Психологическая роль сказки в жизни дошкольника

Введение

Современная психологическая наука и практика стоит перед необходимостью решения широкого круга задач, одна из которых связана с определением психологической роли сказки в жизни дошкольников.

На протяжении дошкольного возраста ребенок проходит длительный путь в развитии отношения к художественному произведению (сказке): от непосредственного участия в изображенных событиях до более сложных форм эстетического восприятия. Формирование этой внутренней деятельности в дошкольном возрасте, позволяет ребенку не только понять явления, которые он непосредственно не воспринимает, но и отнестись со стороны к событиям, в которых он не принимал прямого участия, имеет решающее значение для последующего психического развития.

Сказка является универсальным развивающим средством, выводя ребенка за пределы непосредственно воспринимаемого, погружая его в миры с широким спектром моделей человеческого поведения и ориентируя в них, обеспечивая богатую языковую среду.

Весомый вклад в решение этой проблемы внесли работы В.А. Бахтиной, А.В. Запорожца, А.Д. Кошелевой, Е. Трубецкова и др.

Однако нами было выявлено определенное противоречие между достаточно высоким уровнем разработанности теоретического содержания данной проблемы и отставанием в реализации системы работы над сказкой на практике.

Актуальность проблемы обусловила выбор темы: «Психологическая роль сказки в жизни дошкольника».

Цель исследования: определение роли сказки в жизни дошкольника.

Объект исследования — процесс восприятия и переживания сказки детьми старшего дошкольного возраста.

Предмет исследования -пути и методы работы над сказкой с детьми старшего дошкольного возраста.

Гипотеза исследования — процесс развития детей дошкольного возраста будет проходить более успешно, если восприятие и переживание дошкольниками сказки будет рассматриваться как специфическая деятельность, опосредующая развитие способности к переживанию, возникающему в результате познания окружающей действительности средствами сказки и сотворения себя в воображаемом мире сказочных образов.

7 стр., 3238 слов

Восприятие сказки в среднем дошкольном возрасте

... вида перцептивной деятельности. 3. Рассмотреть, как в среднем дошкольном возрасте идет восприятие сказки. 4. Методы исследования: анализ научной литературы, эксперимент. Экспериментальная база: Глава 1 ... деятельности у дошкольников Восприятие человека - необходимая предпосылка и условие его жизни и практической деятельности. Восприятие является непосредственным, чувственно-предметным отражением ...

В соответствии с целью и гипотезой исследования были поставлены следующие задачи:

1. Изучить состояние проблемы в психолого-педагогической литературе.

2. Изучить особенности восприятия и переживания сказки как специфических видов деятельности детей дошкольного возраста и определить пути, оптимально способствующие их формированию.

3. Проверить эффективность разработанных путей и методов работы над сказкой в опытно-экспериментальной работе.

Для решения поставленных задач и проверки гипотезы были использованы следующие методы исследования: теоретический анализ психолого-педагогической литературы по проблеме; эксперимент, наблюдения за деятельностью детей старшего дошкольного возраста в процессе работы над сказкой, статистическая обработка результатов.

Структура выпускной квалификационной работы. Курсовая работа состоит из введения, двух глав, заключения и списка литературы.

Глава 1. Проблема восприятия и переживания сказки детьми старшего дошкольного возраста в психолого-педагогических исследованиях

1.1 Психология восприятия сказки ребенком-дошкольником

Сказка играет большую роль в жизни дошкольника в его психическом развитии. По мнению А.В. Запорожца, подбор сказок в соответствии с целями воспитания и возрастными особенностями ребенка, мастерство рассказывания и вдумчивая работа над преломлением образов прослушанной сказки в творческой деятельности ребенка, -- в его играх, рисовании, лепке, -- все это оказывает глубокое влияние на развитие как отдельных психических процессов, так и детской личности в целом. Вместе с тем слушание сказки является первым шагом в знакомстве ребенка с важнейшей областью духовной культуры народа -- с литературным творчеством (17).

Изучая восприятие детьми сказки, считает А.В. Запорожец, за анализом отдельных сторон данного процесса нельзя упускать более общих психологических изменений, происходящих в области отношения ребенка к содержанию художественного произведения.

14 стр., 6741 слов

Предпосылки развивающей работы с детьми дошкольного возраста

... дети дошкольного возраста. Предмет работы - психологические предпосылки развивающей работы с детьми дошкольного возраста. Цель работы - исследовать основные предпосылки развивающей работы с детьми дошкольного возраста ... детям осознать функциональное назначение памяти, мышления, восприятия и различных культурных навыков. Обычно дети ... можно сочинить сказку: например, «Весеннюю сказку», включив в ...

Попытаемся осветить некоторые вопросы восприятия сказки, опираясь главным образом на материалы исследований А.В. Запорожца, А.И. Концевой, Е.А. Ароновской и др. (9,17).

Рассмотрим сначала то влияние, которое оказывает сказка на познавательные процессы ребенка и, в первую очередь, на его воображение. По общему мнению, слушание сказки наряду с игрой выполняет важнейшую роль в развитии воображения -- способности, без которой невозможна ни умственная деятельность ребенка в период школьного обучения, ни любая творческая деятельность взрослого.

Вначале попытаемся рассмотреть вопрос о том, что представляет собой детское воображение, обнаруживающееся при слушании сказки.

Изучение сказки показывает, что в ней отражается действительная жизнь народа, его обычаи и характер деятельности, стремления и идеалы.

Как показано в трудах Е.А. Флериной, М.И. Сакулиной и других, при правильной организации педагогического процесса у ребенка формируются реалистические тенденции, которые обнаруживаются как в ею собственном творчестве, так и в его отношении к художественному произведению (31).

Слушая сказку, ребенок дошкольного возраста подходит к ее оценке со своеобразной реалистической позиции.

Даже там, где взрослый иногда затрудняется определить границы вымысла, ребенок-дошкольник часто высказывает очень определенные оценки, обнаруживая при этом реалистический подход к произведению. М.И. Титаренко при проведении своего исследования столкнулась со следующим фактом. В одной семье ребенок пяти лет очень любил слушать сказки, которые сочиняла для него мать (20).

Импровизации бывали то более, то менее удачными, и ребенок часто высказывал свои мнения по поводу прослушанного. Одни сказки он оценивал положительно, другие -- отрицательно. Эти эстетические оценки ребенка представляли значительный психологический интерес, и мы в дальнейшем воспроизводили подобные беседы в экспериментальных условиях и на большом материале. Приведем отрывки из этих бесед.

Взрослый рассказывает такую историю. «Жил был мальчик Ваня, он ходил в школу и учился очень хорошо. Раз вечером Ваня сел готовить уроки и захотел красиво написать разные слова в тетради. Но у него было скверное перо. Оно баловалось, цеплялось за бумагу и делало грязные кляксы. Старая щетка, стоявшая в углу, смотрела. смотрела, как перо не слушается мальчика, скверно пишет. -- и говорит: «Как тебе не стыдно, вот я все время работаю, чисто подметаю пол, а ты не можешь постараться и красиво написать урок».

5 стр., 2398 слов

Научим ребенка говорить вместе. Способы стимуляции развития речи

... , употреблять в правильном порядке в предложении. Учась говорить, ребенок сначала старается описать объекты окружающей среды и пространственные ... мелками. - Поощряйте познавательные способности крохи. Чтобы научить ребенка говорить, мало развивать его артикуляционные навыки – нужно еще, ... то, чтобы поспособствовать этому. Ставьте ему музыкальную сказку с песенками и простой речью. Для начала вы ...

До сих пор ребенок слушает сказку внимательно, не делая никаких возражений. Когда его спрашивают: «А разве щетка может разговаривать?» -- он убежденно говорит: «В сказке может».

Рассказ продолжается. «Но перо не послушало щетку и по-прежнему царапало бумагу и ставило кляксы. Тогда щетка рассердилась и говорит Ване: „Брось скверное перо. Возьми меня, я буду писать лучше, чем оно“. Ваня взял щетку и стал красиво писать ею в своей тетради».

Ребенок, слушавший до последней фразы это повествование без возражений, здесь иронически улыбается и говорит: «Это неправильно, щетка большая и грязная, ею нельзя писать, ею еще хуже писать, чем скверным пером».

Оказывается, в сказке не все возможно с точки зрения ребенка. И если нарушается реалистичность, правдоподобность сказочного повествования, это вызывает с его стороны неудовольствие.

Для того чтобы разобраться в характере реалистических мотивов детских эстетических оценок, приведем еще один пример (20).

Ребенку рассказывают такую историю. «В одной деревне жил старенький доктор. Все его очень любили, так как он был добрый и хорошо лечил всех больных. Как-то летом все крестьяне ушли работать в поле. Вдруг прибегает из соседней деревни человек и зовет доктора к маленькому мальчику, который сильно заболел. Доктор быстро собрался в дорогу, но не знал, как ему поступить со своим домиком: дверь у него не запиралась, в деревне никого не осталось, а у него не было и собачки, которая могла бы посторожить около дома. Тогда доктор попросил посторожить дом свою большую чернильницу». Против того, чтобы чернильница оказалась в роли сторожа, ребенок не возражает. С его точки зрения в сказке разрешаются подобные веши. «Вот доктор пошел к больному. В это время злой разбойник, который прятался в лесу, подкрадывается к домику и хочет взять все веши старого доктора. А чернильница-то и залаяла грозно на разбойника».

2 стр., 520 слов

Развитие ребенка 2−3 лет

... нравственное и личностное развитие ребенка 2 - 3 лет Ребенок активно взаимодействует со взрослыми и детьми; эмоционально реагирует на удовлетворение ... в коммуникативные контакты со взрослыми и сверстниками; Рассказывает сказки, стихи, небольшие истории о событиях из своей жизни ... за животными и растениями. Речевое развитие ребенка 2 - 3 лет Ребенок сопровождает отдельными звуками совершаемые им, другими ...

В этом пункте ребенок делает недовольную гримасу и говорит: «Не надо ей лаять, пусть она лучше фыркает чернилами» (Зап).

Ребенок, воспитанный на народной сказке, чувствует меру, которую не должно переходить воображение в искусстве, и вместе с тем у него начинают складываться реалистические критерии эстетических оценок. В сказке, в особенности в сказке волшебной, многое дозволено. Действующие лица могут попадать в самые необычайные обстоятельства. Животные и даже неодушевленные предметы в ней говорят и действуют, как люди, совершают всевозможные проделки. Но все эти воображаемые обстоятельства нужны лишь для того, чтобы предметы обнаружили свои истинные, реальные свойства.

Если типичные свойства предметов и характер производимых с ними действий нарушается, ребенок заявляет, что данная сказка неправильная, что так не бывает. Здесь открывается та сторона эстетического восприятия, которая имеет очень важное значение для развития познания ребенком окружающей действительности, поскольку художественное произведение не только знакомит его с новыми явлениями, расширяет круг его представлений, но и позволяет ему выделить существенное, характерное в предмете.

По мнению К.А. Титаренко, реалистический подход к сказочной фантастике вырабатывается у ребенка только на определенной ступени развития и лишь в результате воспитания. Наблюдения К.А. Титаренко показали, что дети, не обладая соответствующим опытом, часто готовы согласиться с любым вымыслом. Только в среднем дошкольном возрасте ребенок начинает уверенно судить о достоинствах сказки, исходя из правдоподобности изображенных в ней событий. Старшие дети настолько укрепляются в реалистической позиции, что начинают любить всякие «перевертыши». Смеясь над ними, ребенок обнаруживает и углубляет свое правильное понимание окружающей действительности (9).

1 стр., 181 слов

Основные показатели деятельности педагога (глазами учащихся 9−11 классов)

... . Максимальная сумма баллов – 75, она свидетельствует о высокой оценке учеником деятельности учителя.

Таким образом, восприятие сказки способствует познанию ребенком объективной действительности.

Однако эстетическое восприятие не сводится к пассивной констатации известных сторон действительности. хотя бы очень важных и существенных. Оно требует, чтобы воспринимающий как-то вошел внутрь воображаемых обстоятельств- мысленно принял участие в действиях героев, пережил их радости и печали. Такого рода активность расширяет сферу духовной жизни человека, имеет важное значение для его умственного и нравственного развития.

Закономерным является вопрос: доступна ли ребенку-дошкольнику внутренняя активность содействия, сопереживания?

Как известно, в дошкольном возрасте у детей чрезвычайно ярко выражен интерес к деятельности окружающих, стремление принять участие в тех действиях, которые кажутся им хорошими, правильными, содействовать им, если не реально, то хотя бы мысленно, в воображаемом плане.

Слушание сказки наряду с творческими играми выполняет важнейшую роль в формировании нового вида внутренней психической активности -- умения мысленно действовать в воображаемых обстоятельствах, без чего невозможна никакая творческая деятельность (38).

Четкая фабула, драматизированное изображение событий в сказке способствуют тому, чтобы ребенок вошел в круг воображаемых обстоятельств, стал мысленно содействовать героям произведения.

Л.С. Славина доказала, что при соответствующей работе уже у дошкольника можно вызвать интерес к судьбе героя повествования, заставить его следить за ходом событий и пережить новые для него чувства (34).

У преддошкольника можно наблюдать лишь зачатки такого содействия и сопереживания с героями художественного произведения. Значительно сложные формы оно приобретает у дошкольника.

Этот вопрос специально исследовался М.И. Ароновской. Восприятие художественного произведения ребенком-дошкольником носит чрезвычайно активный характер: ребенок ставит себя на место героя, борется с его врагами, мысленно действует вместе с ним.

Та деятельность, которая при этом осуществляется ребенком, особенно в начале дошкольного возраста, по своей психологической природе очень близка игре. Но если в игре ребенок реально действует в воображаемых обстоятельствах, то здесь и действия и обстоятельства являются воображаемыми.

10 стр., 4981 слов

Сказка как средство развития личности ребенка

... с применением сказкотерапии (Проект "Сказка -- как источник творчества детей") 1. Воспитание сказкой как одно из средств развития личности ребенка Сказка служит для ребёнка посредником между реальностью и ... опыт. З. Домысливание судьбы героя. Это задание предполагает развитие идеи автора, домысливание дальнейшей деятельности героя в рамках тех обстоятельств, которые описаны в ...

Однако на первых этапах развития восприятие художественного произведения и собственное творчество значительно менее отграничены, чем у старших детей. Ребенок активно, действенно относится к содержанию воспринимаемого произведения.

В этом отношении дети мало похожи на корректных взрослых зрителей, неподвижно созерцающих какое-нибудь произведение искусства. Если дети не стесняются и чувствуют себя свободно, то они постоянно прерывают ход повествования, вмешиваются в события, задают вопросы. пытаются помочь героям.

В качестве примера рассмотрим следующую ситуацию: была организована группа по драматизированным играм при детском театре. Часть детей была участниками игры, другая -- зрителями. К концу представления граница между сценой и зрительным залом стерлась. Большинство зрителей перекочевало на сцену и приняло деятельное участие в представлении (20).

Для такого действенного восприятия особенно благоприятные условия создаются наряду с драматизированным представлением и при слушании сказки.

Ребенок не хочет и не умеет занять позиции стороннего наблюдателя, но отношению к описываемым в сказке событиям. Он пытается вмешаться в события, принять сторону того или иного действующею лица, стремится к реализации целей положительного персонажа не только мысленно, но и действенно.

Эту черту верно подметила Е.А. Флерина, анализируя изобразительное творчество ребенка. Она говорит, что дошкольник обычно занимает позицию внутри изображаемых обстоятельств, а не вне их (9).

В некоторых случаях такое своеобразное отношение ребенка к искусству приводит к суждениям и действиям, неожиданным с точки зрения взрослого. Дети требуют, например, переделки рассказа, если конец его кажется им несправедливым, изменяют текст при пересказе, портят иллюстрации, уничтожая изображения отрицательных действующих лиц.

Движимый состраданием к герою, ребенок пытается непосредственно, практически воздействовать на произведение искусства, вместо того чтобы перенести свое отношение на действительность, в нем изображенную.

На протяжении дошкольного возраста ребенок проходит длительный путь в развитии отношения к художественному произведению: от непосредственного наивного участия в изображенных событиях до более сложных форм эстетического восприятия, требующихся для того, чтобы оценить явления, умения занять позицию вне их, глядя на них как бы со стороны.

Итак, дошкольник учится становиться на позицию героя, мысленно ему содействовать, радоваться его успехам и огорчаться из-за его неудач. Формирование этой внутренней деятельности в дошкольном возрасте, позволяющей ребенку не только понять явления, которые он непосредственно не воспринимает, но и отнестись со стороны к событиям, в которых он не принимал прямого участия, имеет решающее значение для последующего психического развития.

Ребенок дошкольного возраста любит хорошую сказку, мысли и чувства, вызванные ею, не угасают после того, как повествование закончено; они проясняются в последующих действиях, рассказах, играх, рисовании.

Естественно возникает вопрос, что же привлекает ребенка в сказке? Происходит важное изменение в мотивационной сфере при переходе от преддошкольного возраста к дошкольному (24).

Дети в своих играх-манипуляциях увлечены главным образом процессуальной стороной. Они воспроизводят в своих играх те или иные действия взрослою: показывают, как укачивают детей, как подметают пол; как тащат повозку, причем могут бесконечно, с неослабеваюшим интересом повторять все это.

Однако уже на пороге дошкольного возраста ребенка перестает удовлетворять простое воспроизведение предметных действий.

Н.М. Скляренко, наблюдавшая за играми детей только что перешедших в детский сад из яслей, установила. что в тех случаях, когда ребенок сам не может справиться с возникшими у него трудностями, нужно помочь ему найти новые мотивы игры, которые придали бы смысл его отдельным действиям (17).

Неинтересно бесконечно укачивать куклу, но если затеять игру в ясли, где много детей, папы и мамы которых заняты на работе, то это приобретает совершенно новый смысл.

Скучно возить тележку взад и вперед без толку, но если на ней везут из магазина молоко для детей в яслях. то получается интересная игра. Игра тем и замечательна, что техника реализации отдельных действий может быть несовершенной, «невсамоделишной», мнимой, но мотивы ее настоящие, глубокие и требуют серьезного к себе отношения со стороны воспитателя.

В дошкольном возрасте происходит усложнение деятельности: то на что направлена деятельность, и то, ради чего она производится, оказывается уже не тождественным, как это было в раннем возрасте. Решающее значение приобретает для ребенка общественная значимость тех или других человеческих поступков, их внутренний смысл.

Новые мотивы деятельности, формирующиеся в общем ходе развития ребенка, в результате его воспитания, впервые делают возможным настоящее понимание художественного произведения, проникновение в его идейное содержание. В свою очередь, восприятие сказки оказывает влияние на дальнейшее развитие этих мотивов.

Конечно, ребенка очень увлекает красочность описаний или занятность внешних положений, в которые попадают действующие лица, но уже очень рано его начинает занимать также внутренняя, смысловая сторона повествования. Постепенно ему открывается идейное содержание сказки. Ребенок с необычайной непосредственностью и эмоциональностью проникается сочувствием к положительным героям сказки, движимый при этом побуждениями, далекими от узко личных, эгоистических интересов.

Детей не удовлетворяют неопределенные ситуации. когда неизвестно, кто хороший, кто плохой. Они стремятся сразу же выделить положительных героев, безоговорочно принимают их позицию и становится и в резко отрицательное отношение ко всем, кто препятствует осуществлению их замыслов. Делается это с такой прямолинейностью, что иногда даже неодушевленные предметы подвергаются суровой оценке, если ребенок не находит подходящего живого персонажа, на которого можно было бы возложить ответственность за случившееся.

В тех случаях, когда нравственные качества действующего лица не вполне понятны ребенку, он всякими способами пытается выяснить создавшееся положение.

Огромное влияние, которое при правильной организации художественного воспитания может оказать эстетическое восприятие на духовное развитие ребенка, заключается в том, что оно приводит не только к приобретению отдельных знании и умений, не только к формированию отдельных психических процессов, но и к изменению отношения ребенка к действительности, оказывает влияние на возникновение у него новых, более высоких мотивов деятельности (17).

Знакомство со сказкой приводит ребенка к осознанию нравственного смысла человеческих поступков, помогает ему принять более высокие мотивы героев художественного произведения.

Как считает А.В. Запорожец, для того чтобы ребенок осознал что-либо, необходимо, чтобы он был активен, необходимо, чтобы он начал действовать в отношении познаваемого предмета. Единственная форма деятельности, доступная преддошкольнику, -- это реальное фактическое действование с предметом. Для того чтобы познакомиться с предметом, ребенок должен взять его в руки, повозиться с ним, засунуть его в рот, манипулировать с ним. Для дошкольника наряду с практическим контактом с действительностью становится возможной и внутренняя «теоретическая» деятельность. Он может действовать не только реально, но и мысленно, не только в непосредственно воспринимаемых обстоятельствах, но и в воображаемых. Игра и слушание сказки создают благоприятные условия для возникновения и развития этой еще неокрепшей новой формы психической. деятельности у ребенка.

Здесь создаются как бы переходные формы от реального фактического действования с предметом к размышлению о нем. Когда ребенок начинает овладевать этой новой формой деятельности, перед его познанием открываются новые возможности.

Он может осмыслить и пережить ряд событий, в которых не принимал непосредственного участия, но за которыми следил по художественному повествованию. Некоторые положения, которые не доходят до ребенка, будучи преподнесены в сухой, рассудочной форме, понимаются им и глубоко его трогают, когда они облекаются в художественную форму. Замечательно изобразил это явление Чехов в своем рассказе «Дома». Нравственный смысл поступка, если он выражен не в форме абстрактного рассуждения, а в форме реальных, конкретных действий, становится очень рано доступным ребенку.

Если у младших дошкольников нет еще достаточного осознания мотивов, своего отношения к персонажу, и они просто заявляют, что тот хороший, а тот плохой, то старшие дети уже аргументируют свои оценки, указывая на более общее, общественное значение того или иного поступка.

Здесь имеет место совершенно сознательная оценка не только внешних поступков, но и внутренних качеств человека -- оценка, исходящая из высоких, социально-значимых мотивов (17).

Таким образом, под влиянием художественного повествования. у ребенка возникают не только новые представления о тех или иных явлениях действительности. но он по — новому начинает относиться к ним, по новому их оценивать.

Вопрос о значении восприятия и переживания сказки для психического развития ребенка будет рассмотрен в следующем параграфе.

1.2 Развитие ребенка в ходе восприятия и переживания сказки

Вопрос о значении восприятия и переживания сказки для психического развития ребенка остается тем более волнующим и незавершенным, чем более обсуждаемым в психолого-педагогической литературе. Характерно, что развитие этой проблемы осуществляется параллельно исследованиям народной сказки как вида фольклорного искусства и философским размышлениям о сказке как о форме духовного опыта человечества, как о «сказочном наряде памятливой души народа» (2).

Изучения этих проблем практически не пересекаются, не обогащают друг друга, но это представляется оправданным на основании очевидного допущения о том, что значение и смысл сказки различен для ребенка, взрослого, нации, человечества. Способность сказки к актуализации в самых разных областях человеческой мысли и чувства признана философами, литературоведами и фольклористами. Ее энергии хватает на самые различные эпохи, методы, стили, но магию этого явления невозможно постичь без раскрытия особой изначальной роли сказки в психическом развитии ребенка (20).

Взрослый «вплетает» сказку со всем присущим ей набором образов и символов в свое эмоционально непосредственное общение с ребенком на самом раннем этапе его развития, когда ребенок еще не все понимает из того, что говорит ему взрослый. В этом смысле М.И. Лисина говорила об упреждающем влиянии взрослого, который заранее обеспечивает ребенка арсеналом средств, которые лишь постепенно станут индивидуальными средствами его психической деятельности.

Повинуясь непостижимой логике традиций, мы на первом-втором году жизни рассказываем своим детям всегда одни и те же народные сказки: «Курочка Ряба», «Репка», «Колобок», «Теремок» и т. п. Не будет ошибкой предположить, что мы редко задумываемся над смыслом этих сказок, и в этом есть резон: смысл народной сказки имеет мало общего со здравым смыслом. Например, в «Курочке Рябе» с точки зрения логики житейской мысли недоумение вызывают три очень важных, ключевых для сказки момента: во-первых, почему, получив золотое яичко, дед и баба начали его бить; во-вторых, почему, когда этот труд совершила для них мышка, они ударились в плач, и, наконец, в-третьих, неужели простое яичко можно всерьез рассматривать в качестве адекватной замены золотому. Все попытки найти ответ на эти вопросы приводят к мысли о том, что смысл сказки нельзя трактовать с точки зрения «взрослой» житейской логики и здравого смысла. Действительно, невозможно предположить, что выдержавшая испытание временем, измеряемым веками, сказка лишена смысла. А это значит, что мы с самого первого этапа жизни вводим ребенка в область особой духовной жизни, наделенной особой логикой и смыслом.

Однако вернемся к конкретной сказке и попытаемся получить ответы на свои вопросы. Для этого нужно в конкретных образах увидеть их предельно обобщенную сущность и всеобщность (25).

Тут мы совершаем действие, противоречащее логике восприятия ребенка: образы, создаваемые последним, просты и конкретны и в ходе восприятия сказки создание таких конкретных ярких образов «провоцируется» предельной образной насыщенностью и выразительностью жанра. Итак, переместившись в область обобщенных образов и символов, золотое яичко становится олицетворением богатства. Его значение делается понятным в связи с пониманием значения богатства в русской сказке и в русской духовной культуре. В русских сказках богатство никогда не имело собственной ценности, и богатый никогда не был добрым и порядочным человеком. Богатство имело значение как средство достижения других целей (стать свободным от чуждого окружения, быть независимым, создать семью) и теряло это значение, когда важнейшие жизненные цели были достигнуты. В связи с этим, богатство в русских сказках никогда не зарабатывалось трудом: оно случайно приходило (с помощью сказочных помощников -- Сивки-Бурки, Конька-Горбунка или по-щучьему велению и т. д.) и часто случайно уходило. Логика народной мысли и чувства (чутья), отраженная в сказке, подсказывала, что жалеть о случайно пришедшем богатстве не надо, а следует утешиться нетленными радостями жизни. В исследуемой нами сказке в качестве нетленной радости жизни предстает простое яичко. Смысл нетленных ценностей русского человека, отраженных в народной сказке, рассматривал философ Е. Трубецкой (36) в связи с глубоким прорастанием христианской мысли в святая-святых русской духовной культуры. Е. Трубецкой указывал на то, что волшебное в сказке не является завершением и сущностью чудесного: сказочное приобретает религиозную, христианскую окраску. Совершается это тем легче, что в сказке чрезвычайно много сродного христианству. Автор считал, что этот факт можно в равной степени объяснить как природным предрасположением к христианству русского народного гения, так и многовековым влиянием христианства на народную душу, а через нее и на сказку (36).

Эта мысль представляется нам ключевой для изучения духовно-нравственного значения сказки, ее всеобщей роли (для ребенка, взрослого человека, целой нации) в плане восприятия, переживания, осознания и усвоения смысла понятий добра и зла, важнейших человеческих качеств. Логикой христианской мысли и чувства проникнуты все важнейшие формы духовной жизнедеятельности русского человека, но национальное в русской сказке всегда выступает как вариант общечеловеческого (36).

Поэтому шире и точнее будет сказать, что самобытность духовной жизни и творчества народа всегда проникнута родной ему религией и философией этой религии. Вероятно, общечеловеческие ценности, ярко проявляющиеся в близости морали большинства европейских и русских сказок, отражают близость великих религий прошлого и настоящего.

Образы русской сказки прозрачны и непротиворечивы для религиозного истолкования. «Хлеб наш насущный даждь нам днесь, … но избави нас от лукаваго» -- избегать искушения случайно пришедшего богатства и радоваться тому, что дает жизнь, убеждает Курочка Ряба, утешая плачущих деда и бабу. И мудрость этой простой истины утоляет тоску мелких, суетливых страстей и обид. В незатейливых, наивных, но ярких образах сказка открывает всеобщий, долго (веками) и трудно нажитый духовный опыт человечества, предостерегая и оберегая от ошибок. проблема этого разрешения великого в простом поистине непостижима ни для какого достижения рассудочной мысли, но доступна для художественного творчества. В сказке цели отражения смысла обобщенного нравственного чувства служит объединение фантастического и реального в образах героев.

Всякие попытки истолковать образ сказочного героя как образ человека приводят исследователей к мысли о существовании в народной сказке противоречия -- победы героя- дурачка, «низкого» героя. Это противоречие преодолевается, если рассматривать простоту «дурочка» как символ отрицания всего того, что чуждо христианской морали осуждается ею: жадность, хитрость, корысть. Простота героя помогает ему поверить в чудо, отдаться его магии, ведь только при этом условии власть чудесного возможна. При этом от избранника магической мудрости требуется только безграничное доверие, покорность и преданность той высшей силе, которая его ведет (36).

Однако есть ли другой закон власти религии над душой человека, разве можно иначе, чем безграничной и необдуманной верой, постичь ее волю, могущество и мудрость. Магическое в сказке воспринимается так же реально, как божественное в духовной жизни религиозного человека. Так, в сказке непротивление воле чудесного, вера в нее отражает с особой остротой противоречие житейской и высшей духовной мудрости (36).

Еще одна важная особенность народной духовной жизни (грань ее духовного уклада) находит свое отражение в народных сказках «Репка», «Теремок» и многих других. Смысл этих сказок в утверждении важнейшей христианской добродетели, ставшей русской народной чертой -- соборности. Совместный труд выступает в русских сказках не как повинность, не как средство к существованию, а как праздник единения. Соборность -- единство дела, мысли, чувства -- противостоит в русских сказках эгоизму и жадности, всему тому, что делает жизнь серой, будничной и прозаической. Все русские сказки, олицетворяющие радость совместного труда, кончаются одной и той же присказкой, в простых словах, выражающей смысл этого: «Тут на радостях все они вместе в пляс-то и пустились…» Совместный труд -- это радость, ибо в нем человек ощущает не только свое единичное усилие, а общее стремление жизни, которое придает этой жизни смысл и порядок (13).

Выдающийся специалист в области русской культуры Д.С. Лихачев указывает, что на народных сказках проявился факт христианизации «низшей» языческой мифологии, связанной с воспитанием нравственного отношения к земле и друг к другу. Сказочные образы вобрали традиции, получившие оттенок христианской нравственности. В качестве примера автор приводит толоку -- общий труд, совершаемый всей крестьянской общиной в пользу молодых или нуждающихся семей. Нравственный смысл толоки усиливается атмосферой общего праздника, совершенно преображающей смысл труда (27).

В сказке отражаются и другие нравственные ценности народа: доброта как жалость к слабому, которая торжествует над животным эгоизмом и проявляется в способности отдать другому последнее и отдать за другого жизнь; страдание как мотив добродетельных поступков и подвигов; победа силы духовной над силой физической. Воплощение этих ценностей делает смысл сказки глубочайшим в противовес наивности ее значения. Утверждение победы добра над злом, порядка над хаосом определяет смысл жизненного цикла сущего живого. Жизненный смысл трудно выразить в словах, его можно ощущать в себе или нет и тогда он очень прост. Ю.Н. Давыдов находит источник этой простоты в размышлениях Л.В. Толстого: «Пытаясь в одном слове выразить то, что одновременно и придает смысл жизни, и составляет ее сокровенный смысл, Толстой произносил всегда одно и то же: любовь -- как источник нравственной связи человека с миром и людьми, его окружающими» (13).

Таким образом, мудрость и ценность сказки в том, что она отражает, открывает и позволяет пережить смысл важнейших общенациональных и общечеловеческих ценностей и жизненный смысл в целом. С точки зрения житейского смысла сказка наивна, с точки зрения жизненного смысла глубока и неисчерпаема. Попытки толкования образов сказки конкретно с позиций мотивов их «реального», бытового поведения сводят смысл сказки к точке. Так, В.Я. Пропп (29) открыл «единицу» сказочного действия в поступке действующего лица. Число этих поступков (функций) известных волшебных сказок ограничено, а их последовательность всегда определена. Сама возможность такого подхода к исследованию сказки заставляет задуматься о ее неисчерпаемости для познания. Однако, по нашему мнению, единство и смысл целого трудно постичь разложением его на составные части.

Жизненный смысл, смысл нравственных идеалов народа отражен в сказочных образах, отличающихся предельной обобщенностью и насыщенностью. Ребенок воспринимает и переживает сказку также в виде образов, но эти детские образы просты и конкретны. Глобальные смыслы, заключенные в сказке, самостоятельной работе детской мысли и чувства недоступны, как бы ни были интенсивны его эмоциональные переживания в процессе восприятия сказки. В давние времена сам уклад патриархальной русской семьи соответствовал христианской морали, что делало для ребенка более близким и понятным заключенный в сказке смысл. Возможно, рассказывая сказки ребенку, взрослые истолковывали их смысл по законам христианской морали (на это указывает финальная фраза некоторых сказок, созвучная словам Пушкина: «Сказка ложь, но в ней намек…»).

В процессе исследования нас заинтересовали психологические механизмы смыслопорождения в процессе восприятия и переживания сказки ребенком. По этому поводу не существует единства мнений специалистов. Так В.А. Бахтина утверждает, что ребенка может занимать только внешняя событийная канва повествования, связанная с героями, -- радость по поводу комичных поступков, переживание неудач и ошибок, страх за неожиданные опасности. Но сам, возможность такого сопереживания при столкновении с условным миром сказки имеет место именно потому, что сказка самые невероятные события преподносит так, как будто они постоянно имеют место в действительности. И ребенок охотно верит сказке, доверчиво следует за ней. Однако при таком сопереживании неизбежно и более углубленное постижение сказки, извлечение из нее своей детской мудрости, что способствует четкому эмоциональному различию доброго и злого начал и осуществляет миссию нравственного воспитания. Как происходит это углубленное постижение, автор не указывает (5).

Интересно, в этой связи, мнение немецкого психолога Э.М. Грюнелиус по поводу закономерности формирования понятий (в частности, нравственных) у ребенка: образ -- желание -- чувство -- мысль (понятие) (12).

Автор указывала, что форма, которая передает дли взрослых понятия добра и зла, не является образной. Мысли в такой форме не могут существовать у ребенка" их необходимо оформить образно. Если же попытаться это сделать, то получатся те самые образы, которые отражены в сказках. Психолог считает, что эти образы нельзя считать менее правдивыми, чем соответствующее необразное понятие, поскольку сказочные образы рождаются в области внутренней жизни, и с предметами внешней жизни их объединяет разве что общее название. Сказки доказывают, как в повседневной жизни проявляется смысл различных человеческих качеств для жизни (12).

Механизм смыслопорождения в процессе восприятия и переживания сказки ребенком исследовался А.В. Запорожьем (17).

Он писал о существовании особого вида эмоционального познания, при котором человек отражает действительность в форме эмоциональных образов. У детей порождение образов этого эмоционального познания часто происходит в процессе восприятия художественного произведения. Под влиянием слушания у ребенка возникает сочувствие герою и складывается эмоциональный образ воспринимаемых событий и взаимоотношений, В определенных условиях у детей эмоциональные образы начинают предвосхищать то, что должно случиться с героем. А.В. Запорожец указывал, что эмоциональные образы отражают действительность в ее отношении к потребностям ребенка, соответственно, эти образы не изоморфны реальности: в них выделены и подчас гиперболизированы признаки, репрезентирующие субъекту их ценность, их смысл. Эволюция образа отражает внутренние изменения, происходящие в глубине существа человека (17).

В детском сознании внешняя картина проблемной ситуации, отраженная в сказке, как бы совмещается с интероцептивной картиной тех волнений, которые вызывает у ребенка эта ситуация или вызывали ранее аналогичные обстоятельства. Сопереживание герою сказки сначала складывается как внешняя, развернутая деятельность соучастия в непосредственно воспринимаемых и переживаемых событиях. Лишь потом она переходит во внутренний план -- план эмоционального воображения. В формировании предчувствия результатов действия другого лица и эмоционального предвосхищения последствий собственных действий большое значение имеют образно-выразительные средства драматизации словесного описания и наглядного изображения словесных событий, как бы моделирующих их смысл для самого ребенка и близких ему людей. Эти выразительные средства (язык чувств) имеют социальное происхождение. Наиболее совершенные его формы представлены в искусстве, которое вовлекает в круг социальной жизни важнейшие интимные стороны нашего бытия (17).

Развивая идею Л.С. Выготского об особых формах воображения как о «втором выражении человеческих эмоций», при посредстве которого они не только проявляются, но и формируются, А. В. Запорожец выдвинул предположение о том, что эмоциональное предвосхищение возникает в результате особой внутренней ориентировочно-исследовательской деятельности. В этой деятельности складывается своеобразная функциональная система, в которой «эмоции интеллектуализируются, становятся умными, обобщенными, предвосхищающими, а процессы познавательные, функционируя в данной системе, приобретают аффективный характер и начинают выполнять особую роль смысло-различения и смыслообразования» (35).

Таким образом, сказка для ребенка является не просто фантазией, но особой реальностью, помогающей установить для себя мир человеческих чувств, отношений, важнейшие нравственные категории, в дальнейшем -- мир жизненных смыслов. Сказка выводит ребенка за рамки обыденной жизни и помогает преодолеть расстояние между житейскими и жизненными смыслами. Этот внутренний переход возможен только тогда, когда содержание сказки прошло через сопереживания другому лицу. В процессе этого сопереживания формируется механизм эмоционального предвосхищения, который помогает не только представить, но и пережить отдаленные последствия человеческих действий, прочувствовать их смысл для разных людей. Всякая сказка -- это рассказ об отношениях, причем эти отношения имеют четкую моральную ориентацию. Это очень важно для становления и осмысления понятий добра и зла, для упорядочения сложных чувств ребенка. Форма изображения здесь сказочная, доступная ребенку, но именно она позволяет ребенку постичь высоту проявления чувств, их нравственный смысл. Однако без помощи взрослых в истолковании и освоении последнего нравственный смысл сказочных образов остается «взрослым», недоступным ребенку.

До сих пор речь шла о бытовых сказках и сказках о животных, однако вершиной народного творчества признают волшебные сказки. В волшебной сказке есть элемент, который отличает ее от всех других сказок (в коих также много нереального) -- это момент превращения. Превращение может выступать в форме воплощения героя в другом человеке, животном или предмете, а также в форме внезапного изменения реальности, сущности, внешнего вида или свойств предмета. В первом случае в результате воплощения герой, сохраняя свои свойства и качества, обретает новые, позволяющие достичь желаемую цель, одержать победу над злом, завоевать независимость. Примером этому могут служить обращения героев в птиц в сказках «Марья-Моревна», «Перышко Финиста Ясна-Сокола», чудесные и разнообразные волки в «Сказке об Иване-царевиче», «Жар-птице и сером волке».

Важным здесь является то, что, воплощаясь в ком-либо или в чем-либо другом, герой не теряет собственной сущности, а лишь обогащает и усиливает ее. Этой же цели служат и волшебные предметы -- не преобразовывая героя полностью, они усиливают его качества, наделяя свойствами активно изменять действительность.

Именно в волшебных сказках мы сталкиваемся с предельно ярко выраженным феноменом воплощения, некоторые проявления которого мы находим в реальной жизни человека. Так, в основе высших социальных чувств лежит механизм вживания в мир эмоций и ценностей другого человека. Развитие этих социальных чувств (симпатии, сочувствия, сопереживания) помогает человеку преодолеть страх одиночества и незащищенности. Как отмечал Э. Фромм (35), человек трагически переживает осознание себя как отдельного существа, своего одиночества, разобщенности, неслиянности с другим. Любовь в широком смысле -- к другому человеку, к Богу, природе, определенной деятельности -- объединяет человека с этим другим, позволяет преодолеть чувство изоляции и одиночества, но при этом позволяет оставаться самим собой, сохранять свою целостность. Того же мнения придерживался русский философ В.С. Соловьев (33), который рассматривал любовь как спасение индивидуальности через жертву эгоизму: только духовно воплощаясь в другом человеке, утверждая значение другой индивидуальности, человек обретает себя в полном смысле этого слова. Конечно, в волшебных сказках превращение героя в кого-либо или в чего-либо не всегда сопровождается любовью, жалостью или даже симпатией к последнему (особенно в том случае, если это превращение отрицательного героя), но и в жизни так бывает. Однако в любом случае воплощение в другом сопровождается личностным ростом героя: прорастанием его могущества, мудрости, силы сквозь призму существа другого. В этом сказочном волшебстве проявила себя потребность человеческой души в слиянии с другим человеком, природой, стремление к преодолению страха перед собственной беспомощностью, незащищенностью и одиночеством, перед мыслью о краткости человеческого существования, о незаинтересованности природы в долгой жизни человека. Реальное духовное воплощение себя в другом проявляется в различных ипостасях -- понимании, сочувствии, симпатии, сопереживании -- и создает почву для терпимости другому, принятию его, жалости и любви к нему.

Особую роль в этом явлении воплощения играет слияние человека с природой. Сказка, возникшая в языческую эпоху человеческой культуры, отражает присущую человеку того времени гармонию с природой, переживаний! психологической и физической защищенности этой гармонией. Природа в сказке защищает героев (как речка и дерево в сказке «Гуси-Лебеди»), утешает и сочувствует их горю (так, в сказке «Сестрица Аленушка и братец Иванушка» злая ведьма утопила Аленушку, и никто этого не заметил, «только цветы в саду стали вянуть, деревья сохнуть, травы блекнуть»).

Из этого слияния с природой рождается любовь -- жалость к животным, ко всему живому столь присущая русским сказкам и неоднократно отмечавшаяся исследователями.

Другим важным моментом нравственной действенности сказки является существование в ней магических помощников и магических предметов, способных к изменению реальности. Мгновенно преобразовывая предметы, обстановку, людей, магические помощники (иногда это волшебные животные -- Серый волк, Царевна-лягушка, Щука, Сивка-Бурка) раскрывают скрытые, невидимые глазом свойства предметов и явлений. Как отмечает В.Т. Кудрявцев, «сказка всегда обнажает точки роста человеческих возможностей и способностей, а значит -- и точки роста человеческой культуры. Она аккумулирует те духовные механизмы, которые пребывают в процессе сборки. Под влиянием знакомства с миром сказки в дошкольном детстве складывается все то, что делает человека универсальным созидателем» (26).

Именно эта особенность волшебной сказки -- реальная доступность волшебного преобразования действительности для сопереживающей герою детской души --является механизмом развития не только творческого воображения, но и уверенности в себе, а с ней и переживание собственной ценности.

Нельзя обойти вниманием и третью особенность волшебных сказок -- воплощенный в ней вечный поиск счастья, острое переживание необходимости и близости счастья, ведь и чудесные превращения, и активность волшебных помощников нужны только для обретения счастья и дальше их волшебство прекращается для героев. В сказках счастье -- это смысл исканий, подчас сопряженных с неимоверными подвигами, тяжелыми жертвами. Но взлет над действительностью всегда оправдывает эти жертвы, ибо уносит в волшебное счастье. И обретает его лишь тот, кто ни перед какими трудностями не остановится.

Счастье в сказках познается в самом стремлении к нему, в самом факте подъема над обыденностью. Порой, начиная свой путь, герой и сам не знает, к чему стремится (отправляется «куда глаза глядят»).

Действительно, герою сказки не живется оседло, спокойно («как все»), и в этом стремлении к счастью воплощается способность сказки воспарить над серостью будничных забот, заронить в душах людей готовность к чудесному озарению, доблестному подвигу, жажду радости.

Счастье в сказках никогда не бывает будничным -- искомая и достигаемая цель всегда исключительна. Герой женится на девушке исключительной либо во всех, либо в некоторых отношениях (обычно в отношении красоты, доброты, мудрости, знатности рода) или добивается огромной власти (становится царем).

Иногда, добившись этого в середине сказки, герой теряет свое счастье и, наконец, после немыслимых трудностей и подвигов вновь обретает его. При поверхностном чтении сказок кажется, что сказочное счастье полностью исчерпывается этими обычными и понятными, но лишь преувеличенными в выражении качества жизненными ценностями, но не всегда это так. Счастье в сказках заключается в самом стремлении к нему. Воображению героя, поднявшемуся над житейским, счастье рисуется как чудесная страна, где солнце никогда не заходит. В сказках герои вечно стремятся к неизбывному добру немеркнущей красоте, негаснущей радости -- к вечному солнечному свету. Восприятие и переживание сказки, не заметно отодвигая завесу туч над полосой солнечного сияния, не позволяет мириться с серыми красками обыденной жизни, побуждает к стремлению к совершенству и готовности к подвигу.

Человек не должен довольствоваться тем, что обстоятельства ему представляют, не должен отступать перед трудностями в ходе достижения цели, должен иметь силы и готовность достичь желаемого, должен ставить сами высокие цели, должен иметь силы и готовность достичь желаемого, должен ставить самые высокие цели и мужественно стремиться к ним -- этому учит сказка. Человек следуя этой истине, должен активно строить свою жизнь не следовать тем обстоятельствам, которые ему предоставлены.

Так, Л. П. Стрелкова в своих исследованиях отмечает что маленький ребенок сможет постигнуть силу благородного поступка, низость предательства, коварства и зла, испытать чувство любви и ненависти, конечно, из произведений искусства, которые не только расширяют представления ребенка, обогащают его знания о действительности, а главное -- они вводят его в особый, исключительный мир чувств, глубоких переживаний и эмоциональных открытий. Особое место здесь занимает сказка, которая включает в себя духовные ценности, ярко представленный мир чувств, которые напоминают смыслом жизнь взрослых людей. Сказка помогает ребенку познать мир не только умом, но и сердцем. И не только познать, но и дает возможность откликнуться на окружающие явления и события, выразить свое отношение к добру и злу (34).

Сказка особенно пробуждает активность ребенка, подчеркивает Л.П. Стрелкова, так как она помогает ребенку мысленно проделать весь путь с любимыми героями, сочувствуя и переживая за них. Само построение сказки: ее композиция, яркое противопоставление добра и зла, фантастические и очень определенные по своей нравственной сути образы, выразительный язык, динамика событий, особые причинно-следственные связи явлений, доступные пониманию дошкольника, результаты разных характерных поступков, повторы -- все это делает сказку особенно интересной и волнующей для детей. Их захватывают сказочные события, детям порой бывает трудно оставаться в состоянии зрителя или слушателя, им хочется действовать, активно помогать или отвергать.

Именно в дошкольном возрасте происходит нравственный сдвиг, который заключается в способности мысленно действовать в воображаемых обстоятельствах. Однако, слушая сказку, ребенок-дошкольник подходит к ее оценке с реалистической позиции. «Все воображаемые обстоятельства в сказке нужны лишь для того, чтобы предметы обнаружили свои истинные, характерные для них свойства», -- отмечал А.В. Запорожец (17).

Рассматривая этот же вопрос, Л.П. Стрелкова считает, что сказка активизирует воображение ребенка, так как появляются не только новые представления и знания, а самое главное -- возникает новое отношение к людям, событиям, предметам и явлениям (34).

Следует заметить, что процесс самостоятельного осмысления сказки ребенком оставляет его на уровне житейского смысла и не скрывает подлинной их нравственной сущности. Очевидно, что работу смыслообразования в процессе восприятия сказки и порождения на этой основе важнейших нравственных понятий ребенок не может совершить вне сотрудничества со взрослым. Интеллектуализация эмоций происходит в процессе познавательно-аффективной деятельности по толкованию жизненных смыслов, отраженных в сказке. Этот процесс не «открывается» ребенком, а формируется по пути социального наследования. Эта проблема будет рассмотрена в следующем параграфе.

1.3 Пути и методы работы над сказкой с детьми старшего дошкольного возраста

сказка дошкольный ребенок восприятие

В настоящее время отечественной детской психологией накоплен богатый опыт использования развивающих методов работы с ребенком над сказкой.

Работа над сказкой, отмечал А.В. Запорожец, должна проходить при правильной организации психологической и педагогической деятельности, при которой у ребенка формируются определенные тенденции, которые обнаруживаются и в его собственном творчестве, и в его отношении к художественным произведениям (17).

Слушая сказки, ребенок-дошкольник подходит к ее оценке с реалистической позиции.

Педагогу необходимо так организовывать свою творческую деятельность, чтобы даже у детей-дошкольников вызывать интерес к судьбе героя, повествованию, заставить ребенка следить за ходом событий и переживать новые для него чувства (17).

Для этого предлагается, помимо прочтения и обсуждения сказки, предложить детям игру-драматизацию, которая способствует возникновению действенного восприятия. Дошкольник обычно занимает позицию внутри из воображаемых обстоятельств, а не вне их, что мешает ему в понимании некоторых литературных форм, напоминающих сказку (басню, пословицу).

Далее, рассматривая вопрос о методах работы со сказкой, следует обратиться к психологическим трудам отечественного психолога А.М. Виноградовой (9).

Мнения А.В. Запорожца и А.М. Виноградовой совпадают по некоторым методам, таким, как правильный и тщательный подбор художественного произведения; использование в работе над сказкой игр-драматизаций. Однако необходимо заметить, что у Виноградовой существуют свои особенности, касающиеся данных методов. Поэтому рассмотрим методы, предложенные А.М. Виноградовой.

Художественная литература, как отмечает А.М. Виноградова, должна чаще использоваться как средство развития человечности, гуманных качеств личности: добра и справедливости. В связи с этим педагогу предлагается обратить особое внимание на отбор произведений, методик чтения и проведение бесед по художественному произведению с целью развития эмоциональной сферы ребенка (9) .

Отбирая литературу, необходимо помнить, что от художественной ценности произведения зависит его нравственное и моральное воздействие. Художественное произведение должно затрагивать душу ребенка, чтобы у него появилось сопереживание, сочувствие герою. Книга должна иметь глубокую убежденность и художественную выразительность.

Готовясь к беседе с детьми, воспитатель должен продумать вопросы, которые он задаст ребенку. Беседа не должна состоять из аннотаций и поучений. Это снизит эмоциональное состояние, ту радость, которую ребенок получил от хорошей сказки.

Нецелесообразно ставить перед детьми слишком много вопросов, так как это мешает осознанию главной идеи. Используются вопросы, пробуждающие у дошкольников интерес к поступкам, мотивам поведению героев, их внутреннему миру, их переживаниям. Они должны помочь ребенку разобраться в образе, высказать свое отношение к нему. Если оценка образа сложна, можно предложить дополнительные вопросы, которые помогут воспитателю понять душевное состояние детей; выявить способность детей сравнивать и обобщать прочитанное; стимулировать дискуссию среди детей в связи с прочитанным.

После беседы можно предложить детям такие вопросы, как: «О чем ты думал, когда слушал сказку? Может быть, что-нибудь похожее было и в твоей жизни? Расскажи.» и т. д. Это помогает переносить этические представления, полученные детьми на занятиях, в их жизнь и деятельность.

Обращаясь к психологическим трудам Л.П. Стрелковой (34), необходимо отметить, что в разработке методов работы над сказкой, она основывается на методах, предложенных А.М. Виноградовой. Методы, связанные с беседой о прочитанном и дискуссий с детьми, у Виноградовой и Стрелковой почти идентичны. Однако остальные методы, предложенные Л.П. Стрелковой, имеют свои особенности.

После проведения беседы о прочитанном Л.П. Стрелкова предлагает педагогу узнать, как дети поняли содержание произведения и продолжать обсуждать сказку в форме игры, используя персонажей произведения (Кош).

Куклы приветствуют детей, причем воспитатель должен как можно реальнее имитировать интонацию и характер героев. Затем куклы задают вопросы детям (Кто и почему им нравится больше?).

Постепенно куклы-персонажи затрагивают проблемы, которые возникают в повседневной жизни детей. Куклы высказывают свое мнение о тех или иных поступках детей в зависимости от своей сути и характера, отрицательная кукла-персонаж поощряет дурные поступки и несправедливость, а положительные, соответственно, хорошие и добрые дела.

Следующий этап работы педагога над сказкой -- это игра-драматизация. С.Я. Маршак говорил, что произведение детской литературы может лишь тогда считаться художественным, если его «можно разыгрывать как пьесу или превратить в бесконечную эпопею, придумывая к ней новые и новые продолжения"(34).

Именно данную особенность подлинного художественного произведения при своей дальнейшей работе над сказкой должен использовать воспитатель.

Далее при работе с детьми над сказкой можно использовать прием «нравственной лесенки», где детям предлагается расставить персонажи так, чтобы на верхних ступенях находились более понравившиеся, а на нижних -- менее понравившиеся герои.

Размещая действующих лиц сказки, как утверждает Л.П. Стрелкова, появляется возможность размышлять, активно действовать (34).

Далее стоит проследить, что рисуют дети (по мотивам сказки).

Попросить ребенка объяснить, кого они рисуют и с какой целью. Можно проанализировать рисунок относительно цвета, соотношения размеров, его композиции и т. д. Следующим шагом будет организация выставки рисунков, которые распределяются относительно высказываний, эмоциональной оценки и характера персонажей (Кош).

Учитывая отмеченные признаки, можно сделать вывод о том, что сказка является универсальным развивающе-образовательным средством, выводя ребенка за пределы непосредственно воспринимаемого, погружая его в миры с широким спектром моделей человеческого поведения и ориентируя в них, обеспечивая богатую языковую среду. Таким образом, к познавательно-нравственной функции художественной литературы (в контексте нашего исследования — сказки) можно отнести развитие и активизацию воображения, образного мышления; расширение представлений о мире; освоение таких средств восприятия мира, как временные и причинно-следственные связи событий; освоение моделей человеческого поведения в разных обстоятельствах; формирование эмоционально-ценностных установок по отношению к разным аспектам действительности в сцепке с представлениями о них.

К эстетической функции относится приобщение к словесному искусству как таковому в его различных формах и развитие хорошей разговорной речи, ориентация ребенка на собственное словесное творчество через прототипы, данные в сказках, воспитание культуры чувств и переживаний.

Реализация этих развивающих функций осуществляется за счет смысловой наполненности и структуры сказок, что позволяет создавать ребенку многообразные воображаемые миры, каждый из которых особым образом моделирует действительность, и через сопереживание, эмоциональное принятие ребенком позиций персонажей сказки.

Глава 2. Опытно-экспериментальная работа по исследованию роли сказки в жизни дошкольника

2.1 Диагностика развития ребенка в ходе восприятия и переживания сказки

На основании обзора методов работы над сказкой мы провели психолого-педагогический эксперимент, посвященный развитию ребенка в ходе восприятия и переживания сказки. Он проводился с детьми подготовительной группы в течение учебного года (с октября по апрель) на базе детского сада № 19 г. Ишима.

В эксперименте приняли участие 20 детей: 10 детей — экспериментальная группа, 10 детей контрольная группа.

При проведении формирующего эксперимента предусматривалось, что с детьми контрольной группы с не будут проводиться специальная работа над сказкой.

В соответствии с темой и ограничиваясь рамками нашего исследования мы попытались определить роль сказки в развитии навыков культуры поведения у детей старшего дошкольного возраста.

В течение эксперимента детям было предложено 25 русских народных сказок. С каждой сказкой в отдельности проводилась специальная работа. На примере одной из сказок, предложенных детьми, мы опишем психолого-педагогическую работу, которая проводилась с каждой сказкой в отдельности. Для примера используем русскую народную сказку «Царевна -- лягушка» из сборника «Русские народные сказки», составитель В.П. Аникин.

Во время чтения сказки происходило наблюдение за дошкольниками. Все восклицания, высказывания, непроизвольные движения, возникшие во время чтения сказки, заносились в протокол. Сказка читалась четко, ясно, с выражением. После прочтения сказки главный акцент делался не на то, как ребенок запомнил прочитанное, а насколько он понял содержание, насколько полученные знания обогатили его детский опыт. Для этого предлагалось провести рассуждения о характере героев сказки, которые способствуют нравственному развитию детей. Первый вопрос, который мы задавали детям, звучал так: «Если бы вы попали в сказку, на месте какого героя хотели бы оказаться? «(другими словами «Ты кто в этой сказке?»).

Все девочки единодушно хотели быть Василисой Премудрой, а мальчики, Иваном-Царевичем. Остановимся на главном персонаже сказки -- Иване-Царевиче. Следующий вопрос, который мы адресовали детям: «Почему вы хотели бы стать Иваном-Царевичем?» Дети отвечали: «Он хороший». «Хороший -- значит, какой?» — спрашивал экспериментатор. Дети называли знакомые им качества: добрый, сильный, умный. Экспериментатор возражал: «А мне кажется, что Иван-Царевич злой, потому что спалил лягушечью кожу». Детям предоставлялась возможность доказать хорошие человеческие качества, присущие Ивану-Царевичу. Дети приводили хорошие поступки, которые совершал главный герой (сжалился над зверями, не убил медведя, селезня, зайца, спас щуку, а главное, выручил Василису Премудрую).

Здесь экспериментатор вводил и разъяснял детям такие качества, как сочувствие, сострадание (увидел, как щука мучается без воды, погибает, и спас ее, хотя сам очень хотел есть).

Подсказывал такое качество, как взаимовыручка, чувство благодарности (звери в долгу не остались, в нужный момент оказали помощь Ивану-Царевичу).

Далее экспериментатор говорил: «Дети, Иван-Царевич совершил много хороших, благородных, смелых поступков, один поступок был не очень хорошим. Какое качество (плохое) проявилось у Ивана-Царевича, которое ему позволило совершить плохой поступок?» Чтобы помочь детям ответить на вопрос, цитировались строчки из сказки: «Ах, Иван-Царевич, что же ты наделал! Если бы ты три дня подождал, я бы вечно твоею была», они затруднялись ответить, и экспериментатор помогал, предлагая им объяснить такие качества, как терпимость и нетерпение. Здесь же отмечалось, что нельзя брать без разрешения то, что те не принадлежит и тем более этим распоряжаться. Приводились строчки из сказки:

-- Эх, Иван-Царевич, -- говорит старик, --- зачем ты лягушечью кожу спалил? Не ты ее надел, не тебе ее снимать было!"

Далее внимание детей обращалось на то, что Иван-Царевич совершил ошибку, но он ее и исправил вышел победителем. Итак, проследив связь характера героя с последовательностью его поступков, экспериментатор помогал детям сделать вывод о том, что о человеке мы судим не по тому, что он сам о себе думает, а по тому, как он поступает.

Таким образом разбирался каждый персонаж сказки. Затем мы просили перечислить все положительные, а потом все отрицательные качества, присущие персонажам данной сказки. Здесь дети должны были назвать давно знакомые им качества и те, с которыми мы познакомили их недавно. Что касается данной сказки, то дети назвали такие качества, как добро, взаимопомощь, чувство благодарности, сочувствие, сострадание, трудолюбие справедливость, терпимость, зло, глупость, лень, зависть.

После беседы над сказкой детям была предложена игра-драматизация, в которой принимал участие и экспериментатор, который незаметно управлял всем творческим процессом. Детям были выданы предметы, принадлежащие персонажам сказки. Проигрывались несколько сюжетов из сказки. Причем роли, распределенные между детьми, менялись, так как многим хотелось побыть в роли Василисы Премудрой и Иванушки-Царевича.

Для оценки результатов экспериментальной работы использовались следующие критерии: наличие у детей представлений о добре, взаимопомощи, сострадании, терпимости, зле, зависти; перенос усвоенных знаний в новые условия, воспитанность эмоциональных реакций, проявление культуры поведения в отношении к сверстникам.

Каждый критерий оценки конкретизировался в системе соответствующих показателей:

полнота, четкость, конкретность представлений о добре, зле и т. д.;

активность в проявлении вежливости, сочувствия и помощи, сопереживания по отношению к сверстникам и взрослым;

устойчивость в проявлении навыка культуры поведения, при некотором изменении обычной жизненной ситуации.

Оценка уровня воспитанности культуры поведения у детей производилась по вышеназванным критериям.

Высокий уровень культуры поведения характеризуется способностью ребенка сопереживать, проявлять дружеское участие и терпение, доброжелательно воспринимать других, самостоятельно разрешать конфликты мирным путем, не смеяться над другими, а уметь оказать помощь, произвольно регулировать свое поведение, сдерживать непроизвольные эмоции и желания применять правила культуры поведения и эмоционально переживать итоги выполнения.

Средний уровень культуры поведения характеризуется тем, что ребенок не всегда сопереживает ближнему, проявляет дружеское участие и терпение по отношению к взрослым, но не всегда к сверстникам; иногда без веских оснований может создать конфликтную ситуацию, не смеется над другими, но и не желает прийти на помощь в трудной ситуации; прилагает усилия к применению правил культуры поведения, однако в большинстве случаев обращается за помощью к взрослым.

Низкий уровень культуры поведения характеризуется тем, что ребенок не способен сопереживать, проявлять дружеское участие и терпение, доброжелательно воспринимать других, сдерживать непроизвольные эмоции и желания и поэтому часто провоцирует конфликтные ситуации, смеется над другими детьми попавшими в сложную ситуацию; знает, но не применяет правила культуры поведения; не считается с интересами сверстников.

Диагностические параметры представляли собой: наличие у детей представлений о добре, зле и т. д., перенос усвоенных знаний в новые условия, воспитанность эмоциональных реакций, проявление культуры поведения в отношении к сверстникам, которые оценивались по трехбалльной шкале (1−3).

Каждый из диагностических компонентов оценивался коэффициентом (К1, К2, К3), который вычисляется по формуле:

баллов

К=

максимально возможное количество баллов

После вычисления коэффициента каждого из трех блоков находится средний коэффициент по формуле К= К1+3К2+К3

По среднему коэффициенту можно определить три уровня культуры поведения у детей. Если К лежит в пределах 0,8−1 баллов, то уровень оптимальный. Если К лежит в пределах 0,6−0,7 баллов, то уровень допустимый. Если К менее 0,6 баллов, то ребенок находится на критическом уровне.

Анализ результатов констатирующего эксперимента представлен в табл. 1.

Таблица 1

Оценка уровня культуры поведения детей в контрольной и экспериментальной группах

Группы

Всего чел.

Наличие пред-ий о добре, зле и т. д. (в баллах)

Перенос знаний в новые условия (в баллах)

Воспит-ть эмоц-ых реакций (в баллах)

Проявл-е культуры поведения в отн-ии к сверстни-кам (в баллах)

3

2

1

3

2

1

3

2

1

3

2

1

Экспериментальная

10

2

4

4

-

3

7

-

4

6

1

4

5

Контрольная

10

1

5

4

-

3

7

-

5

5

2

5

3

На констатирующем этапе эксперимента было обнаружено несоответствие между имеющимися представлениями детей о культуре поведения и уровнем проявления этих представлений в реальных поступках, особенно в отношениях со сверстниками.

В процессе формирующего эксперимента с экспериментальной группой мы использовали работу над сказкой, описанную выше.

Результаты формируещего эксперимента представлены в табл. 2.

Таблица 2

Оценка уровня культуры поведения детей в контрольной и экспериментальной группах

Группы

Всего чел.

Наличие пред-ий о культуре поведения (в баллах)

Перенос знаний в новые условия (в баллах)

Воспитан-ть эмоц-ых реакций (в баллах)

Проявл-е культуры поведения в отн-ии к сверстни-кам (в баллах)

3

2

1

3

2

1

3

2

1

3

2

1

Эксперимен-тальная

10

5

4

1

4

5

1

4

4

2

3

6

1

Контрольная

10

1

6

3

-

3

7

1

4

5

2

5

3

Анализ полученных результатов показал, что высокий уровень наличия представлений о добре, взаимопомощи, сострадании, терпимости, зле, зависти имеет 50% детей экспериментальной группы и 10% детей контрольной группы; переносить усвоенные знания о культуре поведения в новые условия-40% детей экспериментальной группы и 0% - контрольной группы; воспитанности эмоциональных реакций — 40% детей экспериментальной группы и 10% - контрольной группы; проявление культуры поведения по отношению к сверстникам — 30% детей экспериментальной группы и 20% - контрольной группы.

Средний уровень соответственно — 40% - детей экспериментальной группы и 60% - контрольной группы; 50% и 30%; 40% и 40%; 60% и 50%.

Низкий — соответственно — 10% и 30%; 10% и 70%; 20% и 50%; 10% и 30%.

Таким образом, изменения в экспериментальной группе убедительно показывают эффективность предложенной нами системы работы над сказкой.

Полученные в ходе экспериментального исследования результаты также свидетельствовали о том, что у дошкольников повысился уровень самоконтроля, уровень эмоционального контроля, что позволило им адекватно вести себя в конфликтных ситуациях.

Как показали результаты тестирования и регламентированного наблюдения со стороны воспитателей и родителей, у детей в группе детского сада снизилась нервозность, раздражительность, тревожность и агрессивность (что способствовало эмоциональному благополучию дошкольников), повысилась самооценка. Дети более твердо усвоили общественные нормы, правила поведения, человеческие отношения. И здесь помогла им сказка, где сказочным героям свойственны человеческие отношения.

Разбираясь в смысле сказки, дошкольник начинал понимать комичность некоторых ситуаций. Поэтому у детей появилось и получило развитие чувство комического.

Нельзя не отметить появление у старших дошкольников чувства прекрасного, которое вызывает у детей художественное произведение, а особенно сказка.

У дошкольников изменилось и внешнее проявление чувств. Они научились сдерживать свои эмоции и адекватно выражать их в принятой общественной форме: при помощи взглядов, улыбок, мимики, жестов, позы, движений, интонации голоса. Можно отметить у детей появление такого психологического феномена, как понимание «языка чувств».

Таким образом, достаточно убедительные результаты экспериментальной работы позволили сделать вывод о том, что систематическая работа над сказкой может иметь существенное значение в жизни дошкольника.

2.2 Возможности сказки в развитии детей дошкольного возраста

В ходе проведенной психолого-педагогической работы нами были выделены некоторые основные пути работы с ребенком дошкольного возраста по восприятию и переживанию сказки:

а) главное -- следует обращать внимание на подбор художественных произведений, т.к. нравственное и моральное воздействие на ребенка оказывает художественная и ценность произведения;

б) основной упор должен делаться на беседу с детьми после прочтения сказки. Целью беседы является формирование у детей гуманных и этических представлений. В ходе беседы воспитатель должен развивать способность дошкольников мысленно ставить себя на место героя сказки и вместе с ним переживать все радости и горести, тем самым развивая социальное чувство, свойственное детям дошкольного возраста -- сочувствие;

в) после беседы необходимо организовать игру-драматизацию, которая позволит ребенку сыграть роль персонажа сказки и тем самым активно действовать, вмешиваясь в ход событий.

Обзор методов психического развития ребенка в процессе восприятия и переживания сказки показал, что эти методы в большей степени направлены на развитие познавательных способностей ребенка (творческого воображения, наглядно-познавательного мышления, продуктивного восприятия, описательной речи, произвольной памятней внимания) и в меньшей степени -- на развитие нравственных качеств ребенка (нетерпимости ко злу, чуткой восприимчивости к добру и справедливости, умения понимать других, сочувствовать и сопереживать им, способность глубоко и искренне любить), формирование навыков культуры поведения.

Как было показано в предыдущем параграфе, в работе с детьми мы уделяли много внимания развитию умения усвоить нравственный смысл поступков людей, понимать логику человеческих отношений, толковать нравственные символы, заключенные в сказке. Сказки пишутся для взрослых, но рассказываются детям, поэтому воображение, мышление, чувства ребенка надо специально готовить для восприятия и понимания сказки. Развитие познавательного воображения, логического мышления, символической функции помогает ребенку отчасти понять заключенный в сказке символ, без этого восприятие сказки ребенком ограничивается кругом житейских смыслов. Развитие аффективного воображения помогает извлечь из сказки нравственный урок, но не на уровне скучных нотаций, а в той эмоциональной образной форме, которая надолго запечатлеется в душе ребенка и дорастет в тех сложных обстоятельствах нравственного выбора, когда маленькому человеку понадобится вся мудрость его чуткой души.

Значительную роль в работе над сказкой мы уделяли приему превращения детей в разные предметы, животных, других людей: просили ребенка представить себя превратившимся в другое существо, рассказать, как изменились его чувства, мысли, представления при этом. С этой целью предлагали детям пересказать известную сказку от лица ее разных героев, представляя себя на месте этих героев («обратившись в них»).

Этот прием полезно распространить за пределы сказки и попросить ребенка вообразить себя на месте мамы, папы, рассказать, как они прожили этот день.

Мы полагали, что пересказ сказки с акцентом на чувства разных ее героев способствует не только развитию симпатии, но и пониманию логики человеческих отношений. Опыт показал, что после этих занятий дети становятся более точными и объективными в оценке поступков других людей, а, значит, более терпимыми и менее эгоистичными. Реже случайная неловкость со стороны сверстника толкуется как преднамеренное желание причинить зло, что ведет к снижению агрессии.

В работе над сказкой мы развивали присущую ребенку потребность извлекать из любого художественного произведения некий нравственный смысл. На наш взгляд, толкование сказки не должно быть банальным. Оно должно будить чувство и мысль ребенка, ставить перед ним задачу на смысл. Приведем пример такой работы. Он не относится к работе над сказкой народной, но хорошо демонстрирует чуткость ребенка к нравственному смыслу произведения. Здесь этот пример не случаен. К восприятию, переживанию и пониманию нравственных символов, заключенных в народной сказке, мы должны подготовить детей. Такую подготовку сознания и чувств ребенка лучше начинать не на самой народной, а на современной авторской сказке, поскольку современная авторская сказка создается изначально для детей, а народная -- для взрослых. Приведенный ниже пример по толкованию нравственного образа любимых героев современной нравственной сказки демонстрирует ход и особенности детского мышления в этом плане. В старшей группе обсуждались герои любимых сказок. На вопрос о том, каким представляется ему главный герой любой сказки, ребенок ответил однозначно: «Он хороший».

Постепенно, ненавязчивыми вопросами, мы давали детям понять, что «хороший» можно понимать как «смелый», «добрый», «щедрый», «способный к самопожертвованию». При этом «добрый» не всегда проявляет себя как «смелый» и наоборот. Как показал Ж. Пиаже, ребенок самостоятельно не может увидеть противоречия. Противоречие должно быть презентированно ребенку взрослым. Постепенно у детей выстраивается сложный, подчас противоречивый характер героев любимых сказок: Буратино, Винни-Пуха, Карлсона. С образом Карлсона связаны наибольшие трудности. Мы спрашивали детей: «Карлсон -- хороший друг?» Ответ: «Карлсон -- хороший друг». Спрашивали еще раз: «Хороший друг?» -- и напоминали о том, что о характере героя мы судим по его поступкам, затем получаю ответ: «Карлсон -- плохой друг». «А Малыш его любил?» -- «Малыш его любил». «Как же так: Карлсон -- плохой друг, а Малыш его любил?» Этот вопрос сначала ставил детей в тупик, но они скоро находли ответ: «С ним Малышу было интересно». Мы часто проводили эту беседу с разными детьми, но лишь один раз получили иной ответ: «Малыш был одинок, он и на щенка был согласен». Этот пример заставляет детей задуматься о том, за что мы любим друзей и близких, в чем эта любовь проявляется, и это они потом обсуждают между собой.

Работа над извлечением нравственного смысла сказки представляется нам очень важной для духовного и психического развития ребенка. Незаметная, на первый взгляд, она прорастает нравственным чутьем ребенка в минуты морального выбора. В жизни маленького человека не часто встречается повод для обнаружения подлинного уважения к мудрости, но, вместе с тем, неприязни к хитрости, корысти (подчас завуалированных предприимчивостью) -- всех тех качеств, которые так ценит русская народная сказка.

При этом следует помнить, что используя сказку как готовый культурный материал, воспитатель не остается безучастным «техническим» исполнителем, а как партнер вместе с детьми удивляется, восхищается, огорчается, предвосхищает возможные коллизии — сопереживает персонажам в происходящих с ними событиях. Иначе говоря, чтение сказок выступает как одна из форм совместной партнерской деятельности воспитателя с детьми. А это налагает особую ответственность на воспитателя в плане подбора сказок и организации работы над сказкой с тем, чтобы сказка, затронув струны детской души, в наибольшей степени способствовала развитию и образованию ребенка.

Заключение На протяжении дошкольного возраста ребенок проходит длительный путь в развитии отношения к художественному произведению (сказке): от непосредственного участия в изображенных событиях до более сложных форм эстетического восприятия. Формирование этой внутренней деятельности в дошкольном возрасте, позволяющей ребенку не только понять явления, которые он непосредственно не воспринимает, но и отнестись со стороны к событиям, в которых он не принимал прямого участия, имеет решающее значение для последующего психического развития. Огромное влияние, которое при правильной организации работы над сказкой может оказать эстетическое восприятие на духовное развитие ребенка, заключается в том, что оно приводит не только к приобретению отдельных знании и умений, не только к формированию отдельных психических процессов, но и к изменению отношения ребенка к действительности, оказывает влияние на возникновение у него новых, более высоких мотивов деятельности. Таким образом, сказка для ребенка является не просто фантазией, но особой реальностью, помогающей установить для себя мир человеческих чувств, отношений, важнейшие нравственные категории, в дальнейшем -- мир жизненных смыслов. Сказка выводит ребенка за рамки обыденной жизни и помогает преодолеть расстояние между житейскими и жизненными смыслами. Этот внутренний переход возможен только тогда, когда содержание сказки прошло через сопереживания другому лицу. В процессе этого сопереживания формируется механизм эмоционального предвосхищения, который помогает не только представить, но и пережить отдаленные последствия человеческих действий, прочувствовать их смысл для разных людей. Сказка -- это рассказ об отношениях, причем эти отношения имеют четкую моральную ориентацию. Это очень важно для становления и осмысления понятий добра и зла, для упорядочения сложных чувств ребенка. Правильный подбор сказок в соответствии с возрастом ребенка, художественной ценностью произведения и его идейным содержанием, мастерство рассказывания сказки и, наконец, организация последующей деятельности ребенка -- беседа по поводу прослушанного, пересказ, разыгрывание сюжета сказки в драматизированных играх и изображение в рисунках, -- все это помогает ребенку правильно осознать прослушанное и глубже пережить содержание сказки и, следовательно, способствует развитию ребенка. Учитывая отмеченные признаки, можно сделать вывод о том, что сказка является универсальным развивающим средством, выводя ребенка за пределы непосредственно воспринимаемого, погружая его в миры с широким спектром моделей человеческого поведения и ориентируя в них, обеспечивая богатую языковую среду. Таким образом, к познавательно-нравственной функции художественной литературы (в контексте нашего исследования — сказки) можно отнести развитие и активизацию воображения, образного мышления; расширение представлений о мире; освоение таких средств восприятия мира, как временные и причинно-следственные связи событий; освоение моделей человеческого поведения в разных обстоятельствах; формирование эмоционально-ценностных установок по отношению к разным аспектам действительности в сцепке с представлениями о них. К эстетической функции относится приобщение к словесному искусству как таковому в его различных формах и развитие хорошей разговорной речи, ориентация ребенка на собственное словесное творчество через прототипы, данные в сказках, воспитание культуры чувств и переживаний. Реализация этих развивающих функций осуществляется за счет смысловой наполненности и структуры сказок, что позволяет создавать ребенку многообразные воображаемые миры, каждый из которых особым образом моделирует действительность, и через сопереживание, эмоциональное принятие ребенком позиций персонажей сказки. В соответствии с темой и ограничиваясь рамками нашего исследования мы попытались определить роль сказки в развитии навыков культуры поведения у детей старшего дошкольного возраста. Для оценки результатов экспериментальной работы использовались следующие критерии: наличие у детей представлений о добре, взаимопомощи, сострадании, терпимости, зле, зависти; перенос усвоенных знаний в новые условия, воспитанность эмоциональных реакций, проявление культуры поведения в отношении к сверстникам. Каждый критерий оценки конкретизировался в системе соответствующих показателей: полнота, четкость, конкретность представлений о добре, зле и т. д.; активность в проявлении вежливости, сочувствия и помощи, сопереживания по отношению к сверстникам и взрослым; устойчивость в проявлении навыка культуры поведения, при некотором изменении обычной жизненной ситуации. Оценка уровня воспитанности культуры поведения у детей производилась по вышеназванным критериям.

Анализ полученных результатов показал, что высокий уровень наличия представлений о добре, взаимопомощи, сострадании, терпимости, зле, зависти имеет 50% детей экспериментальной группы и 10% детей контрольной группы; переносить усвоенные знания о культуре поведения в новые условия-40% детей экспериментальной группы и 0% - контрольной группы; воспитанности эмоциональных реакций — 40% детей экспериментальной группы и 10% - контрольной группы; проявление культуры поведения по отношению к сверстникам — 30% детей экспериментальной группы и 20% - контрольной группы.

Средний уровень соответственно — 40% - детей экспериментальной группы и 60% - контрольной группы; 50% и 30%; 40% и 40%; 60% и 50%.

Низкий — соответственно — 10% и 30%; 10% и 70%; 20% и 50%; 10% и 30%.

Таким образом, изменения в экспериментальной группе убедительно показывают эффективность предложенной нами системы работы над сказкой.

В ходе проведенной психолого-педагогической работы нами были выделены некоторые основные пути работы с ребенком дошкольного возраста по восприятию и переживанию сказки:

а) главное -- следует обращать внимание на подбор художественных произведений, т.к. нравственное и моральное воздействие на ребенка оказывает художественная и ценность произведения;

б) основной упор должен делаться на беседу с детьми после прочтения сказки. Целью беседы является формирование у детей гуманных и этических представлений. В ходе беседы воспитатель должен развивать способность дошкольников мысленно ставить себя на место героя сказки и вместе с ним переживать все радости и горести, тем самым развивая социальное чувство, свойственное детям дошкольного возраста -- сочувствие;

в) после беседы необходимо организовать игру-драматизацию, которая позволит ребенку сыграть роль персонажа сказки и тем самым активно действовать, вмешиваясь в ход событий.

Таким образом, сформулированные нами задачи решены, цель исследования достигнута.

Список литературы

Ананьев Б.Г. Человек как предмет познания. — Ленинград: ЛГУ, 1968. — 340 с.

Аникин В.П. Русская народная сказка.- М.: Худож. лит., 1984. — 176 с.

Бабанский Ю.К. Оптимизация процесса обучения. — (Аспект предупреждения неуспеваемости школьников); Пособие г. Ростов-на-Дону, 1972.

Барташникова И.А., Барташников А.А. Учись играя. — Харьков: «ФОЛИО», 1997. — 408 с.

Бахтина В.А. Художественная функция фантастики в русской народной сказке. М.: Саратов, 1983. — 348 с.

Безруких М.М., Ефимова С.П. Ребенок идет в школу: Знаете ли вы своего ученика? Пособие для студентов пединститутов, учащихся педучилищ, колледжей и родителей. — М.: Издательский центр «Академия», 1996. — 240 с.

Битянова М.Р. Организация психологической работы в школе. — М.: Совершенство, 1997. — 298 с.

Божович Л.И. Психологические вопросы готовности ребенка к школьному обучению. Сб.: Вопросы детской и педагогической психологии на XVIII Международном конгрессе психологов / Под ред. А.А. Смирнова. — М.: Просвещение, 1969.

Воспитание нравственных чувств у старших дошкольников. Под А.М. Виноградовой. М.: Просвещение, 1985. — 296 с.

Выготский Л.С. Собрание сочинений: В 6-ти т. / Под ред. Т.А. Власовой. — М.: Педагогика, 1983. — 368 с.

Гальперин П.Я. Психология мышления и учение о поэтапном формировании умственных действий // Исследования мышления в советской психологии / Под ред. Е.В. Шороховой. — М., 1966.

Грюнелиус Э.М. Вальдорфский детский сад, Грюнелиус Э.М. Вальдорфский детский сад. М.: Мир книги, 1992. — 148 с.

Давыдов Ю.Б. Этика любви и метафизика своеволия. М.: Молодая гвардия, 1982. — 250 с.

Детская психология / Под ред. Я.Л. Коломинского. — Минск, 1988.

Диагностика и коррекция психического развития дошкольников / Под ред. Коломинского. — Минск, 1997. — 238 с.

Дьяченко М.И., Кандыбович Л.А. Психологические проблемы готовности к деятельности. — Минск: БГУ, 1976.

Запорожец А.В. К вопросу о генезисе, функции и структуре эмоциональных процессов у ребенка. Избранные психологические труды, т. 1. М.: Педагогика, 1986, с. 260--275.

Житникова Л.М. Учите детей запоминать. М., 1985. — 96 с.

Егорова. Т.В. Особенности мышления старших дошкольников. — М.: Просвещение, 1973. — 149 с.

Ермолаева М.В. Психология развивающей работы с дошкольниками. — М.: НПО «МОДЭК», 1998. — 176 с.

Истомина З.М. Развитие памяти. М.: Просвещение, 1979. — 278 с.

Занков Л.В. Развитие учащихся в процессе обучения. — М.: АПН РСФСР, 1963.

Кравцова Е.Е. Разбуди в ребенке волшебника. — М.: Просвещение: Учебная литература, 1996. — 160 с.

Краснова Т. В ладу со сказкой. М.: АГРО, 1998. — 180 с.

Кудрявцев В.Т. Предисловие к статье Т. Алимовой «Ребенок в мире образа». Дошкольное воспитание, 1996, № 2, с. 69.

Лихачев Д. С. Крещение Руси и государство Русь. «Новый мир», 1988, № 6, с. 249.

Практическая психология образования / Под ред. И.В. Дубровиной: Учебник для студентов высших и средних специальных учебных заведений. — М.: ТЦ «Сфера», 1997. — 572 с.

Пропп В. Морфология сказки. С.-Пб.: Наука, 1996. — 290 с.

Рыжова Н.А. Не просто сказка. — М., Линка-Пресс, 2002. — 192 с.

Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. — М.: Педагогика, 1976. — 419 с.

Соловьев В.С. Собр. соч. в 8 т., т.6, Спб., 1985.

Эмоциональное развитие дошкольников. Под ред. А.Д. Кошелевой. М.: Педагогика, 1985. — 182 с.

Фромм Э. Искусство любви.- Минск: Ун-т, 1990. — 96 с.

Трубецкой Е. «Иное царство» и его искатели в русской народной сказке // Литература в школе. — 1992. — № 4. — С. 12 18.

Чистякова М.И. Психогимнастика / Под ред. М.И. Буянова. — М.: Просвещение, 1990. — 128 с.

ЧистяковаТ.И. Психологическая служба в детском саду. — М.: Педагогическое общество России, 2000. — 224 с.

Размещено на

Если вы автор этого текста и считаете, что нарушаются ваши авторские права или не желаете чтобы текст публиковался на сайте ForPsy.ru, отправьте ссылку на статью и запрос на удаление:

Отправить запрос

Adblock
detector