Почему мы не похожи друг на друга

11

11

Кривых Л.В.

Научный сотрудник Института философии РАН

Знаки невербальной коммуникации в современном мультикультурном пространстве.

Логика развития исторического процесса свидетельствует о том, что мы движемся по пути интеграции разных культур. Их встреча и взаимодействие превращаются в взаимопроникновение и взаимовлияние. Мы обречены на то, что всё чаще встречаемся лицом к лицу с другими мирами. Это происходит тогда, когда в нашей жизни появляются представители других культур. Научиться эффективному взаимодействию с другими – это, с одной стороны, сложная наука, а с другой стороны – тончайшее искусство. Понять язык другого означает не только научиться бесконфликтному общению, но и расширить границы своего индивидуального сознания. Кроме того, обогащение своего жизненного опыта через знакомства с другими культурами способствует индивидуальному личностному росту и открытию в себе новых возможностей и способностей. В современном мире личность тем богаче, чем больше языков общения она освоила. Они раскрывают перед ней новые жизненные горизонты.

В своих воспоминаниях К.-Г. Юнг приводит любопытный разговор, имевший место между ним и вождем одного из племен американских индейцев: « Видишь, — сказал Охвией Биано, — как жестоко выглядят белые. Их губы тонки, они остроносы, их лица покрыты морщинами и искажены складками. У них вытаращены глаза; они всегда что-то ищут. Что они ищут? Белые всегда хотят чего-то; они всегда тревожны и беспокойны. Мы не знаем, чего они хотят. Мы не понимаем их. Мы думаем, что они сумасшедшие.

Я спросил его, почему ему кажется, что все белые сумасшедшие.

— Они говорят, что они думают головами, ответил он.

— Ну конечно. Чем же думаете вы? – удивленно спросил я его.

— Мы думаем тут, — сказал он, показав на сердце».1

Приведенный пример дает нам прекрасную иллюстрацию того, сколь отличны мы друг от друга. Это отличие не ограничивается нашей внешней несхожестью, оно затрагивает глубинные структуры нашего подсознания. Приведенный выше диалог представляет собой встречу (скажем, не просто встречу, а встречу на грани столкновения) двух картин мира. Эти внутренние миры определяют не только ведущий тип индивидуального сознания, но и задают, конструируют, определяют место человека в природе. И в этом случае мы сталкиваемся с разными мироощущениями, или иными словами – с разными типами культур. Один тип культуры предполагает антропоцентрический взгляд на мир. В этом случае, как высказывался один из персонажей романа И.С.Тургенева «Отцы и дети»: «Природа не храм, а мастерская, и человек в ней работник». Но если это мастерская, то построил её человек, и значит она – продукт его труда. Иное миропонимание предполагает прямо противоположное отношение к природе. В этой картине мира природа – это храм. Более того- это не простой храм: человек приходит в него, чтобы получить новые знания, раскрыть свои непознанные возможности. Нахождение в нем (погружение, уединение) открывает человеку новые пути, в том числе и для постижения самой природы, без чего невозможно и самосовершенствование.

25 стр., 12060 слов

016_Человек. Его строение. Тонкий Мир

... Все знают, что сон – восстановитель физических сил человека, но мало кто думает о том, что духовное значение сна неизмеримо глубоко… ... очень трудно и несовместимо с земными условиями. Тело человека – это не человек, а только проводник его духа, футляр, в ... весьма интересные и поучительные впечатления. Главное существование (человека) – ночью. Обычный человек без сна в обычных условиях может прожить не ...

В этих разных подходах существуют разные представлениях о взаимоотношениях человека и природы. Ощущение природы как продолжение человека позволяет ему рассматривать её в качестве результата, плода своей деятельности. Логика отношения к присвоенной природе такова: если это дело моих рук, то и распоряжаться этим я могу по своему усмотрению. В таком случае природа перестает быть источником вдохновения, наслаждения, подражания и т.д. Она становиться элементом жизнедеятельности. Именно это можно наблюдать в европейской культуре, где среда обитания человека действительно является продуктом его деятельности. При другом подходе – человек является неотделимой частью природы. В этом случае это его храм, дом.… В любом случае – её необходимо беречь, сохранять и бережно относиться ко всему, что к ней относиться.

Потребность в общении.

Существует большое количество научных данных, свидетельствующих о том, что потребность в общении является одной из фундаментальных потребностей человека. Психологам известны случаи, когда младенцы, лишенные в течение длительного времени физического контакта с людьми, деградируют и, в конце концов, погибают. Не менее губительно длительное отсутствие эмоциональных связей и для взрослого человека. Оно может вызвать у него временный психоз или стать причиной временных психических нарушений. Об этом же свидетельствуют и восточные практики. Среди существующих в Японии духовных испытаний для самосовершенствования по системе «дзен» есть так называемые «моритао»: человека помещают на неделю и более в пустынную пещеру и накладывают при этом табу на все виды общения. Разговаривать при этом нельзя даже с самим собой. Не всякий в состоянии пройти это испытание, а те, кто прошли, свидетельствовали, что жажда общения, которую они испытывали к концу срока изоляции, становилась невыносимой, и в дальнейшем встреча абсолютно с любым человеком и беседа на любую тему доставляли им острую радость.

Общаясь, мы невольно становимся участниками встречи с другим «я». Порой этот другой существенно отличается от нас. Это отличие в одежде, языке, нормах и стиле поведения делает наш контакт затруднительным, а порой даже совсем невозможным. Однако главные причины такого рода затруднений лежат за пределами очевидных различий. Они коренятся, как уже говорилось выше, в различиях мироощущений, в ином отношении к миру и к другим людям. Главное препятствие, стоящее на пути решения этой проблемы состоит в том, что мы воспринимаем другого через призму своей собственной культуры, поэтому наши восприятия ограничены её рамками. Такой бессознательный процесс восприятия и оценка другого, при котором мы не осознаем этих культурных фильтров, затрудняет плодотворность нашего взаимодействия. Разные мироощущения находят свое отражение и в поведенческих актах общения. Для того чтобы распознать и «прочесть» разные картины мира необходимо, прежде всего, знать, с помощью каких знаков осуществляется это общение в разных культурах.1

12 стр., 5838 слов

Психологические проявления лжи в общение людей

... и искреннего поведения у учащихся шестых классов. Предмет исследования: Признаки лжи в общении людей. Объект исследования: Вербальное и невербальное поведение подростка. Гипотеза исследования: Младшие подростки не ... неадекватных представлений о действительности (подробное обоснование этой точки зрения см. в (Знаков В.В., 1999). Однако раскрывая значение понятий лжи и обмана Пол Экман говорит: ...

Знак коммуникации и его культурное своеобразие

Любое общение невозможно без наличия выразительных средств, с помощью которых оно осуществляется. Человек имеет в своем арсенале два вида коммуникативных знаков – вербальные (знаки нашего естественного языка) и невербальные (знаки невербального языка).

Если правила использования вербальных знаков (знаков естественного языка) известны участникам коммуникативного процесса, то в случае с невербальными выразительными средствами дело обстоит сложнее. В разных культурах эти знаковые системы имеют свои правила понимания и истолкования используемых знаков. Люди договариваются о том, что будет обозначать тот или иной знак. Такая конвенция (договоренность) обеспечивает им взаимопонимание. В противном случае посланный знак будет не верно истолкован, и общающиеся не смогут правильно понять друг друга. Так может произойти с нами в том случае, если, приехав в Болгарию, мы не будем знать, что кивок головой вперед, являющийся для нас знаком согласия, имеет там противоположное значение. В Болгарии – это знак отрицания, не согласия. Знаковую среду, в которой происходит общение (коммуникация), можно определить как систему разнообразных языков.

Таким образом человеческие знаки обретают свою форму за счет соглашения между людьми и за каздым знаком стоит договоренность. Такая конвенция складывается исподволь и передается из поколения в поколение с помощью культуры. Эта конвенциальная условность окутывает все сферы человеческой жизнедеятельности.

Знаковый текст одной культуры значительно отличается от знакового текста другой. Специфика знаковых текстов проявляется во всем. В традиционном индийском обществе, святость жизни как таковой носит универсальный характер и не зависит от того, кому она принадлежит. Жизнь в любом её проявлении — неприкосновенна. Корова в Индии является частью культуры, животным священным и поэтому, совершенно естественно, ее нельзя ни убивать, ни, соответственно, употреблять в пищу. В то же время в традиционной европейской культуре построена целая индустрия по производству и использованию мяса этого животного. Корова здесь является продуктом питания и источником получения прибыли; она – не часть европейской культуры, а некоторый «одушевленный предмет», призванный обеспечивать жизнедеятельность. Поэтому отношение к этому животному так отлично в этих культурах.

Знак невербальной коммуникации.

Мы уже упоминали о том, что человек имеет в своём арсенале две системы коммуникативных выразительных средств: вербальную и невербальную. В знаковых текстах различных культур их соотношение не одинаково. Поэтому неодинаковым может быть и представление и о хорошем или плохом собеседнике. В то время как для евро-американской культуры самым естественным и первичным средством общения (проявлением коммуникативности) является вербальный язык как «умение общаться», для индейцев племени BlackFeet, проживающих на границе Канады и США (штат Мантана), главное проявление коммуникативности – молчание, умение слушать. Именно это они имеют в виду, если отзываются о ком-либо фразой: «Heisagreatcommunicator!»2.

7 стр., 3095 слов

Общая характеристика общения: виды, функции. Общение и общительность

... деятельностью и т.д. Функции общения выделяются в соответствии с содержанием общения. Имеется несколько классификацией функций общения. В.Н. Панферов ... знать, что превосходство фиксируется по одному параметру, а недооценка происходит по нескольким параметрам. Эта ошибка ... общении учитывать пути и механизмы построения взаимодействия. Как на практике человек объясняет поведение других людей? В психологии ...

По предпочтительности использования в процессе общения вербального или невербального языка, культуры делятся на высоко контекстные и низкоконтекстные.

В первом случае общающиеся в большей степени используют знаки невербального языка (жесты, мимика и др.).

Смысл, скрывающийся за таким знаком, может меняться в зависимости от культуры или контекста, в котором он используется. Так, например, в русской культуре кивок головы вперед означает знак согласия (он даже может быть заменителем вербального знака – слова «да»).

В то же время в Болгарии и ряде других стран, он означает отрицание (заменяет слово – «нет»).

За улыбкой, как знаком межличностного общения, в зависимости от ситуации, в которой мы с ней встречаемся, скрываются разные смыслы. В одном случае, она может обозначать искреннее дружеское отношении, а в другом – являться профессиональной маской продавца.1

В низко контекстных культурах ведущим знаком общения является речь (устная или письменная), состоящая из отдельных слов. За каждым таким знаком закрепляется смысл, который практически неизменен. Так слово «стул» будет обозначать предмет, на котором сидят. Это не зависит ни от культуры, ни от ситуации употребления.

Кроме того, в некоторых культурах мы можем вообще не найти вербальные знаки, обозначающие отдельные предметы или явления. Так в языках представителей ряда народностей отсутствуют привычные для нас цветовые обозначения. Но на вопрос, различают ли они всю цветовую гамму, этнография отвечает однозначно положительно. Дать такой ответ ей позволило обращение к цветовой орнаментике на одежде, утвари, магических знаках и т.д., в которых используются и те цвета, названий которых в данных языках нет. При этом передача используемой цветовой гаммы происходит при помощи наглядной практики: видишь, как составлен цветовой узор – делай так же. Или — в некоторых племенах центральной Африки отсутствует привычная для нас система глагольного времени, но это не значит, что у носителей таких языков нет представления о времени. Это подтверждает нам система невербальных коммуникативных знаков временного обозначения, которую они используют. При рассказе о том или ином событии говорящий поднимает руку и указывает пальцем за спину слушающего для обозначения будущего, за спину себе через плечо – при обозначении прошлого, а отсутствие какого-либо жеста – является знаком настоящего времени.

Групповое сознание и знак коммуникации

Присвоение определенной культурной традиции, включение ее в систему собственной ценностной картины мира, является тоже знаком: для индивида это не только переход в новую социокультурную общность, но и присвоение, вхождение в новый “язык”. Для самобытной культуры это несловесный знак “своего”. По тому, насколько полно человек освоил невербальный компонент культуры можно определить степень его включения в эту культуру. Использование всего доступного человеку для общения арсенала выразительных средств формирует специфический образ мыслей (групповое сознание).

13 стр., 6122 слов

Понятие об общении. Роль общения в жизни и деятельности человека

... а также в восприятии и понимании партнерами друг друга. Субъектами общения являются живые существа, люди. В принципе общение характерно для любых живых существ, но лишь на уровне ... во внешней среде. Наиболее разнообразно содержание информации в том случае, если субъектами общения являются люди. Цель общения – отвечает на вопрос «Ради чего существо вступает в акт ...

Кроме этого формируется также и характер взаимных отношений, которые в совокупности наиболее явно просматриваются в специфике таких понятий, как “мы” и “они”. Наиболее ярко это представлено в японской культуре, где одной из важнейших составляющих национального сознания является принадлежность к какой-либо группе. Каждый гражданин Японии является частью группы: семьи, школы, корпорации, нации и т.д. Групповое сознание так сильно врезалось в психику японца, что он не мыслит своего поведения вне своей группы. Для многих японцев вся нация представляется одной большой семьей. В процессе воспитания ребенку исподволь прививаются именно те навыки поведения, которые отвечают интересам той группы, куда он в свое время будет включен. Поэтому сохранение национальной культуры так важно для японцев. В Японии существует целый ряд социальных институтов и технологических приемов, обеспечивающих такое сохранение. В этой связи можно отметить наличие у них института “японизации” возвращенцев: для реадаптации вернувшихся из-за границы японских детей к национальному образу жизни в ряде мест создаются специальные восстановительные центры, в которых дети проводят не менее трех месяцев, приобщаясь к народным традициям3. С другой стороны, Япония является достаточно органичной частью общего интеграционного процесса. Тем не менее ей пока в большей степени, чем другим странам, удается сохранить свою неповторимую самобытность, свое культурное пространство. Современная японская культура всеми доступными ей выразительными средствами (вербальными и невербальными) проводит демаркационную линию между “своими” и “чужими”, и такой водораздел легко просматривается. В японском языке “наше”(ути-но) означает буквально «то, что принадлежит своему дому». Этим домом для японца, как уже говорилось выше, является вся его страна, начиная с семьи и заканчивая нацией в целом. “Их” выражается словомсото-но, что буквально означает – постороннее, внешний мир. Различия между тем, что является японским и не японским всегда налицо: если одежда европейского покроя называетсяефуку, то для одежды японского стиля используется слово –кимоно. Костюмы, брюки, женские платья в магазинах демонстрируются на западных моделях манекенов, а кимоно – на японских. “Иностранная ” пища редко подается в посуде японского стиля. Рис, являющийся важной составной частью японских блюд, тоже имеет разное название в зависимости от того, в каких блюдах он используется: в японских блюдах его подают в в специальных чашках, едят специальными палочкамихаси и называется он гоханв отличие от риса, используемого в западных блюдах, который называетсярайсу( от анг. rice), который подают в тарелках и едят ложкой. При написании, заимствованые из западных языков слова, даже употребляемые в Японии в течение ни одного века, обозначаются иначе, чем чисто японские слова. Для их написания используется слоговая азбука катанака4. Такие знаковые разграничения позволяют японцу всегда ощущать принадлежность к своей группе.

7 стр., 3014 слов

Формы общения между людьми, выражение своих чувств и эмоций, ...

... условна. Она не исчерпывает все возможные формы общения, в которых может участвовать человек. Безусловно, культура является главным определяющим фактором общения между людьми, представляя совокупность тех или иных кодов, сформированных ...

Невербальные знаки пространства-времени

Одной из наиболее значимых систем невербального поведения является пространственно-временная организация общения. По мнению американского культурантрополога Э.Холла пространство и время являются двумя составляющими «ядра культуры, вокруг которого вращается все остальное». Он обратил внимание на то, что пространство партнеров по общению структурируется определенным образом под влиянием различных факторов, среди которых одним из основных является культура. Так, в каждой из культур Холл выделяет оптимальные «зоны» для различных видов коммуникации. Нормы приближения к человеку сильно отличаются в разных культурах. Самая большая дистанция была выявлена у жителей Северной Европы, а самая короткая – у арабов. Как отмечал Э.Холл, люди в Латинской Америке « не могут ощущать удобства в разговоре, пока они не приблизятся друг к другу на такое расстояние, которое в США принято либо при сексуальном контакте, либо перед началом драки. Поэтому, когда они приближаются к нам, мы испытываем неловкость и отодвигаемся. В результате этого они думают, что мы демонстрируем им свою холодность, отчужденность и недружелюбие»5. Интересными для нас в этом случае могут быть наблюдения того же Э.Холла за беседующими на научной конференции американцем и японцем. Со стороны эта беседа выглядела как некий ритуальный танец. Во время беседы американец все время пытается отойти от коллеги для создания наиболее комфортной с его точки зрения дистанции общения. Японец же упорно сокращает эту дистанции, преследуя аналогичную цель. Всё дело в представлении о комфортной для общения дистанции. В то время как для американца она составляет не менее полуметра, у японца она не превышает и тридцати сантиметров. Хотя выбор дистанции общения осуществляется неосознанно, человек всегда реагирует, если выбранное партнером расстояние не соответствует нормам его культуры.

Кроме того, расстояние между партнерами по общению может являться показателем социального статуса. В любой культуре оно меняется в зависимости от возраста, пола, занимаемого в обществе положения. Особенно строго это правило соблюдается в традиционных культурах. Кроме дистанции существуют и другие компоненты пространства общения: ориентация, угол общения, персональное пространство, концепция «почетного места», оппозиция «выше-ниже» и т.д.6

Не менее важным атрибутом невербальной коммуникации является время. Временные характеристики межличностного взаимодействия тоже обладают межкультурной вариативностью. Представители одних культур живут в монохронном времени, а других – в полихронном времени7. Если эти особенности не принимать во внимание, то, по мнению Э. Холла, взаимодействие англоязычных и испаноязычных американцев может быть представлено как череда микротрагедий, причиной которых являются те различия в использовании времени, которые существуют в этих культурах. При монохронном использовании времени человек безраздельно сосредотачивает свое внимание на ком-то одном деле, на одном событии, и не приступит к другому делу, не перейдет к другому событию, пока не закончит первое. Он серьезно относится к предельным срокам исполнения какого-либо задания, ценит расторопность. Представители этих культур придают большое значение краткосрочным межличностным отношениям. В иных культурах живут, по преимуществу в полихронном времени. Их внимание может быть обращено сразу на несколько событий одновременно (эффект «Фигаро»).

9 стр., 4137 слов

Глава 1. Общение как механизм взаимодействия людей……………………6

... общения. Глава 2. Понятие культуры речи. Культура речи - часть общей культуры человека. По тому, как человек говорит или пишет, можно судить об уровне его духовного развития, его внутренней культуры. Владение человеком культурой ... правила пользования языком как основным средством общения людей, орудием формирования и выражения мыслей. Иными словами, словосочетания «культура речи» в этом значении - ...

В таком случае человек достаточно гибок в отношении запланированных дел. Он может отложить на время выполняемое дело, если другое покажется ему в данный момент более важным. В этих культурах не столь большое значение имеют придельные сроки и временные рамки. Может быть, поэтому американцы кажутся русским излишне озабоченными временем, а американцы, в свою очередь, полагают, что опоздание является неотъемлемой характеристикой русского характера. Для представителей культур, с таким отношением ко времени характерна ориентация на долговременные отношения.

Даже такой беглый взгляд позволяет нам заметить, что в полихронной культуре коммуникация представляет собой, прежде всего «эмоциональный обмен». При этом модальность этого обмена не имеет большого значения. Не важно обменялись ли общающиеся добрым словом или косым взглядом. В монохронной же культуре мы имеем дело с информационно-смысловым обменом, при котором, соответственно, эмоциональной стороне общения уделяется меньше внимания. Здесь более важно получить от партнера содержательную информацию.

Специфика коммуникативного мышления

Психологи установили, что основным свойством личности представителей коллективистских (высококонтекстных) культур является принятие противоречий или способность недуально (не противоречиво) мыслить8. Эта способность во многом определяет не только интуитивно-метафорический способ постижения мира, но и сам процесс общения. В американской психологии значительное место занимают теории, в основе которых лежит зародившаяся еще в древнегреческой философии идея соответствия. Так, занимаясь исследованием этой проблемы, Г. Триандис отмечает: «Мы на Западе полагаем, что если «истинно А, то Б истинным быть не может», но эта точка зрения имеет мало смысла в таких культурах, как индийская, где широко представлен философский монизм, согласно которому “всё едино” и “противоположность великой истины является великой истиной”»9. Если западный стиль мышления предполагает, как уже было отмечено выше, такую форму организации передаваемой информации, при которой она должна отвечать определенным требованиям (однозначности, непротиворечивости и т.д.), то восточный тип организации передаваемой информации не предполагает столь жесткого следования таким требованиям. Здесь возможно не обращать внимание на некоторые, сточки зрения нашей логики, несоответствия. При этом большое значение придается контексту, т.е. тому, с кем и при каких обстоятельствах происходит общение. Поэтому, когда представителей разных культур (высоко и низкоконтекстных) просили охарактеризовать знакомых им людей, то представители высококонтекстных культур чаще использовали описания, неразрывно связанные с обстоятельствами описания («разумный в общении с друзьями», «неразумный в общении с тещей»).

В это же время, представители низкоконтекстных культур использовали при описании характеристики общего плана, не зависящие от контекста («человек находчивый», «человек умный»).

Таким образом, идеи непротиворечивости, пригодные при анализе западного стиля мышления не способны отразить специфику восточного мышления.

8 стр., 3941 слов

НЛП репрезентативные системы и общение людей

... фильтрацию через наши убеждения, интересы и предпочтения. Некоторые люди могут пользоваться своими органами чувств лучше, чем остальные. ... сфер деятельности НЛП является повышение эффективности коммуникаций между людьми. Двери восприятия Если у замкнутого цикла коммуникации и ... вы обращаете внимание на легкий ветерок, ласкающий ваше лицо, и замечаете ароматный запах сосновой смолы, пробивающийся сквозь ...

Внимание к контексту сообщений проявляется как в богатстве коммуникативных выразительных средств в целом, так и языковых, в частности. Например, для выражения эмоций, в стремлении передать все возможные оттенки возникающих между людьми чувств и возможные колебания отношений меду ними, в японском языке, имеется намного больше терминов, чем в английском. Для обозначения улыбки, играющей важную роль в японской культуре, они имеют множество слов, представляющих разные типы улыбок (улыбка, за которой скрывается печаль, надменная неопределенная улыбка, «социальная улыбка», которая используется в общении для соблюдения благопристойности, профессиональная улыбка, довольная улыбка человека в возрасте и т.п.10).

Необходимо отметить, что чем больше в культуре прослеживается зависимость от контекста, тем больше в ней уделяется внимания невербальному поведению – мимике, жестам, контакту глаз, пространственно-временной организации общения. В такой культуре невербальное поведение оказывается порой более значимым, чем вербальное.

Современная японская культура является образцом высокой зависимости от контекста. О важности невербальных выразительных средств в ней говорит и тот факт, что в некоторых традициях Дзен, сыгравшем столь важную роль в формировании японской ментальности, полагают, что «если язык вообще греховен как продукт умственной и сознательной деятельности, то его надо использовать как прием против него самого».11

В Японии, где молчание не рассматривается как вакуум общения, «органом речи» может быть и взгляд. Взгляд для японца – это тоже средство общения. Кимура Сёдзабуро, проведший сравнительный анализ представителей европейской и японской культур, назвал японцев «людьми зрения», для которых контакт глаз – это реальный разговор, реальное общение. Он назвал его «реакцией чувств по взаимным взглядам». Встретив взгляд другого человека, японец, умеющий вести (или находящий возможным в данной ситуации вести) диалог на языке взглядов, хорошо понимает движение души своего собеседника и может на ходу перевести свое вербальное (речевое) поведение в невербальное (не речевое).

Смысл такой беседы при этом не утрачивается. Вследствие того, что для японца глаза являются таким же средством передачи информации, каким для нас является голос, в Японии существует табуированный запрет на продолжительный прямой взгляд. Так тот же Кимура Сёдзабуро отмечая, что для японца «глаза говорят в такой же мере, как и язык», поэтому «необходимо следить за тем, «куда глядят глаза», и не следует обращать свой взор на других, куда попало»12. В Японии вообще не принято смотреть в глаза друг другу. Опустить лицо, потупить взор, отвести взгляд в сторону – характерная манера японского поведения в общении. Отведение взгляда в сторону представляет собой одну из существенных сторон контактного общения. Партнер по беседе, глазеющий на собеседника, воспринимается в Японии как лицо, по меньшей мере, не обладающее тактом. Важной составляющей добродетельного поведения является проявление «уважения». В силу того, что пристальный взгляд – признак неуважительного отношения, мужчины и женщины не смотрят в глаза друг другу; японский лектор смотрит обычно куда-то в бок; подчиненный, выслушивая начальника, опускает глаза и улыбается. Японцы, являясь «людьми зрения», проявляют свойственную им в целом деликатность и в визуальном общении. Так, при возможности, они в общественном транспорте либо сидят с закрытыми глазами, либо спят. Как пишет всё тот же Кимура Сёдзабуро «только человек усядется на место, как тут же срабатывает, так сказать, подсознательно, что не следует допускать, чтобы взгляд встретился со взглядом, и люди засыпают по условному рефлексу»13. Подобно нам, умолкающим в общественных местах, японцы, прикрывая глаза, закрывают свой орган общения. Беседуя между собой, они ищут какой-нибудь нейтральный объект, на котором и фиксируют свой взгляд. В японском доме икебана используется, в том числе и для этих целей. Прямой, пронизывающий продолжительный взгляд возможен только тогда, когда японец напускает на себя сердитый вид и принимает позу «устрашения». Подобная манера поведения, по мнению ряда исследователей, уходит своими корнями в глубокое прошлое Японии и связана с принятыми тогда нормами поведения самураев. Известная поговорка гласит: «Когда самурай выходит на улицу, он должен встретить семерых врагов». Самурай, выходя из своего дома, внимательно всматривался в проходящих людей, словно отыскивая в них этих врагов. Лицо его при этом делалось напряженным, а взгляд «устрашающим». Такая манера поведения связывается в сознании японцев с демонстрацией агрессии. При этом не имеет значения оборонительная она или наступательная. В любом случае – это некая маска «устрашения», за которой, по мнению некоторых японских же психологов, может скрываться в том числе и неуверенность, застенчивость.

8 стр., 3606 слов

Глава I. Особенности психологии здоровья, понятие «психологическое ...

... здоровья. Глава I. Особенности психологии здоровья, понятия «психологическое здоровье», понимание психологической культуры человека. Понятие «психологическое здоровье». Как уже было сказано выше, понятие “здоровье ... Формирование психологической культуры на любом этапе онтогенеза связано с овладением теоретическими и практическими знаниями и методами построения взаимодействия и общения с людьми в ...

Являясь «визуальной культурой», японская культура является одной из наименее «глазеющих».

Понимание в высоко контекстной культуре

Понимание Другого невозможно без обращения к его ментальности так как коммуникация – это процесс взаимодействия разных картин мира, разных ментальностей. В силу особенностей положения, занимаемого Японией в современном мультикультурном пространстве, проследить особенности понимания Другого в высоко контекстных культурах на её примере представляется нам наиболее удачным.

Ментальность японцев глубоко уходит своими корнями в синтоизм и своеобразно адаптированный буддизм. В отличие от ортодоксальной доктрины буддизма Дзен не требовал от человека полного забвения мирских страстей и влечений во имя достижения нирваны. Мастера Дзен учили, что нирвану следует искать посреди мира страстей, а не вдали от него. Доктрина Дзен апеллировала к духу и разуму обычного человека, подталкивая его к интуитивному познанию. Специфической особенностью Дзен стала концепция Прозрения (сатори).

Прозрение означало реализацию в сознании индивидуума высшей, абсолютной, вневременной Истины бытия. Прозрение в Дзен очищает дух для дальнейшего следования по жизненной стезе. Для японцев чувственно воспринимаемый мир – лишь отголосок Небытия, Пустоты. Поэтому воля, определяющая поступки человека, существует только в мгновении, ежесекундно рождаясь, исчезая и сменяя друг друга. Таким образом человек может достичь состояния истинного «Я», находясь в состоянии «не — Я», путем деперсонализации, самоотречения. Эта двойственность находит свое выражение в таком парадоксальном для рационалистического сознания феномене как единство внутренней индивидуальной свободы японца и его социальной несвободы. В японской культуре человек независимо от его места в социальной иерархии, за ее пределами – свободен. «Дуализм» внешней социальной несвободы и внутренней индивидуальной свободы не ввергает японцев в пучину противоречий. Возможно, с этим связано признание двоичной природы самого человека в японской культуре. Человек обладает как истинным непреходящим, сущим «Я», не связанным с реальным жизненным процессом, так и «Я», приобретенным под воздействием социальной среды и включенным в нее. Такое удвоение мира не могло не сказаться и на используемых средствах ментальной репрезентации.

Целостное непротиворечивое мышление восточной культуры нашло свое отражение и на способе постижения Другого. Если для того, чтобы познать смысл бытия, японцу надо «растворить» своё Я в окружающем мире, то, для того чтобы понять другого, ему надо как бы слиться с ним в единое целое. Рационально-логический подход европейцев предполагает строгую аргументативную модель для понимания другого, а отсюда и жесткие требования однозначности к вербальному языку как ведущему способу общения. Иными словами, мы знаем другого, когда уясняем логику поступков другого, когда она для нас прозрачна и понятна. Японцы же полагают, что сущность можно только почувствовать, ощутить, пережить, но её нельзя познать разумом. Поэтому при понимании «другого» на первый план здесь выступает не рациональное познание, а интуитивное понимание. Последнее же предполагает обязательное наличие у человека способность «схватывать» суть в её целостности, т.е. способность воспринимать действительность (в данном случае «другого») без детального ее осознания. Такую способность человек либо приобретает с жизненным опытом (с годами), либо воспитывает в себе с помощью восточных искусств (в том числе и единоборств как разновидности искусства).

В обоих случаях он вырабатывает в себе способность бессознательной «подстройки» к тому, с кем общается. В соответствии с принципом бессознательного постижения, надо «слиться» с другим в единую систему общения и тем самым обеспечить вчувствование в его внутренние переживания. «Смотрите своему противнику в глаза, и вы будете видеть всё» — советуют наставники боевых искусств, подчеркивая, что простое смотрение мало что даст. Смотреть ивидетьнамерения противника в его глазах, можно только в результате растворения собственного Я в окружающем мире, в который противник включен как его неотъемлемая составляющая.

«Лицо» как знак межкультурной коммуникации

В коммуникативном процессе лицо может быть рассмотрено как некий знак образа человека, с помощью которого он вступает в ситуацию отношений. Иными словами, можно сказать, что оно представляет собой некоторую идентичность, определяемую совместно участниками коммуникации.

Понятие «лица» присутствует практически во всех культурах. Однако следует при этом отметить достаточно существенные смысловые нюансы представлений о «лице». Такое различие особенно заметно, когда речь идет о взаимосвязи культуры и создании её публичного образа («лица»).

В этом контексте мы встречаемся с коллективистскими и индивидуалистическими культурами. Общаясь с представителями обеих культур, мы вступаем во взаимодействие с разными «лицами». Объем смыслов, стоящий за понятием «лица» и в том и другом случае будет существенно различаться.

За лицом представителя индивидуалистической культуры стоит только сам индивид. Здесь «делом чести» является поддержание соответствия между частным (личным) и публичным (общественным) «лицом». При этом предъявление во вне публичного «Я» находится в прямом соответствии с внутренним «Я» человека, с его внутренним состоянием. Общепринятый в данном случае стиль общения не возбраняет индивиду демонстрировать с помощью лица ни свое истинное состояние, ни отношения к «другому» или к ситуации, в которой он находится. В этом случае перед нами предстает действительно сам человек со всеми своими страстями, отношениями, состояниями. Общество в данных культурах словно распадается на отдельные индивиды-атомы. Сама культура фокусируется на «Я» — идентичности. Ценностными являются свобода выбора и возможность личностной автономии. Для данного типа культуры характерен такой стиль обмена информацией, при котором значительные требования предъявляются к точности использования понятий и логичности высказываний. Органичным при таком общении является «прямой» (открытый) тип межличностного взаимодействия в повседневной жизни. Такая прямота общения не воспринимается как посягательство на «лицо» другого. Она связана с поддержанием своего собственного «лица». В коммуникации эти культуры рассматриваются как низко контекстные культуры. В межличностном взаимодействии здесь делается упор на то, чточеловек говорит, а некакон это делает. Т.е. не столь важно, что стоит за этим высказыванием (контекст, в котором оно было сделано), и как это было произнесено. Такой акцент на содержательную сторону общения во многом определяет и его ведущий стиль. В низко контекстных культурах ведущим является речевое (вербальное) общение. Итак, встречаясь с визуальным образом такой культуры – носителем такого «лица», что реально мы можем узнать об этом человеке? Только то, что в данный момент он находится в том или ином состоянии (хорошем, плохом настроении; хорошо, плохо себя чувствует), в том или ином отношении (хорошо, плохо к кому-либо или чему-либо относится).

В любом случае, только индивид ответственен как за сам факт своего экспрессивного выражения (своего состояния, отношения), так и за выбор выразительных средств. Кроме того, за этой самопрезентацией прослеживается минимальный культурный контекст.

По иному обстоит дело в коллективистских культурах, в которых внутреннее «Я» никогда не бывает свободным. Оно ограничено взаимными «Я» — обязательствами. Такой тип культуры фокусируется не на «Я», а на «Мы»-идентичности. Поэтому «лицо» этой культуры неразрывно связано с визуальным образом отдельного индивидуального лица. Публичное «лицо» представителя такого типа культуры поддерживается за счет поддержания «лица» другого. Самоценным при этом является взаимозависимость, взаимные обязательства, возможность быть «вместе». С самого раннего детства человек осознает подчиненность своих желаний интересам группы и любым способом стремиться избежать позора для себя и своей семьи. Связано это с тем, что утрата индивидуального «лица» ассоциируется с утратой «лица» всей этнической группы. В связи с тем, что в лице отдельного индивида в данном случае представлено все культурное сообщество, поддержание собственного лица, является символом поддержания «лица» всего этого сообщества. Процесс общения с «лицом» представителя данной культуры во многом определяется (задается) ситуацией и контекстом взаимоотношений. Как следствие этого, в таком случае «прямой», открытый стиль коммуникативного взаимодействия не поощряется. Более того, он может быть рассмотрен в качестве посягающего на «лицо» другого и в этом смысле — угрожающего и ущемляющего его. В процессе коммуникации такие культуры рассматриваются как высоко контекстные. Проиллюстрируем выше сказанное на примере феномена лица в японской культуре. И тут мы можем отметить, что у японца два лица. Внешнее лицо – это маска. Под этой маской скрывается индивидуальное (затаенное, истинное) лицо. Внешнее лицо представлено для всех. Эту этнокультурную маску он оберегает т.к. она является «лицом» всей нации. Потерять это «лицо» он боится, ибо его утрата символизирует невыполнение долга перед обществом. Другое (внутреннее) лицо – его индивидуальное: оно предназначено для себя, для родных и близких. Только в кругу родных и близких людей, в сфере текущего (неистинного) бытия возможно проявление текущих, сиюминутных, несущественных для истинного бытия страстей. В кругу других, эмоции должны сдерживаться. Это считается добродетелью. Скрытность и сдержанность вообще у японцев не лицемерие, а норма поведения. Быть скрытным, т.е. носить на лице маску, в Японии то же, что быть благопристойным.

Предлагаемая вовне этнокультурная маска должна соответствовать национально-культурным представлениям о ценностях этой культуры (культурному образцу).

В систему ценностей Дзен, сыгравшей важную роль в формировании японской ментальности, входят такие понятия как самообладание, спокойствие, душевное равновесие, уважение, терпение, выдержка, невозмутимость, смирение и т.д. Обладание этими качествами должно отражаться на лице. Японская улыбка является знаком отсутствия агрессии, столь не почитаемой в культуре. Поэтому отображенные на лице самообладание, спокойствие, почтение (и т.д.) в совокупности с социальной японской улыбкой и являются лицом добродетельного японца.

Онтологические, этические и эстетические категории в японском сознании неразрывно связаны. Красота и добро противопоставляются уродству и злу. Именно поэтому нравственность порождает внутреннюю красоту человека. «Красота» и «Добродетель» синонимичны для японцев в психологическом плане. Внутренняя красота нравственного человека порождает внешнюю красоту его лица. Те, кто отступают от общепринятых норм поведения, теряют своё лицо. Их престиж в глазах окружающих сильно падает, и они воспринимаются в качестве беспардонных и даже безнравственных личностей. Благопристойный человек должен следовать в своих словах и делах этическим нормам, которые предписывают ему сдерживать проявление своих эмоций, чтобы не нарушать природной гармонии. Он должен знать в ней своё место и действовать сообразно ему. Надо спокойно ждать своего часа. Не следует выставлять свои достоинства напоказ, ибо всё скрытое со временем станет явным. Воспитанное и природное в нем должно быть сбалансировано. На японском лице, в соответствии с культурной традицией, не должны быть представлены обуреваемые человеком страсти, т.к. осознав свое место в мире, постигнув единство всего сущего, относительность добра и зла, он обретает душевное равновесие и покой.

Мимика человеческого лица является таким же языком общения для японцев, как и вербальный язык. Как и любым другим, человек овладевает этим выразительным коммуникативным средством в процессе своего включения в человеческое сообщество. Только благодаря тому, что японцев учат с детства не расстраивать других своими переживаниями, испытывая глубокое горе при потере своих близких, они сообщают другим об этом с улыбкой. Строгие правила «сокрытия» своих индивидуальных эмоций, существующие в Японии, вынуждают их к подмене (маскировке) одной эмоции другой. Это подтверждают данные, полученные в исследованиях Экмана и Фрезена, исследовавших культурно обусловленные правила невербального выражения эмоций. В США и Японии испытуемым предъявляли фильмы, вызывающие определенные эмоции и фиксировали их скрытой камерой. Скрытый контроль лиц показал, что просмотр одних и тех же эпизодов у американцев и японцев сопровождался у них одной и той же мимикой. Однако в каждой культуре выработаны передающиеся из поколения в поколение правила, предписывающие то, какие эмоции позволительно показывать в определенных ситуациях, а какие необходимо прятать. Такая особенность отразилась и на результатах этого исследования. Так, результаты просмотра фильма изменились при появлении во время эксперимента самих экспериментаторов. Если американские испытуемых продолжали в их присутствии демонстрировать те же эмоции, то, у японцев негативные эмоции на лицах стали заменяться улыбкой. То есть следует полагать, что у них активизировались культурно-специфические правила «показа» эмоций. Кроме того, проявилась характерная для высококонтекстных культур зависимость поведения от особенностей ситуации.

Таким образом, мы видим, что знаки невербальной коммуникации, являющиеся неотделимой частью языка общения, имеют культурно детерминированную природу.

1Точно так мы изучаем знаки вербального языка для того, чтобы понимать другого. Ведь в этом случае мы понимаем, что без знания языка общение вообще невозможно.

1Хотелось бы отметить, что не все так просто со знаками для выражения нашего эмоционального состояния. Вербальные знаки (знаки языка) имеют тоже свою национально-культурную специфику. Об этом свидетельствуют данные изучения языковых форм выражения негативного отношения у представителей разных культур. Так, например, если во время ссоры мы порой не скупимся на бранные выражения друг для друга, то своих бытовых ссорах японцы , как правило, избегают их употребления. Речевой этике японцев разработан таким образом, что в нем преобладают грамматические формы, соответствующие различным степеням вежливости. Простая просьба открыть окно в дословном переводе может звучать как: «Не могли бы Вы сделать так, чтобы окно было открытым». А вежливое для нас обращение: «Откройте, пожалуйста, окно» может быть расценена японцем как провокация конфликта.

1 C. G. Yung. Memories, Dreams, Reflections. N.Y. 1965.P. 247-248.

2Макаров М.Л. Интерпретативный анализ дискурса в малой группе. Тверь, 1998. С.149.

3См, например, Пронников В.А., Ладанов И.Д. Японцы. М., 1986.

4Там же.

5 Холл Э. Как понять иностранца без слов. М., 1995.С. 305.

6См.: Лабунская В.А. Экспрессия человека: общение и межличностное познание. Ростов-на-Дону, 1999.

7См.:Холл Э. Как понять иностранца без слов.

8Так, например, индийцы могут определять себя как «едящие мясо вегетарианцы», имея в виду, что обычно они употребляют пищу растительного происхождения, однако, находясь в определенных обстоятельствах, могут не отказаться и от животной.

9Цит. По: Стефаненко Т.Г. Этнопсихология. М., 2003. С. 161.

10См.: Пронников В.А., Ладанов И.Д. Японцы. (Этнопсихологические очерки).

М.: 1985.

11Человек и мир в японской культуре. М., 1985. С. 23.

12Цит. по: там же. С.250.

13Там же. С 251.

11