъекта. Как правило, ситуация совершения преступления активно создается такими лицами. Представители этого типа способны при необходимости приспосабливать в своих интересах конкретную среду, их преступное поведение относительно автономно.

Ситуативно-криминогенный подтипхарактеризуется нарушением моральных норм и совершением правонарушений непреступного характера, ненадлежащим исполнением требований общественно приемлемых социальных ролей; формируется и действует в противоречивой микросреде; преступление в значительной мере обусловлено неблагоприятной с социально-экономической, нравственной и правовой точек зрения ситуацией его совершения (пребывание в преступном формировании, конфликты с другими лицами и т. п.).

В этом случае решающим является взаимодействие имеющихся у личности характеристик с характеристиками социальной среды. К преступлению такое лицо приводят его микросреда и весь предшествующий образ жизни, закономерным развитием которого оказывается ситуация преступления.

Ситуативный подтип:безнравственные элементы сознания и поведения такой личности и ее микросреды, если и имеются, то выражены незначительно. Более существенны дефекты механизма взаимодействия социальной среды и личности в сложной ситуации, в том числе в результате неподготовленности к ней личности.

Преступление совершается представителями данного подтипа под решающим влиянием ситуации, возникшей не по вине этого лица, в известной мере для него необычной, в которой другими субъектами нарушаются установленные нормы поведения. В то же время такая личность (в отличие от случайного преступника) может оправдывать в данных ситуациях свое и чужое противоправное поведение, даже преступное. Либо она не знает правомерных и нравственных способов решения конфликтов.

В. Б. Ястребов, оценивая представителей указанного типа, писал, что среди расхитителей это в основном люди, которые берут то, что плохо лежит.

Криминологическое исследование бывших несовершеннолетних преступников через десять и двадцать лет показало, что 72% представителей последовательно-криминогенного подтипа через десять лет были отнесены к категории рецидивистов, остальные – к категории глубоко деморализованных лиц (злостные пьяницы, алкоголики, среди женщин – проститутки).

В числе пассивно-исправившихся – те, кто не совершил преступления в результате жесткого контроля супруги, ее родителей, отца и матери, активно-исправившихся – отличавшиеся автономным правомерным поведением. Последние были среди случайных преступников. Многие из отнесенных к ситуативному типу за двадцать лет сменили место жительства и не обследованы.

Диагностика личности как относящейся к криминогенному типу не является основанием для применения санкций, ограничений прав и законных интересов человека.

Основанием для этого всегда должно быть только реальное поведение. Характер применяемых правовых мер должен строго соответствовать характеру содеянного: за дисциплинарные правонарушения – дисциплинарные санкции и т. д. Но такого рода диагностика служит основанием для выделения указанных лиц в качестве самостоятельного объекта при специальном предупреждении преступности, в том числе для оказания позитивной социальной поддержки таким лицам в бытовом и трудовом устройстве; для своевременного пресечения их криминогенного влияния на детей; для полного выявления фактов их правонарушений и применения установленных законом мер и т. п.

5. Основные факторы, способствующие формированию личности преступника.