Я ПРОСТО ХОЧУ, ЧТОБЫ ВЫ ВСЕ БЫЛИ СЧАСТЛИВЫ.

Болезнь и терапия

Главы:

Предисловие…3

Ничтожность Эриха Фромма и психотерапии, величие Виктора Франкла и Жизни…4

Бред «рациональности»…8

Шизоанализ в России…9

Психоанализ как он есть…9

Эмиль Чоран…14

Рецензия на книгу Ирвина Ялома «Мамочка и смысл жизни»…14

Отто Вейнингер. Отчаяние одиночества…15

Мой опыт Нуминозного…17

Загадка появления психоанализа. Кем на самом деле был Зигмунд Фрейд…18

Противодействие Системе

I. Ад мира труда…20

II. Фашизм и молодёжь…22

III. О необходимости уничтожения материального мира…23

IV. Психотерапия как униформа Сверхчеловека…24

Юлиус Эвола. Случай эксцентричного невроза и истерии…24

Глубокая загадка любви (for Настя)…29

Болезнь и терапия (неоконч.)

I. Преодоление человека…31

II. Избавление от родителей…33

Легкомыслие…35

Печаль и меланхолия…41

Разлагающийся сверхчеловек…45

Теория депрессий…45

План книги «Бездны человеческой психики»…46

For everybody and all…48

Потроша старые тетради

Записки юного ницшеанца…52

Теория пустот…59

Цикл снов Александра Маркова накануне его смерти…62

Предисловие

Может показаться странным, что книгу с таким претензионным названием пишет никому не известный молодой человек, едва достигший порога двадцатилетия (к тому же — не имеющий медицинского образования).

Не менее странным выглядит и то, что он уже создал три полноценные книги, в коих нет и следа адекватного введения в суть дела. И всё же у него есть одна оговорка касательно причин, вынудивших его к оформлению сего опуса. Наше (уже)трансиндустриальное общество продвинулось в развитии неврозов и психозов куда дальше, чем это было ещё 20 лет назад. Непроходимые тупики, сексуальные неврозы, абсолютный мрак, вселенская растерянность, тотальная неуверенность в завтрашнем дне, ощущение непрекращающихся страданий и т. д. — вот типичные настроения нашего современника. «Отдельные кадры» воплощают собой одновременно шута и безумца, этот же, «усреднённый» ходит в шкуре нигилиста-упадочника (разумеется, не сознавая этого).

4 стр., 1834 слов

Теория Чезаре Ломброзо

... ними много общего в физиологии, странном поведении, маниях, бессознательных поступках, ... , что сейчас считают психическими болезнями. Одно из известнейших и вызвавших ... (здесь есть некоторое соприкосновение с теорией Фрейда). С другой стороны можно, ... и притом подвергавшиеся в течение своей жизни самым тяжелым испытаниям, ни разу ... была изданная в 1863 г. книга итальянского психиатра и криминалиста Чезаре ...

Можно бесконечно долго и усердно обвинять цивилизацию, религию, мораль, бога, да кого угодно в этом феномене добровольного вырождения, но всё же главным его носителем будет только и только Человек. Совершенно неясным остаётся его решение железно отпасть от корней, отойти от самих основ жизни. Когда перестают мыслить и действовать виталистически, всегда есть риск стать отщепенцем мира сего. Если говорить вкратце, то человечество просто до крайности надоело себе самому, вот только не желает себе в этом признаться, во всех случаях лицемерно надевая на своё несчастное лицо «улыбку по-американски». Ну да плевать с этим человечеством. Сей труд я писал для себя и только для себя. Он является чем-то вроде «самотерапии», к которой я неосознанно прибегал и раньше, когда строчил свои предыдущие опусы. Здесь же я решил последовать логике исцеления до конца, чего бы мне это ни стоило. Возможно (я надеюсь) мой случай когда-нибудь внесут в клиническую практику в качестве примера определённого заболевания и хода его развития (об официально поставленном мне диагнозе я лучше умолчу).

А вообще эта книга не была бы написана без одного человека, которому я хочу выразить особую благодарность. Этот человек — Анастасия Юринская, моя сестра, что в процессе написания указывала мне на явные ошибки моего «клинического» мировосприятия, потому я многому обязан сей удивительной девушке. Без её поддержки сей труд нёс бы груз моих бесчисленных неврозов, появление коих восходит к моему давнему прошлому. Благодаря ей я понял, что всё, АБСОЛЮТНО ВСЁ преодолевается с помощью одной лишь любви, в которой нет ни капли эгоизма, а присутствует полная самоотдача. Читатель, пойми и ты эту истину, и излечись от всех своих страхов и сомнений, что терзают твоё бедное сердце!

Также я хочу выразить огромную признательность психиатру и писателю-эстету Максу Нордау, знакомство с трудами коего стало для меня настоящим открытием, что также знаменовало начало моей удачной самотерапии. Его гениальнейшая, неповторимая и глубокая по всем фронтам книга «Вырождение» дала мне точно такой же толчок к окончательному оформлению данной работы, как в своё время катализатором для самого Нордау явился труд его учителя Чезаре Ломброзо «Гениальность и помешательство». Оба этих титаничесие авторов разбили все мои сомнения касательно действенности психиатрического подхода не только в жизни, но и применительно к творчеству тоже. И я с новым, небывалом энтузиазмом открыл для себя безграничную область психотерапии, поле деятельности коей просто поражает воображение.

8 стр., 3599 слов

Семинар 4−5. Психология человека и труд

... экстериоризация. Освоение деятельности: знания, навыки, умения. Основные виды деятельности человека (игра, учение, труд). 22. Личность и межличностные отношения. Общее и индивидуальное в ... экстериоризация. Освоение деятельности: знания, навыки, умения. Основные виды деятельности человека (игра, учение, труд). 5. Личность и межличностные отношения. Общее и индивидуальное в ...

За последнее время психоанализ стал для меня самой удачной находкой, правильное и систематическое применение коей гарантирует выход любого человека из любого застоя и готовность к максимальной открытости, принятию и утверждению этого мира. Те многие вещи, что казались нам совершенно непреодолимыми и поэтому мучили нас, под светом грамотной психотерапии предстают в новом ключе, содержащем подсказку, решение и, в конечном итоге, избавление от них. Именно в психоанализе спрятаны все тайны человеческой психики, которые нам остаётся просто разгадать, строго следуя его методам.

Ничтожность Эриха Фромма и психотерапии, величие Виктора Франкла и Жизни

Несмотря на то, что оба они были евреями, по складу ума они отличались между собой как Земля и Юпитер. Фромм — типичный европеец, который был рождён в комфорте и в нём же и сгнил. О разлагающем пессимизме этого типа европейцев как никто другой знал Ницше и поэтому постоянно предостерегал против его деструктивного влияния. Особенно это относится к немцам (а Фромм, помимо всего прочего, был типичным немцем), которых так презирал Ницше за то, что они своим застойным поведением (которое у них возведено даже в определенную систему воспитания) тормозят развитие лучшего европейского типа, блистательный пример коего подала Испания времён конкистадоров и Рим периода подъёма. Но, как и при всяком запущенном нигилизме, Германия не осознаёт, что своим примером разлагает молодёжь, лишая её всяких шансов на лучшее и достойное существование.

19 стр., 9118 слов

Психотерапия. Экзамен

... люди берут на себя ответственность за свое существование и имеют свободу выбора. Этапы терапии. Здесь психотерапия напоминает ... Перлза, экзистенциальное консультирование Мэя (и Ялома), логотерапию Франкла, консультирование по реализму Глассера. К одним из истоков ... . В период последующих психических стрессов происходит наращивание н.Фромм: первичный н. говорит о самоуважении, а вторичный ...

Что можно точно сказать о Фромме, так это то, что своими книгами (и, видимо, сеансами психотерапии) он воспитывает зажатых овечек, крайне неспособных к самостоятельности и свободе, несмотря на то, что его так называемое «учение» преподносится под соусом свободы и полной независимости. Это — чисто еврейская «фишка», тотальный обман.

Эрих Фромм — это последний человек, к которому можно обратиться за поиском силы и возвышения. Свою задачу как психотерапевт и как человек он не выполнил: вместо того, чтобы освобождать, он загоняет во внутреннее рабство; заместо того, чтобы опьянять и бодрить, вводит в беспросветный тупик депрессии. Как и любой человек жреческого типа, он делает ставку на беспримерную эрудицию и непререкаемый авторитет.

Человек обращается за поддержкой к Фромму на свою беду. Этот нигилист особого толка, не осознающий свой нигилизм (несмотря на все «открытия» психоанализа в области сознательного мышления, преобладающего над иррациональными импульсами (что теоретически должно якобы приносить «освобождение». Этот бред будет разобран в следующей нашей главе «Бредни рационализма»)) является «выродившимся субъектом высшего порядка» (заимствованное выражение Макса Нордау), потому, человек со здоровыми инстинктами, воплощающий собой цельную личность, не будет воспринимать всерьёз этого помешанного меланхолика.

Действительно, бесконечное нытьё Фромма нисколько не впечатляет. Этим заражены чуть ли не все его книги. Счастливым исключением является разве что его первая вещь, написанная им в относительной молодости и добром здравии. Она называется «Психоанализ и религия». В ней реально можно почерпнуть много интересных мыслей, открыть для себя нечто новое.

Увы, такого размаха мысли Фромм больше не достигал. Как и полагается у всех душевнобольных, следы помешательства Фромма уже видны в его первом литературном опусе. Причём, мне, как человеку чистоплотному, отвратительна даже сама мысль цитировать этого буйно помешанного. Пускай этим занимаются те, кто, так сказать, являются «работниками морга в литературе». Я же не собираюсь пачкаться о грязные текста Фромма. Пускай меня обвиняют в необъективности, плевать я на это хотел. Я своим принципам изменять не собираюсь.

3 стр., 1449 слов

Психотерапия 2

... , Гоулд Патриция — Рисунок в психотерапии Папуш М. — Психотехника хорошего человека Паттерсон Сесил, Уоткинс Эдвард — Теории психотерапии Перчикова Елена — Психотерапия и медитация Петрушин С.В ... — Фундаментальная структура психотерапевтического метода Сосланд Александр — Харизматическая личность в психотерапии Спиваковская А. — Психотерапия: игра, детство, семья. Том 1. Часть 2 Спиваковская Алла ...

Совсем другое дело, коллега Фромма по работе — Виктор Франкл. В отличие от статичного домоседа-обывателя Эриха, вся жизнь коего представляла довольно скучную рутину (отсюда и его пессимизм), Франкл, этот удивительнейший человек, прожил по-настоящему яркую и насыщенную жизнь. Хотя бы тот факт, что он в своё время прошёл через Освенцим и Терезиенштадт и при этом не сломался, а наоборот, окреп духом, ставит эту личность в разряд уникальных. Он является замечательным воспитателем и отличным врачом. Его бесподобные текста, в отличие от фроммовских, не проникнуты серостью, пессимизмом и унынием. Как ни старайся, но в них не найдёшь и следа чего-то подобного. Напротив, они заряжают читателя своей разрывающей энергией бодрости, весёлости и оптимизма. После них не просто хочется жить, а жить достойно и по-максимуму, воспринимая всё с юмором и шагая на лёгкую ногу. Фромм же предлагал для этой цели костыли.

Глобальная разница между двумя этими людьми состоит также в том, что Фромм, как человек до крайности тяжеловесный, не имел ни юмора, ни весёлости, столь необходимых для того, чтобы быть свободным. Это видно из того, что Фромм даже не старался отделаться от авторитета психотерапии, несмотря даже на то, что не признавал за собой никаких авторитетов, будь то в лице родителей или религии. Он якобы был «сам себе авторитет». Но при внимательном прочтении Фромма выясняется, что это далеко не так.

Виктор Франкл же, напротив, при всякой удобной возможности весело отбрасывал психотерапию за борт, поскольку ясно понимал её никчёмность в целом, а также то, что только жизнь является лучшим учителем и что лишь стойкое и мужественное принятие всех её невзгод и печалей может сделать человека по-настоящему свободным (свободным даже от «счастья»).

8 стр., 3611 слов

Концепция человека Эриха Фромма в философской антропологии

... . 1.3 Проблема бессознательного в учении Фромма По убеждению Фромма, психоанализ Фрейда способствовал обогащению знаний о человеке, но в нем преувеличено значение биологического аспекта ... , самим собой и другими людьми. Лишь последний из них расценивался Фроммом как положительный, способствующий самореализации человека. 2. Проблема свободы человека 2.1 Причины и механизмы ...

Фромм же так не считал. Как и другой душевнобольной, Зигмунд Фрейд, он видел в каждом человеке невротика и неудачника. Разумеется, если использовать ту же методу психоанализа, такое восприятие есть лишь проекция собственного невротизма и несчастливости на других. Здоровый человек никогда не воспринимает так людей, тем более тех, с кем ему приходится общаться. От него может не ускользнуть какой-то тайный изъян собеседника и он далеко не будет смущён тем, что человек пребывает явно в сильной депрессии. Насколько это будет в его силах, он постарается ему помочь, как-то приободрить. И иногда, кстати, для этой цели хватает пары нужных слов. Он уж точно не станет назначать тому еженедельные сеансы психотерапии, которые он к тому же растянет на пару-тройку лет, дабы выкачать побольше денег из несчастного, пользуясь априорным авторитетом этой в край лживой психотерапии, который она имеет на Западе. От пристального взора Виктора Франкла не ускользнул этот момент и в своей потрясающей книге «Страдания от бессмысленности жизни» он высмеял этот порок почти всех ублюдков-психотерапевтов, что, между прочим, чуть не стоило ему карьеры. Это говорит лишь о том, что человеком он был добропорядочным и честным не только перед собой, но и другими тоже. И это также говорит об его безграничном доверии и всяком отсутствии страха. Так что если вы вдруг решитесь, так сказать, «пройти сеанс психотерапии», выбор «лечащего врача», думаю, будет очевидным. Я также уверен в том, что если посмотреть статистику излечившихся пациентов у Фромма и Франкла, явный её перевес будет у последнего.

Франкл, несмотря на то, что был евреем по происхождению, не вытягивал нагло деньги у своих клиентов, растягивая сеансы с ними на два года, тогда как для полного выздоровления вполне хватает и месяца.

И это действительно так. У нас есть неоспоримые свидетельства того, что среднее время сеансов психотерапии у Франкла составляло месяц-два, тогда как у Фромма — год-два. К тому же, Франкл, как человек очень отзывчивый и сопереживающий, постоянно искал самые новые и нестандартные пути решения проблем для своих клиентов. Тот факт, что он первый, кто стал активно использовать логотерапию и добился в этом колоссальных успехов, делает его автоматически гениальным врачом, который всецело следует своему призванию и не отступается от него ни на шаг.

10 стр., 4633 слов

Психоанализ 4

... осознает в себе человек и с которыми он себя идентифицирует. Психоанализ и культура Психоанализ и культура Психоанализ в значительной мере ... является проблема идеала и реальности в конкретной жизни человека. По Фромму, человек осознает себя как особое существо, отделенное от ... акт вытеснения. Если это не удается или удается лишь частично, достигается компромисс. Какие-то неосознаваемые желания все ...

Что же касается Фромма, он был в этом отношении более пассивным и менее гуманным (и это несмотря на то, что он во всех своих книгах восхвалял гуманизм как одно из высших призваний и обязанностей человека, и провозгласил себя его наилучшим представителем! Его утопические системы фрейдистско-марксистского толка, выстроенные на этих соображениях, представляют собой полный бред, так типичный для сумасшедшего).

Возможно, Фромм вовсе не был тем «хитрым евреем», озабоченным лишь деньгами и властью и плюющим на всякую порядочность и человеческую солидарность, образ кого уже стал ходячим стереотипом. Возможно и то, что Фромм действительно ставил приоритет истины и прогресса над корыстными мотивами, невежеством и мелкими материальными заботами, тем не менее, его крайняя тяжеловесность и пессимизм явились серьёзными препятствиями как на пути собственного выздоровления, так и в лечении других. Эта бессознательность и якобы безответственность у такого, казалось бы, высококвалифицированного специалиста, как Фромм, на самом деле объясняются тем, что он был самым что ни на есть душевнобольным и выродком.

Конечно, можно много говорить о якобы бесконечном превосходстве интеллекта Фромма над франкловским, НО чрезмерная умственная деятельность, как это открыл Ломброзо в своей книге «Гениальность и помешательство», является ещё одним патологическим признаком среди бесчисленных других явного психического вырождения. Что и делает Фромма «выродившимся субъектом высшего порядка», тогда как Франкл был и остаётся отличным врачом, во всех отношениях здоровым человеком и талантливейшим писателем.

Бред «рациональности»

Меня смех пробирает когда кто-то с серьёзной физиономией заводит песню «об окончательной победе разума над слепыми инстинктами», и что победа эта произошла якобы начиная с эпохи Возрождения. Эту странную веру, которую мы имеем все основания рассматривать в перспективе одного из видов современных помешательств, как никто другой в наше время продвигает психоанализ, с пеной у рта уверяя нас в том, что «свет сознания» рано или поздно должен пролиться на тьму бессознательного, и всё там как следует освятить. Что якобы предполагает окончательное излечение от невроза. Мы же в этом плане не настолько оптимистичны. Недостижимым идеалом для нас (как, думается, и для многих людей) остаётся тотальная рациональность мышления при абсолютно иррациональном поведении — та невозможность, к которой нужно стремиться всеми силами, дабы стать по-настоящему счастливым существом.

Вера же в разум — настолько древняя, что восходит аж к расцвету христианства, которое первое начало вести активную борьбу с врождённой чувственностью человека, идя вобанг головой. Это — религия для мазохистов, тех, кто ищет «утончённое» наслаждение в страданиях, и Фрейд очень верно усмотрел в этом факторе все признаки наличествующего невроза. С другой стороны, для людей с сильно повышенном либидо религия необходима в целях обуздания (как, например, в некоторых странах Востока).

Так или иначе, христианин является тем, кто прячется от своего невроза в затворках бога, который его оставил (не кажется ли это вопиющим противоречием?!).

Он пребывает в разладе с самим собой, пока перекладывает всю ответственность за свою жизнь на плечи высших сил. И только когда у него появляются юмор и критика по отношению к христианству и религии в целом, можно говорить о начале его выздоровления.

Шизоанализ в России

Испокон веков Россия славилась тем, что в ней не было место неврозу: попил водочки с соседом, занюхал огурчиком, прыгнул к бабе в койку, набил морду какому-нибудь мудаку… и всю депрессию как рукой сняло. При СССР хватало и репрессий.

Но, с тех пор как программа Ленина развалилась, Россия пришла к шизофрении западного толка: схождение с ума в комфорте, пресыщение скукой, медленное, но верное разложение… С этих пор бесчисленное количество неврозов атакует бедное российское сердце. Не поможет ничего, даже психоанализ. А как он поможет, если это — изначально еврейский проект, созданный евреями и для евреев. Его учение не вписывается в границы богатой русской души. Совершенно отрицая значение последней, шизоанализ только усугубляет безграничную тоску и бездонную печаль русского человека. Покуда он будет оставаться русским, он будет всячески отказываться от похода к бездушному роботу-голему-психотерапевту. Лучше уж он опрокинет стопку-другую Беленькой и потискает за сиську Машку. Лучше уж он будет читать сказки и светлого мага Дугина, чем психоанализ и мрачного невротика Фромма.

Русский угарает по традиции, а не по тому говну, что скапливается на дне человеческой психики. Он может спокойно чистить говно в конюшне (сие есть одно из «испытаний» Геракла), но копаться в дерьме бессознательного он ни за что не станет. Потому, русский человек — светлый, как Солнце и ясный, как его лучи (особенно с конкретной похмелюги).

Томами Фрейда он топит печь, ну, а с книгами Юнга он проделывает такое, что лучше и не говорить. Могу лишь намекнуть, что опосля они превращаются в Коричневую Книгу.

Психоанализ как он есть

На этих страницах я хочу поделиться своими впечатлениями от углубления в странную сферу под названием «шизоанализ». Как простой русский парень, я не мог не почувствовать что-то неладное в этой новой западной заразе. Собственно, представляю здесь свои соображения на этот счёт.

***

Многими клиническими наблюдениями установлено, что тот, кто совершенно не приемлет психоанализа, является самым что ни на есть больным человеком. Тем не менее, жизненный опыт говорит, что больной — тот, кто как раз им занимается.

***
Парадокс состоит в том, что при самоуглублении человек не обретает себя (как нас в этом уверяет психоанализ), а напротив — безвозвратно теряет.

***
Правда же состоит в том, что психоанализом всерьёз занимаются только больные, конченые люди. Здоровый (в плане цельности и инстинктов) человек никогда не станет обращаться к подобным вещам. Максимум — к психиатрии.

***
Механизм действия «психоанализа»: чрезмерная, усиленная фиксация лишь на негативных моментах, их одержимый поиск; бесконечные уверения в том, что душевная травма есть чуть ли не у каждого, что уже абсолютно не сыскать полностью здоровых людей; «европейский стандарт»: даже последний грузчик в Европе оказывается настолько «умён», что еженедельно посещает психотерапевта. Но это лишь если совсем вкратце, «не углубляясь».

***
По большему счёту психоанализ — всего-навсего тотальная промывка мозгов, реклама, новая религия (очень тщательно завуалированная под науку), абсолютный бред, тем более, что он косит под объективность, рационализм и полную беспристрастность; намеренное ослабление внутренних сил, чтобы человек постоянно ощущал себя беспомощным, ничтожным, нуждающемся в психоаналитике. Последний же — великий лжец, тёмная фигура жреца, пешка на службе деструктивных процессов. Об этом как никто другой знали Генон и Эвола.

***
Психоанализ — это новое, весьма тщательно замаскированное декадентское движение. Исключение составляет разве что логотерапия. И, конечно, её основатель — Виктор Франкл, выпадающий из-под влияния «глубинной психологии».

***
Благодаря знакомству с психоанализом узнаёшь как много людей всю жизнь находятся в бреду и даже не знают об этом.

***
Глобальное распространение психоанализа по миру можно рассматривать в ключе захвата всех жизненных пространств всё той же заразой христианства. Он является чётко завуалированной формой последнего, перешедшего в стадию «пост». Всё это весьма типично для еврейских фокусов.

***
Психотерапия дарит рай земной, отнимая рай небесный. Проще говоря, она состоит на службе тёмной богини Кали. Прозрения Эволы и Генона на этот счёт можно считать как нельзя актуальными. Они верно ухватили суть её нисходящего влияния.

Психоанализ — не иначе как сфера деятельности, которую решили развернуть инферны, дабы потешаться над людьми.

***
Мы забыли волхвов, друзья, мы забыли старых добрых целителей. Этим нашим легкомыслием и пользуются «подпороговые сущности», нашедшие себе пристанище в «глубинной психологии». Для решения своих душевных проблем нужно обращаться не к психоаналитику, а к тому, кто общается с богами.

***
Когда я думаю о распространении психоанализа в России, то ощущаю себя как Ницше, который предвидел опасность наступления эпохи декаданса.

С Европой уже всё кончено: психотерапия там давно в порядке вещей.

***
Тем не менее, как исследователю мне приходится насиловать свой ум «истинами психоанализа», пачкаться об его непотребные разглагольствования. Чтобы изучать его длительное время, нужно иметь в себе что-то от мазохиста.

***
Предостерегаю всех, кто собирается всерьёз углубиться в психотерапию: у вас от этого реально может съехать крыша. Если у вас к тому же неустойчивая психика, даже не думайте обращаться к подобным вещам. Вы не найдёте там ответов, а ваши вопросы умножатся стократно. В качестве жизненного руководства читайте лучше Упанишады и Бхагават-Гиту, обратитесь к вековечным памятникам Традиции. Ищите осколки божественного, а не титанического. Помните: последнее перебралось также и в психоанализ.

***
Верить в психоанализ — это всё равно что надеяться на спасение, иначе говоря — быть наивным идиотом.

***
Почему Фрейд публиковал только случаи своего удачного «исцеления» (диву даюсь насколько подлость психотерапевтов позволяет заходить так далеко, чтобы использовать это очень древнее слово в крайне специфическом значении, изначально подразумевавшее в себе совершенно иные подходы).

Очевидно, чтоб ни у кого не возникало сомнений в действенности психоаналитических приёмов.

***
Просто немыслимо, что душу со всем её богатством и многообразием свели к простой «психике» с ограниченным набором механических функций, которые де все можно понять и изучить как они работают.

***
Вспомним египетскую цивилизацию: там с психикой проводились куда более сложные операции, чем при сеансе шизоанализа. И в качестве доказательства нам оставили пирамиды, механизм коих учёные не могут понять до сих пор. Но это и логично — ими занимаются совершенно не те люди.

***
Исключительно «научный подход» всегда и во всём стал новым тотальным заблуждением, свидетельствующим лишь о неслыханной интеллектуальной деградации человечества. Воистину, «тёмный век», где видимость света только усугубляет распростёртый всюду мрак.

***
Психотерапевты (особенно фроммовского толка) видят в существующем общественном строе скрытую форму «вялотекущей шизофрении». Хорошо, пусть так. но не является ли такой взгляд (пользуясь теми же «приёмчиками» шизоанализа) только проекцией собственной шизофрении во внешний мир? Ведь от их взоров абсолютно ускользают подлинные причины падения.

***
Так ли уж нужно знать механизмы собственной «психики»? Ведь она вполне спокойно может слететь от столь пристального, наглого внимания.

***
Стряхнём же психоанализ и всё с ним связанное с наших плеч, как ещё один ненужный балласт средь других бесчисленных балластов! Так мы, по крайне мере, совсем немного скинем непосильную тяжесть «углубленной психологии» (этот тяжёлый камень на сердце) и самую малость вдохнём свободной грудью.

Жизнь, пускай даже в ней и преобладают страдания, куда интереснее неврозов! И зацикленность на последних говорит лишь о крайней измельчённости человека — опасность, которую в своё время ещё предвидел Ницше. Прислушаемся лучше к его «злому гению», чем к шарлатану Фрейду и его проклятой «школе»!

***
И всё же: есть некая неслабая доля мужественности в изучении психоанализа, готовность пойти на любой риск (даже ценой собственного безумия), страсть к опасным предметам (особенно если речь идёт о «психической опасности), железная воля и отточенная дисциплина энтузиастов-исследователей, которые являются также воинами лучшего пошиба, кои могут сильно дрожать перед всем тёмным и неоформленным, но, тем не менее, преодолевают все свои страхи, и смело наступают на врага. Враг в данном случае зарылся в глубины человеческой психики.

Герой, имеющий чувство чести, никогда не отступит перед демонами бессознательного, пускай их будет хоть целый сонм.

Как ни крути, но жизнь человека значительно усложнилась со времён Средневековья. Потому ей, видимо, и требуется психоанализ.

Реально, углубленное изучение психоанализа и занятия им можно рассматривать как одну из форм современного героизма средь многих других форм, подбирать которые нужно исходя из индивидуальности каждого, кто стремится к тому, чтобы стать воином на «руинах современного мира». Врождённая стихийность человека, не нашедшая себе адекватный выход вовне, обращается вовнутрь и там образует полчище бесчисленных демонов, воевать с коими становится личным делом каждого. Но для Воина с головы до пят это является священным долгом. Покуда существуют демоны и хоть как-то себя проявляют, ему всегда есть чем заняться. За счёт них он избавлен от того, чтобы разлагаться в праздности. Но не стоит забывать: присутствие или отсутствие неврозов нисколько не должно влиять на подъём духа, ищущего лишь высоких экзистенциальных напряжений и в них находящего своё высшее оправдание.

Эмиль Чоран

Если бы Шопенгауэр и Ницше жили в наше время, они бы непременно были психотерапевтами. Особенно Ницше, очень хороший знаток людей. Непонятно только почему им в своё время не стал Эмиль Чоран — ведь он имел все задатки именно к терапевтическому подходу, неплохо разбирался в психологии. Но он предпочёл быть поехавшим нуминозником-антинаталистом: ни жены, ни детей у него не было. Всякой ответственности он начисто избегал.

Какие оправдания он придумывал на этот счёт? Разумеется, такие, которые говорят о том, что он ещё ребёнок. Но это смешно: Чоран явно перебарщивал со своими прозрениями — ему бы молчать и заниматься конкретным делом, а он всё трещал и трещал, как попугай, по поводу и без.

Клинически Чоран был «выродившимся субъектом высшего порядка». Как человек он вызывает отвращение: нечто вроде очень слабой дамочки, которая не может справиться со своими заёбами, а потому кидается в крайности. И гордыня, гордыня, просто безмерный культ своего «Я»! Фу.

Кто берётся следовать за Чораном во всём, тот является самым что ни на есть идиотом. Это был крупнейший глупец в истории, буйно помешанный, который интеллектом и эрудицией пытался скрыть своё явное психическое расстройство.

Рецензия на книгу Ирвина Ялома «Мамочка и смысл жизни»

Судя по тому, что такие книги имеют широкий спрос, можно смело заключить о том, что очень многому числу наших современников приходится объяснять элементарные вещи, как детям малым.

Мы живём лишь потому, что так захотели наши родители. Вырвав нас из небытия и бессмысленного монотонного прозябания в нём, родители тем самым подарили нам возможность обрести смысл своего существования. Мы никогда и не узнали бы о том, что существуем, если бы не произошло наше появление на свет.

Я заметил, что всепоглощающее чувство бессмысленности наличествует у того, кто конкретно привязан к своему дочеловеческому прошлому. Такой человек не признаёт никакого развития, движения вперёд, никакого прогресса. Всем своим существом он постоянно пятится назад, дабы осуществить неосуществимое — никогда не рождаться вовсе.

В психопатологии это явление известно как «травма рождения» и она отнюдь не связана с какими-то физическими дефектами, являясь самой что ни на есть психологической проблемой. Хотя я и сам признаю, что бытие в целом находится только в зачаточном состоянии, являясь преддверием чего-то большего, тем не менее, в силу тотальной невозможности вернуться в доисторическое существование, рассматриваю подобные стремления в свете вырождения.

Тоска по небытию является совершенно ненормальным явлением. В здоровой своей форме она проявляется как тоска по любимой женщине, по родине, по детству. Но уж никак не по той «метафизической родине», как называют небытие некоторые видные экзистенциалисты.

Отто Вейнингер. Отчаяние одиночества

Я не мог не посвятить пару строк в память моём давнем кумире. Вейнингер всегда был для меня воплощением Ходячего Апокалипсиса, до которого его довело беспредельное давление одиночества и безысходный мрак отчаяния. Этот гениальный юноша, получивший докторскую степень уже в 23-ти года и прогремевший на весь мир благодаря своей скандальнейшей книге «Пол и характер», с титаническим напором стремящейся начисто вытеснить женский, «пассивный» элемент, дабы наступило всецелое господство мужского, спустя год покончил с собой в гостиничной комнате, где некогда умер Бетховен, один из его любимейших музыкантов. Выстрелив среди глубокой ночи себе в сердце, Отто немного промахнулся, и всю оставшуюся ночь мучился в безумной агонии, медленно истекая кровью. В это время он ещё и умудрился сделать кое-какие заметки, ныне утраченные безвозвратно. Что в них такого было — этого мы никогда не узнаем: автор унёс свою тайну с собой. О сильнейшем душевном смятении его последних месяцев красноречиво свидетельствует его второй, неизданный при жизни автора труд «Последние слова». Его мог создать лишь человек, пребывающий в глубоком и бесконечном отчаянии, которое не может разрешиться иначе, чем через самоубийство.

Величайшая трагедия Вейнингера связана главным образом с чувством беспросветного одиночества, тотальной заброшенности в чуждый мир. Об этом как нельзя лучше говорит он сам: «Человек — один во вселенной, в вечном, чудовищном одиночестве. Вне себя у него нет цели, нет ничего другого, ради чего он живет; высоко взлетел он над желанием быть рабом, над умением быть рабом, над обязанностью быть рабом; далеко внизу исчезло человеческое общежитие, потонула общественная этика: он один, один!»

Движимый галлюцинациями и одержимый темой двойника (невольно вспоминается Достоевский) Вейнингер как-то бросил загадочным шёпотом на прощание своему другу после вечерней прогулки что-то вроде: «А ты не боишься встретить своего двойника? Ведь это может означать только одно — непоправимую катастрофу».

Непосредственно перед своим запланированным самоубийством он официально принимает протестантство, дабы спасти свою истерзанную душу. Безграничным мраком наполнены его слова о потустороннем: «Преступник вообще не заболевает; его наследственный грех другого рода. Когда я стараюсь представить себе это символически, то мне представляется приблизительно следующее: в момент грехопадения преступник падает с неба на землю, поворачиваясь спиной к Богу, но, тем не менее, прекрасно намечает себе пункт, на котором он мог бы стоять. Другой, больной (неврастеник, сумасшедший), бросается с молящим лицом, поднятым к Богу, но относится бессознательно и невнимательно к тому, где ему предстоит лежать. Если опасность, предстоящую последнему, представить в виде растения, а первому — в виде животного, то это вполне согласуется: растение растет от центра земли прямо отвесно к небу; взор животного направлен к земле. (Растение никогда не может иметь значение в качестве безнравственного символа, как столь многие животные)».

С беспримерной энергией он ненавидел женщин, считал их за ничто и пустую химеру. Тем не менее, если предмет и правда нереален, он не в состоянии вызывать столь сильных чувств. Значит, женщина для Вейнингера всё-таки была чем-то.

Ни в чём он не находил себе спасения. Мне крайне больно говорить о нём: слёзы невольно наворачиваются на глаза, как только вспоминаю его печальнейшую судьбу в истории несчастных судеб человечества, где Вейнингер, должно быть, фигурирует где-то в первых списках.

Хотя я понимаю в чём было дело. ОТТО, МНЕ ОЧЕНЬ ЖАЛЬ И БЕСКОНЕЧНО ГРУСТНО ОТ ТОГО, ЧТО ТЫ ТАК И НЕ ВСТРЕТИЛ СВОЮ ВОЗЛЮБЛЕННУЮ, УТРАТИВ ВЕРУ ВО ВСЯКИЙ ШАНС НА ЭТО ВАЖНЕЙШЕЕ СОБЫТИЕ В ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА. Произойди эта встреча, это хотя бы частично сняло твою неугомонную вечную тоску и жестокую, грызущую сердце меланхолию, убивающую в нём всякую любовь.

МНЕ ЖАЛЬ, ЖАЛЬ, ЖАЛЬ, ЧТО ВЫШЛО ИМЕННО ТАК!!! Я не могу думать об этом без содрогания. Мне невероятно грустно от того, что тебя постигла такая участь. Покойся с миром, мой духовный собрат и учитель.

Мой опыт Нуминозного

Моё соприкосновение со сферой Сакрального происходит непрестанно. Если бы это был только единственный случай, во мне не имелось бы чисто батаевского беспокойства, тотальной невозможности найти себе место. Нет смысла перечислять средства, кои позволили мне раз и навсегда вырваться в область Священного. Подлинный искатель всегда найдёт их.

Если бы девки знали (хотя бы приблизительно) о том, насколько часто происходит моё слияние с Нуминозным, они бы без раздумий мне отдавались. Из-за этого перманентного пребывания в сфере Священного я ощущаю себя священником. Тем не менее, НИКАКИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА НЕ МОГУТ ИЗМЕНИТЬ ЭТОТ МОЙ ПРИОБРЕТЁННЫЙ СТАТУС. Поэтому мне нет надобности запираться в храм, дабы поддерживать в себе эту Сакральность. Напротив, меня неудержимо тянет совершенно в противоположную сторону — в распыление и беспорядочные половые связи. Ибо я знаю, что сие также есть Священное.

Длительное половое воздержание, как и отказ от какой бы то ни было формы передачи нуминозного (хотя слова наименее всего подходят для этой цели), просто взорвёт мою психику изнутри. И тогда я окунусь в чистейшее Безумие, буду находиться в самом что ни на есть центре Сакрального безо всякой возможности как-либо его передать, кроме как своим живым примером.

Девушки необходимы мне как воздух: как Батай, «я проникаю в них глубже — глубже, чем они думают», даже если непосредственная физическая близость с ними напрочь отсутствует. Поэтому я перестал делить события на психические и физические. ВСЁ СТАЛО ОДНОЙ ТОЛЬКО ПСИХИКОЙ, коя проявляет себя также через физические явления. Возможно, это психика Бога, я не знаю. По этой же причине я не могу сказать точно сколько у меня было девушеК. Да и надо ли? Процесс совокупления с ними происходит прямо СЕЙЧАС, в данную минуту, когда случайная читательница натыкается на эти строки. Предвижу, что это несколько поразило её, но не смутило — женщин любят секс всегда и во всём, особенно если он появляется неожиданно. Я вижу её улыбку и, возможно, лёгкий смешок при мысли о том, что возможно совокупление с автором при чтении его строк. Отвечаю: да, это более чем возможно. Поскольку Эрос пронзает всё, что находится в его влиянии.

У меня есть глава, которую я написал ещё два года назад. Она называется «Метафизика любви». В ней говорится о том, что мы являемся исключительно сексуальными существами и должны следовать этому нашему особому призванию. Иначе нас настигнут неврозы, депрессии и психозы. Отказываясь от секса вообще, мы отказываемся от бытия как праздника, впадаем в мрачный шопенгауэровский кошмар. Парадокс состоит в том, что владения мрака также принадлежат Эросу, являясь (как и смерть, всё деструктивное) всего-навсего его оборотной стороной. Не зря про таких людей говорят, что они — «оборотни», что в них «нет ничего человеческого». Под «человеческим» здесь всегда подразумевается готовность служить сексуальному, начисто отказавшись от своей гордыни. Ибо только сие сделает вас по-настоящему счастливыми.

Так что, дорогие мои, занимайтесь сексом всегда и везде. И отучитесь от привычки видеть его только в половом акте, ибо на деле он — повсюду.

Загадка появления психоанализа. Кем на самом деле был Зигмунд Фрейд

Всё, что я могу сказать об основателе психоанализа, этой колоссально титанической фигуре, так это то, что он Бог, Бог Нового Времени. До его прихода были Кришна, Будда, Иисус, и их появление целиком соответствовало данному циклу: Кришна, нёсший в себе энергию радости и танца, принадлежал Золотому Веку.
Будда — первый, кто стал уделять такое внимание страданиям, пришёл в Век Серебряный. Христос, культивировавший страдания до такой степени, что потребовалось обязательное спасение, жил в Бронзовом Веке. И, наконец, Фрейд, воздвигнувший самого человека в ходячую патологию, мог появиться только в Веке Железном.

В то время как Кришна есть максимально воплощённый Бог, Фрейд — предельное воплощение Титана. Будда и Христос — лишь переходные формы, далеко не окончательные. Вечную битву богов и титанов, представленную в столь многочисленных мифах, в ключе нынешнего времени можно рассматривать как противостояние Кришны и Фрейда: Слепящий Свет против Кромешной Тьмы. Кто из них является победителем, можно судить из того, что Мрак бесконечно покрывает собой Абсолют: истины психоанализа громят подчистую невежество индуизма.

…Кто ЭТО понял, тот является убеждённым фрейдистом — по правде говоря, Фрейда он никогда и не воспринимал как человека. Чем был Иисус для христиан, тем же (даже больше) является для него отец психоанализа. Прогресс же состоит в том, чтобы отбросить бывшие в ходу иллюзии, и перейти к объективным показаниям психотерапевтической картотеки.

…Даже не передать весь спектр чувств, кои я питаю к Фрейду. Можно это упорно отрицать, но, не приди в своё время такая фигура, как Зигмунд Фрейд, демоны подсознания, которые тогда уже вовсю прорывались наружу, искалечили бы нас бесповоротно и до неузнаваемости (поскольку мы бы не знали механизмы защиты, открытые нам добрым гением Фрейда).

Я, может быть, первый, кто понял всё глубокое значение такой персоны, как Фрейд. Другие просто возвели его в очередного кумира, для меня же он всегда был нечто бо’льшим. Возможно, следующая картина лучше прояснит моё видение о Нём: демоны бессознательного, видя, что должного сопротивления оказать им никто не сможет, решительно рвутся наружу. Остаются какие-то считанные шаги, прежде чем человечество погрузится в окончательный хаос и безумие. Но тут путь им преграждает ангелоподобный Зигмунд, и говорит: «Ребята, давайте-ка обратный ход». И, самое интересное — они отступают. Но поскольку их выступление на поверхность уже само по себе не может окончиться без последствий для человечества, тьма людей поражаются неврозами, психозами и промежуточными формами психических отклонений. Фрейд и его школа начинают лечить «раненых на поле боя». При этом, те, у кого имеется только невроз — ещё легко отделались.

Такая вот тайна появления психоанализа, друзья. Сам же Зигмунд Фрейд был тем, кого индусы называют «Бодхисаттвой», Великим Освободителем человечества.

Противодействие Системе

I. Ад мира труда

С некоторых пор я совершенно не могу работать, поскольку разложился как физически, морально, так и психически. Я пошёл по логике «рабочей шизофрении» до конца. И теперь представляю собой печальнейшее зрелище на свете — инвалид второй группы, сидящий на одном пособии. Это звучит примерно как «ветеран войны на рабочем фронте». Не то чтобы я виню в этом одну только работу: были и наследственные предрасположенности, и много такого говна в жизни, от которого недалеко дойти и до петли.

Теперь вернёмся к работе: разве она в своём нынешнем виде не служит той цели, чтобы уничтожить нашу свободную личность, атаковать нашу цельность со всех сторон? Её чётко отточенный механизм подвергает их беспощадной и необратимой деструкции, которая не смягчается ни выходными, ни отпуском, ни даже «плавающим графиком» (я бы сказал «плавающим по шизофрении графиком»).

Покуда существует какой-то строгий график работы, пусть хоть ежедневная «норма» заметно снижена, пускай хоть сама работа не предполагает значительных трат сил (лишь бы было отработано строго определённое количество часов) — всё равно, это нисколько не отменит той тотальной фрагментации человека, коя происходит с любым, кто участвует в рабочем безумии! Незря ещё Ницше в своё время сделал такое наблюдение: [цитата про измельчённого современника]. А вот один небезынтересный термин, взятый из «Энциклопедии психоанализа»: «патология нормальности» — … И вся эта фрагментация и шизофрения будут продолжаться до тех пор, пока мы либо окончательно не спятим, либо не умрём. Вот она, лелеемая многими слепцами «Система».

А некоторые ещё и смеют утверждать такие вещи, что она нисколько не тоталитарна. Истинное же положение дел таково, что не было ещё в истории таких условий, которые ставили бы человека в такое тотальное рабство, какое мы повсеместно наблюдаем повсюду. Нет смысла расписывать подробности — хороших книг об этом уже написано предостаточно (взять хотя бы всё творчество гениальнейшего Бодрийяра).

Разумеется, при самом худшем виде пожизненной кабалы приходится считать себя самым свободным! Если бы не соблюдалось это необходимое условие, если бы свобода не навязывалась, система треснула бы по швам, и мы бы наконец смогли хотя бы попытаться выстроить новый, более достойный тип общественных отношений. Конечно, здесь уже попахивает утопиями, но мы и не утверждаем что это возможно, когда говорим лишь о ПОПЫТКЕ. Скорее, случись массовый переворот, в силу неизменной человеческой природы произошло бы нечто обратное, то есть одних «волков во власти» сменили другие «волки», а овечки всё также продолжили бы про себя надеяться на «лучшие времена», смиренно неся свою тяжёлую ношу. Последнее положение особенно невыносимо для того, кто рождён быть сувереном.

Просто если бы социалистическая возня, при которой каждый чувствовал бы себя более комфортно, чем при иных условиях, была возможна, это бы уже давно произошло. Но поскольку в человеке всё ещё живёт дикарь, ему необходимо сносить эту проклятую власть, даже если это приведёт к ещё более худшим для него последствиям (как было с Россией в 1917-ом).

Нестерпимо тупо смиряться для того, в ком ещё теплится гордость и наличествует чувство чести. А оно неизбежно говорит ему: «лучше умри молодым, но свободным, чем паши на какого-то дядю, делая то, чего тебе совершенно не хочется».

Заранее предугадываю какой главный аргумент будет выдвинут в защиту нынешних условий труда: мол де тогда мы растеряем все блага цивилизации, которые копились тысячелетиями. И знаете что? Да срать я хотел на эти «блага»: есть они, да есть; нет — так это особо и не печалит. Ведь нас приручили к ним, как механических зверушек (не зря проницательный Чарльз Мэнсон назвал так своих современников), поэтому мы рассматриваем их окончательную утрату в свете собственной смерти.

Тут как следует поработали над нашими рефлексами! Нас сделали помешанными, которые всерьёз считают, что и дня не смогут прожить без сранного интернета, вонючего смартфона и вредной для здоровья микроволновки. Я уже не питаю никаких надежд на то, что сознание теперешнего обывателя сможет однажды подняться на более высокий уровень, и устроить мировую революцию. Ещё год назад я истово верил в эту возможность, потому и написал «Тотальный контроль» — труд, содержащий всю необходимую программу по тому как разнести в пух и прах этот «дивный новый мир», и на его руинах воздвигнуть нечто более величественное, к чему всеми силами стремился Третий Рейх, но потерпел крах в битве с «демиургической» реальностью. Поэтому в окончательных выводах «Тотального контроля» приводятся соображения, что Четвёртый Рейх станет последним и будет иметь решающее значение.

Понятно, что со времён Второй Мировой мировая власть стала ещё более тоталитарной, что значительно уменьшает шансы на появление Четвёртого Рейха. Тем не менее, как истинный приверженец фашизма я истово верю в то, что он однажды возникнет, и раз и навсегда покончит с еврейским правительством.

II. Фашизм и молодёжь

Я должен расписать то, как я понимаю подлинный фашизм: я связываю его напрямую с фашизмом биологическим — есть определённая арийская раса, которая по чистоте крови и своему высокому благородству самими богами назначена на первые места господства. Остальные (негры, евреи, красножопые и прочая чандала) обязаны ей служить, дабы мироздание удерживалось в гармонии и строгом порядке. То, как выявить арийца (правда, немного «покалеченного») в современном мире, подробно описано в моём «Тотальном контроле». Вкратце же его основная стратегия заключена в двух основополагающих моментах. Первый связан с тотальным неприятием усреднённого, измельчённого, стандартизированного современного обывателя. Что с ним делать — всё это также описано в моём вышеупомянутом опусе.

Второй момент имеет прямое отношение к витализму, согласно которому далеко не все достойны жизни. Деформированным, уродам, искалеченным, людям с врождёнными физическими изъянами, психически больным и разного рода выродкам не место в нашем обществе. Оно гниёт изнутри, если позволяет, чтобы подобные разлагающие элементы просачивались в его нутро. Это наблюдение далеко не новое и отмечено многими выдающимися умами, среди коих особо хотелось бы выделить Ницше, чья философия представляет собой важный фундамент для конструирования Сверхчеловека — того, кто создаст Сверхцивилизацию для благородных и возвышенных натур, чьё появление на свет будет обуславливаться определённой магической операцией с третьим глазом (об этом подробнее — у Мигеля Серрано).

Грязный же и низкий человек будет всё так же рождаться, как выразился Святой Августин, «между испражнениями и мочой».

Ах, если бы только наша беззаботная в большинстве своём молодёжь последовала зову Ницше, переняв на себя его методы воспитания, мы бы не наблюдали всеобщую картину размножившейся хипстоты и никчёмных, пустых обывателей, которые наотрез отказались что-либо менять в этом давно прогнившем мире и всецело посвятили себя поиску «личного счастья».

Для меня «молодёжь» — это всегда звучит гордо. Когда я слышу это слово, весь дух мой трепещет и я прихожу в священный восторг, не сравнимый ни с какими другими. Я сразу представляю себе фашиста, гения и воина в одном лице. Но где теперь встретишь таких уникуумов? Где найдутся те, кто перенимет на себя жёстко отточенную дисциплину Железной Гвардии; кто поклянётся служить ей вечность, даже если внешне она уж почти как век распалась? Эти вопросы — из тех, что невольно приводят к принятию такого положения, что ВСЁ КАК ВСЕГДА НУЖНО ДЕЛАТЬ В ОДИНОЧКУ.

III. О необходимости уничтожения материального мира

Предельное осознание этого печальнейшего факта погрузило меня в самое безнадёжное отчаяние. Единственный Выход мне стал видеться в том, основательно и без остатка разрушить этот проклятый материальный мир с тем, чтобы на его месте снова возобладали играющие небесные сфиры, переплетённые в тесной гармонии, ралости и танце. Что эта возможность вполне реальна, я узнал благодаря книгам Мигеля Серрано и знакомству с Каббалой Клипот.

Да, в жизни есть много прекрасных вещей, ради которых этот мир должен длить своё существование. Но их так мало в сравнении со столь всепоглощающим злом, что лучше уж, отказавшись от лучшего, пресечь наихудшее. ЭТО Я ПОНЯЛ.

IV. Психотерапия как униформа Сверхчеловека

Из арсенала противодействия Системе я особо выделяю психотерапию. Делая закос под беспрекословное служение Системе, на самом деле она противостоит ей с особой, беспримерной силой, медленно, но верно разрушая и аннулируя Большого Брата.

Этот её важный аспект не сразу бросается в глаза: иногда думаешь, что психотерапия всецело находится под еврейским контролем, поскольку представляет в основном бизнес в чистом виде. Но при более внимательном взгляде выясняется, что это не только бизнес, а в некоторых случаях — не бизнес вообще.

Психотерапия имеет прямую связь с тотальной реконструкцией человека, его глобальной перестройкой. Излечивая неврозы, комплексы и иные психоневротические изъяны, она тем самым воспитывает свободных и волевых натур (в идеале), что отныне устанавливают свой собственный закон и не собираются следовать навязанным извне представлениям.

Вся эта трансформация происходит лишь в случае железного следования предельной логике терапии, продвижению до самого конца, через все бездны страха и ужаса, ожидающие того, кто решает во что бы то ни стало выйти из матрицы. Из болезненного, опасливого невротика пациент постепенно превращается в бесстрашного воина.

Юлиус Эвола. Случай эксцентричного невроза и истерии

Я давно хотел написать о бароне Эволе. Прочитав почти все его книги, какое-то время я являлся его большим почитателем. Заряжённые колоссально воинственным духом, его творения приводили меня в неописуемый восторг. Действительно, Юлиус Эвола является уникальным и неповторимым автором, а его биография просто поражает.
Я никогда не встречал столь сильного наблюдателя, к тому же обладающего столь великолепным стилем и просто титанической эрудицией. Спектр тем, затронутых Эволой, просто поражает воображение: от метафизики Древнего Рима до политики нынешних дней, от Мистерий Грааля и специфики бытия трубадуров до разоблачения теософизма, психоанализа, коммунизма и демократии. Он мог свободно вдаваться в углубленную алхимию и в то же время беспримерно разбирать проблему межполовых отношений. Он является автором «Метафизики пола» — самого глубокого исследования по вопросам абсолютного взаимоотношения между мужчиной и женщиной.

Его слушал сам Муссолини. Он читал доклады на тему Гипербореи в тайном штабе СС. Любитель битв, он написал «Метафизику войны», и во время Второй Мировой вышел гулять с распущенными волосами по улицам Вены, которую в это время бомбили — в результате чего получил паралич ног. Тем не менее, это нисколько не сломило его, а напротив, только укрепило в уверенности занятых позиций. Он всегда считал Эрнста Юнгера, ещё одного бесстрашного воина-энтузиаста, своим духовным собратом.

От получения диплома барон наотрез отказался, ибо был мастером, которому для этого не нужны никакие внешние подтверждения. Больше чем кто-либо другой он знал об инициации, возможностях её обретения и её дальнейшего усиления. Ни одного дня в своей жизни Эвола не работал официально, предпочитая рутинному труду простор для свободного бизнеса.

Можно бесконечно долго перечислять все его преимущества, тем не менее, автор данной статьи не ставил себе целью возвеличить и увековечить необычного барона. Я решил разобрать эту фигуру, как человека, и показать, что в психологическом плане он всю жизнь оставался ребёнком, страдающим неврозами и истерией.

Тот образ «последнего кшатрия», что Эвола создал в своих книгах, является компенсацией за тот провал, что имелся у него в действительности. Нормальный, здоровый человек никогда не станет возводить себя в культ. Как действует этот защитный механизм мы можем узнать благодаря работам Зигмунда Фрейда, которого Эвола, как и любой невротик и истерик, подвергал беспощадной критике.

Прежде всего, он защищался от «современного мира». Что подразумевалось под этим словосочетанием нам так и не удалось выяснить точно. В этом смысле невротики и истерики патологически не могут ясно и наглядно изобразить тот предмет, что вызывает у них столь сильное беспокойство, мышление их, как и во всех прочих случаях, является туманным. Сам же, так сказать, «предмет для нападок», избираемый в соответствии с индивидуальностью невротика, говорит лишь об активно работающем механизме вытеснения.

Зигмундом Фрейдом было установлено, что такое случается тогда, когда человек начисто отказывается работать с собственными внутрипсихическими процессами, и поэтому переносит их во внешний мир, где отныне они живут самостоятельной жизнью, и могут представлять собой неслабую «угрозу». В этом плане у параноиков такая «угроза» доходит до предельно мыслимой концентрации.

Что мог противопоставить Эвола этой «внешней угрозе», так это «древний мир» (особенно, романский мир).

Бесконечно упиваясь и восхищаясь великим прошлым, он невольно ненавидел настоящее и всё с ним связанное. Заметим мимоходом, что это — типичная черта избалованного ребёнка. Но это и неудивительно, если учесть, что барон родился в аристократической семье, и был всегда любимцем номер один. В «Восстании масс» Ортега-и-Гассет уже показал к какому вырождению рано или поздно приходят аристократы, которым с рождения всё достаётся с лёгкой руки.

Являясь непомерными инфантилами, весь мир должен вращаться вокруг их собственного «Я». Карл Юнг обозначил это явление как «ядерная самость», но нам оно представляется неверным, поскольку несколько сглаживает общую картину патологии, содержащуюся в проявлениях подобного рода.

Следующий уже явно истерический момент — особое восприятие Эволой женщин. Для него они всю жизнь воплощали собой демонизм в чистом виде. Женщина, в целом, была непонятным и загадочным существом для барона (такой же она представляется и ребёнку, покуда тот находится в фазе аутоэротизма) — видимо, это и подтолкнуло его к написанию «Метафизики пола». На манер старой буржуазной морали, он смотрел на женщину сверху вниз, как шовинист. Поэтому ему особо импонировали идеи «великого жёноненавистника», Отто Вейнингера. Та ненормальная страстность, с которой он подхватывал подобные теории, говорит лишь о том, что Эвола остановился в развитии, причём, мы вынуждены предположить самый печальный из возможных вариантов этого, а именно, что он всю свою жизнь оставался помешанным аутоэротоманом, поскольку так и не смог осознать свои защитные механизмы вытеснения, упорно веря в то, что они составляют основу «тайного, утраченного знания».

Одна из главных особенностей невротика состоит в том, что он отсекает всё из реальной жизни, если это идёт вразрез с его фантазиями. Сами же по себе фантазии имеют природу чего-то бесконечного. Как только одна наша фантазия (которую мы всегда считаем за единственную — во всяком случае, за явно преобладающую над остальными, так что последние, в сравнении с ней, делаются как бы малозначимыми) исполняется в реальности, за ней тут же, почти незамедлительно следует другая. В свою очередь, если реализуется эта вторая фантазия, за ней тут же идёт третья, и так до бесконечности. Основа же всех наших фантазий (и тут психоанализ абсолютно прав) — сексуальная. Невроз растёт по мере того, как происходит упорное отрицание этой сексуальной природы фантазий. Например, в силу привычки к старой буржуазной морали некоторые люди всё ещё относят свои фантазии (имеющие явный или скрытый характер сексуального) к области «более возвышенной», чем либидо, откуда они, по сути, исходят.

Конечно, куда удобнее быть невротиком (а ещё лучше — психотиком), и увиливать от нерешённых проблем, выстраивая против них защитные крепости своей психики. Тому же, кто ясно видит и понимает как действуют эти оборонительные механизмы, приходится куда более тяжко. Но если собираешься докопаться до истины, необходимо утратить всю «радость магического мышления». Кто кидается в метафизику за поиском последней правды, тот соглашается и пестовать несусветный бред, тогда как минимальное обращение к науке зажгло бы в нём безграничный свет знания. Подумать только — сколько людей всё ещё поражено этим «магическим мышлением»! Какие предрассудки всё ещё бродят в нашем казалось бы просвещённом веке! Я говорю не про веру в бога, а про свободную ассоциацию идей, поиск «символического смысла», веру в астрологию и тому подобное. Несмотря на весь прогресс, каким же дикарём продолжает являться современный человек! О, наука! Смирись с тем, что воистину велико глубокое невежество человека.

Покуда бредят «сверхъестественным», потребности в психоаналитике не возникает. Конфликт начинается тогда, когда происходит неизбежный отрыв от сферы магического мышления, но при этом нет возможности перейти полностью в мышление рациональное. Что мы и замечаем у Эволы.

Я заметил, что Ницше цитируют либо по случаю обретения собственного сумасшествия, либо когда им специально занимаются скучные, сухие «философы», коих туринский гений презирал более всего на свете. Ницше, этот буйнопомешанный с манией величия, был одним из любимцем Эволы. Поэтому не стоит удивляться тому как один помешанный обильно цитирует другого, такого же помешанного, подвергая его для отвода глаз лишь самой поверхностной критике.

Ненормальна чрезмерная сосредоточенность человека на себе самом, как будто совсем не существует других людей вокруг него. Такое явление возможно лишь при сильно повышенном либидо, кое фиксируется в результате очень возможной травмы на одном моменте развития. Что мы и заметили у Эволы, эксцентричный невроз коего довёл до того, что он стал озабочен поиском «тотального освобождения».

Да, раньше занимались освобождением души. Теперь же перестали себе врать в том, что единственное, от чего нужно освобождаться — это неврозы. Активное использование динамичной психологии подразумевает и переход к более динамичному способу мышления. Тогда практически не остаётся таких ситуаций, которые могли бы застать врасплох. А сколько людей мыслят медленно и не видят в этом проблемы! В сущности, все неврозы можно свести к одной единственной проблеме — наличию надежды. Пока она гложит невротиков и истериков (в случае параноиков всё здесь несколько усложняется), сознательно или бессознательно, они не могут начать нормальную жизнь. На примере Эволы это была неосознанная надежда на Золотой Век, на Великое Возрождение, на конец этой проклятой «Кали-Юги». Но необходимо знать, что «тёмный век» всегда сидит в самом человеке, а не является объективным положением во внешнем мире. Конечно, имеется тьма нерешённых проблем в современном мире, но это отнюдь не значит, что проблема лежит сугубо в «современности», как таковой (как полагал Эвола).

Мы оценили беспримерную одарённость барона Эволы, его живой, подвижный (хоть и местами несколько застойный) ум, и были бы рады причислить его к разряду золотых гениев, ведущих творцов человечества. Но, как бы нам этого не хотелось, в целях одной только правды мы должны сказать обратное, и занести его в печальный список «выродившихся субъектов высшего порядка» — тот самый список, что ответственен за декадентское движение в литературе. Видя повсюду один лишь спуск и помрачение, Юлиус Эвола сам поставил себе крест — двигаться только в нисходящем направлении.

Глубокая загадка любви (for Настя)

Любовь, как галоперидол. Под ней тоже не можешь спокойно усидеть на месте.

Вопреки всеобщему заблуждению, любовь не есть отрицание своей индивидуальности. Напротив, она — её наивысшее проявление. Между прочим, в герметике правильная любовь считалась наиболее сложной и важнейшей операцией. Она была тем, что алхимики называли «Воссоединением Андрогина».

Любовь — не «нож, которым копаются в себе». Тут Кафка явно перегнул палку и в одном предложении выразил мазохиста, который страдает от любви, а не наслаждается ею.

Возлюбленная всегда — холодная, как льды Антарктики.

По поводу любви: в жизни она должна быть более крутой и насыщенной, чем в каком бы то ни было романе. В этом её сила и величие.

Полностью человек излечивается только тогда, когда любовь

перестаёт быть для него иллюзией и становится самой настоящей, вечной реальностью. Такой любящий знает, что его любовь предшествовала ему самому и что после его смерти она никуда от него не денется. Поэтому он абсолютно спокоен, бодр и весел, воспринимает этот мир на лёгкую ногу и накоротке. Жизнь для него не является авторитетом, как и его Возлюбленная. С ними обоими он общается на равных. В материи он ищет свою Единственную, с которой был разлучён задолго до своего рождения. Эта величайшая по глубине трагедия, более всего охватывающая всё существо человека, наиболее полно представлена в книге Мигеля Серрано «ОН/ОНА. Книга магической любви». В доказательство того, что всё происходит именно так, как описал Серрано (неизбежный раскол изначального Космического Яйца, состоящего из ОН/ОНА, и отправление в путешествие одного из них, за которым по пятам следует второй, готовый пойти куда угодно, лишь бы найти свою Возлюбленную/Возлюбленного) мы приведём некоторые соображения.

Во-первых, настоящие любовники всегда рождаются неподалёку друг от друга. Это очень многое проясняет, например, то, что, согласно тому же Серрано, ОН или ОНА, привлечённые тёмными играющими цветами мироздания (это — цветы страсти, согласно Египетской Книге Мёртвых Бардо Тодол, соответственно, фиолетовый и тёмно-красный), попадают в материю, и находят себя как людей. И, если первым, кто очаровывается, является ОН, ОН рождается первым, и следом за ним рождается ОНА.

Бывает такое, что, наконец встретившись, любовников поражает тот факт, что ОНИ случайно узнают, что родились не только в одном городе, но и в одном роддоме. Гораздо реже происходит так, что ОБА рождаются одновременно, и младенцы лежат совсем рядом друг с другом в больнице. Хотя встретиться в следующий раз ОНИ могут только через 30 лет.

Но эта встреча, так или иначе, будет Неизбежной. Ибо мы с самого детства чётко знаем образ нашей Возлюбленной. Нам остаётся лишь отыскать ЕЁ во времени. Почему именно Возлюбленная является тем, кого ищут, объясняется тем, что первым, как правило, выходит из Космического Яйца ОН (парень, в основном, всегда старше своей девушки).

ОНА идёт следом за ним, но делается холодной из-за того, что первым её покинул ОН, тем самым разрушив их изначальную идиллию, «Рай». Поэтому когда их встреча в жизни всё же происходит, силой своей безграничной любви ОН должен растопить её заледеневшее сердце.

НО, даже тогда, когда ОНИ будут Вместе, ОНИ всё же будут навеки Разделены (об этом опять же как никто другой лучше всех знал Серрано), поскольку это и есть величайшая трагедия любви, Amor Fati, то, чем любовь изначально не являлась когда находилась в «райском состоянии», до Великого Разделения Космического Яйца. Но то был вид «комфортной», «зачаточной» любви, не такой силы и интенсивности как после этого Разделения. Поэтому ОН покидал ОНА, чтобы затем пройти инициацию и снова Воссоединиться со своей Возлюбленной. И на этот раз — на Целую Вечность, и необходимым условием этого является как раз их Вечная Разделённость.

Болезнь и терапия (неоконч.)

I. Преодоление человека

Если вы автор этого текста и считаете, что нарушаются ваши авторские права или не желаете чтобы текст публиковался на сайте ForPsy.ru, отправьте ссылку на статью и запрос на удаление:

Отправить запрос

Adblock
detector