Толпа: от теории Лебона до современных явлений

Введение

толпа лебон

Прежде всего следует рассказать о содержании и структуре работы и вкратце пояснить о чем пойдет речь. Гюстав Лебон (1841−1931) традиционно считается основоположником психологии толп, он первым серьезно занялся изучением этого вопроса, оставив после себя многих последователей и его идеи до сих пор во многом актуальны. Конечно, сегодня нельзя утверждать, что теория толп Лебона является единственным научным исследованием проблемы толпы. Но в то же время Андрей Дерябин в своей статье, посвященной 100-летию первого издания «Психологии толп» Лебона в России, пишет, «что буквально до 1980-х гг. в области поведения толпы психология практически ничего не могла противопоставить идеям Ле Бона и Фрейда"№. Справедливо будет сказать, что ни одна работа, так или иначе связанная с этой темой, не обходиться без упоминания этого психолога и ссылки на его работы. Таким образом, этих оснований вполне достаточно, чтобы считать именно Лебона отправным пунктом в рассмотрении данного вопроса. Конечным же пунктом я выбрала современное явление, также относящееся к интересующей теме с замысловатым названием «флэшмоб» (flash-mob).

Это еще совсем новое и неисследованное явление, особенно в подобном ключе, но мне кажется, что именно его описание придаст всей работе необходимую актуальность и современность и станет интересным завершающим аккордом. В основной же части речь пойдет о более традиционных моментах, касающихся исследования толпы, ее характеристик, структуры, классификации.

Об истории и науке

«Образ века, предшествующего нынешнему (двадцатому — прим. автора), совершенно очевиден: это век взрыва mobile vulgus (возбудимой народной массы), бурной, необузданной, податливой. <…> Впрочем вплоть до современной эпохи такие толпы появлялись спорадически и играли лишь второстепенную роль. Они, по сути дела, не представляли собой особой проблемы и не нуждались в специальной науке. Но с того момента, когда они становятся расхожей монетой, ситуация меняется».

Так пишет С. Московичи в своей книге «Век толп: Исторический трактат по психологии масс». Действительно, повышение интереса к психологии толп было связано с возрастанием роли «простых» людей в делах государства, и произошло это именно в 19 веке. Значительно возросла динамичность общества, стало очевидно, что власть можно получить и удерживать, привлекая на свою сторону как можно больше простых людей, делая их орудием своих планов.

9 стр., 4310 слов

Психология массовых коммуникаций 3

... в массовой коммуникации. Понятие «массового человека». Психология толпы. Психология паники. Нормальные и анормальные психические состояния в ... , влияющие на восприятие. Особенности восприятия как психологического явления: предметность, целостность, структурность, константность, осмысленность, целенаправленность ... Т.Ю. Искусство обольщения. М.,1996. Лебон Г. Психология народов и масс. СПб.,1995. Левин ...

Именно на это и обратил внимание Гюстав Лебон. Зрелые годы его прошли во времена второй империи, в период промышленной эволюции, военного поражения и гражданской войны, он застал расцвет научного знания, кризис демократии и взлет социализма. Будучи свидетелем происходящих изменений, Лебон пришел к выводу, что в конфликте, терзающем общество, важнейшую роль играют массы. Одни лишь массы дают ключ к ситуации во Франции и во всем современном ему мире. Характерно, что решение проблем, связанных с толпой Лебон находит не в истории, не в экономике, а в психологии, постулируя наличие особой «души толпы», и это понятие лежит в основании разработанной им теории.

Итак, психология толпы. Что это за наука и нужна ли она? А если нужна, то кому — вождям или тем, кто противостоит их влиянию?

Историк Возрождения Burkhardt еще задолго до появления на свет психологии масс говорил: «Будущее принадлежит массам и тем личностям, которые смогут доступно объяснить им некоторые вещи».

Советский философ Зиновьев писал в своем труде «Без иллюзий»: «В целом эти феномены психологии масс ускользают от историков, которые принимают их за вторичные элементы, не оставляющие никакого видимого следа. А на самом деле их роль огромна».

Московичи подчеркивал суть психологии масс, как науки политической; «науки, которая начала с этого свое существование и никогда не переставала ею быть», он выделяет две силовые линии, «два почти исключительных предмета», которыми она занимается:

Индивид и массы

Первый позволяет ей поставить важнейшие проблемы массового общества, второй — искать пути их практического решения.

7 стр., 3189 слов

Самоопределение личности в условиях массы, толпы

... поведением индивида в них. Так же убедились в том, что вождь играет решающую роль в образовании массы. Список используемой литературы Лебон Г. Психология толпы ... в понятия людей о человеке массы. Рассмотрев данную проблему мы увидели что человек теряет свои личностные качества, находясь в толпе. Находясь под влиянием толпы, человек порой может ...

Он же отмечал, что психология толпы родилась, когда ее пионеры задавались вопросами: каким образом вожди оказывают такое влияние на массы? Неужели человек-масса вылеплен из другого теста, чем человек-индивидуум? Есть ли у индивидуума потребность в вожде? Почему, наконец, именно наш век — это век толп?

Для начала обратим внимание на отличия между «человеком-массой» и «человеком- индивидуумом» и посмотрим, что же происходит с последним, когда он оказывается в окружении таких же индивидуумов, как и он сам.

Еще в Древнем Риме люди осознавали эту разницу, и лаконично выразили ее в такой поговорке, которая имела большой успех: «Senatores omnes boni viri, senatus romanus mala bestia, сенаторы — мужи очень достойные, римский сенат — это скверное животное».

Сравнивая индивида и массу, часто принято говорить, что"Весь мир" никак не может быть умнее Вольтера, а наоборот, Вольтер умнее, нежели «весь мир», если под этим словом надо понимать толпу.

Продолжая развивать эту мысль, можно привести высказывание Ги де Мопассана: «…качества разумной инициативы, свободной воли … любого отдельного человека полностью исчезают с того момента, как индивидуум смешивается с массой людей».

«Справедливые и глубокие идеи индивидуальны, — пишет Зиновьев. — Идеи ложные, поверхностные являются массовыми. В массе своей народ ищет ослепления и сенсации».

Известно также мнения Лебона по этому вопросу: «исчезновение сознательной личности, преобладание личности бессознательной, одинаковое направление чувств и идей, определяемое внушением, и стремление превратить немедленно в действия внушенные идеи — вот главные черты, характеризующие индивида в толпе. Он уже перестает быть самим собой и становится автоматом, у которого своей воли не существует».№

Таким образом мы видим, как толпа действует на индивидуальные характеристики индивида — она их просто нивелирует, поглощает, в условиях массы утрачивается возможность их проявления.

По выражению С. Московичи разницу между человеком-индивидом и человеком-массой можно подытожить одной фразой: «индивида убеждают, массе внушают».

Биомасса

Надо сказать, что склонность к инстинктивным массовым действиям остается одним из нескольких животных качеств низшего порядка, сохраненным человеком. И сегодня, когда массовое общество стало реальностью, оно породило и новый человеческий тип, и так всегда бывает при появлении новой формы коллективной жизни. Человек-масса — часть массовой культуры, в рамках которой и стало возможным существование «биомассы» (термин из книги Заводюка В.Г. и Исупова С.А. «Биомасса и личность»).

«Биомасса (антропомасса) — это такое сообщество, с которого сняли все социально-организованные связи. В большой толпе можно все, размывается ответственность, личные нравственные нормы подминаются видовыми программами. В массе человека не несет ответственности за свое поведение, он говорит „Мы“ и тем самым снимает ее с себя. Инфантильная безответственность приятна и не позволяет скучать».

«Толпа, масса — это социальное животное, сорвавшееся с цепи. Моральные запреты сметаются вместе с подчинением рассудку … и люди выплескивают (зачастую в жестоких действиях) свои страсти и грезы: от низменных до героических, от иступленного восторга до мученичества».

Разрушение социальных связей, все убыстряющийся темп жизни, растущая плотность населения, огромное количество информации, раздражающие факторы повседневной городской суеты — все это способствует утрате собственного «Я». Эта, по выражению Фрейда, «психологическая нищета масс» достигает всемирных масштабов. Социальная машина омассовления людей всегда делает их более иррациональными и не дает возможности управлять ими посредством разума. В сфере политики эта ассиметрия имеет 3 аспекта (по Московичи):

Прежде всего рациональное мышление и практика замыкаются на управлении вещами и богатствами. Руководство людьми, в том числе и политическая власть, наоборот, отвергают это мышление и эту практику. В этой сфере общество создает лишь верования и влиятельные идеи.

Второй аспект — это простая иррациональность масс в чистом виде. Место рациональности занимают неосознанные эмоции, именно они используется, чтобы оккупировать незанятую территорию. «Это бич времени, когда безумные ведут слепых» (Шекспир).

Впрочем, эти экстремальные случаи заставляют нас ощутить, что власть осуществляется через иррациональное.

Во многих областях наблюдаемый прогресс идет от меньшего к большему. «В политике же прогресса нет, здесь его не более, чем в искусстве и морали.<…> Господство большинства над меньшинством повторяется бесконечно».

Попробуем проанализировать роль биомассы в современном обществе. Не трудно заметить, что люди, напрочь лишенные «жизненной силы биомассы"І, т. е. совершенно отстраненные от окружающего мира и людей, воспринимаются остальными людьми как в определенной степени аномалия. Ведь безразличие к месту пребывания и партнеру, отсутствие привязанности к конкретной обстановке, своим соседям чаще всего служат характеристикой «развивающегося психоза». Биомасса предлагает вознаграждение в виде счастья (эйфории, оргазма) за неведение о ее сущности. Но глубинный механизм такой эйфории понять очень трудно. В действительности — это не нашедший себе выхода сильный страх, и на самом деле каждый член современного массового общества во многом зависит от биомассы, так как в его сознании закреплены стандарты и обычаи функционирования индивида. Сегодня быть частью массы (в любом смысле этого слова) — это нормальное явление, укрепившееся в повседневных практиках общества.

«Биомасса не может быть выражена где-нибудь в Антарктиде, где плотность населения меньше толщины льда. Для ее существования нужна определенная численность и плотность сбившихся в кучу людей».і Современные мегаполисы, высоко урбанизированные города идеальный полигон для подобного рода процессов. И затронутые Лебоном в 19 веке проблемы психологии масс продолжают существовать. Убедившись в актуальности данной темы в качестве ее продолжения и развития приведу примеры классификаций социальных множеств, а затем перейду к характеристике основных процессов, присущих биомассе и толпе.

Виды классификаций

Таблица 1

Классификация социальных множеств

постоянные

диффузные

граждане страны в целом;

социальные слои и классы;

пассионарные группы; «общественность»

совокупные

сотрудники государственных служб (армия, милиция);

«научное сообщество»; священнослужители; парламентарии; члены профсоюзов;

патологические (наркоманы, алкоголики);

сексуальные меньшинства; делинквентные группы

сплоченные

политические организации;

секты и экстремистские группы

временные

(скопления)

стихийные

толпа

организованные

собрание;

съезд, конгресс;

(театральное) представление

смешанные

митинг, демонстрация, манифестация; фестиваль, конкурс;

военный парад

специальные

(целевые, разовые, функциональные)

предвыборный штаб;

комиссия по расследованию чрезвычайного происшествия;

комитет с особыми полномочиями

Как мы видим для Колесова главным основанием для классификации социальных множеств является временной аспект. Наиболее типичный пример постоянного множества — население страны в целом, это явление постоянное, хотя и динамичное. Временными множествами являются скопления: собрались люди в одном месте и в большом числе — множество образовалось, как только они разошлись — множество прекратило свое существование. Следует также, по мнению Колесова, различать стихийные и организованные множества. «Толпа — это стихийное множество, скопление в основном незнакомых людей по случайному поводу („толпа любопытствующих“, „толпа зевак“)». В то время как «собрание — это организованное множество, неслучайное скопление людей по заранее известному поводу». Смешанные же множества имеют место в ситуации, когда нечто изначально организованное (митинг, демонстрация) становиться из-за тех или иных факторов стихийным и неконтролируемым. Всегда есть такая опасность, когда речь идет о большом скоплении людей, собравшимся по какому-нибудь поводу. Надо заметить, что создавая свою классификацию, Колесов хотел главным образом провести четкие различия между такими понятиями как, например, население страны и толпа зевак, так как они кардинально отличаются по своим характеристикам. И делал он это указывая на ошибки многих исследователей, которые употребляли слово «масса» (толпа) применительно к различным социальным множествам. Критиковал он в этом отношении и Лебона, что тем не менее не помешало Колесову посвятить ему свой труд. Такая разница в классификации двух исследователей прежде всего заключается в разных основаниях. Как известно, для Лебона первостепенное значение имела «душа толпы», которая обладает определенными свойствами и характеристиками, поэтому «в известные моменты даже шести человек достаточно, чтобы образовать одухотворенную толпу, между тем как в другое время сотня человек, случайно собравшихся вместе, при отсутствии необходимых условий, не образует подобной толпы». Для сравнения ниже представлены основные моменты классификации Лебона:

Таблица 2

Классификация толпы Лебона

Вид толпы

Краткая характеристика

Пример

Разнородная толпа

анонимная

неанонимная

непредсказуемые действия в силу отсутствие чувства ответственности

развитое чувство ответственности, которое может придавать поступкам совершенно иное направление

уличная толпа,

преступная толпа

парламентские собрания, присяжные,

избирательная толпа

Однородная толпа

секты

касты

классы

первую степень организации однородной толпы. В ее состав входят индивиды различной профессии и воспитания, различной среды,

причем единственной связью между ними служат верования

самая высшая степень организации, доступная

толпе, в нее входят индивиды одной и той же профессии, следовательно,

происходящие приблизительно из одной и той же среды и получившие одно и то же воспитание

индивиды объединяются в силу известных интересов, привычек, образовавшихся под влиянием

одинакового образа жизни и воспитания.

религиозные, политические

рабочие, военные,

духовенство

буржуазия, крестьянство

Поведенческая классификация.

Уместным будет привести еще одну классификацию, опирающуюся на оценку характера поведения людей. В этом случае выделяются прежде всего пассивные и активные множества.

Толпа пассивного характера быстро собирается и также быстро рассеивается, так как не имеет ярко выраженных стимулов и эмоциональный компонент достаточно слабый. Активная толпа — обязательно имеет сильно выраженный эмоциональный заряд, и на что он будет направлен, зависит от обстоятельств.

Варианты активной толпы:

Одним из наиболее опасных вариантов является толпа агрессивная. Этот вид толпы, которая пытается решить те или иные социально назревшие проблемы насильственным путем, при этом чувство гнева и неудовлетворенности вымещается на совершенно случайных объектах.

Спасающаяся толпа, которая превращается в паническую, если доступ людей к средствам и способам спасения оказывается неопределенным или ограниченным. К сожалению всеобщее стремление выбраться из сложившейся опасной ситуации (и как следствие столпотворение и давка) зачастую приводит к гораздо большим жертвам, чем от самого источника опасности.

Стяжательская толпа, то есть скопление людей, движимых стремлением к разворовыванию материальных ценностей, которые стали неожиданно доступными. Анализ поведения при стихийных бедствиях показывает, что обычно и добропорядочные люди при определенных обстоятельствах, когда им кажется, что не перед кем отвечать, включаются в толпу мародеров. Тенденция к «рационализации», т. е. к оправдыванию перед самим собой своих действий (все равно имущество пропало бы; его украл бы кто-нибудь другой; хозяева имущества, видимо, погибли и т. п.), составляет тот психологический механизм, который применяет совесть с чувством ответственности за содеянное преступление. Это — тоже феномен толпы.

Деперсонализация и деиндивидуализация в толпе

Психическое состояние индивида, находящегося в окружении толпы, характеризуется главным образом изменением обычного течения процессов внимания и восприятия. При этом внимание и/или поглощено каким-либо фактором, и/или рассеяно. Деперсонализация всегда имеет место, когда сознание индивида полностью поглощено привлекающим внимание объектом. Возможности одновременного осознания нескольких объектов (содержаний) ограничены, поэтому иногда в такие моменты не остается места для самовосприятия, на время собственное «Я» утрачивается, ослабевает его участие в принятии решений, проявлении волевых функций, индивидуальных установок в поведении. В этих условиях реакции индивида на внешние условия могут принимать условно-рефлекторный характер: без задержки для обработки и анализа. Естественно, что в толпе «индивид склоняется к утрате части своего обычного самоконтроля и подчиняется возбуждающему объекту». Понятно, что индивидуальное здесь сводиться к различной степени переживания услышанного, различной мере побудительности.

Деперсонализация в условиях толпы временная и не носит патологического характера, но социально она весьма значима. Человек может решиться на действия, которые не совершил бы в одиночку, так как свойственные ему рассудительность и ответственность ослабевают под влиянием толпы, происходят сдвиги в оценке значимости поступков, в восприятии себя и окружающего мира.

Одним из важнейших факторов, препятствующих проявлению индивидуальности в условиях толпы — отсутствие дистанции. Это существенный фактор уравнивания индивидов: ни один из них не способен на своеобразное проявление и все они вынуждены делать то же, что и все, то есть стоять, толкаться, воспринимать зрительный и слуховой фон. Одновременно теснота и кучность приводят к нарушению границ внешнего психологического пространства индивида, тесно связанной с удовлетворением потребностей, и особенно — потребностью в самосохранении. Стремление к безопасности неосознанно порождает психическое напряжение от вторжения посторонних в интимную зону. До поры это напряжение может не ощущаться в силу воздействия фактора, образовавшего толпу, но тревога может спонтанно передаваться жертвам деперсонализации от тех, кто подвергся ей в меньшей степени либо вообще избежал ее.

Есть и другой взгляд на вопрос о дистанции в толпе. Так, например, Э. Канетти отмечает, что теснота и прикосновения друг к другу, наоборот, способствуют потере страха: «Здесь, сдавливая другого, сдавливаешь сам себя, чувствуя его, чувствуешь сам себя. Все вдруг начинает происходить как бы внутри одного тела. Видимо, это одна из причин, почему массе присуще стремление сплачиваться тесней: в основе его — желание как можно в большей степени освободить каждого в отдельности от страха прикосновения. Чем плотнее люди прижаты друг к другу, тем сильнее в них чувство, что они не бояться друг друга». №

Еще одно нейропсихическое явление в толпе: рассеяние внимания. Это приводит к развитию суггестивного состояния, то есть состояния повышенной внушаемости. Условиями для его развития являются все те же факторы: вынужденная ограниченность движения, нарастающая физическая усталость, равномерные прикосновения, множество голосов, сливающихся в единый шум/фон, утомление внимания от восприятия фактора. Дальше для ораторов или подстрекателей не составляет большого труда возбудить толпу в определенном плане.

Говоря о внушении, С. Московичи проводил следующие параллели: «Внушение или влияние — это в коллективном плане то, что в индивидуальном плане является неврозом… Воздействие представляет социальное, а невроз — асоциальное начала.<…>Внушение — центр психологии масс, невроз — сердцевина психологии индивида». Он же в своей книге приводит высказывание Фрейда по этому поводу: «…в случае внушения в голове другого человека вызывается какая-то идея… принятая точно так, как если бы она стихийно образовалась в его голове».І

Толпа чаще всего находится в состоянии выжидательного внимания, что делает ее подверженной внушению. В этих условиях нет ничего проще, чем с помощью психического заражения передать всем индивидам внушаемые сведения. Толпа чрезвычайно легковерна, склонна гипертрофировать совершенно обычные явления и принимать собственные образы за реальность. Особой силой заразительности обладают те внушения, которые представляются в форме образов, поскольку толпа «мыслит» именно образами, а не понятиями. Поэтому и возникают коллективные галлюцинации, причем не зависимо от степени образованности индивида; если человек попал в толпу и поддался ее влиянию, он начинает мыслить общими внушаемыми образами.

Возникновение толпы

Среди условий, способствующих возникновению толпы, главным образом большинством исследователей выделяются долговременные условия ситуативного характера. Для начала необходимо отметить, что вторые во многом зависят от первых, так как поводом для образования толпы может стать любой слух, бытовой момент и т. д., но истинная причина обыкновенно скрывается в долговременных факторах социальной напряженности. К ним можно отнести различного рода экономические, социальные, политические неразрешенные проблемы, которые постепенно формируют чувство незащищенности, недовольства и негодования в обществе. Поэтому иногда достаточно чиркнуть спичкой, чтобы разгорелся пожар.

Лебон также отмечал, что на характер «мнений и верований» толпы влияют факторы двоякого рода: «непосредственные и отдаленные». «Отдаленные факторы — это те, которые делают толпу доступной к восприятию известных убеждений и совершенно неспособной проникнуться некоторыми другими взглядами». В то время как непосредственные факторы способствуют возникновению в толпе «активной уверенности», благодаря которым «в толпе возникают решения, увлекающие ее». Приводя в пример французскую революцию, Лебон, в частности, говорит, что такие непосредственные факторы, как речи ораторов легко увлекали «душу толпы», подготовленную предшествующими творениями философов, успехами научной мысли, вымогательствами аристократии. По мнению Лебона существуют такие отдаленные факторы, которые лежат в основе всех «мнений и верований» толпы: раса, традиции, время, учреждения (политические и социальные) воспитание и образование. Главенствующее значение принадлежит фактору расы, и именно его влияние преобладает даже в «специальных чертах души толпы». Лебон подробно останавливается в своей работе «Психология народов» на роли расы в психологии толпы. Он подчеркивает, что изучение толпы, равно как и других социальных явлений, не может идти отдельно от изучения народа, у которого они наблюдаются. «Толпа разных стран имеет большие различия в своих верованиях и поступках, и на нее нельзя влиять одинаковым образом. <…> Наполеон прекрасно постиг психологию масс той страны, в которой царствовал, но зачастую выказывал полное непонимание психологии толпы других народов и рас. Только потому что он не понимал этой психологии, он и мог вести войну с Испанией и Россией, нанесшую его могуществу удар, от которого оно погибло».

Структурные особенности толпы

Как показывают наблюдения, толпа находится в постоянном движении, ее внутренние предпосылки создают то одну, то другую форму и границы ее постоянно меняются. Но все-таки наиболее предпочтительной формой является кольцо (полукольцо), инстинктивно толпа имеет тенденцию приобретать именно эту форму, если этому не мешает рельеф местности или какие-то еще внешние факторы. Авторы книги «Биомасса и личность» Заводюк и Юсупов отмечают в своей работе этот момент. Рассматривая феномен толпы в рамках используемого ими понятия «биомасса», они в частности отмечают, что «арены стадионов и театральные ряды, психологические тренинги и всевозможные ритуалы — все они имеют тяготение к этой идеальной форме» (круг).

«Масса располагается сама против себя. Все становятся друг на друга очень похожи, — писал еще один исследователь Э. Канетти, — все сходно себя ведут. Каждый замечает в других только то, что переполняет самого. Возбуждение, которое он видит в них, только подогревает его собственное возбуждение». При этом основными направлениями движения внутри толпы является тяготение к центру или, наоборот, к периферии. Это перемешивающее движение имеет двоякое значение: с одной стороны — это средство и способ распространения информации в толпе, с другой — индикатор активности людей. Наиболее активные из них, стремящиеся принять участие в действиях толпы, стремятся к ее центру, соответственно, наиболее пассивные имея желание покинуть толпу, стремятся к периферии. Надо отметить, что состояние страха, растерянности и неопределенности способствуют тяготению в сторону центра.

Естественно, перемешивающее и хаотичное движение толпы может привести к тому, что случайный зевака окажется внутри толпы за счет присоединения новой группы людей.

Распространение информации в толпе

Характерным способом передачи информации в толпе являются слухи. Как и передача любой информации распространение слухов в толпе сопровождается различного рода шумами, из-за которых часть информации теряется или искажается. К ним относятся психологические особенности восприятия, культурная специфика, языковые различия, социальные шумы, семантические шумы, связанные с восприятием содержания информации и ее раскодировкой; кроме этого технические шумы, связанные с передатчиком и каналом, различные внешние условия, в которых находится толпа (громкая музыка, крики и т. д.).

Таким образом, в процессе пересказа (передачи) информации слухи упрощаются: становятся короче, более определенными и понятными для всеобщего восприятия, в них становится меньше деталей, так как часть информации вообще оказывается утерянной, а с другой стороны появляются дополнительные сведения, внесенные участниками подобной информационной трансляции. Естественно, из-за качественных и количественных изменений информации слухи, распространяемые толпой, далеко не всегда правдоподобны, а это зачастую может приводить к возникновению дополнительных поводов к образованию именно агрессивной толпы. Искаженная информация может вводить ее в заблуждение, придавая тем самым стимул для вымещения гнева и недовольства.

Мгновенная толпа или flash-mob

То, о чем сейчас пойдет речь, несколько противоречит тем характеристикам толпы, которые рассмотрены выше, но явление это напрямую связано с ней, так как у него есть главный признак толпы — одновременное присутствие некоторого количества людей в одном месте. Что же это за явление и какое новое значение и смысл привнесло оно в понятие толпы?

Само слово флэшмоб появилось, когда вышла книга социолога Говарда Рейнголда «Умная толпа: следующая социальная революция» (октябрь 2002 года).

В переводе оно означает «вспышка толпы» или «мгновенное столпотворение» («flash» — мгновение, «mob» — толпа), а суть его заключается в следующем: люди собираются в каком-то публичном месте и не преследуя каких-либо политических, коммерческих или иных целей в течении нескольких минут совершают бессмысленные действия, преждевременно получив инструкции через Интернет или с помощью SMS-сообщений. Со стороны это выглядит интересно, обескураживает случайных наблюдателей, доставляя тем самым удовольствие участникам и в общем каждый находит для себя что-то привлекательное в этом новомодном развлечении. Но только ли это развлечение? Есть ли в этом какой-то глубинный смысл?

Автор книги, давшей начало движению флэшмобберов, впервые на ее страницах задумывается, что новые средства коммуникаций (Интернет, мобильные телефоны) могут незаметно для окружающих собирать огромные толпы людей в считанные минуты. И уже существуют примеры, когда с помощью подобных технологий серьезные и значимые вещи. Так, Рейнголд описывает историю отставки филиппинского президента Джозефа Эстрады, когда в январе 2001 года активисты оппозиции стали рассылать SMS-сообщения с призывом «одеться в черное и идти на Epifanio de los Santas Avenue». Через 45 минут после начала рассылки на улицы вышли 20 тысяч человек, а через 4 дня толпа выросла до миллиона. Вскоре Эстраде пришлось подать в отставку.

Значит, флэшмоб — это серьезное оружие? Вот как отвечает на этот вопрос один из участников движения: «Теоретически — да. Но на практике оказалось, что интернет-аудиторию не интересуют силовые действия. Пожалуй, это единственный в истории человечества случай, когда нечто, задуманное в силовом формате, реализовано на почве чистого искусства».№

Идея книги пришла Рейнголду, когда он наблюдал за поведением подростков, собравшихся около памятника собаке Хачика в Токио. Присмотревшись, Рейнголд заметил, что «движение многих подростков направляется незримыми потоками электронных сообщений». В своей книге он называет их «поколением большого пальца» (по способу набора сообщений на телефоне) и задается вопросом: какие еще технологии будут изобретены в 21 веке для управления массами, ведь развитие цифровых технологий не стоит на месте, и то, что в 21 веке киборги — это уже не фантастика, яркое тому подтверждение. Таким образом, в книге предпринимается попытка увидеть будущее общества. Некоторые говорят о «самосбывающемся прогнозе"І, ярким примером которого и является флэшмоб. Ведь именно после прочтения этой книги 28-летний компьютерщик Роб Зазуэт и придумал флэшмоб и, создав сайт www.flocksmart.com, положил начало движению.

А началось оно 17 июня в Нью-Йорке, когда толпа из 100−150 человек в магазине Macy’s наперебой начали требовать у продавщиц любовный ковер для их загородной коммуны. Разошлись участники так же неожиданно как и собрались, оставив свидетелей события и продавщиц в полном недоумении. А информационные агентства распространив информацию, сделали магазину всемирную рекламу. Так началась история флэшмоба, после акции стали еще более масштабными. Гость Ольги Писпанен в студии радио «Свобода» — флэшмоббер — рассказал немного о специфике российской «мгновенной толпы». В частности по поводу масштабности он сказал: «Фактически в Америке сейчас принимают участие толпы, или мобы, в количестве 300−400 человек, это нормальное явление, в России пока немножко меньше, но думаю, что мы догоним и перегоним Америку» (www.svoboga.org).

Вполне возможно, ведь первый российский флэшмоб состоялся уже 15 августа 2003 года в Москве, а 16 августа состоялось уже несколько акций — в Петербурге, Москве, Киеве, Днепропетровске. Так, в Петербурге группа где-то из 25 человек вышла на перрон Московского вокзала с табличками «Татьяна Лаврухина. Общество анонимных алкоголиков». С каждым днем акции и участников становится все больше, ежедневно на форумах появляющихся сайтов регистрируется 60−70 человек.

Возвращаясь в специфике российского движения надо сказать, что «участвуют в этих акциях, в основном, молодые люди. Это, как правило, люди 22−28 лет, студенты или молодые специалисты, менеджеры компаний, даже крупных компаний». Дело в том, что в России молодое поколение активно использует Интернет и мобильную связь, без которых трудно обойтись на флэшмобе. Ведь действия участников должны быть строго скоординированы по времени и начинаться синхронно (в этом помогает будильник на телефоне), да и информация о проведении моба рассылается либо по электронной почте, либо с помощью текстовых сообщений на сотовых телефонах.

Немного разобравшись с сутью и историей движения, посмотрим, что оно из себя представляет с точки зрения толпы. Получается, что это толпа, обладающая особого рода информацией — инструкцией к действиям, каждый ее член имеет ясное представление о своей роли и сам принимает решение о своем участии в «столпотворении». Вот как описывает один из участников специфику такой толпы: «В отличие от митинга, у флэшмоба нет организаторов. Юридически то, что 100−200 человек вдруг в одном и том же месте совершили одно и то же действие — это просто совпадение. Главное свойство „умной толпы“ в том, что в ней каждый человек — сам по себе. В полиэтилене. Ни до, ни после, ни во время моба люди друг друга не знают. Каждый — независимый участник коллективного действия по смещению реальности. В этом особый кайф — будучи в толпе, не заразиться свойствами толпы"І. Получается то, о чем мы говорили применительно к „традиционной“ толпе не действует на примере „мгновенной“. Здесь нет заражения (все и так знают зачем они пришли и осознают свои цели), не может быть и раздражения от тесноты, давки, так как все действие занимает несколько минут, действительно, никто не испытывает неудобств и находится вне влияния окружающих людей. Такую толпу даже трудно уловить, ее внутренняя структура настолько прозрачна и проста, настолько продумана, что здесь просто нет места процессам, обычно протекающим в толпе. Тогда можно ли вообще причислять это явление к столпотворениям? Мне кажется, что безусловно можно. Просто время вносит (и оно должно это делать) определенные коррективы в развитие любого учения, и, быть может, возможность сохранения своей индивидуальности в толпе уже стало реальностью в 21 веке. „Толпа индивидуальностей“ — именно так и называет участников флэшмоббер — дело в том, что эта толпа — это не глупцы, это умные люди … они понимают, что они делают».

Никто ни с кем не знаком в реальной жизни, никто никого не обязывает принимать участие, и после акции все расходятся в разные стороны, не образуя никаких сообществ. И это одно из правил флэшмоба, а главное — необходимое условие удачной акции. «Когда 100 человек, идущие по улице, не знающие другу друга, ровно в 12 часов садятся и завязывают шнурки одновременно, это интересно — сообщает нам все тот же гость в студии — и это не организация, не партячейка, ни в коем случае. Что будет после — никто не знает» (www.svoboga.org).

Таким образом, что мы можем сказать про флэшмоб? Это мгновенно образующаяся на короткое время толпа, каждый член которой действует самостоятельно и добровольно по заранее полученной инструкции без контактов с другими участниками. Смешавшись с другими людьми, но не причиняя своими бессмысленными действиями им вреда или неудобств, не нарушая закона и морально-этических норм, флэшмобберы просто наблюдают за их реакцией. К тому же каждый находит определенный смысл в своих действиях: «это весело», «это настоящее приключение», «это освежает», «это борьба с вселенским одиночеством», и раз люди принимают в этом участие, придумывают новые сценарии, значит это интересно.

Опасна ли такая толпа и нужно ли с ней бороться? Не вижу в этом необходимости, так как это во-первых безопасно и для участников, и для наблюдателей, во-вторых не противозаконно, в-третьих эта толпа не преследует ни политических, ни рекламных, ни идеологических, ни каких-либо других целей. На нее невозможно оказать влияние и использовать в своих целях, это толпа существует в виде некоторого виртуального сообщества (флэшмобберы общаются в сети), и лишь вспышками материализуется в определенном месте в определенное время, исчезая бесследно до следующего появления. И хотя существует мнение, что «флэшмоб -- это управление толпой незнакомых друг с другом и несвязанных людей. Сначала акции безобидные, а потом неизвестно"№, мне кажется, что если и говорить в данном случае об управлении, то уместнее будет сказать о «самоуправлении», так как каждый управляет только самим собой. А влияние на других ограничивается лишь вашим предложением сценария флэшмоба: если за него проголосовало большинство, именно он будет осуществлен, и тогда автор будет испытывать определенные эмоции от осознания того, что столько людей совершает какое-то действие согласно его задумке. Но и в этом случае это будет не больше, чем принятое всеми предложение, что, безусловно, далеко от управления.

Флэшмоб — это новое социальное явление, мне оно кажется нечто большим, чем простое развлечение молодежи, и это новое слово в психологии толп в частности. Новая организация, новая субстанция, новые люди с новым мышлением. Именно они объединяются в новые толпы 21 века. Кто знает, к чему еще приведут технологии и человеческая фантазия, но «мгновенная толпа» — это уже наша реальность сегодня.

Список используемой литературы:

1. Заводюк В.Г., Юсупов С.А. «Биомасса и личность», Издательский Дом «Бахрах-М», Самара, 2001 г.

2. Канетти Э. Человек нашего столетия. — М.: Прогресс, 1990 г.

3. Колесов Д.В. «Человек и толпа». М.: Московский психолого-социальный институт, 2001 г.

4. Лебон Г. «Психология народов и масс» изд. «Макет», СПб., 1995 г.

5. Московичи С. «Век толп: исторический трактат по психологии масс» М., 1996 г.

6. Сергеев А. «Искусство мгновенного создания толпы», «Компьютер центр» № 11(101) 2003 г.

7. Соколов-Митрич Д. «Флэшмоб-искусство быть в толпе и оставаться собой», «Столичная вечерня газета» от 26.11.2003

Размещено на

Если вы автор этого текста и считаете, что нарушаются ваши авторские права или не желаете чтобы текст публиковался на сайте ForPsy.ru, отправьте ссылку на статью и запрос на удаление:

Отправить запрос

Adblock
detector