Особенности ценностно-мотивационной сферы специалистов в области информационных технологий, склонных к хакерской деятельности

ОСОБЕННОСТИ ЦЕННОСТНО-МОТИВАЦИОННОЙ СФЕРЫ СПЕЦИАЛИСТОВ В ОБЛАСТИ ИНФОРМАЦИОННЫХ ТЕХНОЛОГИЙ, СКЛОННЫХ К ХАКЕРСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Дипломная работа

Введение Одним из основных признаков современного общества является стремительное развитие компьютерных информационных технологий и систем телекоммуникаций. В России, как и во многих странах, отмечается высокая степень готовности к применению информационных технологий, в том числе связанных с применением Интернета, как в профессиональной, так и в повседневной деятельности. В результате у пользователей информационных технологий возникает целый ряд интересов, мотивов, целей, потребностей, установок, а также форм психологической и социальной активности. Компьютеры и информационные системы оказывают воздействие на психические процессы трансформируя не только отдельные действия, человеческую деятельность в целом, но и мотивационную сферу. Бурное развитие информационных технологий вызвало к жизни и новые виды деятельности, одной из которых является хакерская. Популярность явления хакерства в обществе, благодаря СМИ, растет в геометрической прогрессии. И если на ранних стадиях развития информационных технологий (ИТ) деятельность хакеров характеризовали в большей степени положительно как «двигателей прогресса», то на сегодняшний день этот образ существенно изменился в негативную сторону, подчеркиваются их запретные действия — разработка и распространение компьютерных вирусов, которые портят или уничтожают информацию, взлом электронных систем защиты информации, кражу средств с помощью компьютерных сетей, а наиболее бросающимися в глаза психологическими особенностями хакеров — асоциальность, ограниченность интересов, фанатизм. Темпы распространения явления хакерства чрезвычайно высоки. Не так давно сотрудники Министерства обороны США в одном из интервью сделали весьма жесткий прогноз: Америка должна готовиться к электронному Перл-Харбору. По данным Института Компьютерной Безопасности, в 2003 году около 90% компаний США подверглись компьютерным атакам и примерно 80% из них понесли ущерб. В мире было зафиксировано более 80 тыс. случаев нарушений режима безопасности компьютерных сетей (атаки хакеров, попытки краж информации и т. д.).

8 стр., 3721 слов

«Информационные технологии в социальной работе»

... информационно-телекоммуникационных систем и технологий. 49. Локальные компьютерные сети (обзор). 50. Глобальные компьютерные сети (обзор). 51. Основные проблемы и перспективы развития сетевых информационных технологий. Информационное общество 52. Информационное ... с использованием современной информационной техники и информационных технологий. Телеработа - производственная деятельность на дому или ...

Их число резко увеличилось по сравнению с 2001 годом, когда было зафиксировано примерно 58 тыс. таких нарушений (чуть более 20 тыс. в 2000 году).

Чаще всего мишенями злоумышленников становятся сети США. В 2003 году было отмечено почти 27 тыс. компьютерных атак. Британские компьютерные сети подвергались атакам менее 5 тыс. раз, германские — около 4.6 тыс. раз (http://www.dig.ru/rus/dw/7079.htm).

Несмотря на актуальность и высокие темпы распространения, исследований феномена хакерства крайне мало. Сами хакеры не стали предметом психологических исследований: так и не выявлены основные личностные черты хакеров, мотивы их «ухода» в хакерство. И, как следствие, не выработаны рекомендации по профилактике этого явления. Поведение людей в психологии принято объяснять с позиции мотивации. Проблема мотивации и мотивов поведения и деятельности человека одна из важнейших проблем современной психологии. В частности, Б.Ф. Ломов отмечает, что в психологических исследованиях деятельности вопросам мотивации и целеполагания принадлежит ведущая роль. Вопрос мотивации хакерской деятельности тем более интересен в условиях столь бурного распространения явления. Данных изучения мотивационных характеристик личности, склонных к хакерской деятельности, т.н. хакеров, приводится пока мало, в их числе работы А.Е. Арестовой., Ю.Д. Бабаевой., О.В. Смысловой, А.Е. Войскунского и др. Исходя из положения о том, что принятию решения о действиях по взлому, кражам, разработке и распространению вирусов способствуют ценности, ценностная ориентация личности, а также самооценка как один из основных регуляторов поведения, мы в своем исследовании акцентировали внимание именно на ценностно-мотивационной структуре личности специалистов в области ИТ, склонных к хакерской деятельности. Из анализа зарубежных и российских исследований феномена хакерства, хакерской деятельности, проведенных ранее вытекает проблема нашей работы, связанная с не разработанностью вопросов взаимосвязи уровня развития мотивационной сферы, ценностных ориентаций специалистов в области ИТ и их склонностью к хакерской деятельности. Объект исследования: ценностно-мотивационная сфера специалистов в области ИТ. Предмет исследования: уровень развития мотивационной сферы, уровень самооценки и ценностные ориентации специалистов в области ИТ с различным уровнем склонности к хакерской деятельности. Цели исследования: определение особенностей ценностно-мотивационной сферы специалистов в области ИТ, выявление наличия взаимосвязи уровня развития мотивационной сферы и уровня самооценки с уровнем склонности к хакерской деятельности. Задачи исследования: — изучение специфики хакерской деятельности и психологических особенностей хакеров на основании источников и ранее проведенных исследований хакерской деятельности и мотивации хакеров в частности; - изучение теоретических аспектов ценностно-мотивационной сферы специалистов в области ИТ; - подбор адекватных целям исследования и специфики испытуемых методик исследования; - выявление преобладающих ценностей, особенностей мотивационной сферы и уровня самооценки у специалистов области ИТ, а также определение уровня склонности к хакерской деятельности; - определение взаимосвязи между уровнем развития мотивационной сферы и самооценки с уровнем склонности к хакерской деятельности. Гипотеза нашего исследования: мы предполагаем, что существуют особенности развития ценностно-мотивационной сферы у специалистов в области ИТ более склонных к хакерской деятельности, связанные с несформированностью терминальных ценностей и преобладанием эгоистичных, самоактуализированных ценностей над духовными и социальными, существует положительная корреляция между уровнем самооценки, уровнем развития мотивационной сферы со степенью выраженности склонности к хакерской деятельности. Глава 1. Понятие и сущность мотивации деятельности

4 стр., 1640 слов

Развитие мотивационной сферы личности учащегося

... учебным процессом. Рассмотрение познавательной мотивации у школьников познавательный мотивация учебный психологический Мотивационно-потребностная сфера соотносится с другими структурными компонентами учебно-познавательной деятельности. Так Г.И ...

11 стр., 5290 слов

Феномен мотивации человека

... иного способа поведения, критериев достижения цели, разрабатывается программа поведения. 3. Методики исследования мотивации человека .1 Исследования мотивации достижения В последнее время исследованиям мотивации деятельности, ориентированной ... с нравственными нормами, с учетом интересов других людей, общества и государства, подчиняющий биологические мотивы мотивам духовным; жадный, т.е. неудержимый ...

1.1 Понятия мотива, мотивации, мотивационной сферы личности

Мотивация является одной, из фундаментальных проблем, как отечественной, так и зарубежной психологии. Как отмечал Х. Хекхаузен «едва ли найдется другая такая же необозримая область психологического исследования, к которой можно было бы подойти со столь разных сторон, как к психологии мотивации» [42; с 38]. Подтверждением тому является большое количество теорий, только в зарубежной психологии их насчитывается около 50. Разработка проблемы мотивации в современной психологии связана, прежде всего, с анализом источников активации человека, побудительных сил его деятельности, поведения, с поиском ответа на вопрос, что побуждает человека к деятельности, каков мотив, «ради чего» он ее осуществляет. Мотивационного объяснения требуют следующие стороны поведения: его возникновение, продолжительность, устойчивость, направленность и прекращение после достижения поставленной цели, преднастройка на будущие события, повышение эффективности, разумность или смысловая целостность отдельно взятого поведенческого акта. Кроме того, на уровне познавательных процессов мотивационному объяснению подлежат их избирательность; эмоционально-специфическая окрашенность

Исследованием мотивации занимались такие выдающиеся психологи как Х. Хекхаузен, В.Г. Асеев, А.Н. Леонтьев, П.М. Якобсон, А.К. Маркова, Ю.Б. Орлов и другие. Сложность и многоаспектность проблемы мотивации обуславливает множественность к пониманию ее сущности, природы, структуры, функций мотивов, а также методам ее изучения (С.Л. Рубинштейн, В.Г. Асеев, А.Н. Леонтьев, А. Маслоу, Х. Хекхаузен).

Представление о мотивации возникает при попытке объяснения, а не описания поведения. Это — поиски ответов на вопросы типа «почему?», «зачем?», «для какой цели?», «ради чего?», «какой смысл?». Обнаружение и описание причин устойчивых изменений поведения и есть ответ на вопрос о мотивации содержащих его поступков. Мотивация объясняет целенаправленность действия, организованность и устойчивость целостной деятельности, направленной, на достижение определенной цели.

3 стр., 1332 слов

1. человек как личность

... ; 4) оба суждения неверны. Направленность развития личности зависит от: А) деятельности личности; Б) отношения к другим людям и самому себе. 1) верно А); 2 ... ) оба суждения неверны. Индивидуальные качества человека: А) придают неповторимость и оригинальность каждой личности; Б) сказываются на поведении, отношениях с людьми. 1) верно А); 2 ...

Любая форма поведения может быть объяснена как внутренними, так и внешними причинами. В первом случае в качестве исходного и конечного пунктов объяснения выступают психологические свойства субъекта поведения, а во втором — внешние условия и обстоятельства его деятельности.

В первом случае говорят о мотивах, потребностях, целях, ценностях, намерениях, склонностях, желаниях, интересах и т. п., а во втором — о стимулах, исходящих из сложившейся ситуации. Иногда все психологические факторы, которые как бы изнутри, от человека определяют его поведение; называют личностными диспозициями. Тогда, соответственно, говорят о диспозиционной и ситуационной мотивациях как аналогах внутренней и внешней детерминации поведения.

Слово «мотивация» используется в современной психологии в двояком смысле: как обозначающее систему факторов, детерминирующих поведение (сюда входят, в частности, потребности, мотивы, цели, намерения, стремления и многое другое) (В.И. Ковалев, С.Л. Рубинштейн) и как характеристика процесса, который стимулирует и поддерживает поведенческую активность на определенном уровне.

Термин «мотивация» представляет более широкое понятие, чем термин «мотив». Мотив в отличие от мотивации — это то, что принадлежит самому субъекту поведения, является его устойчивым личностным свойством, изнутри побуждающим к совершению определенных действий.

В отечественной психологии о понимание мотива как сложного психического образования говорили Д.Н. Узнадзе (1969), М. Ш, Магомед-Эминов (1987), В. А, Терентьев (1970).

В.Г. Леонтьев (1992) рассматривали мотив как системное образование личности, как системный способ организации активности человека.

А.Н. Леонтьев и С.Л. Рубинштейн считают, что мотив — это то, что отражается в сознании человека, служит побуждением к деятельности и направляет ее на удовлетворение определенной потребности [20; с 68].

6 стр., 2977 слов

Мотивационно-потребностная сфера в деятельности человека

... ключевых составляющих личности выделяют мотивационно-потребностную сферу. Теория деятельности, разработанная А.Н. Леонтьевым, включая в себя учение о мотивационно-потребностной сфере человека, выстраивает триаду "потребность-мотив-деятельность". Леонтьев доказывает ...

В понимании сущности мотива принимаются разные и отдельные психологические феномены, но только их объединение формирует единый и не противоречивый взгляд.

И третьим — устойчивые свойства личности. «Если потребности представляют в структуре мотивации живое, динамичное, ситуативно-изменчивое, то личностные ценности — стабильное, «вечное» [Леонтьев А.Н., 1992]. Ценностные ориентации, являясь одним из центральных личностных образований, выражают сознательное отношение человека к социальной действительности и в этом своем качестве определяют широкую мотивацию его поведения и оказывают существенное влияние на все стороны его деятельности. (Б.Г. Ананьев, В.А. Ядов, М. Рокич).

Таким образом, развитие ценностных ориентаций тесно связано с развитием направленности личности. С.Л. Рубинштейн указывал: «В деятельности человек по удовлетворению непосредственных общественных потребностей выступает общественная шкала ценностей. В удовлетворении личных и индивидуальных потребностей через посредство общественно полезной деятельности реализуется отношение индивида к обществу и соответственно соотношение личного и общественно значимого». [22]. Ценности являются высшим уровнем человеческих потребностей. Можно сказать так же, что личные, индивидуальные потребности, соотносясь с общественной значимостью и осознаваясь личностью, становятся ценностями и регулируют поведение человека.

Таким образом, принятие в качестве мотива потребности дает возможность получить ответ, почему осуществляется активность, а принятие за мотив цели позволяет дать ответ для чего (ради чего) проявляется эта активность, а принятие за мотив устойчивых свойств личности дает ответ, почему выбраны именно эта цель, этот способ ее достижения (Ильин Е.П., 2000).

Рассмотренные мотивационные образования: диспозиции (мотивы), потребности и цели, устойчивые свойства личности (ценности) — являются основными составляющими мотивационной сферы человека.

Совокупность доминирующих у человека мотивов и потребностей, определяющих главную линию его поведения, деятельности и общения с людьми понимается как направленность личности.

6 стр., 2786 слов

Особенности мотивационно-ценностной сферы юношей

... внутреннего мира человека. Они выступают важнейшим источником его целеобразования, активизатором мотивационной сферы личности, фактором, обусловливающим определенную направленность познавательной и деятельности и поведения личности. Проблема мотивационно-ценностной сферы личности в психологии ...

Кроме мотивов, потребностей и целей в качестве побудителей человеческого поведения рассматриваются также склонности, интересы, задачи, желания и намерения. Под склонностями понимают не любую, а вполне определенную, внутренне мотивированную предрасположенность к деятельности, когда привлекательными оказываются не только достигаемые цели, но и сам процесс деятельности [20; с 161]. Интересом называют особое мотивационное состояние познавательного характера, которое, как правило, напрямую не связано с какой-либо одной, актуальной в данный момент времени потребностью. Интерес к себе может, вызвать любое неожиданное событие, непроизвольно привлекшее к себе внимание. Любой новый появившийся в поле зрения предмет, любой частный, случайно возникший слуховой или иной раздражитель. Интересу соответствует особый вид деятельности, которая называется ориентировочно-исследовательской. Чем выше на эволюционной лестнице стоит организм, тем больше времени занимает у него данный вид деятельности и тем совершеннее ее методы и средства. Задача как частный ситуационно-мотивационный фактор возникает тогда, когда в ходе выполнения действия, направленного на достижение определенной цели, организм наталкивается на препятствие, которое необходимо преодолеть, чтобы двигаться дальше. Одна и та же задача может возникать в процессе выполнения самых различных действий и поэтому так же нecпeцифичнa для потребностей, как и интерес. Желания и намерения -- это сиюминутно возникающие и довольно часто сменяющие друг друга мотивационные субъективные состояния, отвечающие изменяющимся условиям выполнения действия.

Итак, кроме мотивов, целей склонностей, интересы, задачи, желания и намерения также входят в систему мотивационных факторов, участвующих в мотивации поведения.

Многие исследователи проблемы мотивации человеческой деятельности сходятся в том, что мотивация представляет собой сложную систему, в которую включены определенные иерархические структуры. (В.Г. Асеев, М.И. Бажович, А. Маслоу, Б.И. Дадонов).

При этом структура понимается как относительно устойчивое единство элементов, их отношений и целостности объекта. Анализ структуры мотивации позволил В.Г. Асееву выделить в ней «отрицательное и положительное основание ее составляющих» В.Г. Асеев выделил функциональную и содержательную сторону мотива. [7; с 28]. Существенным для исследования структуры мотивации оказались выделения Б.И. Дадоновым ее четырех структурных компонентов: 1) удовольствие от самого процесса деятельности; 2) прямой результат деятельности; 3) вознаграждение за деятельность; 4) избежание санкции, которая грозит в случае уклонения от деятельности или недобросовестного ее исполнения. [28]. В плане рассмотрения структуры потребностей сферы человека, большой интерес представляет «потребностный треугольник» А. Маслоу, в котором с одной стороны выступает социальная, интерактивная зависимости человека, а с другой — его познавательная когнитивная природа, связанная с самоактуализацией. Особенности классификации мотивов А. Маслоу, по мнению Х. Хекхаузена, является: 1) разграничивает не отдельные мотивы, а цели группы; 2) эти группы упорядочены в ценностной иерархии в соответствии с их ролью в развитии личности. Основной идеей А. Маслоу является принцип относительного приоритета актуализации мотивов, гласящего, что прежде чем активируются и начнут определять поведение потребности более высоких уровней, должны быть удовлетворены потребности низшего уровня.

Важно так же является положение исследований о том, что структура мотивации является развивающейся, изменяющейся в процессе жизнедеятельности. Мотивационная динамика в регуляции действий была на разных теоретических основаниях представлена в таких разных концепциях, как теория поля К. Левина, классификация социогенных потребностей Г. Мюррея или теории деятельности А.Н. Леонтьева и С.Л. Рубинштейна. Отражаемый субъектом аспект значимости для него тех или иных явлений внешнего и внутреннего мира, как в теориях поля, так и при деятельностном подходе связывался с предположениями о потенциальной направленности активности личности.

В.Г. Асеев также указывает на то, что мотивация теснейшим образом связана с эмоциями. Так как, одна из функций эмоций состоит в том, что они ориентируют человека, указывают на значимости окружающих явлений, на степени их важности. Другая функция эмоций состоит в относительно устойчивой во времени установки на тот или иной функционально энергетический уровень жизнедеятельности [7; с 49].

Еще более широким является понятие «мотивационной сферы» включающее и аффективную и волевую сферу личности переживания удовлетворения потребности. Мотивационная сфера понимается М.И. Бажович как стержень личности, к которому стягиваются и такие ее свойства как направленность, ценностные ориентации, установки, социальные ожидания, притязания и другие социально-психологические характеристики.

В отечественной психологии наиболее объективную область исследования мотивации к настоящему времени сформировала теория деятельности происхождения мотивационной сферы человека, созданная А.Н. Леонтьевым и продолженная в работах его учеников и последователей.

Согласно концепции А.Н. Леонтьева, мотивационная сфера человека, как и другие его психологические особенности, имеет свои источники в практической деятельности. В самой деятельности можно обнаружить те составляющие, которые соответствуют элементам мотивационной сферы, функционально и генетически связаны с ними. Поведению в целом, например, соответствует потребности человека; в системе деятельности, из которых оно складывается, — разнообразие мотивов; множество действий, формирующих деятельность, — упорядоченный набор целей. Таким образом, между структурой деятельности и строением мотивационной сферы человека существует отношение изоморфизма, т. е. взаимного соответствия.

Таким образом, под мотивационной сферой личности понимают всю имеющуюся у данного человека совокупность мотивационных образований: диспозиций (мотивов), потребностей и целей, установок, поведенческих паттернов, интересов. С точки зрения разновидности ее характеризуют по широте, гибкости, иерархизированности (Немов Р.С., 1994).

Под широтой мотивационной сферы понимается качественное разнообразие мотивационных факторов. Чем больше у человека разнообразных мотивов, потребностей, интересов и целей, тем более развитой является его мотивационная сфера. Здесь не следует напрямую связывать развитие мотивационной сферы человека с количеством имеющихся у него разнообразных потребностей, склонностей, интересов. Конечно, плохо, когда сфера интересов человека слишком заужена и ограничена только одним-двумя видами развлечений, аспектами профессиональной деятельности и т. п. Но вряд ли можно приветствовать и другую крайность, когда человек проявляет интерес (весьма поверхностный) ко всему, серьезно ничем не занимаясь. Кроме того, мотивационную сферу как подструктуру личности — по В.И. Ковалеву — составляют не только актуальные потребности и актуальные мотивы, сколько устойчивые мотивационные образования (направленность личности, интересы, мотивационные установки, желания), которые он и многие другие авторы называют потенциальными мотивами. Следовательно, мотивационная сфера личности сама является латентным образованием, в котором конкретные мотивы как временные функциональные образования проявляются лишь эпизодически, постоянно сменяя друг друга.

Гибкость мотивационной сферы характеризуется по Р. С, Немову разнообразием средств, с помощью которых может быть удовлетворена одна и та же потребность. То есть речь идет фактически о замещении одной цели другой.

Иерархизированность мотивационной сферы — это отражение в сознании человека значимости той или иной потребности, мотивационной установки, других мотивационных диспозиций, в соответствии с чем одни имеют доминирующее значение при формировании мотива, а другие — подчиненное, второстепенное; одни используются чаще, другие реже.

Целенаправленное формирование мотивационной сферы личности — это, по существу, формирование самой личности.

В основе динамических изменений, которые происходят с мотивационной сферой человека, лежит развитие системы деятельности, которое, в свою очередь, подчиняется объективным социальным законам.

Подводя итог всему вышесказанному, определимся с тем, что мы в своей работе будем понимать под мотивом, мотивацией и мотивационной сферой.

Итак, под мотивом мы будем понимать — устойчивую, внутреннюю психологическую причину поведения человека, его поступков. Соответственно, под мотивацией динамический процесс физиологического и психологического управления поведением человека, определяющей его направленность, организованность, активность, устойчивость. Под мотивационной сферой в данной работе мы будем придерживаться определения данного М.И. Бажович — это «стержень личности, к которому стягиваются и такие ее свойства как направленность, ценностные ориентации, установки, социальные ожидания, притязания и другие социально-психологические характеристики».

1.2 Устойчивые свойства личности как мотивы поведения, деятельности

Ранее уже отмечалось, что мотивами для деятельности личности выступают органические, материальные, социальные и духовные потребности. В современном мире активная деятельность человека протекает в социуме, где он в основном и находит им удовлетворение. И зачастую материальные и духовные потребности удовлетворяются через социальные сферы. Многие из мотивационных факторов со временем становятся настолько характерными для человека, что превращаются в черты его личности.

А.Н. Леонтьев [26] в своей теории деятельности пишет, о том, как мотивы превращаются в то устойчивое, что характеризует данную личность. С.Л. Рубинштейн также считал, что закрепившиеся мотивы становятся свойствами личности. Авторы отмечают, что устойчивые характеристики личности обуславливают поведение и деятельность в такой же степени, как и внешние стимулы, что личностные диспозиции (предпочтения, установки, ценности, мировоззрение, идеалы) принимают участие в формировании конкретного мотива, т. е. свойства личности включены в основание действий и поступков личности.

Первым этапом и одновременно высшим звеном мотивации поведения является формирование личности с определенной социальной ориентацией. Главные ценности личности, ее социальные установки задают основное направление формирования актуальной ситуативной мотивации, однако не предопределяют однозначно содержания конкретных мотивов поведения и планирования поступков.

Между «ядром» личности и поступком существует статистическая связь с достаточно высокой вероятностью, но наблюдаемая не всегда, не во всех случаях.

Следующий уровень — формирование у человека конкретной мотивации. В возникновении и выборе конкретных мотивов деятельности важнейшим личностным фактором выступает умение и способность адекватно соотносить ее субъективные моменты с объективно существующими требованиями, связями и отношениями окружающей действительности и имеющейся ситуации. Последнее неизбежно предполагает наличие у субъекта адекватного целостного образа ситуации, в которой осуществляется деятельность. На основе данного образа происходит выбор конкретных актуальных мотивов и целей деятельности, построение схем поведения.

Между мотивацией и поступком лежит еще одно звено — планирование и принятие решения. В основе этого этапа формирования поведения лежит психологический процесс выбора и постановки целей, на достижение которых будет направлен поступок. Одна из основных личностных структур, участвующих в в данном процессе — это самооценка. При планировании человек должен оценить свои возможности и способности, необходимые для достижения цели, и соотнести их с объективными условиями ситуации.

Последний этап — процесс реализации принятого решения, выбор способа достижения цели.

На каждом этапе происходит субъективная оценка как функция самосознания, с одной стороны, и осознания окружающей действительности с другой. На основе соотнесения этих оценок осуществляется личностный контроль формирования каждого этапа мотивации поведения и соответствующая результатам контроля коррекция каждого иерархического звена формирования поведения.

Соответственно уровневой организации поведения и деятельности необходимо рассматривать и иерархическую структуру личности. В наиболее широком плане можно выделить различные уровни интеграции личности, влияющие на отдельные звенья формирования мотивации. Так, ценности личности, как осознанные и принятые человеком главные мотивы его жизнедеятельности, в совокупности с общим строением мотивов личности, их иерархией, имеют определяющее значение при формировании конкретной ситуационной мотивации. Характер и темперамент, определяющие в большей степени не содержательные, а инструментальные аспекты поведения, типичные способы действия, влияют на этапы принятия решения и реализации цели. Черты личности, отражающие как особенности мотивационной сферы, так и инструментальные проявления, определяют, в зависимости от обстоятельств, тот или иной уровень деятельности. Можно также рассматривать организацию личности и более широко, как структурно-динамическую организацию познавательных, аффективных, волевых, физиологических и морфологических особенностей индивида .

Для нашего исследования интересными являются такие структуры личности как ценностные ориентации, особенности мотивационной сферы и самооценка как один из основных регуляторов поведения.

1.2.1 Ценности, ценностная ориентация личности и мотивация

Под ценностями понимаются материальные или идеальные предметы, обладающие значимостью для данного социального субъекта с позиций удовлетворения его потребностей и интересов. В такой обобщенной формулировке можно представить те многочисленные определения ценностей, которые существуют в отечественной науке. В нашем исследовании мы рассматриваем ценности как феномен, стоящий в одном ряду с потребностями и мотивами.

Ценностные ориентации, являясь одним из центральных личностных образований, выражают сознательное отношение человека с социальной действительности и в этом своем качестве определяют широкую мотивацию его поведения и оказывают существенное влияние на все стороны его деятельности. (Б.Г. Ананьев, В.А. Ядов, М. Рокич).

Развитие ценностных ориентаций тесно связано с развитием направленности личности. С.Л. Рубинштейн указывал, что в деятельности человека для удовлетворения непосредственных общественных потребностей выступает общественная шкала ценностей. В удовлетворении личных и индивидуальных потребностей через посредство общественно полезной деятельности реализуется отношение индивида к обществу и соответственно соотношение личного и общественно значимо.

Д.А. Леонтьев считает, что ценностные ориентации определяются как «избирательное отношение человека к материальным и духовным ценностям, система его установок, убеждений, предпочтений, выражающаяся в поведении».

М. Рокич ценность определяет как устойчивое убеждение в том, что определенный способ поведения или конечная цель существования предпочтительнее с личной или социальной точки зрения, чем противоположный или обратный им способ поведения, либо конечная цель существования .

По М. Рокичу человеческие ценности характеризуются следующими основными признаками:

1. Общее число ценностей, являющихся достоянием человека, сравнительно невелико;

2. Все люди обладают одними и теми же ценностями, хотя и в разной степени;

3. Ценности организованы в системы;

4. Истоки человеческих ценностей прослеживаются в культуре, обществе и его институтах и личности;

5. Влияние ценностей прослеживается практически во всех социальных феноменах, заслуживающих изучения.

В соответствии с принятыми в психологии понятиями природы и особенностей функционирования ценностных ориентаций личности ценности, составляющие их структуру и содержание, разделяются по М. Рокичу на две основные группы с точки зрения целей и задач, которым служит та или иная ценность. Первую группу составляют ценности — цели (терминальные ценности), вторую — ценности средства (инструментальные).

Важнейшими являются терминальные ценности — это основные цели человека, они отражают долговременную жизненную перспективу. Терминальные ценности как бы определяют смысл жизни человека, указывают, что для него особенно важно, значимо, ценно. Именно терминальные ценности соотносятся с так называемыми смыслоообразующими мотивами по А.Н. Леонтьеву. С точки зрения А.Н. Леонтьева смыслообразующие мотивы являются решающими, так как важно не только то, что необходимо субъекту, и не только в том, что и как делается для достижения первого, но и то зачем необходимо человеку все ранее названное. Смыслообразование осуществляет личность посредством своих мотивов, а точнее всей иерархизированной структуры направленности человека, которая соотносится внутри себя так и с различными внешними явлениями.

С точки зрения ценностного подхода к изучению особенностей формирования сознания личности все явления действительности, включая и поступки людей, могут быть представлены в виде набора ценностей, выражающего субъективную оценку индивидом этих явлений с позиции их необходимости при удовлетворении его потребностей и интересов.

Ценностные ориентации личности так же имеют сложную иерархическую структуру. Так, авторы известной диспозиционной концепции регуляции социального поведения В.А. Ядов, Д.Н. Узнадзе выделили следующие уровни диспозиции: 1) элементарные фиксированные установки (возникают на основе витальных потребностей); 2) аттитюды (формируются на основе потребности человека в общении осуществляемой в малой группе); 3) общественно-направленный интерес личности, относительно конкретной сферы активности; 4) ценностные ориентации личности, которые реализуют поведение личности. [24].

Рассматривая ценностные ориентации, важно также подчеркнуть, что в них резюмируется весь жизненный опыт личности, этот компонент структуры личности, с позиций ученых, «представляет собой некоторую ось сознания, вокруг которой вращаются помыслы и чувства человека и с точки зрения которой решаются многие жизненные вопросы» [25; с 49]. По мнению А.Г. Здравомыслова и В.А. Ядова, наличие устоявшихся ценностных ориентаций характеризует зрелость человека и обеспечивает его устойчивость и стабильность. Так, например, устойчивая структура ценностных ориентаций определяет такие качества личности, как активность жизненной позиции, упорство в достижении целей, верность определенным принципам и идеалам, цельность, надежность; и, напротив, противоречивость в ценностных ориентациях влечет за собой непоследовательность, непредсказуемость поведения человека; неразвитость ценностных ориентаций личности определяет ее инфантилизм, господство внешних стимулов в поведении личности, а следовательно, конформизм, безликость человека .

Как подчеркивает Э. Фромм, большинство людей колеблются между разными системами ценностей и потому никогда не развиваются полностью в том или ином направлении; у них нет ни особых добродетелей, ни особых пороков; они похожи на стершуюся монету, так как в них нет самости, нет тождественности себе.

Таким образом, ценности — это ядро структуры личности, определяющее ее направленность, высший уровень регуляции социальным поведением личности.

В своем исследовании мы рассматриваем понятие «ценностные ориентации» как поведенческий аспект. Исследование проблемы хакерской деятельности вряд ли возможно вне исследования ценностных ориентаций личности. Более того, мы считаем, что именно с позиций данной сферы могут быть правильно определены и оценены другие компоненты структуры личности, являющиеся механизмами для хакерской деятельности.

1.2.2 Самооценка как свойство личности и ее роль в мотивации деятельности

Личностью человек не рождается, а становится ею в процессе совместной с другими людьми деятельности и общении с ними. Совершая те или иные поступки, человек постоянно (но не всегда осознанно) сверяется с тем, что ожидают от него окружающие. Иными словами он как бы «примеряет» на себя их требования, мнения, чувства. Под самооценкой принято понимать оценку личностью себя, своих качеств и места среди других людей. Отталкиваясь от мнения окружающих, человек вырабатывает механизм, с помощью которого происходит регуляция его поведения — самооценку

Самооценка -- ценность, которая приписывается индивидом себе или отдельным своим качествам. В качестве основного критерия оценивания выступает система личностных смыслов индивида. Главные функции, которые выполняются самооценкой, -- регуляторная, на основе которой происходит решение задач личностного выбора, и защитная, обеспечивающая относительную стабильность и независимость личности. Значительную роль в формировании самооценки играют оценки окружающих личности и достижений индивида.

Один из самых авторитетных исследователей феномена самосознания И.С. Кон дает следующее определение: «Совокупность психических процессов, посредством которых индивид осознает себя в качестве субъекта деятельности называется самосознанием, а его представления о самом себе складываются в определенный «образ «Я» [Кон И.С., 1978]. Т. е., в действительности у человека существует несколько сменяющих друг друга образов «Я». Представление индивида о себе в текущий момент, в момент самого переживания обозначается как «Я-реальное». Помимо этого у человека существует представление о том, каким он должен быть, чтобы соответствовать собственным представлениям об идеале, так называемое «Я-идеальное». Соотношение между «Я — реальным» и «Я — идеальным» и характеризует адекватность представлений человека о себе, находящую свое выражение в самооценке [22].

В психологической литературе как отечественной, так и зарубежной самооценке уделено большое внимание. Вопросы ее онтогенеза, структуры, функций, возможностей направленного формирования обсуждаются в работах Л.И. Бажович, И.С. Кона, М.И. Лисиной, А.И. Липкиной, Э. Эриксона, К. Роджерса и других психологов. Самооценка интерпретируется как личностное образование, принимающее непосредственное участие в регуляции поведения и деятельности, как автономная характеристика личности, ее центральный компонент, формирующийся при активном участии самой личности и отражающий своеобразие ее внутреннего мира.

Можно выделить несколько источников формирования самооценки, которые меняют вес значимости на разных этапах становления личности: — оценка других людей; - круг значимых других или референтная группа; - актуальное сравнение с другими; - сравнение реального и идеального Я; - измерение результатов своей деятельности.

Самооценка обусловлена сочетанием знания о себе и мировоззрения, норм и ценностей, присущих человеку. Именно самооценка выполняет функцию регуляции поведения и деятельности, так как она может соотносить потребности и притязания человека и его возможности.

Самооценка является «стержнем» саморегуляции на всех этапах ее осуществления, включается в структуру мотивации, определяет направленность саморегулирования, выбор средств и влияет на интерпретацию достигнутого эффекта поведения.

Достаточно высокий уровень развития саморегулирования поведения, который объективно выражается в тонкости, дифференцированности и адекватности всех осознанных поведенческих реакций, поступков, вербальных проявлений, соответствует зрелому состоянию развития самосознания в целом: адекватной самооценке, а также ориентации на самооценку, а не на оценку другими. Самооценка — на начальных этапах результат интериоризации оценки себя другими — впоследствии эмансипируется от оценок окружающих и все более приобретает значение внутреннего регулятора поведения.

Психологи рассматривают самооценку с различных точек зрения. Так, оценку себя в целом как хорошего или плохого принято считать общей самооценкой, а оценку достижений в отдельных видах деятельности — парциальной. Помимо этого выделяют актуальную (то, что уже достигнуто) и потенциальную (то, на что способен) самооценку. Потенциальную самооценку часто называют уровнем притязаний. Рассматривают самооценку как адекватную/неадекватную, т. е, соответствующую/несоответствующую реальным достижениям и потенциальным возможностям индивида. Так же различается самооценка по уровню — высокому, среднему, низкому. Слишком высокая и слишком низкая самооценка могут стать источником конфликтов личности, которые могут проявляться по разному. В нашем исследовании мы рассматриваем самооценку как важнейший элемент, регулирующий поведение человека при планировании своих поступков.

Глава 2. Характеристика хакерской деятельности

2.1 Понятие хакерской деятельности

Развитие современных информационных технологий породило такие виды деятельности, которые вряд ли с достаточным основанием можно назвать профессиональными. Одной из таких является хакерская деятельность.

К теме хакерства, хакерской деятельности обращались и обращаются специалисты по ИТ, юристы, журналисты, социологи и психологи .

В этой связи интересным представляется исследование социолога Г. Р. Мейера, который в своей работе «Социальная организация компьютерного андерграунда» подчеркивает, что каждая социальная группа, которая имеет дело с хакерами (средства массовой информации, криминалистика, обычные программисты и сами хакеры) принимает определения, которые так или иначе согласуются с ее собственной социальной позицией. Так, например, отношение или определение хакеров обычно зависит от того, приходилось ли испытывать автору публикации последствия их работы (сталкивался ли он с компьютерными вирусами, терял ли важную информацию).

Таким образом, для нас при анализе публикаций о хакерах и хакерстве важно каждый раз обращать особое внимание на источники информации и исключительность некоторых случаев, которые авторы описывают как яркие примеры «хакерства». На самом деле, такие «яркие», общеизвестные примеры хакерства не являются типичными; наоборот, типичный хакер — тот, о существовании которого неизвестно обществу.

При анализе публикаций можно отметить, что в понятие «хакерства» входят разные компоненты деятельности, взаимодействия с компьютером и информационной средой. Но точного определения хакерства и хакеров и даже единых критериев формирования этого определения, к сожалению, пока не существует, несмотря на проводящиеся исследования.

Психологических исследований хакеров крайне мало. В то же время существует довольно большое количество работ, принадлежащих перу самих хакеров, специалистов по информационных технологиям, криминалистов, юристов, журналистов, посвященных проблеме хакеров. Поэтому была предпринята попытка проведения анализа этой литературы, насколько это возможно, под углом зрения психологии. Как было указано выше, проводить такой анализ необходимо с учетом социальной позиции авторов и их отношения к самому явлению хакерства.

Итак, разные авторы термином «хакер» называют разных людей. Так, например, хакеры это:

— высококвалифицированные программисты, которые полностью поглощены работой с компьютерами и которые утратили любые другие интересы;

— программисты самой разной квалификации, в том числе и высокой, которые отличаются нетрадиционным поведением и нестандартным образом жизни;

— лица, которые создают и распространяют компьютерные вирусы;

— убежденные и бескорыстные взломщики компьютерных систем защиты программных продуктов, информационных систем и защищенных файлов;

— взломщики систем защиты, которые стараются получить при этом пользу (корысть) (например, модификация разных электронных документов)

— подростки (школьники и студенты), которые увлечены информационными технологиями, и, возможно, те, которые принадлежат к вышеперечисленным разновидностям.

Итак, хакерами в узком смысле слова называют людей, проявляющих исключительный интерес к проблематике защиты информации и применения своих знаний, как для защиты информационных систем, так и их взлома. В широком смысле под хакерством понимается ярко выраженное увлечение познанием в сфере информационных технологий, выходящее за рамки профессиональной или учебной деятельности. В состав познавательной деятельности, связанной с применением ИТ, входит изучение принципов и механизмов работы компьютеров и компьютерных сетей. Профессиональные знания такого рода необходимы специалистам по ИТ, а гипертрофированное увлечение поиском и применением таких знаний характерно для хакеров. Таким образом, хакером может быть и самоучка, программист-любитель, и высокопрофессиональный специалист по ИТ.

Для более глубокого понимания явления хакерства обратимся к его истории. Одним из первых заговорил о суперпрограммистах как о хакерах Дж. Вейценбаум в своей работе «Возможности вычислительных машин: от суждений к вычислениям» [11]. Он назвал их одержимыми программистами, которых отличают высокий профессионализм, стремление к овладению знаниями и неослабевающий интерес к своей работе. Он же отметил типичную для них внутреннюю мотивацию деятельности: они пишут программы, поскольку им нравится сам процесс работы с компьютером, предоставляющем программисту возможность творить свой собственный мир: «Программист вычислительных машин — творец миров, в которых он сам является единственным законодателем."[11; с 12] Нередко можно услышать мнение, что все наиболее удачные и полезные идеи в области программного обеспечения были в свое время выдвинуты и безукоризненно реализованы именно хакерами.

В массовом сознании сложилось несколько образов хакеров, которые лишь частично перекрываются. Примерами могут служить мстительный составитель компьютерных вирусов, задавшийся целью вывести из строя компьютеры и системы своих явных или вымышленных недругов; любознательный подросток, с легкостью преодолевающий все препятствия в блужданиях по Сети и случайно ставящий мир на грань краха; удачливый жулик, сумевший (вариант: чуть-чуть не сумевший) перехитрить самые современные охранные системы; благородный герой, противостоящий злоумышленникам и возвращающий информационно обездоленным людям скрытую от них информацию; гениальный злодей, упорно ищущий способ установить господство над миром посредством взаимосвязанных компьютеров и информационных систем, и т. д. Поскольку во всех случаях речь идет о натурах незаурядных и во многом таинственных, то в подростковой среде сложилось представление о хакерстве как о привлекательном и модном стиле поведения. Хакерское сообщество стало привлекательно для подростков, не проявляющих ни повышенного интереса, ни исключительных способностей к технологиям. Они стремятся примкнуть к хакерам как к референтной группе, повысить свой социальный статус.

Вместе с изменением компьютерных технологий видоизменялось не только представление о хакерах, но и содержание их деятельности. Умелые и многознающие компьютерные «маги», как их часто называют, по-прежнему верны правилу, выраженному Ш. Текл следующим образом: нелегальный хакерский поступок должен быть совершен простыми или даже элементарными средствами, но требующими огромных знаний и высокого мастерства. Однако наряду с магами — фанатичными знатоками всего, что относится к информационным технологиям, — хакерами стали себя именовать новички сравнительно низкой квалификации. Сегодняшним хакерам необязательно иметь такие глубокие познания, какие нужны были еще 10−20 лет назад, особенно для того, чтобы начать заниматься «хакингом» — вся необходимая информация и даже программы находятся на web-страницах в Интернете, (таких как HackZone и др.), выпускаются специальные электронные журналы, посвященные последним новостям и техническим достижениям в области «хакинга». Теперь почти любой «продвинутый» пользователь Интернета способен вооружиться и поохотиться на плохо защищенную информацию. Таким образом, достичь привлекательного для хакера результата можно психологически различающимися способами: самостоятельно разработать оригинальный метод атаки на систему защиты программных продуктов или сайтов либо действовать неоригинально и применить готовую технологию взлома.

Разделение членов хакерского сообщества по объему приобретенного опыта и познаний («компетентности») считается наиболее очевидным и не вызывающим ни y кого сомнений. И социологи, и сами хакеры, и их оппоненты -- специалисты по защите информации -- утверждают, что имеется относительно небольшое ядро хакеров, которым под силу разрабатывать и планировать новые способы преодоления систем компьютерной защиты. Впоследствии они делятся результатами своей работы с другими хакерами, так что менее квалифицированные воспринимают готовые «рецепты» хакерства.

Широко распространена и классификация хакеров по способу деятельности — обычно различаются Software хакеры (взламывают программное обеспечение), фрикеры (телефонные хакеры) и сетевые хакеры (взламывают защиту серверов Интернета).

Среди фрикеров выделяется подгруппа кардеров — взломщиков банковских кредитных карточек. Эта прослойка немногочисленна, поскольку такого рода деятельность требует глубоких познаний в области радиоэлектроники и программирования микросхем. Сами хакеры любят подчеркивать свое отличие от крэкеров — взломщиков систем безопасности. В последнее время появились два новых чрезвычайно опасных вида хакеров — информационные брокеры и хакеры. Информационные брокеры делают хакерам заказ на кражу информации, а потом перепродают ее иностранным правительствам или конкурирующим коммерческим организациям. «Хакеры есть своего рода паразитами на паразитах. Они отслеживают работу «обычных» хакеров, оставаясь незамеченными, а потом пользуются результатами их «работы». Террористы и прочие преступные элементы используют хакеров, как инструмент для нейтрализации воинских и полицейских служб.

Особо необходимо отметить, что существует в хакерской деятельности некоторая граница, которая разделяет всех профессионалов, связанных с информационной безопасностью, на хакеров (hackers) и кракеров (crackers).

И те и другие занимаются решением похожих задач — поиском слабых мест в вычислительных системах и осуществлением атак на данные системы («взломом»).

Самое главное и принципиальное расхождение между хакерами и кракерами обнаруживается в цели, которую они преследуют. Основная задача хакера в том, чтобы, исследуя вычислительную систему, найти слабые места в ее системе безопасности и информировать пользователей и разработчиков системы с целью последующего устранения найденных слабых мест. Другая задача хакера — проанализировав существующую безопасность вычислительной системы, сформулировать необходимые требования и условия повышения уровня ее защищенности. С другой стороны, основная задача кракера складывается в непосредственном осуществлении взлома системы с целью получения несанкционированного доступа к чужой информации — иначе говоря, для ее кражи, подмены или для объявления факта взлома. Кракер, за своей сутью, ничем не отличается от обычного вора, который взламывает чужие квартиры и ворует чужие вещи. Он взламывает чужие вычислительные системы и ворует чужую информацию. Вот в чем состоит кардинальная разница между теми, кого можно назвать хакерами и кракерами: первые — исследователи компьютерной безопасности, вторые — просто взломщики, воры, вандалы. Именно вторая группа хакеров- кракеры представлют интерес для нашего исследования.

Хакерство как явление следует рассматривать с двух сторон или подходов. С одной стороны хакерство — это зависимость, которая проявляется в навязчивом повышении собственного уровня знаний, покупке или «собирании» все более мощного компьютера, установке лишь самых новых программ. Т. е., некоторая компьютеромания. С другой — это определенная субкультура, социальная группа.

В силу общности интересов и жизненных ценностей хакеры обмениваются опытом и информацией, объединяются в группы и реализуют коллективные проекты, периодически съезжаются на семинары и конгрессы. У них имеется объединяющее начало: периодические издания, специфические язык и мифология, герои (Кевин Митник, Линус Тор-Вальд и другие).

Тематические веб-сайты и веб-порталы служат одновременно и для публикации советов, рекомендаций, статей, новых находок, и для общения.

Немалое значение для укрепления групповой сплоченности хакеров придается соблюдению ими «профессиональной» этики, изложенной в постоянно обновляющемся словаре хакеров под названием «Жаргон хакера». Согласно этой этике, декларируются свобода информации и противодействие ее сокрытию, а также идеалы бескорыстия и стремления к познанию. Все чаще хакерство понимается как своеобразная субкультура андерграунда.

Сильны среди хакеров и анархические убеждения. Так, можно встретить следующее утверждение: «Характерной чертой самосознания хакеров является принцип непринадлежности к обществу, что в их понимании ведет к независимости. Одним из основных общепринятых лозунгов хакеров, провозглашенных в «Жаргоне хакера» является требование доступности любой информации. А.Е. Войскунский, Ю.Д.Бабаева, О. В, Смыслова в этой связи отмечают, что к облику хакера добавляется что-то вроде образа Робин Гуда: хакеры возвращают «информационно обездоленным людям» [3] информацию, делают ее общедоступной.

При всей очевидной интернациональности хакерской деятельности можно говорить и о некоторых социокультурных особенностях. Применительно к России такого рода особенности могут быть связаны с последствиями «железного занавеса» и состоянием российской экономики. В прежние времена нельзя было приобрести «западные» программные продукты — чтобы получить возможность работать с ними, приходилось их взламывать. Таким образом, складывалась ситуация неявного поощрения хакинга государством — общим работодателем всех программистов. В настоящее время ситуация в чем-то сходна: поскольку сравнительно немногие люди или организации в России покупают лицензионные диски с текстовыми редакторами, играми или графическими пакетами, а дешевые CD cо взломанными программами пользуются большим спросом, и тем самым есть работа для компьютерных пиратов и в нашей стране, и за рубежом.

Подводя итог анализа публикаций и исследований по проблеме хакерства, можно сделать вывод, что хакерство определяется как:

— глубинное изучение электронных или программных систем с целью их несанкционированного или непредвиденного использования: взлом защиты, нелегального копирования, изменения.

— страсть к исследованию или написанию компьютерных программ, как правило, вне систематической инженерной деятельности;

— вид незаконной деятельности, которая состоит в проникновении в защищенные компьютерные системы или сети с целью получения ценной информации, разворовывание денег или с хулиганскими мотивами.

А также выделить следующие причины хакерства:

— дезадаптация к социальной жизни, несформированность социальных привычек и умения общаться;

— деструктивные желания и склонности;

— склонность к анархии, противоправным действиям, неразвитость личностной и нравственно-правовой сфер — об этом говорят их запрещенные и даже криминальные действия (разработка и распространение вирусов, взлом электронных систем защиты информационных источников, кража денег из банков).

— «Феномен Робин Гуда» — героя, который возвращает информационно обездоленным людям забранные у них информационные ценности;

— психические расстройства типа шизоидного или паранойяльного. Лица с такими расстройствами находят в программировании возможность создания своего собственного выдуманного мира.

— развитие своих умений, повышение собственного мастерства и квалификации.

Рассмотрим также некоторые психологические особенности хакеров.

хакерская деятельность мотивация самооценка

2.2 Психологические особенности хакеров

Как уже было отмечено выше, психологических исследований хакеров крайне мало. В то же время существует довольно большое количество работ, принадлежащих перу самих хакеров, специалистов по информационных технологиям, криминалистов, юристов, журналистов, психологов, посвященных проблеме хакеров. Поэтому была предпринята попытка проведения анализа этой литературы, насколько это возможно, под углом зрения психологии. Как было указано выше, проводить такой анализ необходимо было с учетом социальной позиции авторов и их отношения к самому явлению хакерства.

В портретах и историях хакеров в книге Дж. Маркофа и К. Хефнер «Хакеры» [28], как и других подобных сочинениях, можно проследить общие черты, некоторые психологические характеристики. Например, что большинство хакеров обладает исключительно высоким уровнем интеллекта. Высокие познавательные способности просто необходимы хакерам, так как для успешного доступа на удаленные компьютеры нужны блестящие знания телефонного, компьютерного оборудования и систем.

Другой общей чертой всех героев книги является настойчивость, упорство в достижении цели. Хакеры должны обладать высокими волевыми качествами, так как часто их деятельность требует длительных усилий, долгой, однообразной работы, без подкрепления «промежуточных» результатов.

Принятие решения на основе собственных критериев — одна из самых характерных черт хакеров, описываемых в любых источниках: сюда входят собственные моральные принципы, увлеченность деятельностью, игнорирование требований социума в собственной работе. Большинство хакеров предпочитают индивидуальную форму деятельности; даже те, кто имеет опыт «хакинга» в группе, предпочитают в основном действовать в одиночку. Холодность и неэмоциональность в общении, склонность к конфликтам, предпочтение большей физической дистанции в общении, — все это — довольно точное описание такой, например, яркой фигуры в истории хакерства, как Кевин Митник.

Сходство проявляется и в описании тех психологических защит, которые характерны для хакеров. Это аналитические формы защиты — рационализация, проекция. Проявления таких форм защит наглядно описаны в книге Дж. Маркофа и К. Хефнер: каждый раз, идя на не совсем законную сделку, хакеры «объясняют» себе ее значение с рациональной точки зрения. Например, в продаже Советскому Союзу сведений о военных базах США было найдено объяснение как целого проекта «Эквалайзер», в котором хакеры делают все возможное, чтобы не допустить преимущества одной сверхдержавы над другой, и таким образом обеспечивают мир на Земле [28].

Другой частый случай в истории хакерства — сравнение себя с литературными героями, проецирование ситуации на описанные в фантастической литературе события. Так, даже во время заседания суда некоторые из подсудимых-хакеров оправдывали свои действия тем, что чувствовали себя героями киберпанковской литературы.

Еще одна типичная картина в историях и биографиях хакеров — неудачный опыт взаимодействия с обществом в детстве: неполные семьи, несложившиеся отношения со сверстниками, одиночество. Многие авторы подчеркивают в своих публикациях значение такого опыта в жизни хакера, фактически решающего его судьбу. Можно говорить также о том, что увлечение информационными технологиями и «успехи» в этой области могут служить своего рода компенсацией недостаточного общения с близкими взрослыми и сверстниками, непринятия хакера в референтной группе, недостатка самоуважения.

В то же время, несмотря на отмеченные выше сходные характеристики хакеров, в публикациях встречаются описания хакеров, содержащие противоречия. Например, некоторые хакеры явно не претендуют на звание «интеллектуалов» и в то же время вполне удачно занимаются хакингом. В публикациях Дж. Маркоф, К. Хефнер, встречаются описания не слишком интеллектуальных и в то же время удачно занимающихся хакингом субъектов. В исследовании Смысловой О.В. [35] также было обнаружено, что среди 62 испытуемых — студентов и выпускников технических ВУЗов, признававших себя хакерами или имевших репутацию хакеров — 9 человек (13% выборки) обладали средним уровнем интеллекта (т.е. были способны решить 50−75% задач в предложенном им тесте).

В этой связи может быть высказано мнение, что недостаточное развитие у части хакеров интеллектуальной сферы как бы компенсируется. волевой сферой: с одной стороны, высокоразвитый интеллект обеспечивает хакеру быстрое и эффективное достижение желаемого результата, а с другой стороны, менее способные хакеры добиваются сопоставимых результатов, действуя «в лоб», для чего необходимы воля, терпение и настойчивость. Подобная компенсация представляется продуктивным психологическим механизмом, способным стать основой и позитивных, и негативных преобразований личности. Достаточно сказать, что даже из бытовых наблюдений известно, сколь часто низкое или среднее развитие интеллекта не компенсируется ни настойчивостью, ни волей.

Другую проблемную область представляют парадоксы коммуникативной сферы хакеров. Расхожим стало убеждение о полной асоциальности хакеров. С одной стороны многие из них описаны как нелюдимые, застенчивые люди, не умеющие завязывать контакты. С другой стороны, большинство компьютерных преступлений совершались при помощи феноменальных коммуникативных навыков. При этом хакерам совершенно неинтересны сами люди, они не сопереживают своим собеседникам. В этом аспекте можно говорить даже о сходстве личностных черт таких хакеров с мошенниками, киллерами или разведчиками. В качестве разумного объяснения таких феноменальных коммуникативных навыков можно предложить механизм гиперкомпенсации.

Кроме этого, даже самые малообщительные хакеры довольно активно взаимодействуют между собой, а зачастую объединяются в группы (команды) — и неформальные, и формальные, причем в последнем случае — с четким распределением ролей и выверенными до мельчайших квантов времени согласованными действиями. По интенсивности внутригрупповых контактов и заботе о сохранении своей специфической культуры хакеры, видимо, не отличаются от других современных течений андерграунда (о психологических особенностях которых, впрочем, известно весьма мало).

Тем самым неверно было бы говорить об асоциальности хакеров в психологическом плане им, как и представителям других течений андерграунда, по-видимому, комфортно в своем сообществе, внутри избранной идиокультуры. При этом не выглядит ошибочным тезис об антиобщественной (или, во всяком случае, своеобразной) системе ценностей, принятой в данном андерграунде.

Важным психологическим моментом является также непонимание последствий своих действий хакерами. Парадокс состоит в том, что, несмотря на свой высокий интеллектуальный уровень, хакеры плохо представляют себе последствия своих действий — простаивающие выключенные компьютеры, людей, оторванных друг от друга и от своей работы. Эти последствия оказываются отгороженными от них временем, расстоянием. Часто хакеры просто не задумываются о том, что происходит на другом конце провода. В этом отношении неспособность хакеров занять позицию человека, находящегося за другим компьютером оказывается сходной с недостаточной выраженностью способности к децентрации, о которой писал Ж.Пиаже. Этот факт можно истолковать как инфантилизм некоторой подгруппы хакеров как неспособность понять последствия своих поступков, безответственность. В некоторых случаях можно говорить о недостаточной сформированности моральной сферы личности. Хорошим примером этого может послужить случай, когда во время допроса судья спросил юного немецкого хакера, кто будет платить за время связи стоимостью в тысячи марок, Пенго ответил: «Не знаю, это не мои проблемы».

С другой стороны, в некоторых случаях можно говорить о том, что такого рода непонимание обусловлено самим «инструментом» — компьютером, компьютерными сетями. Например, о Роберте Моррисе, авторе первого компьютерного вируса, которого нельзя упрекнуть в недостатке образования и моральных представлений, Дж. Маркоф и К. Хефнер пишут, что он «даже не подозревал о существовании закона, который нарушил» [28]. Роберт очень переживал за людей, которые пострадали от его вируса, за всех пользователей сети Интернет, но не думал, что это происшествие коснется кого-либо за пределами информационного сообщества.

Таким образом, можно сказать о том, что существуют некоторые общие закономерности в развитии личности хакеров. И таковыми, по-нашему мнению, являются недостаточная сформированность мотивационной сферы, высокая самооценка.

2.3 Исследования в области мотивации хакерской деятельности

Научное изучение этого своеобразного сообщества только начинается. Игнорирование проблемы хакерства в психологии обусловлено рядом причин, куда входят как трудности методического плана, так и многообразие проявлений хакерства, сама неоднозначность этого явления. С методической точки зрения очевидно, что изучать хакеров — дело не простое, так как это сообщество замкнуто и труднодоступно, оно обычно нигде не локализовано, кроме условного пространства Интернета. Еще большую трудность представляет собой определение границ этого сообщества, выделение критерия принадлежности к хакерам. И, несмотря на популярность темы хакерства (особенно в СМИ), как уже говорилось, четкого и однозначного определения хакера и его деятельности не существует.

Приходится также констатировать, что о мотивационной стороне деятельности хакеров известно крайне мало, в то время как иерархия мотивационных образований занимает одно из ведущих мест в формировании личности.

Специальное исследование мотивации пользователей Интернета — предположительно включая хакеров — проведено Д. Хоффман и Т. Новак [1996]. В их исследовании была подчеркнута значимость мотивации переживания опыта потока. Данный термин был введен М, Чиксентмихайи в 1975 г. Под опытом потока понимается особое состояние включенности в деятельность, при котором действия и их осознание сливаются для субъекта в единое целое, а результат деятельности отходит на задний план. В последствии данную тему исследовали А.Е. Войскунский, О.В. Смыслова, которые в своем исследовании определяли взаимосвязь мотивации опыта потока в развитии компетенции хакера

Определенное внимание мотивации хакеров уделено в социологическом исследовании П. Тэйлора и в проведенном более двух десятилетий назад исследовании Ш. Текл. П. Тейлор выделил следующие типы мотивов: любопытство, скука, удовольствие, получаемое от ощущения силы, «узнавание в среде таких же, как и ты», борьба за свободу информации, зависимость от компьютеров. Некоторые, предложенные Тейлором формулировки не соответствуют принятому в психологической науке пониманию мотивов (например, «скука» — не является мотивом, это результат неудовлетворенной потребности в познании, рекреации и пр.), зачастую за выделенным конструктом стоит целый ряд мотивов. То же самое можно сказать и о мотивировках, выделяемых другими авторами: стремление поверять пределы возможностей информационных технологий, компьютерных систем, предпочтение процесса взаимодействия с компьютером, анархические тенденции, стремление доказать обществу свое превосходство.

Анализируя мотивировки, предложенные П. Тэйлором и другими авторами, а также на основании проведенного Ю.Д. Бабаевой, А.Е. Войскунским и О.В. Смысловой контент-анализа спонтанных самопредставлений хакеров [2] и психосемантического исследования хакерской мотивации можно утверждать, что в побуждении деятельности хакеров участвует целое поле возможных мотивов: познавательные мотивы, мотивация аффилиации, сотрудничества, желание продемонстрировать себя, самоутверждение, опыт потока и др. Выделенные виды мотивов можно объединить в более общие группы в зависимости от направленности потребности (на знания, и на социум), что сводит все указанные мотивы к двум большим группам: познавательной и социальной. Кроме того, мотивация субъекта может быть направлена как на конечный результат своей деятельности, так и на процесс этой деятельности: т. е. она может быть как внешней, так и внутренней.

Под мотивацией хакерского поведения понимается процесс формирования мотива действия как осознанного побуждения к совершению противоправного поступка. При этом необходимо учитывать, что, как и всякое внутреннее побуждение, мотив формируется под влиянием социальной среды и жизненного опыта личности хакера. Потребности, интересы, чувства, приобретая значение побуждения к конкретному поступку, становятся мотивами совершения противоправного действия.

Исходя из вышесказанного, нами была поставлена цель определить особенности ценностно-мотивационной сферы специалистов в области ИТ и соотнести их с данными полученными при анализе российских и зарубежных источников и ранее проведенных исследований

Глава 3. Исследование особенностей ценностно-мотивационной сферы

3.1 Методики исследования

Большое разнообразие представлений о хакерской деятельности и неоднозначность социальной оценки этого явления порождают проблемы, связанные с формированием выборки испытуемых и процедуры проведения исследования.

К таким проблемам можно отнести как организационные, так и методические. Прежде всего анонимность хакеров затрудняет изучение данной группы. В то же время, сами хакеры (или как мы их называем специалисты по ИТ с высоким уровнем склонности к хакерской деятельности) двойственно относится к собственной анонимности: с одной стороны, они стремятся к тому, чтобы об их поступках было известно, с другой — стараются держать свою идентичность в секрете. Другими особенностями хакерского сообщества, затрудняющими проведение исследованиия являются:

— отсутствие четкого определения этой группы и критериев отнесения к ней: кого считать хакером, а кто им не является.

— отсутствие четких границ группы. Эта особенность обусловлена быстрым развитием технологий, вместе с которыми приходят и уходят или изменяются профессионалы, хакеры могут с возрастом отказываться от своих пристрастий.

Задача методического плана заключается в подборе адекватных целям исследования методик, в то же время подходящих для его проведения в данной сообществе. Специалисты по информационным технологиям не относятся к категории «наивных» испытуемых: многие из них увлекаются психологическими тестами, знакомы с понятием шкалы лжи, компьютеризированными версиями тестов MMPI, теста Люшера и др. Поэтому для получения достоверных результатов необходим подбор методик, которые, во-первых, мало известны, во-вторых, интересны испытуемым (для того, чтобы они не отказывались участвовать в исследовании) и, в третьих, компактны.

В соответствии с гипотезами были выбраны методики, направленные на измерение уровня самооценки, ценностных ориентаций и мотивационной сферы. Данные методики, с одной стороны, отвечают задачам исследования, а с другой — соответствуют приведенным выше трем основным условиям: относительно малоизвестны, в достаточной степени интересны для испытуемых, компактны.

Для отнесения специалистов в области информационных технологий к группам с различным уровнем склонности к хакерской деятельности применен опросник «Считаешь ли ты себя хакером?». Опросник был разработан психологами МГУ и неоднократно использовался ими при исследованиях хакерского сообщества для отнесения специалистов, увлеченных информационными технологиями к группам хакер — не хакер.

Для диагностики уровня самооценки испытуемых была использована методика диагностирующая уровень самооценки Будасси. Эта методика также отличается компактностью, быстротой проведения при хорошей надежности, валидности и достоверности.

Для исследования ценностных ориентаций испытуемых была применена методика ценностных ориентаций М.Рокича. Эта методика была выбрана из-за ее компактности, быстроты в проведении и в то же время достаточной надежности, валидности и достоверности. В свое время данная методика использовалась при исследованиях движения хиппи, а хакерство, по мнению многих авторов, приближено по многим параметрам к этому движению.

Методика ценностных ориентаций М. Рокича, основанная на прямом ранжировании списка ценностей, является в настоящее время наиболее распространенной для изучения ценностных ориентаций. М. Рокич различает два класса ценностей:

— терминальные — убеждения в том, что конечная цель индивидуального существования стоит того, чтобы к ней стремиться;

— инструментальные — убеждения в том, что какой-то образ действий или свойство личности является предпочтительным в любой ситуации.

Это деление соответствует традиционному делению на ценности-цели и ценности-средства.

Доминирующая направленность ценностных ориентаций четко фиксируется как определенная жизненная позиция по критериям уровня вовлеченности, с одной стороны в сферу деятельности, а с другой — в семейно-бытовую и досуговую активность. Качественный анализ результатов исследования дает возможность оценить, жизненные идеалы, иерархию жизненных целей, ценностей — средств и представлений о нормах поведения, которое человек рассматривает в качестве эталона.

Диагностику мотивационной сферы мы исследовали тестом юмористических фраз (ТЮФ).

Тест предложен А.Г. Шмелевым и В.С. Бабиной и представляет собой оригинальную компактную методику соединяющую в себе достоинства стандартизированного измерительного теста и индивидуализированной проективной техники. В основе методики лежит прием свободной тематической классификации многозначных стимулов — юмористических фраз, Появление крупного класса является свидетельством наличия сверх значимой (доминирующей) мотивации, предметное содержание которой соответствует предметному содержанию этого класса. Валидность ТЮФ оценивалась с помощью методики ГОЛ («групповая оценка личности»), а также с помощью параллельного применения других мотивационных тест-опросников и проективных методик. Тест содержит 100 юмористических фраз (афоризмов), которые испытуемый должен расклассифицировать на 10 заданных тематических классов, соответствующих 10 мотивационным шкалам. Наличие установки в одной или нескольких из перечисленных областей проявляется в том, что человек в немалозначных юмористических фразах (а таких в методике 40) улавливает именно тот смысл, который соответствует его установке. Испытуемый получает список из 10 перечисленных выше сфер и задание, читая последовательно юмористические фразы, относит их к какой-либо из этих сфер. О наличии установки (или установок) судят по тому, какое количество фраз испытуемый отнес к той или иной сфере: чем больше карточек, отнесенных к данной сфере, тем сильнее установка на нее. В свою очередь установка может свидетельствовать о нескольких вещах:

1. О наличии у испытуемого недостаточно осознаваемых, но достаточно сильных потребностей в данной сфере.

2. О наличии у него сильных проблем в этой сфере, вызывающих постоянные эмоциональные переживания.

3. О наличии комплексов, связанных с данной сферой.

3.2 Испытуемые

Группа испытуемых 36 человек была сформирована из специалистов в области информационных технологий — сотрудников коммерческого предприятия и КГУ. В данной выборке были представлены специалисты различных отраслей информационных технологий — программирования, администрирования компьютерных сетей, телекоммуникаций и т. д. Из общего числа испытуемых женщины составили 7 человек, т. е. 19 процентов от общей выборки.

Склонность к хакерской деятельности на основании проведенного опросника у испытуемых была распределена следующим образом:

— 8 человек, что составляет 22 процента, была выявлена склонность к хакерской деятельности выше средней. Из них 7 мужчин (88%) и одна женщина (12%).

Данные испытуемые при обработке результатов были отнесены к первой группе.

— 11 человек показали средний уровень склонности. Из них 6 мужчин (55%) и пять женщин (45%).

Данные испытуемые отнесены ко второй группе.

— 17 человек показали ниже среднего уровня склонность к хакерской деятельности. Из них 16 мужчин (94%) одна женщина (6%).

Данные испытуемые были отнесены к третьей группе.

Результат исследования уровня склонности к хакерской деятельности представлен на диаграмме 1 (Приложение 1).

3.3 Результаты исследования

Исследование уровня самооценки проводилось по методике Будасси.

Данные в результате исследования были подвергнуты корреляционному анализу. Для чего использовался расчет коэффициента ранговой корреляции по формуле Роджерса:

r = 1- (6 * SdІ / (nІ - n)

где: d — разность номеров рангов избранных испытуемым;

n — число рассматриваемых свойств (20)

Далее проводился анализ полученных рангов.

Если r стремится к + 1, то это указывает на завышенную самооценку;

Если r стремится к — 1, то это указывает на заниженную самооценку;

При — 0.5 < r < +0.5 — самооценка нормальная.

Результат исследования уровня самооценки представлен в таблице.

Таблица.1 Уровень самооценки у специалистов в области ИТ с различным уровнем склонности к хакерской деятельности

Уровень самооценки

Коэффициент корреляции ранга

Группа с высоким уровнем склонности (8 чел.)

Группа со средним уровнем склонности (11 чел.)

Группа с низким уровнем склонности (17 чел.)

количество в группе

% в группе

количество в группе

% в группе

количество в группе

% в группе

Высокая

от + 0.5 до + 1

5

63

1

9

1

6

Нормальная

от — 0.5 до + 0.5

3

37

8

72

8

47

Низкая

от -1 до — 0.5

0

0

2

18

8

47

Диаграмма 2

Из таблицы 1 и диаграммы 2 (Приложение 2) наглядно представлено, что у представителей группы с высоким уровнем склонности к хакерской деятельности преобладает высокая самооценка и полностью отсутствует низкая.

Совершенно противоположная ситуация у группы с низким уровнем склонности к хакерской деятельности, где в равных пропорциях присутствует низкая и нормальная самооценка и только у одного специалиста из 17 была обнаружена завышенная.

Таким образом, наша гипотеза о наличии у специалистов области ИТ с высоким уровнем склонности к хакерской деятельности завышенная самооценка.

Уровень развития мотивационной сферы мы исследовали тестом юмористических фраз (ТЮФ).

Обработка результатов теста заключалась в подсчете количества фраз, которые испытуемый отнес к той или иной сфере. Чем больше карточек, отнесенных к данной сфере, тем сильнее установка на нее. Появление такой установки свидетельствует о сверхзначимой (доминирующей) мотивации, предметное содержание которой соответствует предметному содержанию этого класса.

Таблица 2 Наиболее значимые терминальные ценности специалистов в области ИТ с различным уровнем склонности к хакерской деятельности

Группа

Общее количество испытуемых в группе

Наиболее значимые темы

Кол-во испытуемых в группе, избравших тему

Процент от общего количества в группе

Первая группа (с высоким индексом склонности к хакерской деятельности)

8

Взаимоотношения полов

7

87%

Человеческая глупость

6

75%

Карьера, деньги

По 5

63%

Вторая группа (со средним индексом склонности к хакерской деятельности)

11

Взаимоотношения полов

8

72%

Человеческая глупость

6

55%

Деньги

5

45%

Третья группа (с низким индексом склонности к хакерской деятельности)

17

Взаимоотношения полов

10

59%

Человеческая глупость

7

41%

Агрессия, самозащита Семейные неурядицы и социальные неурядицы

По 6

По 35%

Анализ показывает, что для первой и третьей групп наиболее значимыми являются темы «взаимоотношения полов», «человеческая глупость». Причем, «человеческая глупость» также является наиболее значимой и для группы со средней выраженностью склонности. Т. е., тема «человеческая глупость» распределилась следующим образом:

— в первой группе данная тема составила 87%; - во второй — 55%;- в третьей — 41%.

Диаграмма 3

На диаграмме 3 (Приложение 3) отражено то, что для первой группы специалистов с более высоким уровнем склонности к хакерской деятельности, как мы и предполагали, характерна менее развитая мотивационная сфера. Т. е., из десяти заявленных в методике тем, испытуемые первой группы указали лишь пять. В то же время, испытуемые третьей группы — специалисты в области ИТ с низким уровнем склонности к хакерской деятельности — указывают все десять тем. Специалисты, отнесенные к группе со средним уровнем склонности, определяют актуальными для себя только восемь тем.

Необходимо также отметить, что в третьей группе испытуемых (с низким уровнем склонности к хакерской деятельности) присутствует тема «агрессия, самозащита» с высоким процентом значимости данной темы в группе. Ее указали 6 из 17 испытуемых. На наш взгляд, это говорит о наличии у испытуемых данной группы проблем в этой области, которые вызывают постоянные эмоциональные переживания или о наличии комплексов, связанных с данной сферой.

Характерно также для первой группы с высоким уровнем склонности отсутствие таких тем, как «семейные, социальные неурядицы», «мода» и «бездарность в искусстве». «Социальные и семейные неурядицы» имеют испытуемые второй и третьей групп.

В результате исследования уровня развития мотивационной сферы подтвердилась гипотеза о несформированности мотивационной сферы у специалистов в области ИТ с высоким уровнем склонности к хакерской деятельности.

Ценностные ориентации специалистов в области ИТ с различным уровнем склонности к хакерской деятельности исследовались по методике М. Рокича. Данные, полученные в результате исследования терминальных ценностей, представлены в таблице 3 и диаграмме 3.

Таблица 3 Терминальные ценности у специалистов в области ИТ с различным уровнем склонности к хакерской деятельности

Терминальные ценности

Процентное соотношение в группах, (%)

Группа с высоким уровнем склонности

(8 чел.)

(11 чел.)

(17 чел.)

1

активная деятельная жизнь

8

6

10

2

жизненная мудрость

4

3

12

3

здоровье

13

18

14

4

интересная работа

0

3

10

5

красота природы и искусства

0

0

0

6

любовь

4

9

10

7

материально обеспеченная жизнь

4

9

4

8

наличие хороших и верных друзей

8

6

8

9

общественное призвание

0

0

0

10

познание

8

3

10

11

продуктивная жизнь

8

0

2

12

развитие

8

0

6

13

развлечения

4

3

0

14

свобода

8

6

0

15

счастливая семейная жизнь

4

15

12

16

счастье других

0

0

0

17

творчество

8

6

0

18

уверенность в себе

8

12

4

Диаграмма 4

При анализе результатов ранжирования испытуемыми терминальных ценностей был проведен качественный анализ

Были обнаружены одинаковые результаты ранжирования для всех групп испытуемых следующих ценностей: наиболее высокий рейтинг ценность «здоровье» и отсутствие ценностей «красота природы и искусства», «общественное признание», счастье других".

«Интересная работа» для специалистов с различным уровнем склонности была распределена следующим образом: с более высоким уровнем склонности к хакерской деятельности отсутствует, со средним уровнем склонности к хакерской деятельности занимает самый низкий ранг и только у испытуемых с низким уровнем склонности к хакерской деятельности данная ценность является значимой и занимает одно из ведущих мест при ранжировании.

Испытуемые с высоким уровнем склонности к хакерской деятельности высоко ранжируют такие ценности как «познание», «развитие», «продуктивная жизнь», «свобода», «уверенность в себе» и «творчество». Это свидетельствует о значимости и взаимосвязанности всех вышеперечисленных ценностей в мотивации хакерской деятельности.

Менее важными для данной группы испытуемых представляются ценности «любви», «материальной обеспеченной жизни», «счастливой семейной жизни», «развлечений» и «жизненной мудрости».

Хотелось бы отметить, что данные результаты коррелируют с результатами исследований, проводимых сотрудниками МГУ О.Н. Арестовой, Ю.Д. Бабаевой, О.В. Смысловой под руководством профессора А.Е. Войскунского. В то же время значимость ценности «интересная работа» наши результаты не совпадают с результатом О. В. Смысловой, полученным при исследовании хакеров старшей возрастной группы, что мы объясняем отношением хакеров к своей деятельности не с позиции рутинной ежедневной работы, а скорее с позиции развития, познания, творчества.

Данные, полученные в результате исследования инструментальных ценностей представлены в таблице 4 и диаграмме 4.

Таблица 4 Инструментальные ценности у специалистов в области ИТ с различным уровнем склонности к хакерской деятельности

Инструментальные ценности

Процентное соотношение в группах, (%)

Группа с высоким уровнем склонности (8 чел.)

Группа со средним уровнем склонности (11 чел.)

Группа с низким уровнем склонности (17 чел.)

1

аккуратность

0

0

10

2

воспитанность

0

6

4

3

высокие запросы

8

0

2

4

жизнерадостность

13

6

4

5

исполнительность

0

0

6

6

независимость

17

9

2

7

непримиримость к недостаткам в себе и других

0

0

2

8

образованность

13

9

4

9

ответственность

4

9

16

10

рационализм

4

9

14

11

самоконтроль (сдержанность, самодисциплина)

8

0

4

12

смелость в отстаивании своего мнения, взглядов

17

9

6

13

твердая воля

13

15

2

14

терпимость

0

0

12

15

широта взглядов

4

12

4

16

честность

0

3

2

17

эффективность в делах

0

3

6

18

чуткость

0

9

2

Диаграмма 5

При исследовании инструментальных ценностей в группе с высоким уровнем склонности к хакерской деятельности были обнаружены высокие ранги таких ценностей как «независимость», «образованность», «смелость в отстаивании своего мнения, взглядов», «твердая воля», «жизнерадостность» и «высокие запросы».

В наших исследованиях подтвердились результаты, полученные специалистами МГУ: такие ценности как «воспитанность» и «исполнительность», «аккуратность» не были отмечены в числе значимых специалистами в области ИТ с высоким уровнем склонности к хакерской деятельности. Что свидетельствует о пренебрежении ими социальными условиями и последствий хакерской деятельности, безответственности за свои поступки.

Мы согласны с мнением О.В. Смысловой, что «жизнерадостность» в качестве «инструментальной» ценности качество, необходимое для выполнения кропотливой, напряженной работы, не требующей успехов. В нашем исследовании специалисты в области ИТ с высоким уровнем склонности к хакерской деятельности также отмечают ее в качестве значимой ценности.

Корреляция результатов исследования терминальных и инструментальных ценностей для специалистов с высоким уровнем склонности позволяют рассматривать данный вид деятельности как важный внутримотивированный фактор развития и самоактуализации личности, обретение уверенности в себе и свободы.

3.4 Выводы

Результаты исследования особенностей ценностно-мотивационной сферы специалистов в области ИТ с различным уровнем склонности к хакерской деятельности позволяют сделать следующие выводы:

1. Специалисты в области ИТ с высоким уровнем склонности к хакерской деятельности характеризуются как люди с несформированной мотивационной сферой (из 10 тем ими как значимые определены были только пять).

При этом такие общезначимые темы для большинства людей как «агрессия, самозащита», и «социальные и семейные неурядицы» в выборе не представлены. Преобладают лишь категории «потребности организма и индивида» и отсутствуют «потребностей личности».

2. Наиболее значимыми терминальными ценностями для них являются ценности, являющиеся общепринятыми — «здоровье» и «активная продуктивная жизнь». Все остальные темы были равнозначны и особенных исключений не составляли.

3. Из инструментальных ценностей для исследуемой группы были определены как значимые «независимость», «образованность», «смелость», «твердая воля».

Специалисты в области ИТ существенно отличаются по своей ценностно-мотивационной сфере от специалистов со средним и низким уровнем склонности. Причем, психологический портрет хакера, построенный на анализе зарубежных и российских источников и ранее проведенных исследований по своим основным личностно-психологическим особенностям совпал с результатами нашего исследования.

Заключение

Данное исследование посвящено изучению актуальной, сложной и недостаточно разработанной проблеме особенностей ценностно-мотивационной сферы личностей хакеров и их роли в мотивации хакерской деятельности.

Теоретический анализ психологической литературы и ранее проведенных исследований показал, что проблема мотивации и ценностных ориентаций личности является одной из фундаментальных и противоречивых проблем в психологии. Мотивационная сфера человека представляет собой сложное системное образование, в которое включены определенные иерархические структуры. Ценностные ориентации, являясь одним из центральных личностных образований, выражают сознательное отношение человека к социальной действительности и в этом своем качестве определяют широкую мотивацию его поведения и оказывают существенное влияние на все стороны его деятельности.

В исследованиях хакерской деятельности и мотивации к ней особое внимание уделялось и уделяется психологическим особенностям хакеров.

Нами была предпринята попытка исследования особенностей ценностно-мотивационной сферы специалистов в области ИТ, склонных к хакерской деятельности. Для этого, мы изучили теоретические аспекты мотивации, особенности хакерской деятельности. Решение задачи подбора адекватных целям исследования и специфике работы с данным контингентом испытуемых показало, что выбранные нами методики отвечали заявленным требованиям компактности, малоизвестности и валидности. Однако необходимо отметить, что для более детального изучения, например, мотивационной сферы, необходимо использовать батарею методик исследования содержательности предметного и преградного уровней мотивационной сферы.

Анализ источников и проведенное нами исследование позволяют предположить, что хакерство — это собирательное наименование для различного вида «уходов» в увлечение информационными технологиями, которое, однако, предполагает наличие определенных знаний о них и навыков в программировании. Психологически такой «уход» может быть связан как с высоким интеллектуальным потенциалом субъекта, который, в силу определенных (жизненных) обстоятельств не может найти себе достойного применения в другой сфере деятельности, так и те личностные особенности ценностно-мотивационной сферы, обнаруженные в результате нашего исследования.

Результаты нашего исследования подтверждают гипотезу, о том, что специалисты с высоким уровнем склонности к хакерской деятельности имеют высокую самооценку. У них также отмечены особенности ценностно-мотивационной сферы, а именно:

1. Антисоциальность мотивов, большей частью проявляющуюся в узколичностных побуждениях хакера;

2. Преобладание материальных и естественных побуждений над духовными;

3. Доминирование побуждений (например, влечения), а не долга;

4. Господство побуждений с ближайшими целями, а не с более отдаленными и жизненно важными перспективами;

5. Низкий уровень этих побуждений в системе социальных ценностей нашего общества.

Само по себе искажение внутренних черт и свойств личности (интересов, потребностей, ценностных ориентаций и т. д.) не дает оснований для установления хакерской мотивации. Личностные деформации могут и не найти своей реализации в антисоциальном поведении. Например, доминирование материальных интересов личности даже в крайне гипертрофированном виде еще не свидетельствует о намерении обогатиться, например, преступным путем, путем взлома. Соответствующие интересы могут удовлетворяться и в социально одобряемых действиях.

Поэтому для нас видится очень важным проведение профилактики распространения явления хакерства и, прежде всего, в подростковой среде как наиболее восприимчивой. Полученные нами результаты могут являться основанием для дальнейших исследований в области мотивации деятельности специалистов ИТ, способствовать выработке профилактических мероприятий или коррекционной работе.

Использованная литература 1. Арестова О.Н., Бабанин Л.Н., Войскунский А.Е. Мотивация пользователей Интернета. 2. Бабаева Ю. Д., Войскунский А. Е., Смыслова О. В. Опыт психологического исследования хакерства. flogiston.ru 3. Бабаева Ю.Д., Войскунский А.Е. Психологические последствия информатизации // Психологический журнал, 1998, № 1 4. Бабаева Ю.Д., Войскунский А.Е. Новые информационные технологии и проблемы одаренности // Гуманитарные исследования в Интернете/ под редакцией А.Е.Войскунского — М., «Можайск-Терра», 2000 5. Бабаева Ю.Д., Войскунский А.Е., Смыслова О.В., Интернет: воздействие на личность. flogiston.ru 6. Белинская Е.П., Жичкина А.Е. Пространство, населенное Другими 7. Бжалова И.Г. Установка и поведение М., 1979 8. Букины М.иД. «Undergraund киберпространства"// Рынок ценных бумаг, 1999, № 18. 9. Букины М.иД. «Хакеры. О тех, кто делает это"// Рынок ценных бумаг, 1999, № 23. 10. Вартанова И.И. К проблеме диагностики мотивации. Вестник МГУ. Психология. Сер.14 1998 г., № 2 11. Вейценбаум Дж возможности вычислительных машин: от суждений к вычислениям. М. Радио и связь., 1982. 12. Вилюнас В.К. Психологические механизмы человека. М.: ИЗд-во МГУ, 1990 13. Войскунский А.Е. Исследования Интернета в психологии 14. Войскунский А.Е. Феномен зависимости от Интернета // Гуманитарные исследования в Интернете. — М., 2000, 15. Войскунский А.Е. Психологические аспекты деятельности человека в Интернет. 2-ая Российская конференция по экологической психологии. Тезисы. Экопсицентр РОСС., 2000. 16. Войскунский А.Е., Смысова О.В., Роль мотивации «потока» в развитии компетентности хакера. Вопросы психологии, 2003, № 4 17. Гуманитарные исследования в Интернете. 18. Долныкова А.А., Чудова А.Н. Психологические особенности суперпрограммистов// Психологический журнал, 1997, № 1. 19. Жичкина А.Е., Ефимов К. Ю. Результаты исследования поведения в Интернете 20. Ильин Е.П. Мотивация и мотивы, Питер, СПб, 2000. 21. Кубышкина М.Л. Психологические особенности мотивации социального успеха: Фвтореф. Дис.канд.-СПб, 1997. 22. Кон И.С. Открытие «Я» М., 1978 23. Коул М. Новые информационные технологии, базовые навыки и изнанка образования: что следует делать? Социально-исторический подход в психологии обучения.- М., 1989. 24. Леонтьев Д.А. Методика изучения ценностных ориентаций.- М., 1992. 25. Леонтьев Д.А. Ценностные представления в индивидуальном и групповом сознании: виды, детерминанты и изменения во времени. М., 1993 26. Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание личности. М., 1977 27. Ломов Б.Ф. Методические и теоретические проблемы психологии. М., 1984 28. Маркоф Дж., Хефнер К. Хакеры.- Киев, 1996. 29. Минаков А. Некоторые психологические свойства и особенности Интернет как нового слоя реальности 30. Моисеенков И. Оно// Компьютерра, 1996,№ 43. 31. Молчанов Б.М. Что такое хакер?//КомпьютерПресс, 1993, № 8. 32. Сережкина А.Е. Психические состояния пользователей ЭВМ в процессе компьютеризованной деятельности. Дисс… канд. психол. наук. Казань, 1998. 33. Смолян Г. Л., Зараковский Г. М., Розин В.М., Войскунский А.Е. Информационно-психологическая безопасность (определение и анализ предметной области).- М., 1997. 34. Смыслова О.В. Анализ представлений о мотивации хакеров. Материалы конференции «Социальные и психологические последствия применения информационных технологий»., 2001 35. Смыслова О.В. Информационные технологии и общение: мотивационные и личностные особенности хакеров. 36. Смыслова О.В. Методы полевого психологического исследования в обществе хакеров, М, 2000 37. Столл К. Яйцо кукушки, или пресс следа шпиона в компьютерном лабиринте.- М., 1996 38. Тихомиров О.К., Гурьева Л.П. Опыт анализа психологических последствий компьютеризации психодиагностической деятельности// Психологический журнал, 1989, № 2. 39. Тихомиров О.К., Л.Н.Бабанин. ЭВМ и новые проблемы психологии, М., 1986. 40. Тихомиров О.К., Гурьева Л.П.Психологический анализ трудовой деятельности, опосредствованной компьютерами// Психологический журнал, 1996, № 5 41. Тихомиров О.К., Л.П. Гурьева. Опыт анализа психологических последствий компьютеризации психодиагностической деятельности// Психологический журнал, 1989, № 2. 42. Хекхаузен Х. Мотивация и деятельность. Т.1 — М. Педагогика, 1986 43. Якобсон П.М. Психологические проблемы мотивации поведения человека М., 1969

Размещено на

Если вы автор этого текста и считаете, что нарушаются ваши авторские права или не желаете чтобы текст публиковался на сайте ForPsy.ru, отправьте ссылку на статью и запрос на удаление:

Отправить запрос

Adblock
detector