Исцеление стресса трудом

56

Arbeitskur (нем.).

Лечение работой.

Когда кажется, жить

неохота,

Когда клином вдруг

сходится свет,

Человека спасает работа —

Ведь лекарства надежнее нет.

Ю.Калининский

Из несметного числа стрессов, нам, врачам, чаще всего при­ходится дело иметь с психо-эмоциональными стрессами. Каждый из нас испытал их на себе, и у каждого из нас имеется больший или меньший опыт исцеления их.

Издавна (ab antiguo) ученые, врачи, писатели, поэты и философы к достаточно эффектив­ным терапевтическим методам лечения душевных кризисов, профилак­тики морального и физического саморазрушения относят це­ленаправленную физическую и интеллектуальную работу. Так, Цицерон (106−43 до н.э.), древнеримский оратор и философ, утверждал: «Труд делает нечувствительным к огорчениям, то есть, закаляет». Исчерпывающе ясна мировоззренческая установка английского поэта и драматурга Вильяма Шекспира (1564−1616): «Труд, который нам приятен, излечивает горе».

Заметьте, когда мы успокаиваем ближних, нередко убеждаем их, что время залечит раны как душевные, так и физические. И с этим трудно спорить. Однако терапевтический эффект времени усиливается, когда в комплексную терапию включаем трудотерапию.

«Душевные раны рубцуются только временем и ещё работой. Так за дело же, покуда есть силы!» — призывает Ж. Фабр (1823−1915), известный фран­цузский ученый (Цит. по: Воронцов В., 1977, с. 93).

И в наше время, время НТР и уникальных достижений медицинской науки, трудотерапия отрицательных, разрушительных стрессов, не утратила своего значения.

И сегодня, в профилактике и терапии стресса может быть одинаково эффективной работа с «лопатой» или «компьютером». В этом убеждает нас и Ю. Каминский (1981):

Самой страшной бедой

помятый,

Будет снова он крепнуть

душой,

Как за каменной стеной,

За компьютером иль за

лопатой.

В этом отношении представляют интерес наблюдения академика И.П.Павлова: «Я неоднократно убеждался в том, что когда я, будучи сильно раздражен во время своих опытов, переключаюсь на физическую работу, я быстро успокаиваюсь» (Цит. по: Новиков В.С. с соавт., 1987, с. 7).

И тот, и другой труд имеет свои показания и противопоказания в каждом конкретном случае. Г. Селье неоднократно подчеркивает, что переключение рода деятельности не только «лучший отдых», но и лучший метод защиты от разрушительных стрессов (1979).

Не менее эффективно сочетание физического и интеллектуального труда, как и их взаимосменяемость. Не вызывает у меня сомнение и то положение, что для человека интенсивного интеллектуального труда физическая нагрузка более эффективна в курации негативных стрессов. Для человека, занимающегося тяжелым физическим трудом в стрессовой ситуации, вряд ли целесообразны еще дополнительные физические нагрузки. В то же время весьма целительным может быть только труд, осиянный мудростью.

Труд со знаком мудрости

Тот, кто работает киркой, хочет, чтобы в каждом ударе ее был смысл.

А.Сент-Экзюпери

В работе отдыхаю, в работе черпаю силы.

И.И.Греков

С давних времен было подмечено, что излечивает тоску, грусть, «душевные раны», страх, холод, болезни полезный, созидательный труд (А. Сент-Экзюпери), труд «приятный» (В. Шекспир), труд приносящий «почести и радости» (Мирза-Шафи) и, в конечном счете, такой мудрый труд приносит нам счастье и полное удовлетворение (Г. Селье и Т. Кокс).

Какая же работа вызывает у нас чувство удовольствия, удовлетворяет нас? К факторам, вызывающим удовлетворение работой, Т. Кокс отнес следующие:

1) работа, требующая большого физического напряжения, с которой можно успешно справиться;

2) заинтересованность личности в самой работе;

3) вознаграждение за её выполнение, которое соответ­ствует ожиданиям человека;

4) условия работы, позволяющие выполнять её удовлетворительно и не предъявляющие к человеку чрезмерно высо­ких требований;

5) высокое самоуважение, которое при этом испытывают;

6) сохранение основных моральных ценностей ненарушенными в результате всего перечисленного выше (1981).

В идеальном случае Г. Селье рекомендует нам найти себе «игровую профессию», как можно более приятную, но главное, полезную и созидательную (1979).

Я убежден, что одним из лучших антистрессовых средств может быть труд, к которому «лежит душа», труд — осмысленный, приносящий удовлетворение, труд твор­ческий, целенаправленный, свободный.

Эту мысль развил А. Сент-Экзюпери. Он писал: «Мы хотим свободы. Тот, кто работает киркой, хочет, чтобы в каждом ударе её был смысл. Когда киркой работает каторжник, каждый удар её только унижает каторжника; если кирка в руках изыскателя, каждый удар только возвышает изыскателя» (1983, с. 10).

Многоопытный хирург, академик Е.А. Вагнер исповедуется, что, любя свою профес­сию, испытывая к ней неподдельный интерес, как правило, пере­стаешь считаться со временем, не замечаешь тяжести работы, перестаешь делить её на «свою» и «чужую». Сознание того, что ты нужен, ты можешь, у тебя должно получиться, — прекрасный стимул к работе. Наше дело тем и отличается от многих, что делает этот стимул, само приучает трудиться много и на совесть" (1986).

Предлагаю вам ответить на вопрос: кто, и в какой мере черпает в труде физические и душевные силы из героев из­вестной притчи, чей труд осиян призванием? «Путник встре­чает трех человек, занятых одним и тем же: каждый несет тяжелый камень. И путник каждому поочередно задает один и тот же вопрос: что вы делаете? Первый отвечает: я несу камень. Второй говорит: я зарабатываю хлеб. А третий восклицает: я строю Руанский собор» (Цит. по: Сизов Н., 1981, с. 8).

Согласитесь, что труд врача должен быть более священным, чем строителя собора, ибо спасенная жизнь, восстановленное здоровье не менее прекрасны, чем Руанский собор, как для больного, его близких и врача.

Примечательно и то, что «оправдавший высокий жребий свой», часто именуется везучим. Секрет «везучих», их жизнестойкости тоже сокрыты в мудром труде. Я, как Сергей Смирнов (1978), могу сказать:

А я — из разряда везучих,

Не то что, везет мне всегда, —

Нет, сам я везу через кручи

Все грузы свои и года.

Везу. И хочу, чтобы лучше

Везлось по любой целине.

Везу. И сознанье — везучий —

Во всем импонирует мне.

Н.Е. Введенскому принадлежит классическое высказыва­ние: «Устают и изнемогают не столько от того, что много работают, а от того, что плохо работают». Им же были сфор­мулированы общие основные физиологические условия продук­тивной умственной работы.

1. В работу следует «входить» постепенно. Это обеспе­чивает последовательное включение физиологических механизмов, определяющих высокий уровень работоспособности.

2. Необходимо соблюдать определенный ритм работы, что способствует выработке навыков и замедляет развитие утомления.

3. Следует придерживаться обычной последовательности и системности в работе, что обеспечивает длительное сох­ранение рабочего динамического стереотипа.

4. Правильное чередование умственного труда с отды­хом. Чередование умственного труда с физическим предупреждает развитие утомления, повышает работоспособность.

5. Высокая работоспособность сохраняется при систематической деятельности, обеспечивающей упражнения и тренировку (Цит. по: Алексеев С.В., Усенко В.Р., 1988, с. 43).

Вместе с тем, мудрый труд, труд с выше указанными признаками, утратит мудрость при низком искусстве отдыха.

Искусство труда и отдыха

Чтобы быть более работоспособным — дай себе отдых или измени вид работы.

Я. Коменский

В бездеятельности досуга покоя нет, а есть пустое.

Рабиндранат Тагор

Несомненно, КПД труда физического и умственного может быть высоким, антистрессовым, когда не утрачивается чувство меры. Из глубины веков дошло до нас мудрое высказывание: Omne nimium nocet (Все излишне вредит).

«Беда тому, кто на себя взвалил то дело, что исполнить нету сил», — говорил боле 900 лет назад Н. Хосров (1004−1073), персидско-таджикский поэт и философ (Цит. по: Воронцов В., 1977, с. 114).

Известна французская пословица «Жечь свечу с обеих сторон», т. е. нерасчетливо расходовать силы, здоровье.

О прилежности и трудолюбии японцев ходят легенды. Не менее поучительные легенды ходят и о том, как жители страны Восходящего солнца отдыхают. Отдыхают они ещё с большей фантазией. Вечера японцы посвящают посещению театров, кино- и видеотек, спортзалов, музеев, бань, игровых автоматов, баров, ресторанов… Для них вечерний отдых с коллегами стал служебной традицией, с этого япон­цы начинают свою карьеру специалиста. Форму отдыха, чаще активного, насыщенного песнями, играми, дискуссиями, они и определяют принципом профессии и интересов (Азаров А.Я., 1988).

Вывод из информации А. Азарова ясен: разумный отдых, отдых с фантазией, активный, коллективный, и есть один из секретов прилежности, трудолюбия японцев и их фантастической производительности труда как интеллекту­ального, так и физического, и в итоге — их физической стойкости, душевной силы и долголетия.

Врач-психотерапевт А. Алексеев в работе, поименованной «Уменье отдыхать"(1987), правомочно замечает, что многие из нас с детства приучены к постоянному пре­одолению трудностей и препятствий, которые встречаются на пути к целям. Это замечательно. Однако есть грань, пе­реступать которую, значит вредить и делу, и здоровью.

Встречаясь с трудностями, чувствуя усталость, иной человек начинает подхлестывать себя, «сцепив зубы», ак­тивизирует свои возможности за счет усилий воли либо при­бегает к возбуждающим средствам — крепкого кофе, чаю, а то и к фармакологическим стимуляторам. Словом, он вся­чески старается не прекращать дело, невзирая на появив­шуюся усталость.

Автор профессионально (ex professo) предупреждает, что до определенной грани процесс борьбы с усталостью играет полезную роль активизатора потенциальных возможностей человека. Но до определенной грани. Не до переутомления — болезненного состояния.

По мнению А. Алексеева, к лучшим методам терапии усталости относится сон или хотя бы полусон, дремотное состояние. Находиться в состоянии дремотности или сна рекомендуется от 3 до 30 минут — все зависит от характера работы и степени утомления.

О механизме купирования утомления центральной нервной систе­мы, связанного с однообразием дел, выполняемых на службе, пишет А.Ф. Синяков: «Мышечная тренировка переключает вас на другой род деятельности и прекрасно снимает утомление. Вы успокаиваетесь, обретая внутреннюю удовлетворенность от сознания, что поступае­те себе на пользу, в результате не остается и следа от нервного напряжения. Такое переключение с одного рода работы на другой (т.е. активный отдых), как было показано ещё великим русским физиологом И.М. Сеченовым, способствует восстановлению работоспособности в большей мере, чем отдых пассивный» (1986, с. 6).

Труд осиянный оптимизмом

Ни в коем случае не позволяйте себе скучать — это двери к финалу.

С.Н. Ростовский

Унынья страшись и, смотри,

не лишись

Улыбки — солнца своей души.

Ю. Шестаков

Как известно, оптимизм в отличие от пессимизма — это «бодрое и жизнерадостное мироощущение, при котором чело­век во всем видит светлые стороны, верит в будущее, в успех» (Ожегов С.И., 1984, с. 391).

Веет мудростью и внутренней убежденностью призыв Ганса Селье: '"Постоянно сосредоточивайте внимание на светлых сторонах жизни и на действиях, которые могут улучшить ва­ше положение. Старайтесь забывать о безнадежно-отврати­тельном и тягостном. Произвольное отвлечение — самый лучший способ уменьшить стресс". Автор рекомендует жить по мудрой немецкой пословице. Она гласит: «Берите пример с солнечных часов — ведите счет лишь радостным дням» (1982, с. 109).

Размышления Г. Селье о высоком КПД ведения «счета лишь радост­ным дням» согласуется с опытом выдающегося спортсмена Ю. Власова. Он «выбирался из глубокой бездны» многих неду­гов волевыми усилиями, верой и оптимизмом, борьбой с пло­хим настроением. «Когда тебе плохо — всегда следует гово­рить о хорошем и никогда о том, что тебя огорчает и беспокоит», — призывает Ю. Власов. Всем нам приемлем и девиз Ю. Власова: «Всегда верить в жизнь и победу» (Бахур В.Т., 1987, с. 48).

Примечательно, что не только оптимизм положительно влияет на нашу трудоспособность, но и сам по себе труд не только физический, но и интеллектуальный, усиливает оптимизм. Так, Г. В. Спокойно и Я.Б. Промберг показали, что труд является важным способом поддержания организма в целом и нервной системы в частности в состоянии светлой радости и бодрости, что труд вселяет уверенность в свои силы, оптимизм, и как бы тренирует весь организм, способствуя полноценному обновлению его сил (1987).

Манфред Кенлехнер в популярной книге «Семь столпов здоровья», изданной в 1980 г. в Кельне, настоятельно ре­комендует наполнять каждый день заботами и надеждами, а не страхами — и тогда жизнь обретет радость, и смысл. Непреложным жизненным правилом, по его мнению, должно быть сохранение высокого темпа жизни. Увлеченный делом, человек не замыкается в себе, не живет только своими не­дугами. «Думающий о несчастьях, чаще всего становится несчастным, — заключает по этому поводу М. Коклехнер, — думающий о болезнях чаще заболевает» (Цит. по: Эвенштейн З.И., 1987, с. 109).

Конечно, все мы не лишены тех или иных недостатков, а то и недугов, мешающих нам достичь заветных, светлых целей. Примером же эффективности целеустремленного труда, отмеченного светлыми надеждами, большой волей, служит биография известного артиста И.Н.Певцова. В детст­ве он был большим заикой. Когда он заявил близким, что хочет стать актером, его назвали сумасшедшим. Тем не менее, он упорно тренировался и путем огромных усилий, фантазий и воображения приводил себя в состояние, при котором речь была нормальной (1987).

Резюмировать труд-подвиг И.Н. Певцова позволь­те словами французского педагога прошлого века Ф. Дельсарта: «Ни одно из усилий не остается бесплодным, и самое слабое из них имеет свое значение и свои последствия. Так будем двигаться вперед, не обращая внимание на противодей­ствие и равнодушие» (Цит. по: Веденеева И.В., 1986, с. 45).

Не только И.Н.Певцов, но и многие выдающиеся труженики, преодолевая неизбежные в жизни неудачи, физические и душевные недуги, трудились самоотверженно, самозабвенно, радостно, и напряженной деятельностью лечили физические и душевные недуги, были устойчивыми к «передрягам». Их список велик. Это Альберт Швейцер и Бернард Шоу, Шарль де Голь и Пабло Пикассо, Вольтер и Микельанжело, И.П. Павлов и Н. Островский, К. Кулиев и мн. др.

Общей чертой названных замечательных людей является то, что они были лишены уныния, безнадежности, неверия в дело, которому они служили.

Хорошо знающие поэта Кайсына Кулиева (профессора Т.Х. Шартанова и А.Х. Гаштов), рассказывали мне о мужественной борьбе его с грозным недугом — раком. Будучи тя­жело больным, Кайсын Кулиев много работал. Ему принадлежат, кстати, и мудрые слова о труде, освещенном любовью, надеждой и верой, адресуемые каждому из нас (1985):

Из этого мира, откуда ушли

Бетховен, Толстой и Кязим, — мы с тобой

Уйдем в свое время. Но, житель земли,

Пока ты на ней, делай дело земное!

Об этом я думаю в зимнюю ночь.

Коль следовать хочешь великих примеру, —

Долой малодушье! Уныние — прочь!

Исцеление стресса профессиональным трудом

Я люблю свою профессию, как жизнь, люблю как Родину, как ребенка. Она, и только она спасает меня от горестей, вылечивает от болезней.

Н.Ургант

Великий канадский врач Уильям Ослер так определил роль труда высокого предназначения, к которому отнесен им и наш врачебный труд: «Это небольшое слово грандиозно по своему значению. Это „сезам, отвори“ для любых ворот, философский камень, который превращает весь неблагородный металл человечества в золото… Глупого он делает умным, умного — блистательным, блистательного — упорным и уравновешенным. Юношам приносит надежду — уверенность, пожи­лым — отдых. Это не только пробный камень прогресса, но и мера успеха в повседневной жизни. Это слово — ТРУД» (Цит. по: Селье Г., 1982, с. 71).

К блистательному по глубине высказыванию У. Ослера я бы добавил, что труд делает нас не только умнее и увереннее, упорнее и уравновешеннее, но и более стойким к разного рода стрессам.

Об исцелении профессиональным трудом стрессов, свя­занных с необузданной агрессией отдельных наших шефов раз­ного ранга, любителей «накачек», «проработок», острая реп­лика известного писателя и хирурга Ю.Крелина. «Они вер­нулись с конференции в своем обычном утреннем состоянии: получили привычную накачку, с которой начинается рабочий день и которая вошла в ежедневный больничный ритуал…

В результате хирурги возвращались из аудитории в состоянии близком похмелью: голова гудит, руки дрожат, во рту сохнет, сердце бьется чрезмерно. Некоторое время они сидели в ординаторской, приводили себя в порядок и лишь потом пойдут к больным, чтобы не сорваться на них, беззащитных перед медициной. Лучше посидеть и передохнуть…

Все пошли в операционную, а он остался в отделении. В случае чего быстро призовут к станку, да и сам он все равно придет в операционную, понаблюдает за работой своих питомцев, вернее, пожалуй, своих орлов. Тогда и в норму скорее придет: истинная работа для него всегда была ус­покаивающей, точнее — возбуждающим, но примиряющим с жизнью зрелищем. Своя работа всегда ставит настоящего профессионала — если его вышибло из равновесия — на место" (1987, с. 360−362).

Я также не раз был «вышиблен» из равновесия грубой репликой, проработкой моего начальства, а то и хамством коллег и больных. Успокоение, «примирение с жизнью» находил в работе с больными, в разработке плана какой-либо предстоящей операции, в работе, «близкой сердцу моему».

Грустно и обидно, но не счесть скрытых и открытых, деликатных и грубых выпадов в наш адрес в связи с нашими более или менее значительными профессиональными или бы­товыми успехами. Речь веду о зависти разного оттенка. Согласитесь, что в зависти зла и яда всегда предостаточно как для того, кто завидует, так и для того, кому завидуют. Бальзамом от зависти и зла опять же может быть труд. Это согласуется с мнением Н. Доризо (1972).

Работа зависти мешает.

Она спасает нас от зла.

Из всех на свете пчел не жалит

Лишь меда полная пчела.

Нелепо, но на исцеляющий эффект труда негативно влияет неадекватность нашей реакции на конфликты, на наши профессиональные победы и поражения. Наши реакции не должны быть чрезмерными, «безумными». Думаю, нам адресованы слова Бориса Укачина (1988).

Быть безумной радости рабом —

Это ли достойно человека?..

Быть печали собственной рабом

Это ли достойно человека?

Если ты счастливый человек —

стань творцом!

Если ты несчастный — стань борцом.

Пожелаем же друг другу не быть рабом «безумной радости» или печали, и, будучи счастливым человеком, — «стать творцом», будучи «несчастным» — «стать борцом». Между прочим, правила умеренности следует придерживаться во всем. Еще Ян Амос Коменский (1592−1670), чешский мыслитель-гуманист, мудро наставлял в своих «Правилах жизни»: «Соблюдай правила умеренности во всем. Хочешь быть спокойным? Не рассеивайся многими вещами, не занимайся ненужными дела­ми, не поддавайся гневу. Хочешь быть мудрым? Не желай всего, что видишь, не верь всему, что слышишь; не говори всего, что знаешь; не делай всего, что умеешь, а только то, что полезно» (1997,с. 117).

Как и триста пятьдесят лет назад, указанные «правила жизни» и в наш век НТР, век стрессов и страстей, не утратили своей силы и мудрости.

Трудотерапия физической боли

Работа, которую мы делаем

охотно, исцеляет боли.

В. Шекспир

Боль выдавливаю работой.

Л.Сорокин

Общеизвестно, что боль преследует человека от рож­дения и до смерти, и что проблема исцеления боли еще далека от разрешения. Вместе с тем, сегодня мы в праве классифицировать боль на две большие группы. Первая боль может быть названа охранительной, сторожевой, сигнализи­рующей о биологической катастрофе в организме человека. Её часто называют дозорным самым лучшим, сторожевым псом здоровья (Д. Кугульдинов).

Кольнув нежданно изнутри

И затемнив благополучье,

Предупреждает боль: «Смотри!»

И, как дозорный самый лучший,

Тревогу бьет, гремит в набат.

И вот — покой убит, разъят,

Мобилизуя сил запас

И чувства стынущие будит…

Нет, если боль отнять у нас,

Добра от этого не будет!

Ведь я живу, покуда чую

И боль свою, и боль чужую.

Вторая группа боли не может быть отнесена к благодеянью, она не может быть названа сторожевым псом нашего здоровья, когда диагноз ясен (острый радикулит, инфаркт миокарда, облитерирующий атеросклероз нижних конечностей, «запущенный» рак и т. д.), а боль остается уже как жесто­чайший враг человека. О такой боли, биологической ката­строфы, ослабляющей жизненные силы и дух человека, а то и разрушающей человеческую жизнь, яркая мысль психолога Бьютендайка: «Боль — это не только проблема, но и тайна, бессмысленный элемент жизни. Это „зло“, противостоящее жизни, помеха и постоянная угроза, превращающая человека в жалкое существо, умирающего тысячу раз подряд» (Цит.по: Островский В.Ю., 1983, с. 11).

Чтобы не превращаться в «жалкое существо», конечно же, нужно знать сущность и повадки боли. Человек разумный много уже преуспел. В борьбе с этим «злом» разработаны целые программы, включающие и элементы труда. До наших времен дошло, как великий Архимед, чтобы избавиться от нестерпимой зубной боли, решал сложные математические задачи, и ему удавалось таким образом победить эту боль (Цит. по: Телешевская М.Э., 1973).

Французский математик Блез Паскаль спасался от своих невралгических болезней, отдаваясь сложнейшим ма­тематическим вычислениям. 3. Фрейд подавлял умственной интенсивной работой боли, вызванные раковой опухолью во рту; И. Кант забывал о тяжелейших подагрических болях в про­цессе творчества (Цит. по: Бахур В.Т., 1987).

Ярким примером исцеления трудом жестокой физической боли служит опыт знаменитого тяжелоатлета Юрия Власова, самого сильного человека планеты в шестидесятые годы. После ухода из большого спорта он стал погружаться в «пучину болезней» — сахарного диабета, спазма сосудов мозга, тяжелых нервных расстройств, тяжелых физических болей. Начались поиски выхода из тупика, и он нашел его.

Ю. Власов начал неустанно работать над собой, трудиться, преодолевая боль, ходить, а затем бегать… Он пишет: «Чтобы выжить, поправиться, обрести возможность делать нужное и любимое дело, надо работать — вот и вся истина» (Цит. по: Бахур В.Т., 1987, с. 48).

Свои суждения на проблему терапии профессиональным трудом физи­ческой боли, я могу подкрепить многочисленными личными примерами. Так, будучи «заслуженным радикулитиком» с «мла­дых» лет, я многократно отмечал жестокие обострения бо­ли, которые не прогнозируются и нередко проявляются в самые неподходящие моменты жизни. В 1960 году в дни очередного обострения радикулита и моего пребывания на постельном режиме, в нашу Иршинскую участковую боль­ницу госпитализировали больную М. с ранением сердца. Оказать ей помощь мог только я, единственный хирург во всей «округе». На зов дежурного о помощи я прибежал в больницу и в течение многих часов оперировал, реанимировал больную. Только при достижении более или менее стойких гемодинамических и других показателей больной, я вновь ощутил свою поясничную боль, но менее острую.

Трудом можно успешно бороться не только с болью, но и с тенью боли — с высокой температурой. В этом ключе интересен опыт народной артистки РФ Нины Ургант. С нею произошел такой случай. Ей с температурой 390С пришлось выйти на сцену. Все кружилось перед глазами, играть было очень трудно. В антракте медсестра поставила градусник и температура оказалась… нормальной (1988).

Нам, врачам, следует помнить о том, что эффект ис­целения душевной и физической боли трудом можно и нужно усилить целительным словом, не забывая и о медикаментозном лечении.

Стресогенный труд

Устают и изнемогают не столько от того, что много работают, а от того, что плохо работают.

Н.Е.Введенский

Всякий ли физический или интеллектуальный труд может предупредить или купировать психо-эмоциональный дистресс? С большой степенью уве­ренности могу утверждать, что явно негативный эффект оказывает труд нелюбимый, подневольный, из-под палки, труд раба, труд, плоды которого могут нанести вред здо­ровью и жизни людям (создание бактериологического, ток­сико-химического, атомного и др. оружия), изнурительный (без сна и отдыха), в условиях грубейшей антисанитарии (химической, микробной, физической и пр.); в атмосфере склок, дрязг, разномасштабных конфликтов, оскорблений человеческого достоинства; труд не престижный, оскорби­тельно низко оплачиваемый, труд бесцельный (переливание из пустого в порожнее), бесполезный.

Каковы же итоги такого рода «труда» с позиции здорового образа жизни, в аспекте учения о стрессах? Твердо установлено, что «труд» перечисленных характеристик хронически непроизводительный, малопроизводительный. Более того, он растлевает человека, атрофирует его духовные и физические силы, подавляет цель, рефлекс жизни, он может быть и сам тяжелым дистрессом. По мнению С.Х.Хайдарлиу, многие причины могут привести к состоянию тяжелого стресса: I) изменение профиля работы; 2) уход с работы; 3) большие изменения в графике; 4) высокая ответственность; 5) снижение ответственности; 6) неприятности с началь­ником; 7) неприятности с коллегами; 8) отсутствие рабо­ты более одного месяца (1986).

Этот перечень причин можно продолжить. Так, по мнению замечательного аргентинского поэта XIX века Хосе Эрнандеса (1972), нас «мучит» скучный «до смерти» труд, даже если он «выгодный и легкий».

Труд пусть выгодный и легкий,

коли ни чему не учит,

скоро до смерти наскучит.

Не ищите барыша,

Но поймите — что вас мучит,

а к чему лежит душа.

Знаменитый клиницист В. Ослер около века назад предупреждал своих учеников: «Когда работа и трудовая активность направлена и правильно организована, работа является не работой, а удовольствием» (Цит. по: Косарев И.И., 1980, с.68).

А если труд не правильно организован, не дисциплинирован, бесцельный, суетный, будет ли он полезен, будет ли «не работой, а удовольствием»?

Увы, еще в XV веке таджикский поэт и ученый Джами (1987) предостерегал своих сограждан от «никчемной суеты»:

Мой день прошел в тоске и маяте.

Я горевал в вечерней темноте

О том, что жизнь мгновенье за мгновеньем

Я промотал в никчемной суете.

А.Н. Радищев утверждал, что «нега, изленение и неумеренное чувство — губят и тело, и дух» (1971, с. 101).

Я не сомневаюсь, что стрессогенным эффектом обладает и безделие. В этом я не одинок и не первооткрыватель. О «губительном» влиянии безделья и лени образно сказал Н.А. Некрасов (1968) в стихотворении «Песнь о труде». Он не сомневался, что безделье ведет к умст­венной деградации человека (он делается «глупцом»), к деморализации (он становится «жалким трусом»), к физичес­кой импотенции (он превращается в «слабака» и «тряпку»).

Кто хочет сделаться глупцом,

Тому мы предлагаем:

Пускай пренебрежет трудом,

А жизнь начнет лентяем.

Хоть Геркулесом будь рожден

И умственным атлетом,

Все ж будет слаб, как тряпка, он

И жалкий трус при этом.

Невольно приходится делать вывод, что наша судьба зависит от нашего отношения к труду, что каждый — кузнец своего счастья.

Заключение

Уважаемый коллега, с общего согласия (omnium consensu) в наш космический век мы можем высказаться о механизмах антистрессового эффекта мудрого, созидательного труда.

Весьма примечательно, что механизму биологического, физиологического, психологического воздействия труда уделялось внимание с давних времен, о чем было сказано в первом разделе настоящей лекции. Повторюсь, ибо повторенье — мать ученья. Так, Цицерон утверждал, что труд закаляет и делает нас нечувствитель­ными к огорчениям; Мирза-Шафи, что труд — основа счастья, «почести и радости», а этот эмоциональный фон, конечно же, — подспорье в борьбе с профессиональными и житейскими передрягами (Г.Селье).

Профессор М.Э.Телешевская утверждает, что мудрый труд повышает жизненный тонус. «Отвлекая от тяжелых переживаний и неприятных ощущений, труд способствует возвращению потерянных интересов, появлению утраченного чувства перспективы, уверенности и спокойст­вия …

Помимо активизирующих и стимулирующих, имеется не мало отвлекающих факторов, способных переключить на но­вые ассоциации, создать новые интересы и стремления" (1973, с. 48−49).

Г. Селье, основоположник учения о стрессе, замечает, что ему как врачу приходилось видеть бесчисленное мно­жество клиентов, страдавших мучительной и неизлечимой болезнью с жесточайшими физическими и душевными муками. «Кто из них оставался как можно более деятельным, тот черпал силы в решении повседневных житейских задач. Ра­бота отвлекала их от мрачных мыслей. Ничто так не помо­гает больному, как целебный стресс отвлечения внимания», — заключает автор (1979, с. 107).

С позиции учения о доминанте, эффект отвлечения, переключения на трудовую деятельность больного и здоро­вого в состоянии стресса связан с тем, что в коре голов­ного мозга возникает новый целебный очаг возбуждения, который как бы гасит старый, вызвавший отрицательное возбуждение, что и требуется достичь в борьбе со стрессом.

Коллега, поскольку человек «за свою жизнь тратит на свою творческую деятельность всего 5−7% нервных клеток мозга» (Спокойно Г. В. с соавт., 1987, с. 354), пусть будет нашим девизом крылатая фраза известного поэта Сергея Смирнова (1981):

Человек!

Мечтай, твори, верши!

Не чурайся мысли дерзновенной

Верь, что емкость

творческой души —

Равнозначна

Емкости Вселенной!

Литература

Алексеев А. Уменье отдыхать. М., 1987.

Алексеев С.В., Усенко В.Р. Гигиена труда. М., 1988.

Бахур В.Т. Болезнь и больной. М., 1987.

Вагнер Е.В. Раздумья о врачебном долге. Пермь, 1986.

Веденеева И.В. Будь молодой и грациозной. М., 1986.

Динейко К.В. Движение, дыхание, психотерапевтическая тренировка. М., 1986.

Воронцов В. Симфония разума. М., 1977.

Кокс Т. Стресс. М., 1981.

Конечный Р., Боухал М. Психология в медицине. Прага-М., 1974.

Косарев И.И. Деятели медицины и культуры о деонтологии. Оренбург, 1980.

Островский В.Ю. Борьба с болью. М., 1983.

Орлов А.Н. Исцеление стресса трудом и физической культурой, «мышечной радостью». Красноярск, 1996.

Савенков Ю.В. За здоровый образ жизни. Барнаул, 1988.

Селье Г. Стресс без дистресса. М., 1979, 1982.

Сент-Экзюпери А. Планета людей. Л., 1983.

Спокойно Г. В., Промберг Я.Б. Азбука здоровья. Рига, 1987.

Телешевская М.Э. Учитесь властвовать собой. Л., 1973.

Хайдарлиу С.Х. Двуликий стресс. Кишинев, 1986.

Эвенштейн З.М. Здоровье и питание. М., 1987.

Если вы автор этого текста и считаете, что нарушаются ваши авторские права или не желаете чтобы текст публиковался на сайте ForPsy.ru, отправьте ссылку на статью и запрос на удаление:

Отправить запрос

Adblock
detector